— Стерты...
Все это началось из-за этого шепота в таверне Дурги.
Было утро. Таверна была оживленной, но не переполненной, так как свободные места еще оставались.
Иарумас, который сидел в углу и ел кашу, услышал внезапный голос. Он не поднял глаз, а продолжал молча отправлять еду в рот.
В тот день у группы Иарумаса был выходной. Он, конечно, не любил отлынивать от работы. Однако в их группе не было жреца, и без помощи магии исцеления их телам требовалось время для естественного восстановления. Поэтому бывали случаи, когда у них не было другого выбора, кроме как провести несколько дней в гостинице.
Похоже, расстроенный мужчина именно к этому и стремился.
Мужчина внезапно распахнул двери таверны, как обычно, и, спотыкаясь, вошел внутрь. Он был неопрятен, и если бы кто-то назвал его «бродягой», то он, конечно, выглядел соответствующим образом. Возможно, до прихода в таверну он пил где-то в другом месте, поскольку его походка была шаткой.
Кроме того, мужчина постоянно бормотал про себя.
— Стерты...
Но что с того? В том, что группа была уничтожена, не было ничего необычного. Никто не собирался останавливаться и слушать его. Иарумас просто проглотил еще каши.
Группа авантюристов, уничтоженная в подземелье, даже не стоила того, чтобы о ней говорить. Особенно если это была не такая известная группа, как Звезды Сезмара. В мире было слишком много мелких авантюристов, называющих себя героической группой из какой-нибудь страны.
Оглядев несколько свободных мест, мужчина выбрал одно прямо за Иарумасом и сел. Тяжелый звук падения заставил Иарумаса слегка приподнять бровь.
— Третий этаж... — пробормотал мужчина. — Глубоко на третьем этаже... Потайная дверь... Вот где, ах...
Мужчина продолжал говорить, пока Иарумас есть свою кашу. Хотя он предположительно ни к кому конкретно не обращался, он очень подробно рассказывал о том, как его группа потерпела поражение.
Третий этаж. Потайная дверь, которую никто не обнаружил, группа монстров за ней. Сундук с сокровищами. Ловушка...
— Я остался один... только я... мои товарищи... они все еще...
Мужчина продолжал говорить. Хотя он не обращался ни к кому конкретно, его слова все же достигли ушей людей.
В конце концов, удовлетворившись тем, что сказал достаточно, мужчина медленно встал и, пошатываясь, пошел прочь. Куда он направился, было неясно, но он покинул таверну и исчез в городе.
Никто не обратил на него внимания - как и тогда, когда он появился. В том числе и Иарумас.
Однако, даже не глядя, он мог сказать, что на мужчине был плащ, который носят маги.
— Честно. — Иарумас опустил ложку в пустую миску и улыбнулся. — Могло ли это быть более вопиющим?
*****
— Может, прекратишь это?!
— Гав!
Сегодня Гарбедж снова бродила по подземелью, не обращая внимания на жалобы, раздававшиеся позади.
Это было обычным делом.
Отправиться под землю с мечом в руке. Сразить монстров. Найти сундуки с сокровищами. Открыть их.
Что ж, не совсем… открытие сундуков часто приводило к странным результатам. Когда она была одна, она не трогала их.
Когда она сегодня выходила из трактира, сопляк, который в последнее время ходил за ней по пятам, начал из-за чего-то поднимать шум. Она взяла его с собой (так как парень в черном жестом показал, что она должна это сделать), но, конечно, он снова стал шуметь.
Ей это надоело, и она перестала слушать.
Для Рараджи это было большой неприятностью.
*Черт бы побрал этого парня! Говорит что-то вроде: Если ты так волнуешься, почему бы тебе не пойти с ней?*
*Твою ж…*
Рараджа никогда бы не признался, что беспокоится о том, чтобы отпустить такую девушку, как она, в подземелье одну. Хотя ее не стали есть даже монстры... но все же... он сомневался в здравомыслии того, чтобы она пошла в подземелье одна.
И теперь, когда он последовал за ней... вот как все обернулось.
— Аууу!!!
— Ах, черт возьми! Я только что сказал ей!
Гарбедж издала вой, выбив дверь гробницы и проскочив через нее.
Очевидно, у Рараджи не было другого выбора, кроме как последовать за ней. Он не хотел оставаться один, tи в тусклом свете подземелья, где он едва ли мог видеть дальше своих рук, даже если это означало, что его единственным спутником будет Гарбедж, а на их пути окажутся монстры.
— БУУУ?!
— ГРАААА!!!
Внутри гробницы находилось несколько человекоподобных существ рядом с бурлящими лужами розовой жижи.
Кобольды и пузырчатые слизни?
Если так, то им повезло. Для этого уровня подземелья это были слабые враги... хотя «слабые» только по меркам подземелий.
— Гав!!!
Но даже пока Рараджа думал об этом, Гарбедж уже набросилась на врага. Она безнадежно уступала в численности, но какое ей было дело? Она взмахнула своим мечом, вонзая его в монстров.
— ААААА?!?!?!?!
Вопль, брызнула крови. Толстый клинок ударил, разрубив плечо монстра с собачьей мордой и оборвав его жизнь.
— Ох, ради всего святого!.. Ладно!
Рараджа бросился в бой, но его суставы болезненно скрипели.
*Черт возьми, у меня все тело болит!*
В этом была виновата койка, на которой он спал в последнее время. Нет, более того — это была вина Иарумаса.
Когда тот узнал, что Рараджа спит в конюшне, он бросил его на койку в гостинице. Рараджа пытался возражать, но Иарумас лишь нахмурился и сказал: «Сестра Айникки была бы в ярости».
*Ладно, это справедливо. Это пугающая перспектива.*
Рараджа мог только кивнуть в знак согласия, потому что, да, у Иарумаса не было особого выбора в этом вопросе.
Самое замечательное в раскладушке было то, что это была кровать, какой бы простой она ни была. Даже если это было просто несколько деревянных ящиков, собранных вместе, койка была на порядок лучше, чем веревки, которые некоторые особо дешевые трактиры выкладывали, чтобы гости могли спать на ногах. Хотя солома в конюшне была не так уж плоха, мягкость его нового спального места удивила его.
Но...
*Я не могу к ней привыкнуть!..*
— Рах, аххх!!!
Тем не менее, было бы ложью сказать, что он ничего не добился. С воплем и взмахом кинжала Рараджа пронзил тело кобольда.
— УГХХХ?!
Он пнул зверя-собаку в сторону, когда тот издал пронзительный крик агонии. Держась на расстоянии, парень пытался отдышаться.
*Я ударил его!*
Не было необходимости в больших замахах - движения Рараджи теперь были достаточно быстрыми и резкими. Ему нужно было лишь сосредоточиться, нащупать слабые места противника, а затем нанести удар и пронзить их.
Вот и все. А чтобы сделать это, ему нужно было внимательнее наблюдать за своими врагами.
*Этот удар только что... он был слишком поверхностным!*
— Грр!
Тем временем Гарбедж размахивала своим мечом во все стороны, не обращая внимания на то, что она покрыта слизью. Ее удары попадали в противника или даже сокрушали его, если ей везло. Совершенно бесцельно. Даже Рараджа мог видеть, что в том, как она сражалась, не было ни капли правильной техники.
*И все же... то, как она скрутила все свое тело, словно пружину... Это движение было... Сестры Айникки?*
*По крайней мере, выглядело похоже.*
Раздался сухой свистящий звук, похожий на рассекание воздуха, когда слизь лопнула, а затем дождем посыпалась вниз. Один из кобольдов попал под ее удар и был превращен в фарш… о, ужас!
— Черт, ты жуткая!
— Гав?
— Продолжай в том же духе!
Размахивая своим новым кинжалом, Рараджа подумал: *Как много из того, что я говорю, она на самом деле понимает?*
Девушка с рыжими волосами, пугающе холодными голубыми глазами и собачьими манерами... Железный ошейник на ее шее был тяжелым, а меч, который она несла, напоминал коготь, слишком большой для человека ее роста.
Она убивала монстров, не задумываясь. Как и Рараджа. Но были ли они одинаковы, когда речь шла об убийстве людей?
Он слышал, что ее привели в подземелье как рабыню. Что же она теперь делала здесь сама?
Он не мог представить, что она пустилась в авантюру из преданности Иарумасу. У Рараджи было смутное ощущение, что она что-то или кого-то ищет здесь, внизу. Но кто или что это может быть...
*Да, я понятия не имею.*
Когда Рараджа прикончил последнего из их противников, Гарбедж не проявила никаких особых эмоций. Новая красивая одежда, которую Сестра Айникки купила ей на днях, уже окрасилась в темно-красный цвет. Девушка потерла щеку рукавом плаща, стояла, словно в оцепенении, а потом... она начала принюхиваться.
— А, эй!
Она сморщила нос и убежала в один из углов комнаты.
Рараджа побежал за ней, и вот он - сундук с сокровищами.
— Фух... Если тебе что-то нужно, просто скажи.
Хотя не похоже, чтобы слова Рараджи дошли до нее. Он присел перед сундуком.
Почему все это вообще появляется? Этот вопрос относился как к монстрам, так и к сундукам с сокровищами.
«Потому что это подземелье» - был простой ответ в обоих случаях... но он оставлял много загадок.
Он находился в этом странном месте, путешествуя вместе с человеком в черном и рыжеволосой девушкой.
Всего несколько дней назад он и представить себе не мог, что будет жить вот так. Это было далеко не то время, которое он провел в качестве раба клана, и не только в плане отношения к нему… люди вокруг тоже были другими. Конечно, он не очень хорошо их понимал.
Однако он не собирался отрицать, что ему стало немного весело...
— Воа?!
Было ли это потому, что он думал обо всем этом?
Внезапно раздался громкий лязг, и ящик с сокровищами перед ним сильно затрясся.
Ловушка? Он вскинул голову, увидев Гарбедж с холодным взглядом в глазах.
