Лу Сяо пришёл в себя лишь спустя двое суток.
К этому времени питательный раствор в капсуле был полностью поглощён его телом.
С тихим шипением дверца гидравлической камеры открылась.
Доктор стоял неподалёку, наблюдая за ним с едва заметной улыбкой.
— Очнулся? Как самочувствие? Ощущаешь какие-либо отклонения в теле?
Лу Сяо сжал кулаки, прислушиваясь к себе, и покачал головой:
— Никаких ощущений.
— Кстати, — добавил он, — а где господин Тюремный Врач?
Его память обрывалась на моменте введения анестетика.
Доктор поправил монокль, и его улыбка стала чуть шире:
— Господин Тюремный Врач отдыхает.
Лу Сяо кивнул, а затем вспомнил о ком-то ещё. Он неопределённо повёл рукой в воздухе, описывая фигуру:
— А тот непоседливый пациент? Как он?
— Благодарю за беспокойство, — кивнул Доктор. — Сейчас он чувствует себя… превосходно.
В это же время в другом крыле Блик, просмотрев видеозапись процедуры своего «лечения», пребывал в глубоком оцепенении. Увиденные кадры нанесли его психике тяжёлую травму.
Дротик спросил низким, давящим голосом:
— Блик, вспомни хорошенько. Где ты столкнулся с мотыльком с мёртвой головой?
Блик лишь отрешённо качнул головой.
— Командир, клянусь, я в жизни не видел этой дряни! — Его голос ощутимо дрожал. — Я понятия не имею, как личинка этой твари оказалась внутри меня.
Дротик мерил комнату шагами, погрузившись в раздумья.
— Цикл роста личинки мотылька с мёртвой головой составляет всего месяц. Судя по размеру той особи, она паразитировала в тебе не более двадцати дней. Но последние три месяца ты безвылазно находился на базе, на тренировках. Ты покидал периметр лишь два дня назад для выполнения задания. Это не имеет смысла…
В этот момент в тренировочный зал вошёл мужчина в строгом чёрном костюме и тёмных очках. Он продемонстрировал присутствующим удостоверение.
— Я из следственной группы Тюремных Стражей. Можете называть меня полковник Энцо.
Увидев документ, все присутствующие синхронно прижали правый кулак к сердцу в официальном салюте:
— Полковник Энцо!
Энцо убрал удостоверение, кивнул и перевёл холодный взгляд на Блика.
— Рядовой Блик. Согласно уставу Тюремных Стражей, вы обязаны проследовать со мной для проведения внутреннего расследования.
Блик растерянно посмотрел на Дротика. Тот стиснул зубы и громко произнёс:
— Докладываю, господин полковник! Я считаю, что в деле Блика слишком много неясных моментов.
Услышав это, Энцо снял очки, впиваясь в Дротика взглядом пронзительно-голубых глаз.
— Младший лейтенант Дротик, вы хоть понимаете, что сейчас говорите?
Дротик стоял по стойке смирно, сохраняя ледяное достоинство:
— Так точно, полковник Энцо. Я прекрасно отдаю себе отчёт в своих словах.
Щелчок.
Не успел Дротик договорить, как к его виску прижалось дуло пистолета. Лицо Энцо исказилось в двусмысленной усмешке.
— Препятствование работе следственной группы. Какое наказание предусмотрено за это уставом Тюремных Стражей?
Дротик даже не вздрогнул, продолжая смотреть прямо перед собой.
— Согласно правилам внутреннего распорядка, лица, препятствующие расследованию и совершающие действия, угрожающие безопасности изолятора, подлежат ликвидации на месте.
Энцо усмехнулся, сильнее вдавливая ствол в висок офицера.
— Младший лейтенант Дротик, надеюсь, у вас не будет возражений, если я нажму на спуск прямо сейчас?
У всех присутствующих сердца подскочили к горлу. Дротик хранил молчание.
В этот момент вперёд вышел Блик.
— Полковник Энцо! Я добровольно принимаю условия расследования.
