Глава 49 — Глава 49 У тебя есть 120 миллионов

Глава 49. У тебя есть 120 миллионов? — Эй, красотка, не желаешь прокатиться с ветерком? — Сюй Нин опустил стекло и подмигнул, изображая уличного ловеласа. Нин Бин надула щёчки и погрозила ему маленьким кулачком, изображая праведный гнев, но в глазах плясали смешинки. Сюй Нин расхохотался и распахнул дверь. — Прошу на борт, госпожа Нин! Какой план по спасению настроения? Нин Бин плюхнулась в кресло, пристегнулась и выпалила на одном дыхании: — Сначала поесть, я голодная как волк. Потом в кино, на комедию. А потом в отель... Договорив, она вдруг осеклась. Лицо её залила густая краска. «Боже, что я несу?! Прямым текстом про отель!» Сюй Нин на секунду опешил, а потом расхохотался так, что пришлось ударить ладонями по рулю. — О-о-о, вот это программа! Мне нравится пункт номер три! — Не смей! Не смейся! Я сказала, не смейся! — Нин Бин завизжала, как кошка, которой наступили на хвост, и принялась колотить его кулачками по плечу. — Забудь, что я сказала! — Всё-всё, сдаюсь! — Сюй Нин уворачивался от ударов, пытаясь вырулить на дорогу. — Не бей водителя, авария будет! Когда она немного успокоилась, он, не удержавшись, поддел её снова: — Слушай, а может, ну их, еду и кино? Сразу к десерту? В отель? Нин Бин закрыла лицо руками. Если бы взглядом можно было испепелять, от Сюй Нина осталась бы горстка пепла. Чтобы разрядить обстановку, Сюй Нин сменил тему: — Расскажи лучше про свою работу. Про инвестиции. Ему действительно было интересно. Система давала деньги, но деньги сами по себе — это просто цифры на счете. Они не дают власти, не дают защиты. Настоящее влияние приходит, когда капитал работает: заводы, пароходы, стартапы. Если ты владеешь бизнесом, от которого зависят судьбы тысяч людей, тебя просто так не сковырнешь. А простой богатей с кучей кэша — лакомая добыча для любого, у кого есть власть. Нин Бин отпила воды, успокаивая горящие щёки. — Ты правда хочешь слушать про финансы? Скукотища же. — Правда. Учи меня. Она пожала плечами. — Ну, смотри. Моя компания называется «Люйсун Кэпитал». У нас два GP и шесть LP. Под управлением активы примерно на 600 миллионов юаней. — Мы занимаемся в основном ангельскими инвестициями и венчурным капиталом (VC). Это вложения в стартапы на ранних стадиях. Риски высокие, но и выхлоп может быть колоссальным. — Правда, мы не гиганты. За лучшие проекты приходится драться с акулами рынка, и мы часто проигрываем. Есть ещё доверительное управление, но это так, побочка. Сюй Нин слушал и кивал. Шестьсот миллионов. Меньше, чем он думал. Ему казалось, инвестиционные фонды ворочают миллиардами. — А тот LP, что поддерживает твою «любимую» начальницу... сколько он вложил? — небрежно спросил он. — «Динши Файненшл». Это наш самый крупный инвестор. Вложили около 120 миллионов. Но они сами по себе огромные, у них портфель диверсифицирован донельзя. При упоминании «ведьмы» Нин Бин снова нахмурилась. У Сюй Нина в голове созрел дерзкий план. — Скажи, — он постучал пальцами по рулю, — а если бы я стал LP и вложил в вашу компанию 120 миллионов... ты смогла бы занять место этой ведьмы? Стать инвестиционным директором? Нин Бин замерла. Она медленно повернула голову и посмотрела на него как на сумасшедшего. — У тебя... есть 120 миллионов? Сюй Нин спокойно кивнул, глядя на дорогу. — Есть. И даже больше. Нин Бин судорожно втянула воздух. Ситуация становилась всё более сюрреалистичной. Но потом она вспомнила, что сидит в машине за 50 миллионов. Пазл складывался, но картинка всё равно выходила фантастическая. «Он не просто богатый папенькин сынок, он... он монстр!» Она заставила себя успокоиться и включить профессионала. — Если у тебя есть такие деньги, зачем тебе быть LP? — её голос дрожал, но звучал рассудительно. — Быть LP — это просто дать денег и ждать у моря погоды. Ты не сможешь принимать решения. Если у тебя есть капитал, открой свою инвестиционную фирму! Сам будешь решать, куда вкладывать. Зачем кормить посредников? Она говорила с жаром, искренне желая ему добра. Сюй Нин улыбнулся. Это был хороший совет. — Может быть, ты и права. Но давай сначала решим вопрос с моим жильем, а потом подумаем о захвате мира. --- Фильм оказался глупой комедией, но Нин Бин смеялась до слёз. Смех смыл напряжение рабочей недели. А потом... потом Сюй Нин, как джентльмен, выполнил третий пункт её плана. В номере отеля всё произошло естественно и страстно. Словно плотину прорвало. Позже, когда буря улеглась, Нин Бин, уютно устроившись у него на плече, вдруг встрепенулась. — Ой, чуть не забыла! Она соскочила с кровати и бросилась к своей сумке. Сюй Нин любовался её точеной фигуркой. Она вернулась с красивой коробкой. — Помнишь, ты перевел мне деньги? Я купила себе сумку, как и хотела. А это... это тебе. На коробке красовался логотип Hermès. Внутри лежал роскошный кожаный ремень. — Это, конечно, не «Кенигсегг», — смущенно улыбнулась она, — но мне хотелось сделать тебе подарок. Он стоит тысяч сорок или пятьдесят, я не помню точно... Сюй Нин был тронут. Многие девушки на её месте потратили бы всё на себя. А она купила ему вещь, которая стоит как его (бывшая) годовая зарплата. Правда, ремень ему был не особо нужен — он всё же студент, носит джинсы и спортивки, а это вещь статусная, для костюмов. Но разве это важно? — Спасибо, — он притянул её к себе и поцеловал. — Мне очень нравится. Рука его снова заскользила по её бедру, и в глазах зажегся знакомый огонек.