— Тяф.
Она пнула ящик, как бы говоря: «Продолжай».
— Ты! — Рараджа шатко поднялся на ноги. — Ты определенно смотришь на меня свысока, да?!
— Гав!
Это было очевидно.
*****
— Не мог бы ты пойти со мной ненадолго?
— Конечно, я не возражаю.
Одним из лучших качеств Сезмара было то, что он приветствовал вас с улыбкой, даже если вы разговаривали с ним во время еды. Воин похлопал по шлему, который он оставил на краю стола, и посмотрел на друга, стоявшего рядом с ним.
— Спасибо. — ответил Иарумас. Черный жезл, этот железный чехол, выглядывал из-под его такого же черного плаща.
В таверне Дурги был вечер.
— Когда ты можешь начать?
— Когда я тебе нужен?
— Это не срочно, но лучше как можно раньше.
— Ну тогда...
Некоторые ночи могли быть оживленнее других, но в этой таверне всегда было шумно, и в воздухе витал звон денег.
Для авантюристов время было крайне неоднозначной концепцией. Они склонны были определять его одним из трех способов: когда они идут в подземелье, когда возвращаются в город и когда они не идут в подземелье. В любое из этих времен у них была возможность зайти в таверну, чтобы подготовиться, отпраздновать или отдохнуть.
Вот почему никому не было дела до разговора Сезмара и Иарумаса.
Переносчик трупов Иарумас был эксцентричен, как и воин, который все еще называл себя рыцарем. Если эти два чудака хотели поговорить, то только настоящий безумец захотел бы присоединиться к этому разговору.
Это было особенно актуально, когда дверь открылась и к ним подошли «остатки обеда монстров», грязные от запёкшейся крови.
— Гав! — рявкнула Гарбедж, вероятно, возвещая о своем возвращении.
— Да. — пренебрежительно сказал Иарумас, отмахнувшись от нее. — Здесь есть еда, если ты голодна.
— Тяф!!!
Она бросилась к круглому столу со всей собачьей энергией, виляющей хвостом, что заставило человека, который вскоре должен был сидеть с ней, крикнуть:
— Эй, ты! Сначала приведи себя в порядок!
— Гав?
Да, этот крик исходил от Рараджи. Он последовал за ней в таверну и теперь ворчал по поводу крови на их столе. Видя, как он хмурится и что-то бормочет, Гарбедж непонимающе смотрела на него, вопросительно наклонив голову.
Иарумас молча подтолкнул к девушке миску с кашей, и она тут же рявкнула:
— Тяф!
Затем он сказал Рарадже:
— Закажи то, что тебе нравится.
— Мясо. — ответил парень после секундного колебания.
Увидев, как девушка нырнула лицом в миску с кашей, Сезмар слегка улыбнулся.
— Что? — спросил Иарумас.
— Я подумал, что ты уже привык к этому. — Сезмар подбородком указал на Гарбедж. — Ты посылаешь ее туда одну?
— Если она захочет уйти, меня это не касается. — ответил Иарумас. — И в любом случае за ней есть кому присмотреть.
— Похоже на то. — Сезмар не стал давить дальше.
Вероятно, Иарумас вел себя беспечно не для того, чтобы скрыть свое смущение - его слова выражали его искренние чувства. Несомненно, он думал, что просто присматривает за девушкой.
Сара в это не верила. Она неоднократно спрашивала Иарумаса по этому поводу, когда была пьяна, но Сезмар не стал бы так поступать. В конце концов, Сезмар знал свои силы - он был просто честным, старательным, простодушным и веселым парнем.
— К тому же, даже если мы спросим, каковы ее цели, вряд ли мы это узнаем. — заключил Сезмар.
— Тяф?
Гарбедж подняла голову, словно отвечая на чей-то зов, но Сезмар махнул рукой в знак того, что это пустяки.
Иарумас даже не знал ее настоящего имени… если, конечно, оно у нее было. Разумеется, ничего другого он тоже не знал.
Смирившись с этим, Сезмар спросил:
— Итак, куда мы направляемся?
— На третий этаж. Я кое-то слышал насчет него.
— Это неглубокий уровень.
Неглубокий для подземелья, которое погружалось в неведомые глубины — его самый нижний уровень располагался в глубочайших недрах земли. Даже сейчас третий уровень все еще не был полностью исследован. Монстры также сильно отличались от тех, что были на первом и втором этажах.
— Для начала я хотел бы услышать, что ты можешь мне рассказать.
— Судя по всему, кто-то нашел гробницу за скрытой дверью на третьем этаже.
— Охо.
— Они привели в действие ловушку в виде взрывающегося ящика, которая уничтожила половину их группы. Священник поспешно применил [Локтофейт], чтобы спастись.
— Оставив тела и снаряжение членов своей группы там, да? — пробормотал Сезмар. — Священник выжил после взрыва?
— У них мог быть лорд. — сказал Иарумас. Ты ведь понимаешь, о чем я говорю?
Лорд – один из продвинутых классов в Wizardy, который способен носить снаряжение любого типа, аналог паладина (воин+жрец). Не уверен, что правильно перевел это предложение, но по логике так.
— Да… в той потайной комнате куча трупов и снаряжения.
Иарумас кивнул. Сезмар скрестил руки.
— Ты слышал это от Сестры Айникки?
— От пьяницы, который, похоже, хотел, чтобы люди услышали.
— Ну, это звучит сомнительно.
— Конечно.
Иарумас и Сезмар разразились негромким смехом. Они не забыли, что произошло на днях. Но что хорошего может быть от того, что они будут об этом вспоминать? Информация о потайной комнате пахла не лучшим образом и звучала опасно... но это было еще ничего по сравнению с обычными опасностями подземелья.
Да и вообще, какая разница между внезапным нападением убийц и засадой монстров? Возможно, они собираются пойти прямо в ловушку, но Сезмар больше боялся тех, что установлены внутри сундуков с сокровищами.
— Конечно, я тоже участвую. Звучит заманчиво.
Поскольку его собственная группа взяла перерыв, это было идеальное занятие, чтобы развеять скуку. Кроме того, было бы неплохо помочь другу.
— Спасибо. — пробормотал Иарумас. Затем он повернулся и обратился к мальчику-вору, который все это слышал. — Рараджа. Ты тоже идешь?
Парень как раз находился в процессе поглощения только что принесенного мяса. Сначала он ничего не сказал, просто вытер рот рукавом. Казалось, он раздумывал над тем, что делать.
В голове у Рараджи крутились мысли о недавнем инциденте, о правдивости этого слуха, о том, насколько сомнительным он кажется, и о его собственном уровне способностей.
Он взвесил опасность и выгоду. Насколько это было рискованно?
Если Сезмар пойдет с ними, они будут в большей безопасности, чем раньше. Наверное.
И вот, после томительной паузы, ему наконец удалось выдавить из себя: «Если это принесет деньги».
— Нет никаких гарантий.
Это был короткий, прямолинейный ответ.
Рараджа нахмурился, и на его лице появилось выражение покорности, граничащее с отчаянием. «Сколько будет человек? Не шесть, верно?»
В подземелье существовало негласное правило: люди никогда не отправлялись в приключения в группах больше шести человек. Для этого правила приводились самые разные причины, включая ширину коридоров или размер гробниц... но все они были придуманы уже постфактум. Гробницы были достаточно велики, чтобы в них помещались массивные драконы, а коридоры иногда казались слишком тесными, чтобы в них вообще можно было дышать. Поэтому в подземелье, где пространство и расстояние были неопределенными, единственное, что имело значение, было то, в каком ряду ты находишься — в переднем или заднем.
Несмотря на все эти рассуждения, существовала лишь одна истинная причина стандартного размера группы.
Если в группу войдет более шести человек, они умрут.
Это был слух, о котором шептались, как о факте. Но, тем не менее, все в это верили.
Однажды группа из десяти человек спустилась вниз и больше не вернулась. Как и две отдельные группы из шести человек, которые встретились и объединились во время погружения. Тот же результат.
Судьба этих групп была неопределенной. Одни говорили, что они были запечатаны в каменных стенах, другие предполагали, что их внутренности были сожраны монстрами.
Вот почему группа состояла из шести человек, хотя можно и меньше.
И это число... включало трупы.
*Теперь понятно, почему этот парень работал один* - подумал Рараджа. *Это имело смысл.*
— Посмотрим... сейчас у нас три человека, но… — Иарумас повернулся к девушке, которая поглощала кашу в одном из углов таверны. — Ты тоже пойдешь?
Гарбедж подняла измазанную кашей морду от своей тарелки и рявкнула в ответ.
— Гав!
— Понятно. — Иарумас кивнул с задумчивым выражением лица.
С разочарованным выражением лица Рараджа взглянул на Сезмара. Рыцарь улыбнулся, затем поднял пальцы, чтобы Рараджа увидел.
Четверо.
*****
На следующий день, первый этаж подземелья.
— Уф, это никогда не меняется...
Рараджу вряд ли можно было обвинить в том, что он хмурится.
Сразу после того, как они спустились по лестнице в подземелье, область была переполнена искателями приключений. Здесь влияние подземелья на восприятие было еще слабым. Место было переполненным, тесным, перегруженным. Но стоило им протиснуться между остальными и немного продвинуться, как все мгновенно исчезало.
Гарбедж фыркнула - даже она выглядела несколько раздраженной.
Рараджа не знал, сколько здешних искателей приключений будут поглощены подземельем и никогда не вернутся. Да и ему было все равно. Он и сам мог бы стать одним из заблудших.
Об этом он предпочитал думать как можно реже. Хотя, по правде говоря, это его беспокоило.
— Эй. — Рараджа окликнул человека в черном, шедшего впереди него. — Что они все делают?
— Лечат свои раны. — ответил Иарумас, не потрудившись повернуться и посмотреть на него. Мужчина смотрел прямо в темноту подземелья. — Они отдыхают в конюшнях, чтобы восстановить свои заклинания, а затем спускаются в подземелье, чтобы использовать целительную магию на своей группе.
