Глава 3
Ветер перестал быть просто ветром. Он превратился в живую, осязаемую стену ярости, которая била по броне и скалам с такой силой, что казалось, вот-вот снесет их всех в небытие. Песок, некогда лишь раздражающий, теперь резал как дробь, заставляя даже закаленных бойцов отворачиваться и щуриться. А сквозь этот сплошной рев прорывались теперь другие звуки — резкие, пронзительные завывания, похожие на скрежет металла по стеклу, умноженный на голодный рык какого-то неведомого зверя. Они доносились со всех сторон, то приближаясь, то удаляясь, сливаясь в жуткую симфонию охоты.
Видимость упала почти до нуля. Мир сузился до рыжего марева, в котором с трудом угадывались силуэты скал и товарищей.
— «К двери. Быстрее!» — голос командира вражеского отряда прорвался сквозь шум, ровный, но с отчетливой стальной ноткой напряжения.
Один из солдат, используя компактный резак, пытался прочертить линию по краю массивного шлюза. Снопы ослепительных искр на мгновение освещали его сосредоточенное лицо, но, едва гасла плазма, становилось ясно: прогресс минимален. Толщина брони была запредельной. Другой боец бил по контрольной панели импровизированным тараном, пытаясь вырвать её — безрезультатно.
Командир наблюдал, его взгляд быстро перемещался между дверью, своими людьми и бушующей снаружи песчаной мглой, где выли те самые неведомые твари. Его рука сжала рукоять пистолета.
— «Прекратить. Занимайте периметр. Ориентир — звук. Огонь на поражение при любом движении», — его приказ был отточенным и немедленно исполненным.
Солдаты, будто механизмы, синхронно развернулись, образовав плотный полукруг спинами к двери. Защелкнули предохранители. Абсолютная дисциплина. Ни паники, ни лишних слов. Только готовность встретить угрозу, которую пока нельзя было увидеть.
Эмили, прижатая к холодной скале рядом с капитаном Риггсом, наблюдала за этим с бешено колотящимся сердцем. Её мозг, обычно импульсивный и хаотичный, работал на пределе, отбрасывая один безумный план за другим. И вдруг её взгляд упал на скалу чуть выше двери. Частично занесенное песком, почти невидимое, торчало решетчатое отверстие, не более полуметра в диаметре. Вентиляционный канал или аварийный выход. Слишком маленький для солдата в броне. Но для неё…
Она рванулась вперед, к командиру, не думая о последствиях. Два ствола немедленно нацелились на неё, но она закричала, перекрывая вой бури, тыча пальцем в то отверстие:
— «Я! Маленькая! Войти… там! Дверь… открыть!» — её ломаный язык врага был усеян грубыми ошибками, но ключевые слова — «я», «маленькая», «войти», «дверь» — прозвучали достаточно четко.
Командир резко повернулся к ней. Его взгляд, холодный и оценивающий, пронзил её насквозь, затем скользнул по её хрупкой, по сравнению с его бойцами, фигуре, потом вверх, на вентиляционное отверстие. Расчет занял у него считанные секунды. Он понимал риски. Понимал, что она может просто сбежать внутри или умереть, и они потеряют время. Но он также видел, что его люди не пройдут в тот лаз, а стандартные методы не работают. Буря сближала интересы пленных и захватчиков. Выживание стало общей целью.
— «Развяжите ей руки», — скомандовал он, его голос не допускал возражений. — «Если это ловушка, ты умрешь первой».
Охранник быстрым движением щелкнул маг-наручи. Эмили потерла запястья, чувствуя прилив адреналина. Капитан Риггс попытался протестовать: — Тайлер, нет! Это…
— «Молчать!» — рявкнул командир, и ствол его пистолета теперь был направлен на Риггса.
Эмили встретилась взглядом с капитаном, кивнула — коротко, уверенно, — и бросилась к скале. Солдаты помогли ей, образовав из сцепленных рук импровизированную ступеньку. Она втиснулась в узкое отверстие, чувствуя, как ржавый металл рвет её и без того потрёпанную форму. Позади остался рев бури, завывания существ и десятки глаз, провожающих её в неизвестность. Впереди — абсолютная темнота и призрачный шанс на спасение для них всех.
Обновлено: 16.01.2026