К тому времени когда Жэнь вернулся, в комнате всё ещё пели.
Когда он вошёл, все посмотрели на Шэнь Юйцин.
Она подошла к нему и села рядом, помогая прикурить сигарету. Девушка знала, что Цзян Жэнь не поёт, поэтому мягко спросила:
— Хочешь сыграть в бильярд?
Цзян Жэнь нахмурился: он не выносил её яркого и резкого аромата духов.
Он сделал несколько затяжек. Его сигарета была зажата между кончиками пальцев. Парень пошёл играть с Хэ Цзюньмином.
Графика и управление были такими реалистичными…
На экране часто появлялось английское слово «kill!».
Шэнь Юйцин помогла придержать его куртку.
Из кармана выпал ученический билет, и Шэнь Юйцин наклонилась, чтобы поднять его. Она узнала, что это ученический билет седьмой школы. Девушка перевернула карточку и посмотрела на фото: там было лицо девочки-подростка.
Нижняя половина лица была нежной, но к ней была приделана пара странно выглядящих глаз, которые ей вообще не шли. В общем, она не была красавицей.
На карточке было написано: «Второй класс старшей школы, Мэн Тин*».
П.п.: второй класс старшей школы - 11-й класс.
Почему ученический билет Мэн Тин оказался в кармане у Цзян Жэня?
Шэнь Юйцин прикусила губу, делая вид, что её это не беспокоит, и показала его Хэ Цзюньмину:
— Я нашла это на полу только что.
Хэ Цзюньмин, увлечённый игрой, разразился смехом, взглянув на карточку:
— Это слепая девочка из твоей школы.
Шэнь Юйцин кивнула.
Хэ Цзюньмин сказал:
— Ха-ха-ха-ха-ха, я сейчас, блин, умру от смеха, её глаза… Это уродство!
Его громкий голос привлёк всех парней и девушек, тоже решивших посмотреть на фото.
Все начали хохотать, учтиво передавая друг другу чужой ученический.
— Глаза можно было бы и не делать.
— Это выглядит так странно, может, это подделка?
Они всё ещё смеялись, как вдруг мальчик, передававший билет другому, получил удар по лицу. Проездной выхватили из его рук.
Парень закрыл лицо рукой:
— Жэнь… босс Жэнь.
Всё вокруг погрузилось в тишину.
Серебряные волосы Цзян Жэня выглядели ледяными под этим светом. Зрачки его были чрезвычайно чёрными. Без лишних слов он сильно ударил парня ногой. У того не было сил сопротивляться, и он лёг на пол.
Хэ Цзюньмин запаниковал и поспешно схватился за него:
— Босс Жэнь, не злись, не злись…
На кулаках Цзян Жэня выскочили вены, и это был один из признаков того, что его расстройство начинается. Фан Тан заметил это и схватил его за руки:
— Босс Жэнь.
Через некоторое время Цзян Жэнь крикнул:
— Убирайся.
Парень поспешил уйти.
Цзян Жэнь повернулся к Шэнь Юйцин с протянутой рукой:
— Куртку.
Шэнь Юйцин тоже была поражена. Она дрожащей рукой протянула ему одежду.
Цзян Жэнь положил ученический билет в карман и бросил через плечо:
— Шэнь Юйцин, мы расстаёмся.
Шэнь Юйцин неверяще посмотрела на него.
— Что ты только что сказал?
Он положил куртку на плечо, его голос был холодным:
— Ты что, оглохла? Между нами всё кончено.
Девушки растерянно смотрели на Шэнь Юйцин, а некоторые и вовсе злорадствовали, услышав это. Целью Шэнь Юйцин сегодня было покрасоваться, но кто же знал, что Цзян Жэнь её бросит.
Шэнь Юйцин скрипнула зубами:
— Цзян Жэнь, кто я для тебя, я?..
Цзян Жэнь насмешливо произнёс:
— Кто ты для меня — ты сама прекрасно это знаешь: просто человек, с которым можно поразвлекаться, ничего серьёзного.
