Я нёсся как угорелый, пока поток машин не иссяк и под ногами не зашуршал гравий просёлочной дороги.
«И где это я?»
Раз я двигался на юг от центра города… «Гора Дэмосан?»
Похоже на то.
Фонарей стало меньше, и в лунном свете проступил острый силуэт горы.
— У–у–ух…
Принц рядом со мной согнулся пополам, и его вывернуло наизнанку.
— Вот дерьмо, – выдавил он, не разгибаясь. С его губ на землю тягучей нитью стекла слюна.
— Держаться надо.
Принц молча вытер губы.
«Если вместо слёз и соплей его тошнит – это даже хорошо. Отлично, я бы сказал».
— Здесь мы в ещё более невыгодном положении, разве нет? — Спросил Принц.
«Это потому что он гений? Или просто привык к такому? Совсем не ребёнок». Будь на моём месте помощник менеджера Панда, он бы точно спросил: «Ты что, регрессор?»
Всего десять лет, а он уже оценивает обстановку.
«М-да, очень неплохо».
Я достал нож–дробовик, отхватил им почти отсечённую руку, вытащил из–за пазухи пакет для экстренного переливания и вонзил иглу в плечо.
Кровь хлынула по венам. Утраченную плоть можно восстановить, а вот потерянную кровь – уже нет.
Для Бессмертного кровопотеря куда опаснее.
Как только игла вошла в вену, тело пронзило ощущение чего–то чужеродного. Гадко, но выбора не было.
Пока я, едва дыша, лихорадочно соображал, что делать дальше, Принц неотрывно смотрел на меня.
«Чего уставился, Десятилетка хренов».
— Красавчик, да?
— Ты спятил?
— Похоже на то?
— Похоже.
И никаких тебе «придурок», «идиот» или прочих ругательств на непонятном языке следом. Даже как–то непривычно.
— Зачем ты это делаешь? — Спросил Принц, когда я кончиком ножа выковыривал пулю из бедра.
«Тьфу, больно-то как».
— Что «это»?
— Ничего, – отрезал Принц.
«Что с этим мальчишкой?»
Впрочем, сейчас не до этого Десятилетки. Мы выиграли это время ценой его блевотины. Нужно вытащить пулю, восполнить кровь, проверить снаряжение… Пока я без передышки возился со всем этим, зазвонил телефон.
Помощник менеджера Кан Химо.
— Ну что, раскопали что–нибудь?
— Кое–что.
— Отлично. Выкладывай.
— Ты хоть в курсе, что из–за тебя вся Аналитическая группа пашет сверхурочно?
«В Хварим объявили тревогу?»
— Понятия не имею. Я сейчас не в офисе.
— Да уж, точно.
Кан Химо выдал короткую, но ёмкую сводку.
Эва, кличка «Сталкер». Бывшая британская наёмница. Прозвали её так потому, что любого, на кого положит глаз – будь то мужчина или цель задания, – будет преследовать хоть до самого ада.
Джой, кличка «Мучитель». Этот ублюдок – полный псих. Обожает пытки, тащится, когда сжигает людей заживо. И как такой урод попал в королевскую гвардию?
Роберт, кличка «Болтун». Неудивительно, что он был таким разговорчивым. Королевский гвардеец, специализация – метательное оружие. Это тот самый тип, что читал мне нотации о важности силы и о том, что даже Бессмертным нельзя уступать в ближнем бою. Хитёр. Ох и хитёр.
И последний – Даниэль. Тоже из королевской гвардии. Способность – «Пространственная изоляция». Попадусь ему – и окажусь как мышь в мышеловке.
Вся эта информация основана на данных об операциях, в которых эта четверка принимала участие. Надо похвалить нашего помощника менеджера Кана – столько нарыл за такое короткое время.
И ещё кое–что. Все четверо работают на одного человека – Аль Дриэр Реной. Сестрицу нашего Десятилетки и самую вероятную наследницу престола. Всю эту подноготную я, честно говоря, знать не хотел, но пришлось. Так что в топку её.
Сейчас важны лишь те, кто охотится на Принца. Я разделал под орех эту Сталкершу Эву, так что теперь они вряд ли полезут поодиночке. Сколько среди них Бессмертных, кроме Роберта? Увидим.
— И что теперь? — Спросил Принц. Лицо у него было измученным.
