Том 4 Глава 31 — Будущее

Пусть она и назвала это расслабляющим утренним чаепитием, я не чувствовал никакого умиротворения, и утро по-прежнему оставалось предельно напряженным. Так или иначе, я не собирался никуда уходить. Теперь я уже не мог оставить Садиз наедине с Джамдиэль, явно показавшей к ней не самые лучшие намерения. И хоть я во многом сомневался в наших отношениях с Садиз, я еще не настолько прогнил. — Итак, Эрс. — Мм-м? — Эту девушку зовут Садиз, правильно? Я сидел в столовой вместе с Крон, Джамдиэль, старшей сестрой Цукиши, старой леди Эйшей и несколькими сестрами. Нам принесли по чашке горячего чая, после чего мы перешли непосредственно к разговору. Отхлебнув немного из чашки, я неохотно кивнул, отвечая на вопрос Крон. — Да, это Садиз. Ей девятнадцать. Она из моей страны и работала в моем доме… горничной. — Гор-ни… как? — Горничной. Ну, занималась домашними делами, готовкой и так далее. — Ясно! Выходит, Садиз хороша в домашних делах и готовке? Крон с интересом кивнула, не прекращая улыбаться, а остальные лишь вздохнули. Признаться честно, наши отношения с Садиз отличались от сказанного мной. Мы не были хозяином и горничной – по крайней мере, не в том плане, как это воспринимали остальные. Проведенными вместе дни говорили о ином. С другой стороны, раз уж я сам решил придерживаться такой истории, сейчас было бессмысленно что-то поправлять, в результате чего я не стремился особо распространяться. — Я служила… вам, да? — Ну, если точнее, моим родителям. Можно сказать, ты… за мной присматривала. Я едва не сказал, что она заботилась обо мне как о родном брате, но сдержался. Что-то подсказывало, что если я не буду осторожен, то могу сказать нечто лишнее. — Понятно. Тогда почему бы Садиз пока не пожить здесь? Ее помощь точно пригодится церкви. — Что? — Мм-м? А что не так? Ладно, а теперь выпьем чая и приготовимся к еще одному отличному дню! Цукиши, пожалуйста, помоги Садиз освоиться. Пока я думал о том, как держать язык за зубами, неожиданное предложение Крон выбило меня из колеи. Остальные тоже порядком удивились. Ее слова меня ошеломили. Начать хотя бы с того, что раз я мог рассказать им больше о Садиз, то думал, что она спросит у меня о ее прошлом. Видимо, остальные, мало знавшие и о Садиз, и обо мне, разделяли мое мнение и намеревались задавать вопросы один за другим. Тем не менее, Крон, даже не интересуясь нашим прошлым, сразу же перешла к обсуждению, как потерявшая память Садиз будет жить дальше. — П-погодите, Богиня, сначала нам следует больше узнать о Садиз. И я бы не отказалась использовать эту возможность, чтобы поинтересоваться прошлым мистера Эрса. — Э? Но ведь Эрса мы можем спросить в любое время, так что сейчас, думаю, лучше позаботиться о будущем Садиз. — Ха-х… Эм, да. Наверное, вы правы. И все же позвольте заметить, что, судя по реакции Эрса, их отношения несколько… особенные. Старшая сестра Цукиши в замешательстве обратилась к Крон. Как я и предполагал, она тоже хотела больше о нас узнать, однако выражение лица Крон на секунду стало пустым. — Но важнее ведь не то, что было в прошлом, а что будет в будущем, верно? Конечно, она не ошибалась, но… — Кроме того, Эрс не горит желанием об этом говорить, правда? — Эм-м… — Ведь именно поэтому он почти ничем не поделился, так? И снова правда. Я пытался тщательно подбирать слова. Но как эта беззаботная и легкомысленная от природы юная леди, явно огражденная с детства от внешнего мира, это узнала? — Хорошо. Кажется, у Эрса и Садиз действительно болезненные воспоминания. Им будет тяжело это сейчас обсуждать. — Так, погоди секунду. Не строй пустых предположений, если ничего не знаешь. Она будто видела меня насквозь и самолично принимала решения, даже не спрашивая моего мнения, что не могло не раздражать. Поэтому я не сдержался и резко возразил. Тогда она спросила: — Получается, у тебя нет никаких плохих воспоминаний, одни хорошие? Ты правда можешь такое утверждать? — Ч-что? Почему я должен рассказывать о своих воспоминаниях тем, кто никак с ними не связан?! — Вот как? Тогда чем тебе не нравится моя идея? В конце концов, я предлагаю задуматься о ее будущем. — Д-да, наверное… Что? Получается, я один здесь не прав? — Уверена, Садиз очень тяжело, и ей бы