Кассий сидел за дальним столиком библиотеки, погружённый в чтение, но внезапно осознал, что больше не может сосредоточиться. Слова расплывались перед его глазами, а строки словно оживали, как лунные нити. Шёпот Морриган и пульсация Лунного камня становились всё более настойчивыми, мешая ему ясно мыслить.
Он резко захлопнул книгу, встал и направился в сторону коридоров, почти не замечая взглядов Дафны и Гермионы, которые переглянулись, но не стали его останавливать.
Кассий шёл почти наугад, пока не оказался перед дверью кабинета профессора Снейпа.
— Входите, — прозвучало сразу же, как только он постучал.
Внутри было прохладно, пахло травами и чем-то металлическим. Снейп поднял голову от котла.
— Блэк, — в его голосе не было удивления, только привычное раздражение и осторожность. — Что вам нужно?
Кассий закрыл за собой дверь и остался стоять.
— Мне нужно… отвлечься, — он слегка усмехнулся, впервые за день. — И… возможно, совет.
Снейп склонил голову.
— Отвлечься? Полагаю, ваша фамилия не предполагает столь детских прихотей.
— Иногда даже наследникам необходимо побыть в тишине, — произнес он, встречая взгляд чёрных глаз профессора. — В тишине, чтобы не слышать того, чего не следует.
Снейп немного помедлил с ответом, но его взгляд смягчился.
— Вы… слишком чувствительны, Блэк. Это может быть как вашим преимуществом, так и вашим недостатком. — Он отложил ложку и подошел ближе. — Что бы вы ни услышали… не спешите отвечать. И уж тем более не спешите выполнять.
Кассий кивнул.
— Благодарю вас.
Снейп усмехнулся.
— Если хотите отвлечься… вы всегда можете перебрать запасы корней в кладовой. Или попытать удачу с Гилдероем Локхартом, полагаю, он примет вас в любое время с радостью.
— Лучше уж корни, — произнес Кассий, позволив себе легкую усмешку.
Когда он покинул кабинет Снейпа, коридор уже был залит золотистым светом заката.
Чуть позже он постучал в кабинет профессора Флитвика.
— Профессор, можно?
Флитвик с улыбкой поднялся.
— Конечно, мистер Блэк! Какой приятный сюрприз. Чем могу помочь?
Кассий на мгновение замялся.
— Я хотел бы спросить вас о старых заклинаниях и о том, как их… слышать.
Флитвик, внимательно посмотрев на Кассия, предложил ему сесть.
— Старые заклинания, мой мальчик, всегда находят путь к тем, кто готов их услышать. Но не каждое из них стоит произносить. Важно не только то, что заклинание говорит, но и кто шепчет его вам.
Он замолчал, а затем, с одобрением в голосе, добавил:
— Я вижу, что вы уже умеете слушать. Это — редкий дар. Но помните: самая сильная магия не та, что кричит, а та, что молчит, пока вы сами не решите её позвать.
Кассий, поблагодарив профессора, вышел в коридор. Слова Флитвика немного рассеяли туман в его голове, но шепот Морриган всё ещё звучал где-то глубоко внутри.
Вечер опускался на Хогвартс, и Кассий брёл обратно в гостиную, чувствуя одновременно тяжесть и странное облегчение. Впереди его ждала новая ночь, с Лунным камнем и Морриган, которая с каждым часом становилась всё ближе.
***
Когда башенные часы Хогвартса пробили девять, Кассий сидел в кресле у камина, в который уже давно никто не подбрасывал дров. Пламя едва теплилось, словно отражая его собственную решимость.
На коленях у него лежала старая кожаная сумка, внутри которой находилось лишь несколько вещей: кольцо Блэков на пальце, палочка и крошечный сверток из тонкой черной ткани с символами его рода, перевязанный серебряной нитью.
Кассий выпрямился, положил ладони на подлокотники и глубоко вдохнул.
— Сегодня, — произнёс он тихо, словно заклинание. — Сегодня я верну то, что принадлежит мне по праву.
Шум за спиной заставил его обернуться. На ступенях лестницы, ведущей из женского крыла, стояла Дафна, прижимая к себе небольшую книгу и пристально глядя на него.
— Ты снова уходишь? — спросила она тихо.
Кассий кивнул и медленно поднялся на ноги.
— Да. И мне не нужна ваша помощь. На этот раз — нет.
Дафна лишь фыркнула и спустилась вниз по оставшимся ступеням.
— Перестань говорить глупости, Блэк. Ты мог бы хотя бы научиться быть благодарным за то, что люди готовы следовать за тобой, даже если не обязаны.
— Я не просил вас об этом. — Его голос был холоден, но взгляд мягче, чем обычно.
— И не нужно просить, — ответила она, пристально глядя на него. — Мы уже всё решили.
В этот момент из тени коридора вышла Гермиона. Она выглядела немного смущенной, но полной решимости. На ней был плащ, а в руках — свернутый пергамент с четко выписанным планом маршрута.
— Мы всё обсудили, — сказала она, делая шаг ближе. — Если ты думаешь, что мы оставим тебя одного среди этих ловушек… ты ошибаешься.