Хитрюга, стоявший рядом, дернул его за рукав и прошептал:
— Ты свихнулся? Ты хоть знаешь, через что проходят в следственном отделе?
Блик кивнул с горькой усмешкой:
— Но командир…
— Мудрое решение, — прервал его Энцо, убирая оружие. Он достал наручники и небрежно бросил их Блику.
Когда Блик уже собирался застегнуть их на своих запястьях, двери тренировочного зала вновь распахнулись.
Вошёл Доктор в своём неизменном белом халате и с моноклем. Следом за ним, с любопытством озираясь по сторонам, шёл Лу Сяо. В одно мгновение взгляды всех присутствующих сошлись на них.
За полчаса до этого:
— Мне нужна твоя помощь в одном деле, — сказал Доктор, поправляя монокль.
Лу Сяо кивнул без малейших колебаний:
— Я всегда рад помогать людям.
Доктор вытащил фотографию. На ней был изображён мужчина с пронзительными голубыми глазами, крючковатым носом и короткими светлыми волосами.
— Когда увидишь этого человека, ты должен будешь немного солгать. Скажешь, что от него исходит эманация чего-то «чуждого».
Лу Сяо взял снимок.
— И это всё?
Доктор улыбнулся многозначительно и холодно:
— Именно так.
Лу Сяо похлопал себя по груди:
— Положитесь на меня.
Настоящее время. Тренировочный зал.
Доктор держал в руке ордер на расследование.
— Господин Энцо, свежий приказ. Прошу оказать содействие нашему следствию.
Энцо замер. Он выхватил документ, и по мере чтения в его глазах росло недоверие.
— Мать вашу… На каком основании вы утверждаете, что я подвергся мистическому загрязнению?
Доктор отступил в сторону, открывая фигуру Лу Сяо.
— Это живой объект содержания, недавно поступивший в наш изолятор C03. Он провёл в Тёмной Тюрьме долгие годы и крайне чувствителен к любым проявлениям «чуждого». Подробные данные уже внесены в систему. Согласно вашему ордеру, высшее руководство поручило нам задействовать Объект S-292 для содействия в проверке.
Энцо едва не сорвался на крик:
— Но это нарушает внутренний протокол Тюремных Стражей! Даже если я под подозрением, расследованием должна заниматься следственная группа, а не вы!
Доктор поправил монокль, явив миру свою самую «добродетельную» улыбку:
— Полковник, я вижу, вы прекрасно знаете устав. Однако у нас есть особый допуск.
Он достал из внутреннего кармана халата папку с документами. На титульном листе красовалась печать Верховного Кабинета Тюремных Стражей.
— У вас остались вопросы, господин полковник?
Энцо лишь яростно хмыкнул. С такими полномочиями действия персонала изолятора C03 были абсолютно легитимны. Этих бумаг было достаточно, чтобы подвергнуть экстренной проверке любого сотрудника организации.
Заметив, что официальная часть завершена, Лу Сяо улыбнулся. Он медленно обошёл Энцо кругом, издавая странные цокающие звуки.
Под пристальным, мертвенно-пустым взглядом Лу Сяо полковнику стало не по себе. Он процедил сквозь зубы:
— Ну? Ты что-то увидел?
Лу Сяо слегка вскинул голову, принюхиваясь, а затем с виноватым видом посмотрел на Доктора.
— Господин Доктор… кажется, мне вовсе не нужно лгать ради вас.
В этот миг у Доктора возникло острое желание немедленно отправить Лу Сяо на вивисекцию. Подавив вспышку гнева, он заставил себя выдавить улыбку:
— И каков же твой вердикт?
Лу Сяо осклабился. В его понимании это была открытая, позитивная улыбка, но в глазах окружающих она выглядела пугающе и противоестественно.
Он указал пальцем на Энцо:
— Этот господин не загрязнён «чуждым».
Он сделал паузу, и его голос стал бесцветным:
— Потому что он сам и есть это «чуждое».
Обновлено: 20.02.2026