«Хорошо хоть погода тёплая, а то дрожал бы как осиновый лист». Вся эта череда жутких событий должна была сломить кого угодно, но Десятилетка–Принц держался на удивление стойко.
Я прикинул в уме. «Эту его стойкость можно использовать».
*
_
Понятие родословной существовало не только для Бессмертных или оборотней. В исключительно редких случаях она определяла и силу эсперов – Особого вида. Так было с Аль и со всей его семьёй.
Вот только Аль отличался от остальных.
— Достоин ли ты жить?
— Не попадайся мне на глаза.
— Почему бы тебе просто не умереть?
Братья, сёстры. Такими были для Аль его единокровные родственники. Мать его была низкого происхождения, а отец, Король, после рождения младшего сына утратил способность иметь детей. Поэтому за Аль и закрепилось прозвище «Последний Принц».
— Я не хочу видеть, как мои дети умирают у меня на глазах.
Аль остался в живых лишь благодаря этой отцовской прихоти. Но на этом милость Короля заканчивалась.
Королевство, больше известное как Управление эсперов, чем под своим официальным названием. Все его подданные либо ненавидели, либо избегали последнего принца.
И на то были причины.
— Мухар.
Его телохранитель погиб в результате несчастного случая.
— Бения.
Его служанка умерла от болезни.
Аль видел, как умирает слишком много людей. В итоге никто не хотел находиться рядом с ним. Никто в нём не нуждался. Были лишь те, кто желал ему смерти. Так Аль и жил.
Вдобавок ко всему, его способности не поддавались измерению. У принца Управления эсперов не было ничего.
Когда слабеющий с каждым днём отец больше не мог прикрывать его своей тенью…
— Я даю тебе шанс. Умри во благо страны, – сказала его старшая сестра.
А второй брат, поддержав её, добавил:
— Я не собираюсь идти против воли отца. Но доколе ты будешь влачить это жалкое существование, губя всех вокруг? Прими это предложение, и твоё имя хотя бы останется в истории королевства.
С самого рождения никто и никогда не говорил ему «живи». Никто не спрашивал, хочет ли он жить. Жизнь, в которой он был лишь проклятьем для окружающих, обрекая их на смерть. Ни один стражник не станет рисковать ради него жизнью, ни одна служанка не осмелится заговорить с ним запросто.
Он был изгоем в масштабах всей страны.
В конце такого пути Аль, Последний Принц, осознал: «Стоит мне умереть, и всё закончится».
Ему был нужен способ сбежать от реальности. И корейские айдолы, которых он увидел по голографическому телевизору, стали идеальным убежищем.
— Немедленно отправляюсь в Корею.
Так Принц стал фанатом всего корейского. И вот теперь Последний Принц получил своё «последнее» задание.
Тихо умереть.
И рядом с этим принцем оказался незнакомец, похожий на корейского айдола.
«Можно ли ему верить? Почему этот тип так поступает? Зачем он так обо мне заботится? Почему не жалеет собственной жизни? Все, кто мне помогает, умирают. И он не станет исключением. Да, он чуть не прикончил Эву, но нужно видеть тех, кто идёт за мной сейчас. Это гвардейцы королевства: Джой, Даниэль, Роберт и их люди. Их лично отобрала моя старшая сестра. Мне не выжить».
— Жить хотите? — Спросил тогда Ю, тот парень из Спецотряда Бессмертных, похожий на айдола.
В тот миг Принцу показалось, что его сердце вот–вот разорвётся. Оно бешено колотилось, в висках стучал пульс, кожа покрылась мурашками. Лица матери он не помнил. Отец лишь велел, чтобы братья и сёстры не убивали друг друга у него на глазах.
Никто. За всю жизнь никто и никогда не задавал Принцу этого вопроса, и потому он не смог ответить. Лишь пролепетал, что просто не хочет умирать.
А теперь Ю тащил его под мышкой вверх по склону горы. В темноте не было видно ни зги, но тот умудрялся на бегу отводить ветки.
Принц заговорил:
— Я хочу жить. Очень.
«Хочу встретиться с Glaive Girls, хочу танцевать и петь. Хочу стать корейским айдолом». В этот миг у Принца появилась мечта. И он решил довериться этому человеку. Принц не знал почему. Но этот человек ради него истекал кровью, ловил пули и сражался.
— Я верю те…
Но он не успел договорить. Гваник резко замер и произнёс:
— Ваше высочество, вы ведь сможете побыть здесь немного один?
— …Здесь?
