.
Фань Юэ сидел на голой земле, прислонившись спиной к холодной скале. Засохшая кровь покрывала его тело плотной коркой, словно вторая кожа. Она стягивала мышцы, трескалась при каждом движении.
Время текло, однако дни здесь не имели веса — они тянулись, как одно бесконечное мгновение между вдохом и выдохом.
Каждый раз, когда сон всё же настигал его, перед глазами вспыхивали сцены. Дом. Голос матери. Смех сестренки. Тренировки с отцом и учителем Шу. Академия. Лица друзей. Смех. Жизнь, в которой он должен был существовать.
Но на том месте, где должен был быть он, неизменно появлялась она.
Небесная Ворона.
Она стояла среди них, смеялась вместе с ними, и кто-то произносил его имя — но обращался к ней. Та же Боевая Душа. Те же способности. Та же родословная.
И всё же, во всём она была лучше.
Лучше держала меч.
Лучше управляла силой.
Лучше училась.
Лучше общалась с товарищами.
-…Чёрт… — сквозь зубы прошипел он.
Ярость взорвалась внезапно. Фань Юэ резко поднялся и ударил кулаком по скале.
-Бум!- глухой звук прокатился по необъятным пустынным просторам.
Скала треснула — не символически, не образно, а по-настоящему. Часть скалы обрушилась, подняв огромное облако пыли.
Он замер и медленно посмотрел на свою руку.
Кости не были сломаны. Кожа — лишь содрана. Мышцы под ней вздрагивали от силы, которую он не осознавал.
Он не понимал, когда это произошло. Не знал откуда это сила, то ли из-за этого места ли, или из-за постоянных боёв, или же из-за мяса и крови, что он ел и пил, или из-за ненависти, которая не давала телу умереть.
Ответа он не знал.
Фань Юэ стиснул зубы так сильно, что вкус крови разлился во рту.
-Я вернусь! Вернусь любой ценой… и убью эту тварь.
Схватив покрепче костяной меч, он отправился на охоту.
Время снова потекло.
День сменялся днём.
Фань Юэ сидел в пещере, почти не двигаясь. Лицо стало мертвенно бледным, словно кровь покинула его навсегда. Тело оставалось алым — не от жизни, а от чужой и своей крови. Волосы слиплись.
Лишь глаза — некогда ясные — были постоянно влажными. Под ними залегли глубокие, болезненные тени.
Он молчал долго.
-....-Потом его губы дрогнули.
Фань Юэ закрыл лицо ладонями.
Слёзы хлынули внезапно, беззвучно. Они стекали по щекам, капали на камень, смешивались с грязью и засохшей кровью. Плечи задрожали. Дыхание сбилось, стало рваным, неуправляемым.
-А-а-а-а!- вырвалось из него.
Крик был не гневным — он был сломанным.
Фань Юэ рухнул на землю и свернулся, как ребёнок, защищающийся от мира, который оказался слишком жесток.
-Почему?! Почему?! Почему?!-кричал он, срывая голос.
Сердце сжало, словно его схватили железными клещами. Каждый миг жизни Небесной Вороны резал сознание, как нож.
Сначала он пытался не спать. Но сон всё равно побеждал. И он начал бояться закрывать глаза.
Его крики заполнили пещеру, прокатились по скалистым горам, но мир остался глух. Горечь затопила его разум.
Он плакал долго.
Так долго, что боль притупилась.
Так долго, что слёзы закончились.
Когда глаза пересохли, из уголков пошла кровь. Тонкими дорожками, жгучими и горячими.
-Я… — хрипло вырвалось из его горла. Голос был надломленным. - Я даже не могу выбраться отсюда…
Он сжал зубы.
-<<Я не могу быть с ними. Даже если вернусь — кем я вернусь?>>
Пальцы впились в землю, ломая ногти.
-<<Как мне вернуть силу? Как вернуть судьбу? Как доказать… что я — это я?>>
Воспоминания вспыхивали обрывками, словно раскалённые иглы, вонзаясь прямо в сердце. С каждым разом они тускнели, пока не становились серыми и не сгорали.
-<<Я словно теряю себя…>>
Он боялся закрывать глаза.
Боялся увидеть счастье своей семьи.
Боялся снова оказаться в мире, где для него не осталось места.
Он не знал, сколько прошло времени, когда наконец поднялся.
Фигура его была похожа на оживший труп — медленный, пустой взгляд, скованное тело. По пути на него напали стоячие на задних лапах чёрные псы и тёмные скелеты.
Он не ускорился.
Не задумался.
Один шаг.
Один взмах.
Они умирали.
Он даже не смотрел на них. Таща за собой несколько трупов, Фань Юэ вернулся в пещеру.
Когда-то его глаза были глубокими и живыми, как звёздное небо — такими же, как у Лан Юэ. Теперь они казались пустыми. Холодными. В них не было отражения, только пелена.
Он тихо, почти неслышно произнёс своё имя
-Фань Юэ…
Звук растворился в пустоте пещеры.
Боль, которую вызвало это имя, была не острой — она была давящей, глухой, словно что-то тяжёлое навалилось на грудь и не позволяло дышать. Это имя больше не ощущалось своим.
Он сомкнул губы. Больше он его не произносил.
С этого дня всё изменилось.
Не резко.
Не внезапно.
Просто в какой-то момент он перестал сопротивляться.
Словно внутри что-то надломилось и больше не пыталось встать обратно.
Он выходил из пещеры и убивал.
Без плана. Без цели. Без мыслей. Он шёл всё дальше и дальше, не возвращаясь назад, блуждая среди скал, ущелий и мёртвых равнин. Путь не имел направления — тело просто двигалось вперёд.
