— А-асуми?!
Соун чуть ли не прокричал, его взгляд упал на девочку, которая сидела за столом и наслаждалась блюдом, смакуя каждую частичку. Его голос дрожал, наполненный негодованием, гневом и надеждой:
— Р-рори, если это шутка, то она зашла слишком далеко!
Но Рори проигнорировала его, но не успел он наброситься на нее словесно, как голос Асуми заставил его замереть:
— Дорогой, это я попросила Рори, — она обвела своим ласковым взглядом повзрослевших дочерей, остановившись на своем муже, который резко вздрогнул, растеряв весь пыл, когда увидел в уголках ее глаз капли слез. — Я… я в-всего лишь хотела п-проститься с вами и уйти на п-покой, но Р-рори дала мне нечто большее.
Ее ноги дрогнули, эмоции переполняли разум и тело. Руки дрожали, а в глазах стояла пелена из слез. Горло сдавливало, Асуми ощущала себя настолько слабой, что готова была рухнуть, если бы не крепкие теплые руки мужа, подхватившие ее за талию.
— Ма… м-мама?!
Девочки сорвались с места, не выдержав наплывала эмоций, их слезы скатывались по лицу. Даже самая черствая и холодная Набики не выдержала, бросившись к матери, забыв о том, что за ними наблюдала Рори с легкой улыбкой на лице. Кто же знал, что добро делать так приятно?
И эта семья проявляла доброту к ней так, будто это ничего такого. Она не привыкла, чтобы люди были настолько учтивыми и готовыми помочь, поделившись своим уютом. Может, она наконец нашла то, что искала? Семью?
— Р-рори, спасибо! Спасибо тебе огромное!
Наговорившись, выплакавшись и узнав все детали, Соун упал в позу догеза, слезы не прекращались литься из его глаз, он благодарил эту маленькую девочку за чудо, которое она сделала для них.
— М-мы все тебе благодарный Рори!
Девушки вместе с матерью опустились в ту же позу, что и их отец, выражая самую глубокую признательность в их жизни кому-то, кто появился у них совсем недавно, стремительно ворвавшись и осев в душе каждого. Это все, что они могли дать той, кто вернул им самое ценное в их жизни! Дорогого человека. Мать трех детей и жену благородного отца.
— Я принимаю вашу благодарность, — в этот раз Рори не проигнорировала Соуна и остальных, положив столовые приборы на стол, взглянув на них. — И долго вы будете сидеть? Вкусная еда остынет.
Губы Касуми дрогнули, изогнувшись в благодарной улыбке, получить комплимент за готовку от Рори было невероятно приятным, грея сердце.
Вернувшись за стол, неуютная тишина опустилась в помещении, даже Ями выключил звук и поставил на паузу фильм, когда поступил сигнал от Мастера. Он наблюдал за ними, проявляя учтивость, восхищаясь продуманностью Господина!
— Касуми, ты и правда смогла перенять мои навыки? — попробовав блюдо своей дочери, которая принесла оставшуюся порцию, Асуми была приятна удивлена.
Видя, как Касуми хвалят за навыки в готовке, не абы кто, а сама мать, Акане чуть ли не подпрыгнула, подняв руку верх:
— Я тоже мама!
— Акане, девочки так себя не ведут за столом, — слегка поругала Асуми свою младшую дочь.
— Прости мама.
Акане вернулась за стол, глупая счастливая улыбка не сходила с ее лица, как и у всех остальных, кроме Рори. Она когда-нибудь улыбалась искренне, от переполняющегося счастья? Кажется, они слишком мало знают что-то об этой девочки, кроме ее навыков и силы.
— Ууу…, моя дорогая вернулась…, умм…
Соун продолжал плакать от счастья, заедая свою радость вкуснейшим рисом, мясом и рыбой, не отрывая взгляда от столь забытого, но любимого лица.
Заметив на себе взгляд Соуна, Асуми улыбнулась, прикрыв глаза. Она счастлива, что вновь сможет разделить с ними ужин, как и десять лет назад. А не наблюдать со стороны, как ее девочки и муж страдали пару лет, привыкая к ее отсутствию. И еще чуть больше 8 таили в себе пустоту утраты.