— Хорошо. Но маги могут использовать заклинания только ограниченное число раз в день, верно?
— Вот почему они совершают несколько походов в течение нескольких дней. — объяснил Иарумас, впервые взглянув через плечо на Рараджу. — Посетить только конюшню, чтобы восстановить магию - и сразу к входу в подземелье, чтобы подлечиться. Вот как это работает.
— Серьезно?.. — со стоном ответил Рараджа. Он мог представить, почему другие группы поступали именно так - нехватка денег.
Эти группы сидели на земле, ждали, пока их жрецы произнесут заклинание [Диос], а затем снова поднимутся на поверхность. Это был долгий процесс, который, в конечном счете, не изменится даже после того, как они закончат и возобновят исследования.
Эта сцена была далека от героического образа авантюристов, который сложился у жителей других регионов.
*Но даже так...*
*Все равно все лучше, чем было раньше...*
Рараджа начал осознавать, насколько неправильной была его жизнь раньше, но только потому, что теперь у него было больше свободы действий.
Однако в его нынешней группе - если ее можно было так назвать, а он не был уверен, что можно - не было никого, кто мог бы произносить заклинания жрецов.
Как только он начал зарабатывать деньги, Рараджа впервые смог спать в нормальной постели. Даже его койка казалась роскошью. В своем прошлом клане он не имел возможности наблюдать за происходящим вокруг. За все время, что он был в нем, его ни разу не исцелили, даже намека не было. О воскрешении не могло быть и речи - дешевле было сэкономить деньги и поймать несколько ему подобных.
Существовало сколько угодно замен для Рараджи... или девушки вроде Гарбедж.
После возвращения из подземелья эти запасные искатели приключений валялись на кучах соломы, стонали от жары и боли в ранах, а на следующий день их снова использовали в качестве мясных щитов. В конце концов, они умирали.
Он видел, как многие его товарищи проходили через это. И они были счастливчиками. В конце концов, у них был хоть какой-то шанс выжить.
Как и у Рараджи.
Сезмар, подслушавший их разговор об исцеляющей магии, вмешался в него.
— Что, никто никогда не оказывал тебе эту услугу?
У этого свободного рыцаря, чьи доспехи лязгали при ходьбе, было самое тяжелое снаряжение из всех в группе.
— Ну...
Рараджа запнулся. Его вряд ли можно было винить за то, что он немного нервничает. Рыцарь был одним из самых известных искателей приключений в этом подземелье, и это ставило его в лигу гораздо выше Рараджи. Сезмар не был таким пугающим, когда отдыхал в таверне, но, увидев его в таких доспехах, Рараджа еще острее почувствовал разницу в силе. Легкомысленный характер этого человека только еще больше запутал Рараджу в том, как ему следует себя вести.
*Я бы хотел, чтобы он был менее дружелюбным, как один известный человек, и чтобы его не так легко было понять...*
Рараджа бросил обиженный взгляд в сторону Иарумаса, но человек в черном уже отдалился от них.
Поскольку продолжать эту мысль было бессмысленно, Рараджа снова сосредоточился на Сезмаре.
— Нет.
— Тогда позволь мне показать тебе, на что похоже лучшее обращение. — Сезмар высоко поднял правую руку и произнес: — Мимуариф пезанме ре фейхе. (О великий щит, приди скорее извне)
— Э, что?
— Гав?..
Даже Гарбедж остановилась, многократно моргая своими ясными глазами.
Хотя в ее случае, наверное, она была просто застигнута врасплох, потому что этот парень внезапно начал кричать...
Рараджа был в таком же замешательстве. Он нерешительно посмотрел на Сезмара, пытаясь прочесть реакцию рыцаря. «Что это было?»
— Если бы с нами был хороший священник, он бы использовал на нас заклинание [Мапофрик], прежде чем мы отправились бы в путь. — ответил Сезмар.
Впереди Иарумас вздохнул.
— Ты не лорд, поэтому не можешь им воспользоваться.
— Уа-ха-ха-ха! — Сезмар разразился бурным смехом.
Рараджа был поражен. Он не знал, что сказать.
*Значит, эмм... это была шутка?*
*Должно быть. Наверное. Возможно.*
— Твоя защита заключается не только в собственном укреплении. Давай просто расслабимся!
Внутри своего шлема, украшенного орнаментом в виде дракона, Сезмар подмигнул… или так показалось Рарадже.
Пытался ли он разрядить обстановку шуткой?
*Если так... тогда посмотрим, смогу ли я что-нибудь разузнать, пока мы еще в спокойной обстановке.*
Приняв решение, Рараджа невзначай спросил Иарумаса:
— Если мы знаем, куда идем, то не можем ли мы использовать заклинание телепортации, чтобы перенестись прямо туда?
Он не основывался на том, что слышал - Рараджа был не настолько сведущ в заклинаниях. Скорее, он говорил исходя из собственного опыта, в частности, на том, который был на днях. Камень Демона был страшным, но он жалел, что потерял его...
— Это заклинание высшего уровня. — с раздражением ответил Сезмар.
Телепортация. Секретное искусство, позволяющее совершать прыжки через измерения. Воистину, это была такая особая техника, о которой могли рассказывать только в легендах. Она отличалась от заклинания жреца для быстрого бегства. Телепортация могла перенести заклинателя туда, куда он хотел.
— Даже Просперо еще не умеет им пользоваться... то есть, а может ли кто-нибудь вообще?
— Заклинания ценны. — просто пробормотал Иарумас, продолжая идти. Гарбедж следовала за ним.
Рараджа поспешил за ними, но перед этим на мгновение оглянулся на вход.
Там, где когда-то были искатели приключений, он уже ничего не мог разглядеть. Их фигуры поглотила тьма… или, возможно, наоборот, и Рараджа и остальные были теми, кого поглотила тьма.
— У тебя есть навык.
— Гав?
— Не только монстры. Ты ведь и людей рубила, верно?
— Гав!
— Понятно.
Это был беззаботный разговор...
Или был бы, если бы Сезмар только что не закончил размахивать своим Истребителем Оборотней и рубить капибар, гигантских жаб и койотов.
Неловкими движениями перепачканная кровью Гарбедж завернула свой меч в рукав, используя ткань, чтобы вытереть кровь. Этот жест был знаком Сезмару, и он положил руку на голову девушки, выглядя искренне довольным.
— Гав?!
Это происходило в каждой гробнице, которую они зачищали, и Рараджа никогда их не прерывал. Он стоял перед сундуком с серьезным выражением лица и сосредоточенно пытался открыть его.
Рараджа сказал бы, что отпереть его было проще простого. Настоящей проблемой было определить тип ловушки и знать, как ее обезвредить. Ни один вор, каким бы опытным он ни был, никогда не может быть полностью уверен. И... это было рулеткой для того, кто только начинал.
— Если бы только у нас был священник, способный использовать [Кальфо], чтобы заглянуть внутрь. — пробормотал Сезмар. Он взглянул на Рараджу, который молча ощупывал ящик.
Затем Сезмар взъерошил кудрявые рыжие волосы Гарбедж, словно гладил собаку. Она запротестовала: «Тяф!», но он продолжил делать это.
— Если ты собирался набрать людей, разве ты не должен был пригласить с собой и Аанъю? — спросил Сезмар.
— Она бы наверняка взяла с меня плату.
Единственный заклинатель в этой группе стоял у стены, его поза была расслабленной. До сих пор ему было легче, чем обычно, - хотя Гарбедж, возможно, и было нелегко сражаться в одиночку, враги первого и второго этажей были слабы, когда Сезмар был рядом.
Иарумасу не было смысла тратить ценные заклинания. По пути он оказался в заднем ряду вместе с Рараджей.
Когда тот похвастался, как приятно немного расслабиться, Сезмар громко рассмеялся. — Определенно. Хотя тебе лучше не строить из себя скрягу. Здесь на кону стоят жизни. Вот почему Аанъя так ворчит, понимаешь?
— Думаю, «поучает» - более подходящее слово.
— Пожалуй.
Сестра Айникки, эта набожная жрица-эльфийка, несколько дней назад читала Иарумасу проповедь. Продолжая болтать с Сезмаром, Иарумас смутно припомнил, что произошло на днях в таверне Дурги.
*****
— Не лучше ли не знать?..
В таверне Дурги было многолюдно, она была заполнена искателями приключений, которые могли умереть сегодня или завтра. За маленьким столиком, в стороне от шумной болтовни, Аанъя тихо задала этот вопрос между глотками крепкого северного спиртного.
— О чем?
— О твоем прошлом.
Да, таверна всегда была полна искателей приключений, и этот день не стал исключением. Оставив позади Рараджу и Гарбедж, Сестра Айникки подвела Иарумаса к круглому столу. Как только он покорно занял место, серебровласая эльфийка устроилась напротив него.
Из напитков Иарумас заказал себе простое пиво. Увидев это, Аанъя слегка обеспокоенно улыбнулась.
— Я слышала о том, что произошло на днях.
— С тем «клиентом» Рараджи?
— Да. — Аанъя кивнула, ее лицо было смертельно серьезным. — Хотя это касается и сегодняшнего инцидента.
У Иарумаса вошло в привычку прислушиваться к ней, когда она выглядела таким образом. В этом мире быть разборчивым в принятии помощи от других было роскошью.
— Я думаю, мы можем быть уверены, что они нацелились на тебя или на девушку. — продолжила Аанъя.
— Возможно.
— Тогда это опасно. Для тебя или для нее.
— Или для нас обоих.
Аанъя сделала паузу. Она нерешительно открыла рот, как будто хотела заговорить… первый раз, затем второй. Она слегка прикрыла глаза, произнесла имя Бога, а затем тихо спросила:
— Ты никогда не думал о том, что незнание может быть счастьем?
Ответ Иарумаса был незамедлительным.
