Всё внимание Фань Чанъюй было приковано к тому, кого она держала под рукой: этот человек был слишком хитёр. Ещё по дороге он нарочно заговаривал с ней, пытаясь рассеять её внимание, а один раз чуть не подставил ей ногу, норовя выхватить нож.
С тех пор Фань Чанъюй насторожилась: на все его речи она вовсе не отвечала, а разозлит — так чиркала по нему ножом, для острастки.
Сейчас, когда добрались до надвратной башни, Фань Чанъюй лишь мельком окинула взглядом обстановку и в первый миг даже не приз
Всё внимание Фань Чанъюй было приковано к тому, кого она держала под рукой: этот человек был слишком хитёр. Ещё по дороге он нарочно заговаривал с ней, пытаясь рассеять её внимание, а один раз чуть не подставил ей ногу, норовя выхватить нож.
С тех пор Фань Чанъюй насторожилась: на все его речи она вовсе не отвечала, а разозлит — так чиркала по нему ножом, для острастки.
Сейчас, когда добрались до надвратной башни, Фань Чанъюй лишь мельком окинула взглядом обстановку и в первый миг даже не приз
Всё внимание Фань Чанъюй было приковано к тому, кого она держала под рукой: этот человек был слишком хитёр. Ещё по дороге он нарочно заговаривал с ней, пытаясь рассеять её внимание, а один раз чуть не подставил ей ногу, норовя выхватить нож.
С тех пор Фань Чанъюй насторожилась: на все его речи она вовсе не отвечала, а разозлит — так чиркала по нему ножом, для острастки.
Сейчас, когда добрались до надвратной башни, Фань Чанъюй лишь мельком окинула взглядом обстановку и в первый миг даже не приз