— Мам, Рори воскресила тебя? С твоим телом точно все в порядке?
Набики обратилась к своей матери, когда они принялись распивать чай. Любопытство грызло ее с самого начала, пустота, которая образовалась при смерти Асуми, вновь начала заполняться. Старая, добрая и ласковая девочка внутри нее зашевелилась, с надеждой поглядывая на мать.
Но вместо Асуми, ответила Рори, которая смаковала шоколадное печенье.
— Душа вашей матери была привязана к этому месту. И только благодаря ее любви к вам, она не превратилась в проклятый или демонический дух. Я права, Соун?
Соун замер, когда обратились к нему, взглянув на застывшего мастера боевых искусств, который знал куда больше, чем простые смертные. Рори заметила это, когда взглянула внутрь тела отца трех дочерей. Энергия внутри него циркулирует и хлещется, как из ведра, равномерно распределяясь в каждом уголке.
— Значит ты заметила? — Соун решил больше не скрывать то, чему научился у Хаппосая.
Асуми и ее дочери выглядели растерянными, не понимая, о чем говорили эти двоя. Но слова подтверждения Соуна еще больше их запутали. Неужели есть что-то больше, чем они могли видеть и даже слышать?
Особенно сильно была озадачена Акане, ведь она занималась с отцом, обучаясь навыкам боевых искусств у него. Неужели он что-то скрыл во время обучения?!
— Асуми, ты помнишь Хаппосая?
При упоминании этого имени, лицо Асуми замерло, нотки неприязни скользнули в ее глазах, вспоминая того, кто носил это имя.
Заметив перемену в своей матери, Касуми обратилась к ней:
— Мам, ты знаешь, о чем спрашивает отец? Кто этот Хаппосай?
— Это мой мастер, мы учились у него вместе с моим другом Саотоме, — но Соун не дал Асуми ответить, начав короткое повествование. — Я хотел бы забыть о своем мастере, но его учения заложили нечто большее, чем боевые искусства.
И чтобы подтвердить свои слова, он вытянул руку, ладонью кверху, где в ней образовался голубоватый шар энергии, подрагивая на ветру.
— Ах?!
Асуми и дочери ахнули в неверии, когда увидели то, что сделал Соун! Особенно Акане, которая только сейчас стала понимать все те медитации, дыхательные гимнастики и поход в лес с отцом, как часть тренировки! И все это ради того, чтобы почувствовать и научиться использовать эту энергию?
— Это Ци, еще называют ее Ки или Магия, как вам удобно, — развеяв шар, Соун кратко принялся объяснять суть этой энергии. — Эта энергия есть в каждом из живом организме, проживающим на нашей планете, даже сама планета дышит этой энергией.
— Наш мастер обучил нас управлять и контролировать эту энергию, запретив нам рассказывать о ней всем, кто не знаком с ней, особенно девушкам. Акане, — Соун перевел свой взгляд на свою младшую дочь, от чего та невольно выпрямила спину, пытаясь не удивляться серьезному лицу отца, который не кривлялся, как обычно. — Я обучал тебя скрытно, чтобы ты смогла самостоятельно прийти к открытию и по праву стать выдающимся мастером боевых искусств.
— П-пап…
— Оставим наш разговор об этом на следующий раз. То, что сказала Рори, – правда. Я не настолько продвинулся в управлении Ки, чтобы видеть духов, призраков и о'ни.
— Чем они отличаются друг от друга? — поинтересовалась Набики, стараясь скрыть свое удивление и напряженность.
— Духи – это существа природы, элементы, их не увидеть так просто, надо уйти в горы или в леса. Призраки – это неупокоенные сущности, которые решили остаться в мире живых. И о'ни или же проклятые/демонические духи — это духи или призраки, которые не смогли найти умиротворения, превратившись в опасные создания, несущих смерть и разрушения.
До Акане начало все доходчиво доходить, когда она вспомнила строгий запрет своего отца посещать определенные места.
— П-поэтому ты запрещал нам посещать места, которые считались проклятыми?!
— Да. Эти места не просто так считаются проклятыми, там живут о’ни, которые питаются энергией живых.