— Я так не думаю.
Шум таверны давил на них, а затем отступал, подобно приливу. Некоторое время ни Иарумас, ни Аанъя ничего не говорили - казалось, что каждый из них ждал, пока другой заговорит, но в то же время казалось, что разговор подошел к концу.
Но вскоре Иарумас нарушил молчание.
— Я благодарен тебе за заботу. Что бы я ни решил делать, это будет только после того, как я узнаю о своем прошлом. Без этого знания я не смогу сделать выбор. Верно?
Аанъя сначала ничего не ответила. Она поняла, о чем он говорит, и улыбнулась. На ее лице читались покорность и раздражение.
— Я так и думала, что ты так ответишь... И в последнее время я начала понимать.
— Что именно?
— Твой путь.
— Мой путь?
— Да. — Аанъя сложила руки на коленях, поерзав на своем сиденье. Затем она подняла свои прекрасные указательные пальчики. — Ты знаешь добро. Ты знаешь зло. Ты не чист, и в то же время не полностью испорчен. — Ее лицо, все еще привлекательное - даже несмотря на то, что она не проживет так долго, как ее предки - смотрело прямо на Иарумаса. — Вот почему ты можешь выбрать нейтралитет.
— Может быть, я просто спотыкаюсь на середине пути.
— Возможно.
Аанъя вздохнула, и ее глаза слегка сузились. Видя это, Иарумас пожал плечами.
— Если так подумать, ты никогда не предлагала мне оставить Гарбедж.
— Конечно, нет. — ответила Аанъя, возмущенно поджав губы. Этот жест мгновенно стер эльфийскую молодость с ее лица, оставив лишь девушку, которая выглядела на свой возраст. Было забавно, как это работало.
Она уставилась вдаль на Рараджу и Гарбедж, которых окружали более опытные искатели приключений.
— Ты просто попробуй и сделай это. — Она бросила вызов. — Если ты начнешь склоняться в сторону зла, я верну тебя обратно.
— Или просто толкни меня за край, и покончи со мной.
— Разве ты не благодарен?
— Ты заставляешь меня прослезиться.
Иарумас рассмеялся, и Сестра Айникки улыбнулась, хотя и несколько неловко.
Иарумас почувствовал, что ему хочется поговорить. Не из-за искренности Аанъи, а просто так, без особой причины. Он ничего не скрывал. Он и не собирался молчать.
*Просто теперь,* подумал он, *я могу ей рассказать.*
Возможно, это произошло благодаря добродетели набожной святой.
— Сестра Айникки».
— Да? — Ее серебряные волосы колыхались, когда она наклонила голову в сторону. — В чем дело?
— Ты ошибаешься в двух вещах...
*****
Крышка сундука с сокровищами со стуком упала на землю, вернув Иарумаса в настоящее.
Рараджа вытер пот со лба и испустил долгий вздох.
— Значит, это успех?
— Ну, конечно. Ядовитые иглы - это лекготня...
Рараджа хватался, несмотря на то, что он очевидно выдохся.
Работа вора, отпирающего сундуки, всегда была напряженной - совсем как бой, который всегда предшествовал этому. Если вору не удавалось обезвредить ловушку, он мог пострадать. А в некоторых случаях ловушки могли быть смертельными. Если ловушка была неправильно распознана, то вся работа вора лишь прокладывала дорогу к его окончательной гибели.
Даже если рядом был священник, как уже говорилось, обезвреживание все равно было битвой одного человека, и ни на кого нельзя было положиться в этом деле.
— Тяф!
Вот почему Рараджа чувствовал себя измотанным. Гарбедж просто проигнорировала его, чтобы наброситься на сокровище.
Не то чтобы она понимала его ценность… нет.
— Гав! Гав!
Оно сверкало и было красивым, так что, возможно, она понимала его ценность самым чистым и невинным образом.
Она сунула руки в кучу золотых монет в сундуке и перемешала их. Удовлетворенная, девушка направилась к Иарумасу.
— Гав! — гордо рявкнула она, подняв одну золотую монету, как бы говоря: — Как тебе это?
— Для тебя это просто еще один трофей, да?
— Гав?!
Когда Иарумас погладил ее по голове своей рукой в перчатке, она издала крик протеста. Такая сцена, когда она смотрела на него и возмущенно рычала, а он держал ее голову опущенной, была для них типичной.
То же самое было и с Рараджей, который сидел на полу и глотал воду из своего бурдюка, не думая о том, сколько ее осталось.
— Не пить, пока мы не пройдем через следующую гробницу. — со смехом сказал Сезмар. Рараджа издал преувеличенный стон.
— До третьего этажа, конечно, далековато...
— Мы могли бы воспользоваться лифтом... но тогда мы пропустим все сокровища по пути...
Когда Сезмар так сказал, Рараджа, который все еще был новичком в подземелье, не смог с ним поспорить. В конце концов, рыцарь был одним из тех искателей приключений, которые забирались в подземелье дальше всех. Да и у Иарумаса наверняка был богатый опыт.
Что же касается Гарбедж...
— Гав?
— Ничего...
Девушка посмотрела на него, вопросительно наклонив голову, словно говоря:
— Я не уверена в этом.
Что ж, если уж на то пошло, Рараджа тоже не хотел бы упускать сокровища. В своем прежнем клане он не увидел и ломаного гроша, но в этой группе он мог рассчитывать на то, что все будет поделено должным образом.
От теплого чувства, возникающего от полного кошелька монет, не так-то легко отказаться, когда к нему привыкаешь.
Сезмар, словно видя Рараджу насквозь, похлопал парня по плечу.
— И все же, несмотря на все твои жалобы, ты уже привык к этому, не так ли?
— Ну, это не так сложно, как сражаться с драконом...
Та битва была напряженной. Он ни за что в жизни не хотел бы пройти через подобное снова. Но для искателя приключений это будет неизбежно.
Рараджа испустил глубокий вздох, вызвав приглушенный смех из-под шлема Сезмара. Было ясно, что рыцарь дразнит его, но не насмешливо. В этом было что-то странно веселое.
Поэтому возмущенный взгляд Рараджи был устремлен не на него, а на человека в черном, рядом с Гарбедж (которая, в свою очередь, просто стояла). Иарумас запихивал сокровища в мешок.
— Я давно хотел спросить... — сказал Рараджа.
— Что?
— Кто ты? — спросил Рараджа усталым тоном, положив локоть на колено, а щеку на ладонь. — Ты маг, который может сражаться, или воин, который может творить заклинания?
— Кто знает?
Этот загадочный ответ вызвал на лице Рараджи ужасно заинтересованное выражение. Гарбедж наклонилась, чтобы посмотреть на его лицо с растерянным «Гав?».
И вот так, плавно, их исследование продолжилось.
*****
— Это то самое место?
Иарумас кивнул.
— Похоже на то.
Перед ними возвышалась каменная стена, хотя в ней не было ничего особенно примечательного. Однако ее внешний вид было трудно понять - она выглядела как единый гладкий каменный лист, стена из наваленных камней и скальная стена, причем, казалось, все сразу.
Здесь, в подземелье, восприятие искателя приключений было смутным и неопределенным. Все они понимали только одно - эта стена сделана из камня и находится в коридоре, соединяющем две гробницы.
Рараджа нерешительно подошел к стене, рядом с ним была Гарбедж, которая нюхала воздух.
— Ладно... Я проверю ее, хорошо?
— Конечно. — ответил Иарумас.
Рараджа прикоснулся к стене, ища в ней что-нибудь необычное.
Было хорошо известно, что в подземелье есть потайные двери. Были также односторонние двери и двери, которые обычно нельзя было отпереть. Хотя он понятия не имел, как они работают...
Рараджа хранил молчание, глядя на камень, чувствуя сильное напряжение. К счастью для него, он не слышал, чтобы существовали заминированные двери. Хотя на той стороне все еще могут находиться монстры...
Сглотнув, Рараджа некоторое время ощупывал стену, похлопывая ее, пока не услышал, как рядом с ним зевнула Гарбедж. Затем, вытащив кинжал, он провел им вдоль одного из углов стены, вырезав форму двери.
— Вроде все... надеюсь.
— Хорошо сработано. — сказал Сезмар, искренне похвалив его. Рараджа смущенно потер нос, ничего не сказав в ответ.
Дальше все должны были делать передовики. Парень медленно отступил назад, давая возможность бойцам пройти.
Сезмар, Гарбедж, а затем Иарумас.
Иарумас выглядел спокойным, глядя на потайную дверь. Его рука лежала на рукояти катаны, похожей на черный стержень.
— Лучше отметить это место на карте. — сказал он, уголки его губ приподнялись. Было непонятно, что в этом смешного. — Мы войдем?
— Ты лидер. — непринужденно сказал Сезмар. — Иди вперед.
— Хорошо.
— Гав!
Получив разрешение, Гарбедж выбила собой дверь, и искатели приключений устремились в гробницу.
В большинстве гробниц находились монстры, называемые стражами... а также сокровища. Группе нужно было оставаться начеку, потому что, даже если монстры уже были убиты, они могли появиться снова через некоторое время. Они обследовали темную гробницу, каждый из них по максимуму использовал все пять своих чувств.
Запахи, звуки, мелькающие тени. Вкус железа на кончике языка. Поток воздуха на коже.
Это был напряженный момент... но ничего не произошло.
— Они... не здесь?
Рараджа издал непроизвольный вздох, расслабляясь.
— Возможно. — коротко ответил Иарумас. — Давайте поищем тела.
— А их сокровища и снаряжение?
— Ты понял, о чем я.
Это был комплимент. По крайней мере, так Рараджа подумал на секунду. Хотя он не был уверен, почему он так подумал. Как бы то ни было, парень сделал то, что ему сказали, и осмотрел гробницу в поисках мертвых тел искателей приключений.
Гарбедж, однако, проигнорировала эти слова.
— Гав!..