Кассий сжал челюсти и усмехнулся.
— Вам обоим стоит научиться бояться.
— Мы научимся. Позже, — ответила Дафна за двоих, и её глаза блеснули в полумраке зала.
Он бросил последний взгляд на камин, на полупогасшие угли, затем на обеих девушек. И кивнул.
— Хорошо, — тихо произнес он. — Но всё, что случится этой ночью… будет на вашей совести.
Дафна слегка улыбнулась.
— Нет, Блэк, на твоей. На твоей.
Гермиона, опустив глаза, улыбнулась уголком рта, крепко сжимая в руках пергамент.
Кассий, перекинув сумку через плечо, направился к выходу из гостиной.
— Идем, — бросил он через плечо, не оборачиваясь.
Дафна и Гермиона обменялись взглядами и последовали за ним.
***
В это время суток коридоры Хогвартса казались особенно холодными и пустыми. Лунный свет, проникающий сквозь высокие своды, освещал плиты пола, на которых были видны трещины и слой пыли. Шаги Кассия почти не были слышны, он двигался уверенно, словно много раз проходил этим путём.
Дафна следовала за ним на небольшом расстоянии, её плащ мягко шуршал по камням. Лицо девушки было спокойным, но взгляд оставался острым, цепляясь за каждую тень. Гермиона же, напротив, постоянно оглядывалась по сторонам, то и дело нервно сжимая в руках лист пергамента.
— Мы ведь знаем, куда идём? — прошептала она наконец. — Здесь… здесь даже на карте ничего нет.
— Карта может быть обманчива, — коротко ответил Кассий. — Камень спрятан там, где никто не ожидает его найти.
Дафна усмехнулась и тихо добавила:
— И, по-твоему, мы должны доверять твоей интуиции, а не карте, Блэк?
— Не интуиции, — отрезал он. — Крови.
Они прошли за колонну и спустились по винтовой лестнице, которая вела в один из закрытых коридоров. Воздух здесь был сырым и прохладным, и даже Гермиона почувствовала странное покалывание в кончиках пальцев.
Вдруг впереди мелькнул фонарь.
— Филч, — прошептал Кассий, резко развернувшись и прижав девушек к стене. — Тихо!
Они замерли в темноте. Филч, насвистывая что-то неразборчивое, прошел мимо, ворча себе под нос о «неугомонных детях» и «вечно грязных следах на полу». Его кошка мелькнула следом, ее глаза в полумраке горели как два фонаря.
Когда их шаги стихли, Кассий отлепился от стены и повел их дальше.
На повороте их подстерегал Пивз, который вылетел из стены с веселым «Бу-у-у!» Но, завидев Кассия, он резко замолчал.
— О-о-о, черная кровь… снова ты… — пробормотал он и тут же растворился в воздухе, оставив после себя лишь тихое хихиканье.
— Вот уж неприятная тварь, — пробурчала Дафна.
— Но умная, — заметил Кассий. — Он знает, когда лучше молчать.
Вскоре они подошли к узкой, почти незаметной двери, скрытой в глухой стене. Кассий провёл рукой по камню, и его холодная поверхность дрогнула, словно расступаясь.
Туннель был тёмным и длинным, а его стены слабо мерцали серебристым светом. Гермиона тихо ахнула:
— Здесь… какая-то защита. Старинная…
— Да, — кивнул Кассий. — И она впускает только того, кого признаёт.
Он шагнул внутрь первым, и туннель отозвался гулким эхом. Дафна и Гермиона обменялись быстрыми взглядами и последовали за ним.
— Если мы умрём, Блэк… — пробормотала Дафна, прижимая к себе плащ.
— То это будет достойно, — бросил он, не оглядываясь.
Шаг за шагом они уходили всё глубже, и холод становился всё более пронизывающим. Вдали уже чувствовался чужой, звенящий зов — зов Лунного камня.
***
Туннель закончился неожиданно, и под ногами перестала звучать каменная дорожка. Перед ними открылась просторная площадка, усыпанная серебристой пылью. Стены зала излучали мягкий белый свет, словно в них струилась лунная река. В центре возвышался пьедестал из черного обсидиана, на котором лежал Лунный камень.
Он был чуть больше кулака, идеально круглым, с холодными голубыми бликами, словно внутри него плясал слабый огонь.
Кассий шагнул ближе, и его сердце забилось чаще. От камня исходила сила — тяжелая, почти давящая на грудь. Она отзывалась в его крови и тянулась к нему, как старая песня, слова которой он забыл, но всё равно помнил.
— Боже… — прошептала Гермиона, не отрывая взгляда от камня. — Ты… ты чувствуешь это?
Дафна стояла чуть позади, но её взгляд был тверд.
— Он зовёт тебя, Блэк. Не нас.
— Да, — кивнул он. — Потому что он мой.
Он сделал ещё один шаг вперёд, и пьедестал, словно в ответ, задрожал. Воздух в зале закружился, серебристая пыль поднялась вихрем, едва не сбив Гермиону с ног. Дафна, прищурившись, обхватила рукой свой плащ, а Кассий медленно протянул руку.