С юности у Шэнь Юйцин были хорошие результаты в школе, да и сама она была симпатичной. Вполне понятно, почему она стала высокомерной и заносчивой.
Сейчас, видя осуждающие и насмешливые взгляды окружающих, она не могла заставить себя умолять Жэнь Цзяна:
— Лучше не пожалей о своём выборе.
Шэнь Юйцин не могла больше оставаться здесь. Она повернулась и выбежала вон. Её лучшие подруги последовали за ней.
Звезда вечеринки ушла, поэтому остальные девушки тоже начали уходить. Несколько парней предложили проводить их обратно.
Цзян Жэнь коснулся рукой ученического билета в кармане и разочарованно сделал ещё одну затяжку.
У него была зависимость от курения из-за его раздражительности. Он не мог сохранять душевное спокойствие, поэтому ему приходилось успокаиваться, прибегая к разным вещам.
Хэ Цзюньмин ненадолго задумался, но так и не понял, почему босс Жэнь вдруг ударил парня и бросил свою девушку.
Ведь только что всё было хорошо, разве не так?
* * *
Из-за дождя глаза Мэн Тин слегка воспалились.
Шу Чжитун отвёл её в больницу на осмотр. Врач с улыбкой произнёс:
— Ничего страшного, просто лучше ухаживай, тогда всё будет хорошо. Дождевая вода всё-таки не такая уж и чистая.
Под тусклым светом он внимательно осмотрел глаза Мэн Тин.
Девушка послушно подчинилась и расширила глаза.
Зрачки Мэн Тин не были чёрными: они были тускло-коричневого цвета, чистые и красивые, как стекло. Доктору было около пятидесяти лет, и он тоже считал, что эта девушка настоящая красавица.
Если бы она немного подросла, то, возможно, стала бы даже красивее, чем знаменитые сейчас актрисы.
— Я пропишу несколько лекарств, ты не против, малышка? Твои глаза нужно будет обернуть марлей на три дня, так ты быстрее поправишься.
Мэн Тин привыкла к тому, что её глазам приходится так много претерпевать, а также привыкла к тому, что мир абсолютно тёмный, и, выслушав слова врача, кивнула.
И вот очки сменились белой марлей.
Некогда серый мир вновь стал чёрным.
Шу Чжитун чувствовал себя виноватым:
— Это моя вина, я не заехал за тобой вовремя.
Мэн Тин мягко возразила:
— Нет, отец Шу, я не позаботилась о себе, больше такого не повторится.
Шу Чжитун, зная, что она умна и послушна, кивнул.
Когда они вернулись, Шу Лань раскинулась на диване, разговаривая по телефону.
Не совсем понятно, что говорили на другом конце телефона, но глаза Шу Лань посветлели:
— Правда? Они расстались?
Она даже не заметила, что вернулись отец Шу и Мэн Тин.
Лицо Шу Чжитуна напряглось:
— Лань, что ты только что сказала?!
Шу Лань поспешно оглянулась:
— Папа, сестрёнка! — И повесила трубку.
Из-за Шу Лань в доме все выходные чувствовалось напряжение.
В понедельник, когда трое из детей должны были отправиться в школу, Шу Чжитун заявил:
— Вам всем запрещено влюбляться так рано, слышите меня? Вы ещё учитесь в школе, и учёба должна стоять на первом месте! Если вы не сможете поступить в хороший университет, то будете страдать всю оставшуюся жизнь! Если я застану кого-нибудь из вас на свидании, не называйте меня больше отцом!
Шу Чжитун обычно был мягким, но в такие моменты становился очень строгим. Он внимательно посмотрел на каждого из них.
Шу Лань ответила:
— О чём ты говоришь? Папа, я не буду.
Шу Ян промолчал. Благодаря его спокойному характеру отец Шу всегда чувствовал облегчение.
Были видны капли утренней росы, на ветвях начали танцевать птицы.
Мэн Тин мягко сказала:
— Я тоже не буду влюбляться раньше времени.
Обновлено: 13.02.2026