Она была на взводе от предвкушения битвы и теперь была откровенно разочарована ее отсутствием. Однако, хотя она от скуки пинала ногами каменный пол, нашелся кое-кто, кто не выпускал из рук оружия.
— Здесь нет монстров. — пробормотал Сезмар, держа меч в руке. «И трупов я тоже не вижу».
— Я так и ожидал. — Иарумас усмехнулся, его рука все еще лежала на черном стержне, в котором находилось его оружие.
— Это становится интересным.
— Определенно.
Рараджа развернулся, ворча, после короткой пробежки по комнате.
— Ну вот, здесь ничего нет. Тебе не кажется, что это была фальшивая наводка?
Тогда-то это и произошло.
Это было неожиданно. Пронзительный, бьющий по ушам. Металлический звук эхом разнесся по гробнице.
Гарбедж издала удивленный вопль, но ее вряд ли можно было за это винить. Когда девушка зажала уши руками, Рараджа рефлекторно выхватил кинжал и приготовился к бою.
— Ч-что?!
— Тревога, да? — пробормотал Сезмар. — Даже если мы не открывали сундук?
— Это не значит, что таких комнат нет. — сказал Иарумас. — Интересно, появится ли эксперт?
— Что это?! — выкрикнул Рараджа. Но тут...
Тень шевельнулась.
Бесконечная тьма, заполнявшая подземелье, раздулась, приняла осязаемую форму и выстрелила.
В тот же миг монстры атаковали!
*****
— Э, о, о, что, а?!
Серебряная вспышка прорезала тьму, и Рараджа рефлекторно взмахнул кинжалом, чтобы отразить ее.
От удара он упал на спину, и лезвие стремительно понеслось за ним. Он закричал и отпрыгнул в сторону, но не было сомнений в том, что атака уменьшила его HP.
— Ч-что это за твари?!
Монстры, появившиеся из темноты, были похожи на людей.
Могли ли они быть искателями приключений? Это были люди, одетые в смешанное снаряжение, а в их глазах сиял причудливый свет. Казалось, им не будет конца — группа за группой выходила из мрака гробницы.
— Давайте убежим, окей?! — закричал Рараджа. — Мы умрем!!!
— Невозможно убежать, пока звучит сигнал тревоги.
Существа медленно приближались, безжалостно замахиваясь на них.
Иарумас парировал удар своим клинком, отклонив его в сторону, а затем он молниеносно пробил туловище врага.
Четкий звук удара стали о сталь. Брызги крови.
Один из них пал.
— Это напоминает мне о прошлом. — заметил Иарумас, стряхивая кровь со своей катаны и корректируя свою стойку. Однако эти слова, казалось, застали врасплох даже его самого.
*Это… напоминает мне о прошлом?* мысленно повторил Иарумас.
— Ты знаешь их? — спросил Сезмар, который рубил всех вражеских авантюристов, подходивших слишком близко.
Иарумас только покачал головой на вопрос Сезмара.
— Просто мне так кажется. И я думаю, что в тот раз... я находился немного глубже, чем сейчас.
— И что это значит?
Сезмар улыбался. Этот свободный рыцарь, этот воин, всегда был таким. Он блокировал атаки противника своим большим щитом, а затем его Истребитель Оборотней взревел. Здесь были только люди, но люди тоже были животными, и все они были равны перед остротой его клинка.
Он взмахнул один раз, затем два раза подряд, рассекая воина, неосторожно оказавшегося на расстоянии удара. Но Сезмар, конечно, понимал, как сохранить свое преимущество.
— Я хочу покончить с этим, пока они не выпустили ни одного заклинания. — объявил он. — Эй, Иарумас. У тебя есть какая-нибудь хорошая магия, которую ты можешь использовать?
— Хотел бы я заставить их замолчать... как священник с [Монито]. — непринужденно ответил Иарумас, но его пустая левая рука еще не начала формировать знаки.
Если он собирался использовать заклинание, то это будет [Лахалито], или...
Возможно, заклинание еще более высокого уровня, например, [Бакорту] или [Мадальто].
Однако шипящее поле [Бакорту] только уменьшало силу их магии. Если он собирался применить что-то столь высокого уровня, то лучше было бы заморозить их с помощью [Мадальто]. Среди врагов не было ни одного заклинателя, по крайней мере, в пределах видимости. Но это не означало, что их не было в тылу.
Кроме того, он не мог рассчитывать на то, что [Бакорту] повлияет на подкрепления, которые продолжали прибывать по тревоге. То же самое, очевидно, произошло бы, если бы он скосил всех врагов в комнате снежной бурей, так что это не склоняло чашу весов в ту или иную сторону.
Нет, причина колебаний Иарумаса не имела ничего общего с экономией заклинаний. Если бы он стал беззащитным перед своими врагами, это изрядно потрепало бы ему нервы (HP).
*Я не хочу терять ни одного хода. Я хочу сделать оптимальный ход.*
До тех пор, пока не было заклинаний или дыхательных атак, группа не будет уничтожена, даже если враги будут действовать раньше Иарумаса.
Их группа, возглавляемая двумя опытными авантюристами, мгновенно вернулась в боевой строй. Хотя... Гарбедж как обычно просто взбесилась, и все, что Рараджа мог делать в данный момент, это парировать.
Единственными, кто мог реально смотреть на ситуацию и отдавать приказы, были Сезмар и Иарумас. Группа, возможно, и была в опасности, но до тех пор, пока никому из них не отрубили головы, они не были в невыгодном положении.
Конечно, один или двое могут погибнуть, но...
— Смерть - не повод перестать быть авантюристом. — смело заявил Иарумас. И он был прав... до тех пор, пока оставался кто-то, кто мог бы отнести тела в храм и заплатить десятину.
Но даже если его слова были правдой, это не было причиной охотно выбирать смерть. Вечный конец придет сам по себе, в свое время.
*Понятно. В том, что говорит Аанъя, действительно есть какой-то смысл.*
Если бы он погиб из-за неосторожного движения в бою, эта жрица была бы в ярости.
Пока Иарумас метался по полю боя с полной мыслями головой, он посмотрел в сторону девушки.
— Гав!!!
Гарбедж была в своей стихии. Как рыба в воде, или, может быть, гончая, преследующая добычу. С громким лаем она прыгнула на врагов, пользуясь весом своего меча, чтобы скосить их. Казалось, что клинок раскачивает ее миниатюрную фигуру, но на самом деле все было наоборот.
Было трудно поверить, что такая стройная девушка, как Гарбедж, способна выдержать такой тяжелый клинок, но она обрушивала его на своих врагов со всем его весом и инерцией.
Не раздумывая, Иарумас воззвал к неистовой кровавой буре.
— Гарбедж!
— Гав!
Он окликнул ее не для того, чтобы сказать что-то важное. Он уже знал, что, даже если он скажет ей вернуться или отступить, она его не поймет.
Но если он звал ее по имени... она откликалась. Она останавливалась, поворачивалась и поднимала голову.
Эти ясные голубые глаза смотрели прямо на него. Иарумасу даже показалось, что он видит в них свое собственное отражение.
Затем, внезапно, они начали тонуть.
— Тяф?!
— Что?!
Даже Иарумас вскрикнул от удивления.
Желоб.
Пол разверзся под ногами Гарбедж, поглощая ее.
Странно.
Время, казалось, замедлилось. Одна капля крови полетела в сторону Иарумаса. Он мог проследить ее дугу глазами.
Гарбедж не в первый раз ступала на этот участок пола.
Все это время она прыгала, бегала и размахивала мечом. Если бы желоб срабатывал от веса, он сработал бы при первом же шаге.
Так почему? Почему он открылся именно сейчас? Потому что она остановилась? Он нацелился на нее? Если да, то это значит...
Кто-то контролирует подземелье?
— Ха!
Иарумас улыбнулся. Это была голодная улыбка, как у акулы, которая нашла свою добычу.
В следующее мгновение он оттолкнулся от пола гробницы и подпрыгнул в воздух. Проскользнув между тенеподобными монстрами, он метнул катану, которая висела в его правой руке.
Ее лезвие попало в щель в полу как раз в тот момент, когда желоб закрывался, и металл начал издавать неприятный скрипящий звук.
— Иарумас?!
Странный звук его стонущей катаны… крик Сезмара.
Все это не имело значения для Иарумаса.
Он схватился обеими руками за рукоять своей катаны и начал с ее помощью раздвигать пол.
— Эй. — сказал Иарумас. — Как только вы прорубите себе путь отсюда, спускайтесь по лестнице.
— Что ты собираешься делать?
Теперь, когда Иарумас и Гарбедж вышли из строя, Сезмар стал заполнять дыры, которые они оставили в первом ряду. Он ударил врага своим большим щитом и встал рядом с Рараджей.
— Я присоединяюсь к ней. — просто заявил Иарумас. Он рассмеялся, а затем продолжил: — Можешь идти домой, если хочешь...
— И тебя это устроит?
— Я не могу просить тебя следовать за мной навстречу своей смерти.
Когда Иарумас просунул одну ногу в щель, он посмотрел на Сезмара.
Когда Сезмар вонзил Истребитель Оборотней в ребра своего противника, пронзая им сердце, он посмотрел на Иарумаса.
Они оба испустили пустые смешки и разделили глупые улыбки.
Видя, как они оба ведут себя так, Рараджа, который изо всех сил размахивал кинжалом, казалось, не мог в это поверить.
Но и это длилось лишь мгновение.
Рараджа собрал всю свою храбрость, на которую был способен, а затем с задумчивым выражением лица спросил:
— Ты идешь туда, чтобы спасти ту девушку?
— Нет... не совсем?
Иарумас взглянул на Рараджу, затем сильно надавил ногой, открыв достаточно места, чтобы в щель мог войти человек.
Рараджа сразу понял, что Иарумас не просто шутит или пытается отрицать свои мотивы.
Этот парень действительно не собирался ее спасать.
Тогда почему?!