В тот момент, когда его пальцы коснулись холодной поверхности камня, зал озарился серебристым светом так ярко, что ему пришлось зажмуриться. В груди вспыхнуло глубокое, древнее, почти нестерпимое чувство могущества.
Он выпрямился, держа камень в ладони, и ощутил, как волна силы прокатилась внутри него, ломая остатки усталости, прогоняя страх и сомнения. Его дыхание стало ровнее, кожа словно покрылась невидимой дымкой холода, но глаза — наоборот — будто потемнели, в них загорелись серебряные искры.
— Это… — пробормотала Гермиона, едва переводя взгляд с него на камень. — Что он делает?
Кассий сжал кулак с камнем и выдохнул:
— Он дает мне то, что должно принадлежать мне по праву.
— Что именно? — спросила Дафна, не сводя с него глаз.
Он посмотрел на неё, и в его голосе зазвучала сталь:
— Силу.
Тишину нарушил гул — где-то далеко, на краю зала, стены дрогнули, и из тени выступила чья-то фигура. Высокая, закутанная в черное, с серебряной маской, в которой свет отражался так же, как в Лунном камне.
Голос раздался глухо:
— Забрал камень? Верни его. Он не твой, мальчишка.
Кассий шагнул вперёд, спрятав камень за спину.
— Забери, если сможешь.
Фигура рассмеялась и выхватила из-под плаща чёрную палочку.
— С удовольствием.
Дафна и Гермиона переглянулись, обе сделали по шагу назад — но взгляды у них были одинаковые: решительные.
— Блэк… — тихо бросила Дафна. — Мы с тобой.
— Не мешайте, — сказал он холодно. — Это… моё.
В следующее мгновение зал взорвался вспышками заклятий. Сила Лунного камня заговорила в его крови, и Кассий впервые позволил ей вырваться наружу полностью.
***
Первое заклятие противника прорезало воздух, разбросав щебень у ног Кассия. Однако он даже не дрогнул. Его пальцы крепче сжали палочку, а в другой руке он держал Лунный камень, который теперь горел ледяным серебром, пульсируя в такт его сердцу.
— Expulso! — воскликнул он.
От силы заклятия стены содрогнулись, и тень противника отлетела на несколько шагов, но устояла на ногах. Ответ последовал незамедлительно — длинный зелёный луч, «Авада Кедавра», пронесся в сантиметре от его плеча и разбил колонну за спиной. Гермиона ахнула и прижала ладонь к губам, а Дафна уже выхватила свою палочку, но Кассий обернулся и коротко бросил:
— Я сказал: не мешайте.
Теперь он шаг за шагом продвигался вперед, взмахивая палочкой с такой точностью и мощью, что воздух вокруг, казалось, трещал от напряжения. Серебристая дымка Лунного камня окутала его целиком, и с каждым ударом его сила росла.
Противник зашипел, отступая, а Кассий поднял руку с камнем.
— Достаточно.
На мгновение в зале воцарилась тишина. Из камня вырвалось серебряное сияние и, подобно молнии, ударило в противника. Тот отлетел к стене, маска треснула и слетела. Под ней оказался худой человек с бледным, искаженным страхом лицом.
— П-проклятый… — выдавил он.
Кассий подошёл к нему вплотную, и их взгляды встретились.
— Никогда больше не смей трогать моё, — произнёс он тихо, но в этих словах было столько холода, что воздух вокруг словно похолодел.
Он протянул руку, словно готовясь добить его, но затем резко опустил её.
— Беги.
Тот не стал спорить. Его взгляд метнулся к Дафне и Гермионе, которые стояли позади, пораженные, и, неловко поднявшись, он скрылся в тенях.
Кассий выпрямился, глядя ему вслед, и только теперь позволил себе выдохнуть. Его глаза всё ещё сверкали серебром, а тело гудело от наполнившей его силы.
Дафна подошла к нему первой, всё ещё держа палочку.
— Ты… ты мог его убить. Почему ты его отпустил? — спросила она.
— Потому что он уже проиграл, — ответил он, наконец.
Гермиона осторожно коснулась его плеча.
— Кассий… это… было невероятно, — произнесла она, немного запнувшись. — Но… страшно.
Он повернулся к ним и впервые за эту ночь едва заметно улыбнулся — холодно, но с каким-то странным облегчением.
— Такова наша кровь, Грейнджер. Тебе придётся привыкнуть к этому.
Дафна покачала головой, глядя на его руку с камнем.
— Ты теперь… другой. Я это вижу.
— Да, — подтвердил он, сжимая Лунный камень, от которого всё ещё исходило серебристое свечение. — Но это ещё не конец.
Он развернулся к ним и кивнул в сторону выхода.
— Пойдём. Здесь нам больше нечего делать.
Тяжёлые шаги эхом отдавались в тишине зала, пока он шёл вперёд, держа камень и ощущая в груди кипящий холодок новой силы. Когда они вернулись к лестнице, он обернулся ещё раз и шепнул в пустоту:
— Я заберу всё, что принадлежит мне. И никто не остановит меня.
Серебристый свет Лунного камня медленно угас, спрятавшись в его ладони.
Обновлено: 21.01.2026