Все эти откровения были холодным душем для всех, кроме Рори и Соуна. Первой было плевать, потому что для нее эти «они» были ничем иным, как пылью. А для Соуна, который прошел странную, порой мерзкую, но порядком необходимую практику по пробуждению и использованию Ки. Ему довелось увидеть, как Хаппосай боролся с злым духом жестоко убитой некогда девушки.
Соун поклялся, что никогда не позволит своим дочерям столкнуться с этим. Даже спустя десяток лет, ее вопль, нечеловеческий крик и искаженное лицо отпечатались в его сознание, поднимая волосы дымом и по сей день. Которая наложила свое проклятие на старика, но тот использовал особую технику, перенаправив на него! Может из-за этого и умерла его жена!
— Отец, я хочу обучиться Ки! — решимость отпечаталась на лице Акане, когда она поняла всю серьезность происходящего.
Она поклялась себе, что защитит свою семью и вновь вернувшуюся маму! Она не позволит ни людям, ни злым духам доставать их и угрожать! Акане пообещала себе раз и навсегда твердо стоять в своих убеждениях, чтобы не допустить то самое гадкое чувство пустоты после потери близкого человека.
— Асуми тоже обучи, — Соун только хотел подтвердить согласие, готовый приступить к более серьезной тренировки, раз Рори раскрыла карты, то больше скрывать не было смысла, пока его не прервала маленькая девочка. — Ее тело это большее, чем вы себе можете представить.
Удивленно выгнув бровь, Соун перевел взгляд на свою жену, которая пыталась ему улыбнуться, но получилось как-то натянуто.
— Ты, о чем Рори? — Набики пыталась понять смысл услышанных слов, но все было тщетно, ничего путного в голову не приходило.
— Ее тело – это пик человеческой эволюции, — гордо, с выпяченной грудью, ответила Рори, ожидая похвалы.
Но вместо слов похвалы, опустилась тишины непонимания с нависшими вопросами над головой. Что она имела ввиду: «пик человеческой эволюции»?!
— Пик эволюции человека? Мам, ты знаешь, что она имеет ввиду?
— Хаа…, надо было вам включить фильм: «Первый Мститель», чтобы поняли суть концепции, — Рори вздохнула, опустив свой взгляд, проклиная свою поспешность. — Грубо говоря, Асуми обладает сверхчеловеческой силой, скоростью, реакцией и стойкостью. Она никогда не будет болеть, ее раны будут заживать в десятки раз быстрее, чем у человека, кости схожи по структуре со структурой графена, то есть, ни одна пуля винтовки не сможет их пробить, только крупнокалиберные. Кожа…
Рори встала, привлекая к себе внимание потерявшихся в произнесенных словах. Они ничего не понимали из того, что она говорит! Но увидев, как нож блеснул в руке Рори, занося удар над Асуми, как Соун и остальные закричали:
— Стой!!!
Но замерли, когда нож воткнулся, точнее им показалось, что он воткнулся, его кончик не мог проникнуть дальше, хоть угол и скорость говорили о том, что это опасный удар! Смертельный!
— Ч-что?!
— Кожа состоит из нанотрубок углевода, пробить, порезать, обжечь или заморозить ее будет трудно. Также и с органами, я могу пок…
— Нет! Хватит, Рори, мы все поняли, наша мама не убиваемая ходячая машина?
Набики остановила Рори, не желая представлять, как та покажет им внутренности ее матери! Ей хватит и того стресса, когда она нанесла удар ножом.
— Да, Рори, остановись, прошу, я не хочу получить еще больше психологических травм, — взмолился Соун, хватая Рори за ноги, умоляя ее прекратить издеваться над ними!
— Вы, о чем? Я хотела всего лишь язык уколоть и не более.
— А? Язык? Фу-ух…
Они считают ее каким-то монстром? Нет, она бы могла с легкостью вскрыть Асуми, и та была бы жива, демонстрируя внутренности, но она же не настолько безумная?
— Если так, то наша мама не умрет от случайных падений? Взрывов? Пожаров? О…
— Все-все, хватит Акане, ты уже готова к тому, что наша мама умрет вновь? — упрекнула ее Набики. — Простите.