Это не имело смысла. Несмотря на свое замешательство, Рараджа все же крикнул:
— Это безумие! Это бессмысленно!
Да. Это было бессмысленно. Зачем это делать? Что здесь происходило?
Внезапно в его сознании возникло подобие понимания...
— Ты противостоишь хозяину подземелья, верно?!
Ответ Иарумаса был коротким:
— У меня есть к нему дело.
И вот, хорошо отработанными движениями, как будто он делал это десятки раз...
Иарумас прыгнул вниз по желобу и исчез.
— Аууууу!!!
Ее крик эхом разнесся в темноте, прежде чем угаснуть.
Гарбедж сидела на холодной каменной плитке темного пола подземелья, оглядываясь по сторонам.
Никого не было.
— Гав...
Девушка безразлично фыркнула. Она привыкла к холодным, темным каменным комнатам. А что касается того, что она была одна... ну, она всегда была одна. В этом не было ничего нового.
Некоторое время Гарбедж сидела в оцепенении. Затем она встала и тихонько пошла прочь.
Нет, она не понимала, что произошло, или что-то запутанное в этом роде. Она также не знала, что ей с этим делать. Ее мысли не задерживались ни на том, что должно произойти, ни на том, что было раньше, а скорее на том, что происходит прямо сейчас.
И все же, из-за этой ситуации...
Впервые за долгое время Гарбедж вспомнила прошлое.
Однажды, совершенно неожиданно, ее вытащили из темной комнаты и засунули в ящик, который трясся взад-вперед. Контейнер содрогнулся от сильнейшего толчка, а затем... Гарбедж выбросило в открытое пространство.
Странные существа напали на нее. Она не понимала их, но убивала, чтобы не быть убитой самой. Кто-то предложил ей еду. На нее надели ошейник. Она решила подчиняться до тех пор, пока они будут давать еду. Говорили идти — она шла в подземелье. Говорили убить — она убивала.
Каменный потолок здесь, внизу, подходил ей гораздо больше, чем странный широкий голубой потолок наверху (не то чтобы она видела этот потолок, пока ее не вытащили из темной комнаты).
Да. Раньше она не думала, что ее положение настолько плохо.
Но она была голодна. По-настоящему, абсолютно, голодна.
Встреча с этими новыми людьми удивила ее. Впервые она могла есть столько, сколько хотела. Никто не рассердился. Это был новый опыт. И дело было не только в еде — раньше Гарбедж постоянно командовали, но теперь это было не так.
Из-за этой новой свободы действий Гарбедж подумала, что может остаться с ними еще на некоторое время. Но если ей суждено было разлучиться с ними, она решила, что ничего не сможет с этим поделать.
Быть с ними не так уж и плохо, подумала она, хотя и не в таких хорошо сформулированных выражениях.
После некоторого времени молчаливого и бесцельного блуждания по подземелью, девушка вдруг остановилась. Она находилась в огромном пространстве. Однако оно не было похоже на то, что искатели приключений называют гробницей — его не отгораживали никакие двери.
Коридор. Пространство. Да много чего можно было назвать...
Гарбедж с отвращением сплюнула. Ее нос уловил неприятную вонь в глубине помещения.
— Если бы ты просто сдохла, все было бы гораздо проще. Но тебе пришлось продолжать цепляться за свою жалкую жизнь...
Совершенно невеселый. Источник запаха появился из глубин тьмы. Это был мужчина, одетый в первоклассную мантию.
Он был не один.
Мужчины в черных одеждах последовали за ним, выходя из тени.
Бесчисленное множество мужчин.
Бесчисленное.
Они надвигались на Гарбедж единой массой, окружая ее толпой в несколько слоев.
Гарбедж крепко сжала рукоять своего меча, медленно опустив стойку.
Мужчины, казалось, не чувствовали угрозы. Они приближались. Ужасный запах становился все сильнее.
— Подумать только, мне пришлось достать этот амулет только для того, чтобы избавиться от такой дикой шавки, как ты...
Человек в мантии, стоявший впереди группы, с ненавистью выплюнул свои слова. На его шее висела странная вещь, что-то вроде черепка-амулета, излучавшего обжигающий белый свет.
— Ты вышла из-под контроля. Мы не можем допустить, чтобы ты прославилась.
Мужчина сжал амулет, издав стон, и сфокусировал свои глаза на Гарбедж. В них не было враждебности. Не было и раскаяния. Только презрение и досада на то, что это хлопотное задание выпало на его долю.
Пока мужчина говорил, Гарбедж услышала, как остальные вокруг него вытащили мечи из ножен под своими мантиями.
— Ты всего лишь маленькая шавка. Нет смысла говорить с животным, которое не может понять, но... умри здесь.
В одном мужчина был прав - Гарбедж не понимала ни слова из того, что он говорил. Она не слушала.
Нет, ей просто совершенно не нравилось зловоние, которое исходило от этих людей. Когда она была в этой маленькой, темной, холодной комнате, этот запах всегда беспокоил ее. Они появлялись время от времени, смотрели на нее, что-то говорили, а потом уходили. В какой-то момент Гарбедж стала узнавать их по вони.
Вот почему с тех пор, как ее выбросили из коробки на открытое пространство, она делала только одно для себя.
Всякий раз, когда появлялся кто-то, окутанный этой вонью, Гарбедж всегда думала...
— Умри, проклятый ублюдок королевского дома Ллилгамин!
Я избавлюсь от них…
*****
С каждым взмахом ее меча к груде трупов добавлялся еще один.
— Гррр!..
Воля Гарбедж к борьбе не ослабевала. Молчаливые убийцы набросились на нее, направив на нее клинки, но она не отступила ни на шаг. Она бросилась к центру группы, окружившей ее, хаотично размахивая своим мечом - если ей повезет, кто-нибудь будет разрублен ее дикими ударами.
Ветер взревел, когда она наступала своим клинком - она использовала одну тонкую ногу, чтобы удержать себя, когда размахивала своим массивным мечом во все стороны. Это не было настоящим фехтованием, ни в коем случае. Это была сила и насилие, опирающиеся на вес и массу.
Тем не менее, она танцевала.
С каждым не случайным шагом, с каждым взмахом ее меча, на нее наваливалось все больше тел. Это был танец смерти.
Это сильно отличалось от убийц, которые нападали абсолютно молча.
— Гррррр! — прорычала Гарбедж, видя, что люди в мантиях, державшие кинжалы наготове, остаются непоколебимыми, сколько бы она ни убила их.
Убийцы двигались ловко, их клинки всегда стремились к ее жизненно важным органам. Хотя это было трудно, ей до сих пор удавалось уклоняться. Приключения всегда сопровождались смертью. Однако когда смерть преследовала ее так неумолимо, напряжение было огромным.
Ее воля была подавлена. Ее внимание ослабевало. Она выдохлась. Пот струился по ее телу. Дыхание было поверхностным и прерывистым.
— Гав!!!
Несмотря на усталость, Гарбедж оскалила клыки, побуждая себя к действию, и бросилась на свою следующую жертву.
Сколько бы ни было противников, их число не могло быть бесконечным. Гарбедж не понимала таких сложных понятий, как бесконечность, но она знала одно: если она убьет достаточно, все они будут мертвы.
И все же... хотя девушка была отличным бойцом, она была всего лишь бойцом.
— Ты действительно зверь. — огрызнулся мужчина в мантии, не потрудившись скрыть свое презрение. — Как погляжу, ты не способна на большее, чем дико метаться вокруг.
Потребуется некоторое время, чтобы ее клинок достиг его сквозь стену наседающих убийц.
— Ррруф!!! — рявкнул Гарбедж, как бы говоря: «Просто подожди!».
Человек в мантии не стал больше медлить. Вместо этого он сжал амулет, висевший у него на шее, и начал произносить слова истинной силы.
— Сеензанме чузанме ре даруи. (Невидимые демоны, примите форму)
Мгновенно что-то изменилось.
Ветер принес ужасный запах, похожий на… запах гниющей плоти. Он мгновенно заполнил комнату, отравляя легкие Гарбедж.
— Тяф?!
Впервые лицо девушки исказилось в ужасе. Но настоящий ужас был еще впереди.
— ГРААААХХХХ...
— РРАААААУУУГГ!!!
Плоть мертвых убийц начала гнить и отслаиваться. Но, несмотря на это, они медленно начали подниматься снова... словно живые.
Эти гниющие трупы были явно враждебны. Заклинание, которое приознес мужчина, было [Сокорди], хотя Гарбедж этого не знала. Но даже если бы она и знала, то все равно, без сомнения, осталась бы в недоумении от его невероятной мощи.
Это действительно была магия пятого уровня — одно из легендарных магических заклинаний, пригласивших в этот мир несколько монстров из другого.
Да, именно так. Только несколько. Заклинание не обладало почти нечеловеческой силой, чтобы поднять каждый из десятков павших трупов.
— Грр!..
Даже когда они надвигались на нее, девушка не выпускала из рук меч и не ослабляла сопротивления. Она даже не сделала паузы, чтобы отдышаться. Возможно, инстинктивно она понимала, что остановка означает ее смерть.
Это было достойное похвалы зрелище. К этому нельзя относиться легкомысленно.
Вся в поту и темно-красной крови, она все равно устремилась к своей цели, словно сама была клинком.
Однако даже эта чистая и благородная красота была бессмысленна в этом месте.
— Кафареф тай нуунзанме. (Остановись, о душа, имя тебе — сон)
— Ик?!
Заклинание [Катино] было безжалостным. Взвизгнув, Гарбедж вдруг споткнулась о свои ноги и жалко упала на камнем пол. Судорожно дергаясь и барахтаясь, как утопающий, она пыталась подняться на ноги, но все было бесполезно. Все ее тело расслабилось, отказываясь двигаться по ее воле.
В этот самый момент ее воля стала ускользать.
Мертвые окружили ее, протягивая к ней руки. Ее голубые глаза широко раскрылись, рот открывался и закрывался.