Чёрные псы больше не появлялись.
Им на смену пришли иные твари.
Десятиметровые псы с тремя головами, чья пасть могла перекусить камень.
Рыцари-скелеты в потемневших доспехах, чьи клинки были тяжелее человеческих тел. Гигантские змеи, толщиной со скалу, с холодными, немигающими глазами. Летающие мыши, взмахом крыльев крошащие горы.
Любой из них должен был стать для него смертью.
Но Фань Юэ убивал.
Бой и убийства стали для него таким же естественным действием как и дышать. Тело двигалось само, быстрее мысли.
Иногда он приходил в себя, стоя среди разорванных тел, не помня ни начала боя, ни его конца.
Меч ломался.
Кости трескались.
Сухожилия рвались.
Он терял литры крови. Его тело было покрыто ранами так плотно, что на нём не оставалось чистого места.
Но он продолжал идти.
Не было криков, ярости, ненависти, печали или горечи.
День сменялся днём.
Кровь на руках стала привычной. Запах смерти — знакомым.
Раны затягивались быстрее, чем он успевал осознать, что они есть. Боли больше он не чувствовал.
Он больше не спрашивал «почему». Этот вопрос потерял смысл.
Он больше не надеялся.
Надежда требовала будущего, а будущего у него больше не было.
На его лице застыло холодное безразличие.
А внутри... там больше не было ни ярости, ни ненависти, ни печали, ни отчаяния.
Только пустота.
Однажды он опустил взгляд в лужу крови и замер.
Отражение смотрело на него в ответ.
Это лицо было безразличным, испачканным кровью, с пустыми глазами
Фань Юэ не узнал себя.
Но ему было все равно, он отвернулся.
С каждым шагом он забывал всё больше.
Больше всего он забывал самого себя, теряясь в воспоминаниях.
Фань Юэ растворился, словно его никогда не существовало.
Он просто шёл вперёд.
Не ради семьи и друзей.
Не ради прошлого.
Не ради того что вернуть все.
И даже не ради мести.
Он не хотел умирать — вот и всё.
Даже сны больше не тревожили его. Когда они приходили, он смотрел на них с холодным безразличием, как на чужие воспоминания, не имеющие к нему отношения.
Десять лет спустя.
Над пустынной землёй разнёсся рёв чудовища.
- Кха-а-а-а-а!!!
Воздух задрожал, будто само пространство не выдерживало этого голоса.
Чудовище было воистину исполинским. Более ста метров от головы до кончика хвоста, массивное туловище словно гора. Его тело покрывала странная смесь густого чёрного меха и серо-синей чешуи, словно плоть зверя прошла через десятки искажений. За спиной вздымались огромные перепончатые крылья, каждое — как парус боевого корабля.
Длинную шею венчала волчья голова, украшенная восемью изогнутыми рогами. Между ними плясали электрические разряды, потрескивая и искажая воздух.
-Гр-р-р-р.....
Если бы вместо волчьей головы у него была голова ящерицы, его можно было бы принять за дракона.
Перед чудовищем стоял человек.
Крепко сложенный парень с длинными чёрными волосами, стянутыми зелёной лентой. Его тело было обнажено по пояс — лишь короткие штаны из звериной шкуры прикрывали бёдра. Ни единого грамма лишнего жира, каждая мышца — плотная, сухая, отточенная, выкованная в бесчисленных боях.
Это было тело, давно перешагнувшее границу человеческих возможностей.
Чудовище раскрыло пасть.
-Ф-ш-ш-ш-у-у-ух!!!
Багровое пламя вырвалось наружу, испепеляя землю. Почва плавилась, камень тек, как расплавленный металл. Удар огня был столь силён, что менял сам ландшафт, мгновенно выжигая сотни метров вокруг.
Но человек не растерялся.
Он уклонился легко, почти небрежно, словно знал траекторию атаки заранее. Его ноги оттолкнулись от земли, и он побежал — не от пламени, а сквозь зону разрушения, используя краткие безопасные промежутки между языками огня.
На его лице не было страха.
Для него атаки, способные стереть гору, давно стали обыденностью.
Некогда острые скалы вокруг давно превратились в округлые валуны. Он сражался здесь так долго, что сам, своими боями, менял ландшафт.
Чудовище повернуло голову.
Восемь рогов вспыхнули разом.
Из них хлынули потоки света, пламени и молний, сплетающиеся в единый разрушительный луч.
Лицо юноши не дрогнуло, оставаясь холодным и спокойным.
Он крепко сжал серебряный меч и сделал рывок.
Земля взорвалась под ногами.
За одно дыхание он преодолел сотни метров и появился прямо перед атакой монстра.
-Разрез.
Слово прозвучало тихо. Почти равнодушно.
Взмах.
Луч энергии был рассечён пополам, словно иллюзия. Следом — тело чудовища. Гигантский монстр разошёлся на две части, от головы до хвоста, идеально ровным срезом.
Мгновение — и обе половины рухнули на землю.
-БУМ!
Грохот сотряс пространство, волна ударила по горам, рассылая каменные лавины.
Юноша приземлился спокойно, словно только что закончил обычную тренировку
Он посмотрел на труп, затем произнёс.
-И сегодня.... я выжил.
Он развёл огонь, привычными движениями вскрыл плоть чудовища, начал жарить мясо и пить кровь — густую, горячую, переполненной силой и энергией. Его тело принимало её без сопротивления, перерабатывало, становилось крепче.
-Что ж… - произнёс он тихо.- Когда-нибудь я отсюда выберусь.
Он смотрел на пламя без эмоций.
-Да. Когда-нибудь я выберусь.
Конец первого тома: Украденные Нити