Она не могла понять, откуда взялись эти мысли, просто…, Акане готовилась к тому, что может вновь остаться без матери. Не из-за отношения к ней, а из-за зияющей пустоты внутри ее сердца.
— Акане, я не умру, обещаю тебе. Ты же слышала, что сказала Рори? Мое тело очень прочное! — Асуми обняла свою дочь, поглаживая по спине, ощущая своим телом, как та дрожит.
— Еще и выносливое.
К чему были сказаны эти слова? Акане в замешательстве посмотрела на Рори, не пытаясь выбраться из забытых теплых и приятных объятий матери.
Бровь Соуна выгнулась, поняв намек, а щеки Касуми и Набики слегка порозовели, они, в отличии от Акане, немного понимают смысла в заложенной фразе Рори. Асуми улыбнулась, заиметь еще одно ребенка?
— Дорогой?
— Милая?!
— Все, хватит! Идите и «поговорите» наедине! — Набики не выдержала, отправляя своих родителей в далекую комнату, чтобы они смогла насладиться одиночеством вместе.
— Простите нас, нам надо поговорить, — подхватив растерянного мужа, Асуми уже строила планы по тому, как назовет ребенка, если девочка, то Рори, а если мальчик? То пусть выберет Соун.
Остаточное тепло матери не покидало Акане несколько минут, растерянного провожая их из столовой. Вернув свой взгляд к старшим сестрам, она спросила у них:
— К-куда идут мама с папой?
— Как ты станешь любимой женой, все сама поймешь.
— Эй! У вас же самих нет люби…
Но Акане запнулась, когда заметила взгляды Касуми и Набики, которые покраснели и смотрели куда угодно, но не на нее.
Постойте! Что?! У Набики есть кто-то, кого она любит? С Касуми еще понятно, доктор Тофу и сам неровно дышит, когда видит ее, теряясь и делая глупые вещи. Но Набики?!
— Набики, ты… ты влюбилась?
— И правда, Набики, кто запал тебе в сердце, чтобы привлечь твое черствое сердечко? — Касуми улыбнулась, обратив свой взор на смущающуюся сестру, она впервые видела, чтобы Набики краснела и отводила взгляд.
Но никто, кроме Ями, не заметил, как она бросала короткий взгляд в сторону Рори, которая давно вернулась к чаю с печеньями, выбирая фильм на телевизоре.
«Как мне попросить ее сменить облик хотя бы на день? Черноволосый холодный аристократ никак не выходит у меня из головы!» — мысли Набики путались, когда она пыталась продумать план, чтобы увидеть того, кто запал ей в душу и разбередил сердечко.
— Я в комнату! Мне еще надо доделать уроки, — Набики вскочила, стремительно убежав в свою комнату, оставив сестер растерянно наблюдать за ее реакцией.
Касуми приложила руку к щеке, с женским любопытством проводив Набики.
— Надо же, у нее и правда есть кто-то, кто ей дорог.
— Из нее вытащить это будет невозможно, только, может быть, за деньги, хаа…, я хочу спать! — Акане поднялась на ноги и отправилась к себе, эмоциональные качели вымотали ее, как и тренировка.
Рори лишь мельком взглянула на них, возвращаясь к фильму. Остались лишь она, Касуми и Ями.
— Я тоже пойду, надо все уб…, — но Касуми споткнулась на слове, когда увидела чистую посуду, когда ее успели помыть?! — Рори?
— Мм? Для меня это мелочь, — Рори махнула рукой, пока они были заняты, она использовала свою силу, чтобы очистить посуду.
— Спасибо, я тогда отнесу посуду и еще немного поработаю.
Забрав тарелки, Касуми удалилась, у нее еще были идеи того, что сделать с помощью Рами-чан. В голове столько различных идей для создания тех или иных видов одежды.
Когда в комнате остались лишь Рори и Ями, последний похвалил ее восхищенным голосом:
— Вы превосходны, Мастер!
О чем он говорит? За что ее благодарят? Рори лишь проигнорировала это, решив не ввязываться во что-то еще. Хватит и мелодрамы в реальной жизни, после возвращение матери и супруги в семью.
P. S. Рори: "Грр... мяу! Кому поцар-рапать спинку?"
Обновлено: 20.01.2026