— Убей или будешь убит... — пробормотал человек в мантии, довольный эффектом своего заклинания первого уровня.
Имя мага? Эгам Эвиф.
Для Эгама это задание было пустяком. Он не хотел в нем участвовать. Он изучал магию. Освоил этот путь. Он искал славы во дворце, но был вынужден иметь дело с этой чудовищной девушкой.
Однако даже самая высокоуровневая магия, которой человек мог достичь во внешнем мире, здесь, в подземелье, сводились к самой элементарной.
Этот факт, усугубленный тем, сколько времени он потратил на освоение этого заклинания, ужасно его раздражал. Как бы то ни было, огромный эффект, который это оказало, даже здесь, в подземелье, наполнил его гордостью. Он был расстроен тем, что столько его секретных агентов было убито одной маленькой девочкой, но...
*В конце концов, она будет унижаться передо мной, умолять о прощении, а затем умрет, как собака, которой она и является.*
— Кто бы мог подумать? Девочка, которую Его Высочество оставил с ребенком после той рискованной интрижки... В ее жилах течет кровь проклятого повелителя.
Маленькая беспризорница, размахивающая мечом, была поистине ужасной, чудовищной. Существование легендарного проклятого безумного повелителя было позором... который необходимо было скрыть.
Вскоре кровь повелителя будет разорвана на части. Сожрана. Изгнана из этого мира. И останется только законная кровь королевской семьи.
Это, несомненно, было великим достижением.
Эгам сузил глаза, не желая пропустить момент триумфа, но вдруг...
— Мимуариф мимузанмер райзин!. (Оседлай мой голос, о ужас, и распространись)
…его глаза широко распахнулись, когда были произнесены эти истинные слова.
— АРААААГ?!??!?!
— ААААААААА?!
— Что?!»
Не только Эгам был потрясен - эффект быстро распространился по рядам мертвецов. Хотя трупы изначально не были организованы, инстинкт побуждал их наброситься на девушку. Теперь все они отпрянули назад или перевернулись на спину, корчась и крича.
— Это заклинание... [Маморлис]?!»
Эгам знал, что это было. Заклинание пятого уровня. Оно сотрясало дух, вселяя ужас. Оно действовало даже на мертвых, у которых оставались лишь малейшие остатки души.
Но...
*Он хорош,* со стоном подумал Эгам. *О, да. Заклинание не подействовало бы на почти потерявшую сознание девушку.*
Из темноты подземелья появился тот, кто одним действием остановил гниющие трупы.
Человек в черном.
В его руке мелькнул черный жезл, разбрасывая головы в стороны.
Авантюрист продолжал идти прямо вперед, отбрасывая трупы, когда они рассыпались в прах, а затем переступая через них. То, что сначала выглядело как посох, на самом деле оказалось саблей. Она взвыла.
— Мимуариф кафареф нууни тазанме! (Пораженный бурей, разбейся словно камень)
Его клинок таил в себе смертоносную магию, и невидимый удар пронзил воздух. Эгам был беззащитен, когда его тело поглотило смертельное заклинание, [Маканито].
Разрез. Это было так просто.
Человек в мантии разлетелся, его туловище было рассечено надвое диагональным разрезом.
— Гав?
Гарбедж издала слабый, прерывистый лай, когда почувствовала, что мужчина стоит прямо рядом с ней. Тряхнув головой, она, пошатываясь, поднялась на ноги. Ее одежда была порвана. Ее снаряжение было повреждено. Но она все еще держала в руке свой меч.
Ее воля к борьбе была непоколебима. Теперь, что касается того человека...
— Я слышал... что на дальнем востоке есть воины, которые также могут использовать магию... — пробормотал Эгам, несмотря на то, что явно был разделен пополам.
Его амулет засиял бледным светом, который мгновенно соединил разорванные половины его тела, сшив их вместе. Кровь, которую он пролил, органы, которые он потерял, - все это втянулось в него и вернулось на свои места.
Это было неестественное зрелище.
Вскоре Эгам невозмутимо встал, и выглядел так же, как и в первый раз. Затем, взглянув на искателя приключений рядом с девушкой, его глаза сузились.
— Самурай, да? Я не знал, что такие, как ты, еще существуют.
— Я тоже ничего не знаю о тебе. Кроме одной вещи. — Иарумас, самурай в черной одежде, улыбнулся, как будто только что встретился со старым другом. — Это амулет, не так ли?
— В таком случае... похоже, я не могу оставить тебя в живых. — Сам того не осознавая, Эгам крепко сжал осколок - амулет - висевший у него на шее. От него исходил бледный, тусклый свет. Сияние магии. Свет разума. Сила, ставшая явью.
Это сокровище, дарованное ему, когда он получил эту миссию, наполнило Эгама восторгом.
Он, его носитель, никак не мог закончить свою жизнь здесь. Нет, конечно, не в этом жалком подземелье, так и не став для королевской семьи чем-то большим, чем мальчиком на побегушках.
Он должен стать сильнее. Подняться на большую высоту.
Увидев лицо Эгама, опьяненное его собственным честолюбием, Иарумас фыркнул. Затем он повернулся к Гарбедж.
— Ты готова? — спросил он девушку, чье дыхание все еще было неровным. Она то и дело высовывала язык, делая лишь неглубокие вдохи.
Гарбедж смотрела на Иарумаса, словно в оцепенении. Ее ясные голубые глаза начали фокусироваться.
Несколько мгновений девушка молчала, то ли от нерешительности, то ли задумавшись, а может, по какой-то другой причине. Наконец, она ответила ему лаконичным: «Гав!».
— Хорошо.
Рука Иарумаса, облаченная в перчатку, легонько похлопала Гарбедж по голове. Девушка не повысила голос в знак протеста. Вместо этого она крепко сжала свой меч, глядя на Эгама.
— Гав!!!
*****
— Кто он такой? — пробормотал Рараджа. Слова вырвались сами собой, когда он продолжал исследование наедине с Сезмаром.
“Исследование” - это еще мягко сказано. На самом деле они просто отбивались от врагов, которые продолжали наступать на них. Эти группы состояли из воинов, магов, жрецов и воров - их черные одежды напоминали одежду Хоуквинда.
Рараджа был в отчаянии. Он размахивал кинжалом, блокировал, отклонял и уворачивался. В тот же миг меч Сезмара, Истребитель Оборотней, завыл и обрушился на их врагов.
Если бы в них двоих попали заклинания, они бы погибли. И зная это, Рараджа не мог расслабиться. Если бы он не попытался раствориться в тени, подобраться к нападавшим и вонзить свой кинжал в их органы, они бы погибли гораздо раньше.
Отличается ли это здесь, в подземелье?
Странно, но он без колебаний убивал их. Это было совсем не похоже на то, как на них напали в магазине. Может быть, потому что он думал, что это не люди, а монстры?
Рараджа подкрался к магу, чьи глаза были такими же тусклыми, как когда-то его собственные, и всадил ему в спину кинжал. Когда человек обмяк, а Рараджа отпрыгнул в сторону, ему вдруг пришло в голову, что у него больше свободы, чем раньше...
Свобода открывать рот и говорить.
— Ну, а ты как думаешь, кто он такой? — спросил Сезмар, как будто они просто болтали ни о чем. Его Истребитель Оборотней уничтожил еще одного врага. За то время, которое потребовалось отчаянному Рарадже, чтобы расправиться с одним врагом, Сезмар нагромоздил целую гору трупов.
Беспечная манера, с которой они разговаривали во время сражения, заставило Рараджу мысленно сравнить себя с Иарумасом. Пытаясь прогнать этот образ из головы, парень сказал:
— Я слышал, что у него амнезия.
Рараджа и Иарумас были слишком разными. Нет... пропасть в их навыках была слишком велика.
— До меня также дошли слухи, что он был воскрешен по ошибке.
— Ну, в этом ты прав. — ответил Сезмар, внезапно остановившись в конце замаха. Казалось, он издал легкий смешок. — Мне также довольно любопытно узнать, кто он такой. Но я уже знаю это.
— Что?..
— Он труп. — Сезмар рассмеялся. — Труп, который мы нашли в неисследованном районе подземелья.
— Это...
Рараджа остановился, не находя слов. Невозможно? Невероятно? Эти слова чуть не сорвались с его губ. В конце концов, если Иарумаса нашли трупом в неисследованной области... значит, он был там, куда никто не добирался...
— Да. И самое страшное, что он определенно авантюрист.
Сезмар жестом, столь характерным для него, со смехом вскинул меч на плечо. Затем, перевернув его на ладони, он вслепую пронзил врага, который приближался к нему с фланга. Сезмар даже не обернулся. Тень в черном одеянии, в которую он попал, - убийца, целившийся ему в шею, - умер, даже не вскрикнув.
Рараджа покачал головой от увиденного. Затем, широко раскрыв глаза, он снова сосредоточился на битве.
Там был маг. Рараджа задержал дыхание, стер свое присутствие и медленно подкрался к заклинателю. Мужчина издал немой крик, заглушенный рукой Рараджи, когда ему перерезали горло. Парень-вор все это время держал уши навостренными.
— В общем, мы вытащили труп на поверхность и попытались воскресить его... и вот как это случилось!
Сезмар проложил путь для них двоих, и они словно шли по пустому полю. Их противники не были зверями, но, очевидно, перед лицом клинка Сезмара это не имело значения. А может быть, для его меча, убивающего зверей, люди тоже были зверями. Он оставался острым, выпивая их кровь.
Меч летел то влево, то вправо, разрубая противников, а Сезмар уверенно продвигался к выходу из гробницы.
Заклинатели?
Похоже, он уже всех перерезал. Рараджа быстро последовал за Сезмаром, сосредоточившись на защите спины рыцаря. Хотя он сомневался, что ему это нужно.
На Рараджу обрушился клинок, и он парировал удар кинжалом. Полетели искры. Его рука онемела. Но это было все.