хотелось узнать, что с ней произошло. Конечно, если Эрс захочет, я с радостью его выслушаю. Однако мне кажется, что сейчас не самое подходящее время. Да, мне нужно было немного времени. Я хотел для начала успокоиться. Наверное, это выглядело, будто я откладываю проблему в долгий ящик, но теперь я хотя бы мог разобраться в собственных мыслях, чтобы отвечать на их вопросы. Прежде всего, я наконец осознал, что Садиз теперь здесь, и она действительно потеряла память. Более того, ей придется остаться тут на неопределенный срок. — Поэтому я буду обсуждать только то, как нам следует поступить в дальнейшем. Думаю, Садиз будет полезно остаться здесь на время, чтобы отдохнуть телом и духом. Джамдиэль, Цукиши, вы согласны? — Эм-м… — Да, все в порядке… Судя по их разговору, Садиз задержится в этой стране и поселится в их церкви. В этом случае я не мог ни возразить, ни выразить свои мысли, так как сам, по сути, являлся нахлебником. — Спасибо за вашу заботу, н-но… — Разумеется. Эрс, что скажешь? На этот раз она поинтересовалась моим мнением, а Садиз явно с беспокойством думала о том, стоит ли ей оставаться среди людей, которым она пришлась не по вкусу. Простой вопрос Крон заставил меня почувствовать себя странно. Словно меня проверяли, испытывали на что-то. Я не согласен? Мне уйти? Но действительно ли я мог оставить Садиз с Джамдиэль без присмотра? — Возражений… нет. В итоге, находясь в каком-то остолбенении, мне удалось выдавить из меня лишь эту короткую фразу. — Что ж, Садиз, не сомневаюсь, тебе через многое пришлось пройти, но теперь ты с нами, и мы поможем тебе всем, чем сможем. Поэтому, пожалуйста, позаботься о нас с этого момента. — Спа… С-спасибо вам за помощь… Таким образом, возражений ни у кого не нашлось, и Крон подвела нашу беседу к завершению. Пусть на губах старшей сестры Цукиши застыла натянутая улыбка, она без промедлений кивнула и согласилась, а мне оставалось только качать головой, раздумывая, как все к этому пришло. — Кстати, значит, такая красивая женщина прислуживала Эрсу? — А? — Как и сказала Богиня, мы не все услышали, но Эрс походит на озорного ребенка. Должно быть, Садиз с тобой нелегко приходилось, верно? Старшая сестра Цукиши не забыла меня подколоть. Я не знал, что ей ответить, но она была права. — Ах, раз Садиз служила в доме Эрса, что насчет ее семьи? — Семьи?.. — Ее семья ведь не знает, где она сейчас. Наверняка они беспокоятся… — Ну, да… Но дело в том, что ее семья – это мои родители… — Что? Когда я ответил на вопрос Цукиши, они удивленно охнули. — Н-но ведь… — Мм-м? — Неужели Эрс и Садиз – брат и сестра? Но ведь она работала у Эрса в доме… — А, н-нет, все не так. Как сказать… Родителей Садиз уже… Ну, кхм… В общем, моя семья приняла ее как дочь… Проблема заключалась не в том, что я не хотел ничего рассказывать. Просто об этом трудно было говорить. Что хуже, я не знал, как потерявшая память Садиз отреагирует на новость, что ее настоящая семья давно погибла. Судя по ее выражению лица, старшая сестра Цукиши все поняла, поэтому просто кивнула и не стала задавать больше вопросов. Но одного человека мои слова сильно заинтересовали. — Иначе говоря, твои родители приютили девочку… — А? Для Джамдиэль, хорошо знакомой с моими отцом и матерью, эта новость почему-то стала неожиданной. — Сирота… Но зачем им это? Разумеется, в этом нет ничего странного, но почему твои родители приняли к себе именно эту девочку? — Ну, кажется, так решила мама. Родной город Садиз был разрушен во время войны… Как он назывался? Шисонотами, кажется… — Что?! В следующий миг все резко изменилось. — Мальчик!!! До сих пор хранивший молчание Трайнар вздрогнул и неожиданно закричал, пытаясь меня остановить, а Джамдиэль… — Понятно… Ха-ха… Да, ясно… Вот оно как… Торопливо поднявшись, Джамдиэль отвернулась. Больше она ничего по этому поводу не сказала. — Цукиши. — Д-да? — Обучи ее нашим порядкам. Расскажи остальным о решении, которое мы приняли на ее счет. — Да, поняла. — Я спущусь вниз, в подвал, у меня появились еще кое-какие дела. Позаботься об остальном без меня. С этими словами она поспешно покинула нас, и краем глаза я заметил, что на губах у нее играла жуткая широкая ухмылка. Что произошло? Что заставило Джамдиэль так себя вести?