Его HP не собирались иссякать. Это его даже обрадовало.
— Тогда это правда? У него нет никаких воспоминаний?!
— Похоже, он помнит, как сражаться, но все его воспоминания (уровни) исчезли. Это нельзя назвать ложью. Но...
— Хм?
— Как погляжу, это беспокоит тебя... невозможность выяснить его прошлое. Но так и должно быть.
Сезмар одним ударом рассек воина, стоявшего между ними и дверью. Он засмеялся.
— Потому что у него нет прошлого.
*****
— Сеензанме чузанме ре даруи. (Невидимые демоны, примите форму)
Сражение началось со второго [Сокорди] Эгама. Что могло изменить добавление еще одного авантюриста? Ничего, особенно когда противостоишь безграничной магической силе, заключенной в амулете.
— ГРААААХХХХ...
— РРАААААУУУУУ!!!
Мертвые снова восстали. Не только мертвые - среди них были и убийцы, вызванные из глубин тьмы.
Все они теперь находились под властью бледного света, исходившего из амулета. Эти марионетки, подчиненные воле Эгама, напали на искателей приключений, как и раньше.
Убийцы целились в жизненно важные точки, орудуя кинжалами, а мертвецы инстинктивно пытались укусить и разорвать их на куски.
— Избегай их.
— Гав!
Иарумас и Гарбедж, с другой стороны, полностью изменили свою стратегию.
По тому, как Иарумас формировал знаки левой рукой, казалось, что он делал это уже десятки, а может, и сотни раз. Он последовал за Гарбедж, когда она промчалась мимо него, а затем начал произносить истинные слова заклинания.
— Ла'ариф хеа лай тазанме! (О пламя, превратись в бурю и неистово дуй)
Обжигающий ветер, поднятый [Лахалито], окрасил подземелье в свои цвета. У недавно восставших мертвецов не было ни единого шанса против сильного пламени этого заклинания четвертого уровня. Они были охвачены огнем еще до того, как успели закричать, а их тела горели как факелы, пока не превратились в пепел и не рассыпались.
— Фу! О!!!
Гарбедж вскинула меч на плечо и устремилась по пути, проложенному заклинанием. Используя свой импульс, она опустила большой меч перед собой, словно бросая его. Затем, не глядя на убийцу, которого она только что расчленила на две части, она использовала отдачу, чтобы развернуться.
Сделав еще один шаг вперед, она горизонтально взмахнула клинком и ударила им по торсу следующего противника. Его позвоночник звонко хрустнул. Кровь и внутренности выплеснулись наружу, еще больше испачкав девушку, но это лишь еще больше разожгло ее желание сражаться.
Если она замедлится, это затупит ее клинок. Гарбедж вскочила, оскалив клыки, словно дикий зверь.
— Будет больно, если мертвые парализуют нас...
Обнаженный меч Иарумаса завыл, когда зарубленные им убийцы снова восстали в виде нежити. Одноручные взмахи его катаны отрубали головы, превращая их в пепел, гася их души. Иарумасу следовало использовать свои заклинания, чтобы быстро расправиться с магом. Убийцы не были проблемой до тех пор, пока он не позволял им поразить его жизненно важные органы. Воистину, они не могли сравниться ни с таким знаменитым искателем приключений, как Иарумас, ни с таким одаренным от природы человеком, как Гарбедж.
Просто не ровня, за исключением того, что...
*Амулет в моих руках,* подумал Эгам.
Лицо мага наполнилось уверенностью. Пока у него в руках амулет, он никогда не сможет проиграть.
Теперь он это понял. Самурай, да. Сила этого человека впечатляла, но он не смог бы выпустить еще несколько мощных заклинаний. Конечно, его меча тоже следовало опасаться, но все же это не проблема, если Эгам не подпустит его близко.
Держать дистанцию — пусть монстры измотают их. В плане Эгама ничего не изменилось. В конце концов, у него был амулет. Бесконечная сила. Безграничные полчища чудовищ в его распоряжении.
Он мог продолжать в том же духе вечно.
Независимо от того, скольких они убили, ему нужно было только вызвать еще больше, чтобы они снова напали на них. Сколько бы времени это ни заняло, в конце концов, он выйдет победителем.
Действительно?
Эгам молчал. В этот момент что-то прошептало в его мозгу — шестое чувство или, возможно, инстинкт, который он получил от амулета.
Так ли было все на самом деле?
Он видел, что Иарумас и Гарбедж все еще продолжают упорно сражаться. Клинки грохотали. Заклинания летели. Мертвые превращались в пепел, убийцы умирали, но их трупы воскресали.
Ситуация не менялась. Хотя пара авантюристов медленно приближалась к нему, это было все, что они делали.
Но...
С немым шоком Эгам заметил, что Иарумас смотрит на него. Темные зрачки самурая, казалось, готовы были поглотить его.
Здесь что-то происходит...
Этот взгляд - не смирения или отчаяния, а какого-то другого непостижимого чувства - пронзил Эгама насквозь.
— Даруила тазанме! (О тьма, приди)
Крепко сжимая амулет, Эгам громко произнес истинные слова заклинания.
[Дилто]. Тайное искусство, окутывающее область тьмой... было лишь базовым заклинанием второго уровня в подземелье. Однако в то же время амулет распространял и усиливал действие истинных слов до ужасающей степени.
Он породил истинную тьму - темную зону, лишенную всякого света.
Скрытый внутри нее, облик Эгама исчез из поля зрения. Испарилось само его присутствие.
— Гав!
Собиралась ли девушка бежать? Или она заявила, что не позволит ему сбежать? Гарбедж рявкнула, в ее голосе слышалась настойчивость. Казалось, она готова прыгнуть в темноту, но...
— Подожди.
Рука Иарумаса схватила ее за плечо, и он потянул ее назад.
— Тяф?!
Глаза Гарбедж колебались в эмоциях, пока она лаяла и возмущенно смотрела на него.
Замешательство? Возражение? Или, может быть, сомнение?
Вместо ответа Иарумас сказал тихим голосом:
— Выясни, где он, прежде чем идти его убивать.
Затем, мгновение спустя, человек в черном устремился вперед, сливаясь с тьмой.
Все его пять чувств тут же исчезли. Пол, стены, враг, он сам - все это растаяло и растворилось.
Даже хорошо обученный самурай был бессилен в такой зоне.
Враги наседали со всех сторон - Иарумаса даже не мог понять, были ли это убийцы или мертвецы.
В следующее мгновение Иарумас уже был весь изрезан.
Заколотый и искусанный. С пробитыми органами. Свободно истекающий кровью.
Без сомнения, это были смертельные раны. Единственная причина, по которой он не упал, заключалась в том, что оружие врагов, пронзившее его, удерживало его в вертикальном положении.
Но...
— Вижу я тебя или нет, не имеет значения. — заявил Иарумас.
Он улыбался. Вдруг в его сознании промелькнуло лицо Сестры Айникки, а в ушах зазвучал его собственный голос.
*Ты ошибаешься в двух вещах...*
На днях Иарумас рассказал ей об этом. Почему он решился войти в подземелье? Какова была его причина?
Аанъя села прямо, пристально глядя на него.
*Твое первое недопонимание — хотя я и хочу вернуть свое прошлое (уровни), это лишь средство для достижения цели. Второе? Я, конечно, ищу своих бывших товарищей, но они также являются средством достижения цели.*
Слова человека в черном эхом разнеслись по комнате.
— Иарумас испытывает сильное желание убить хозяина подземелья и завладеть амулетом.
В это мгновение Эгам понял значение мрачного взгляда этого человека, Иарумаса. Для человека в черном Эгам не был даже врагом — он был просто помехой. Даже не конечная цель. Эгам был чем-то, через что можно было перелезть, а затем оставить позади. Препятствие, которое нужно преодолеть.
И чтобы сделать это, Иарумас без колебаний готов был умереть.
Эгам был в ужасе. Его страх вырвался наружу в виде крика, который эхом разнесся по темноте.
— Ты спятил?!
Нет, Иарумас не стал бы колебаться перед смертью. Это было легко выразить такими словами. Особенно здесь, в этом подземелье. Однако смерть должна была быть ужасающей. Боль. Страдания. Никто не может быть равнодушен к таким вещам...
Кроме того, хотя воскрешение и было доступно, оно не было совершенным. Все еще существовала вероятность, что душа Иарумаса будет потеряна. Абсолютная смерть, не допускающая даже реинкарнации души — полное исчезновение человека из этого мира, этой вселенной.
— И что ты планируешь делать, если выпадет решка?
Иарумас улыбнулся.
— Когда придет время, об этом позаботится следующий авантюрист.
Его окровавленная левая рука формировала знаки.
— Тайла! (О стремительный ветер)
Он столько раз произносил это заклинание.
— Тазанме воариф! (Вместе со светом)
Он не мог забыть его.
— Ийета!!! (Высвободись)
[Тилтовайт].
— Что?!
Глаза Эгама расширились. Заклинание седьмого уровня... Это было за гранью воображения. О таких вещах ходили только легенды.
Вспышка окутала зону Эгама белой тьмой, и на него обрушился сильный жар.
Его крик остался неуслышанным. Его боль не ощущалась. Осталось только ощущение жара.
Глаза кипели. Кожа покрылась волдырями. Он не мог дышать. И все же разум Эгама осознавал все это.
Он вцепился в амулет, словно в спасательный круг. Пока он был при нем, он не умрет.
Амулет был всем.
— Агхх?!
Внезапно рука, сжимавшая амулет, была отрублена.
Эгам закричал. Не от потери руки, а от потери амулета.
Что случилось? Кто? Как?
Смятение и ужас поплыли в мутно-белых глазах Эгама, когда они увидели последнее, что им предстояло увидеть.
Там. Прячась в тени Иарумаса и ловко избегая палящего воздуха...
Она нашла его в темноте.
— Гррр!!!
Гарбедж отсекла его голову от шеи.