Они только что вскарабкались на тёмный, безлунный склон.
У–ух…
Крик неведомой ночной птицы.
С–с–стрек…
Стрекот насекомых.
А когда они замерли, стал слышен шорох – будто кто–то полз в траве. Всего лишь ветви, качающиеся на ветру, но даже это знание не мешало страху леденить душу.
— Ваше высочество, знаете, что самое главное в охоте?
«Откуда мне знать? Проблема в том, что этот псих собирается бросить меня здесь одного».
— Это шутка? — Спросил Принц, но Гваник будто не слышал.
— Ружьё? Капкан? Собаки? Нет. Самое главное в охоте – это наживка.
Эти слова, холодные как сталь, вонзились прямо в сердце. Принц не мог поверить. Гваник просто ищет предлог. «Он бросает меня?»
Но прежде чем он успел вымолвить хоть слово…
— Скоро увидимся, – бросил Гваник и исчез. Он растворился в мгновение ока, не оставив после себя ни звука, ни следа.
Принц, плотнее запахивая на себе плащ Гваника, подумал: «Сам виноват, что поверил этому психопату».
Со смешанными чувствами он тихо опустился на землю. Ему и так суждено было умереть, но сейчас отчего–то было особенно мучительно.
«Вот же мразь», – мысленно выругался Принц в адрес Гваника. Всё из–за этого психа. Он уже со всем смирился, но тот заставил его снова захотеть жить – и бросил.
Принц ничего не понял ни про охоту, ни про наживку. Он лишь затаил дыхание. По щекам текли слёзы и сопли. Его захлестнули неведомые доселе чувства: надежда, рождённая самоотверженностью другого человека, и горькое разочарование от её краха. И крохотная искра веры в то, что он всё–таки мог выжить.
Хлюп–хлюп.
Нос не переставал течь, и Принц вытер его воротом плаща. На ткани остался густой след. Увидел бы это Гваник – пришёл бы в ужас.
*
— Коварный ублюдок, – кивнул Роберт в ответ на слова Джоя. — Эву уделали. А Принца похитили.
Это результат их беспечности. А этот Ю из Спецотряда Бессмертных оказался неплохим актёром.
— Нечего усложнять. Закончим всё прямо здесь и сейчас, – сказал Роберт. Маячок, вживлённый в тело Принца, невозможно извлечь без специального оборудования и эксперта. «Поймать их – лишь вопрос времени».
Принц умрёт в Сеуле. И его смерть станет поводом для укрепления политического влияния Управления эсперов. Боец Спецотряда Бессмертных Ю станет похитителем и козлом отпущения.
— Местоположение подтверждаю, – донеслось из коммуникатора.
— Роберт, – позвал Джой.
— Я пойду первым, – ответил Роберт.
Бессмертный всегда идёт в авангарде. Это основа.
— Сначала берём Принца! — Добавил Роберт и ринулся вперёд. За ним клином следовали трое охранников. Если он обеспечит обзор, остальные сожмут кольцо. Бой большинства против меньшинства. К тому же, если что–то пойдёт не так, можно просто убить Принца, и дело с концом.
Единственная переменная – вмешательство Спецотряда Бессмертных или других корейских группировок. Но и это можно было предотвратить.
— Даниэль!
— Готов.
По команде Джоя Даниэль применил свою способность. Пространственная изоляция – она отрезала территорию от внешнего мира. Проникнуть внутрь было невозможно, если только ты не эспер Особого вида с недюжинными силами. А значит, для выигрыша времени этого было более чем достаточно.
Даниэль, прикинув местоположение Принца, раскинул руки. Вскоре всё вокруг наполнилось странным, давящим ощущением.
— Больше тридцати минут не продержусь, – сказал он.
— Хватит, – ответил Джой и двинулся вперёд.
План был безупречен. По крайней мере, так считал Джой. Уж в чём–чём, а в беге этот Ю Гваник был хорош. Но гоняться за ним больше не придётся.
Впереди уже показалась фигура Принца. Джой усмехнулся. Игра окончена. И в этот самый миг… Хруст. Треск. Резкий, хоть и тихий, звук заставил Джоя обернуться.
— Кто здесь?! — Выкрикнул он.
Оставшиеся охранники осветили то место фонарями, но там никого не было. Лишь четыре распростёртых на земле тела.
— Положение Принца?
— Без изменений.
— Взять его! — Крикнул Джой.
Роберт снова ринулся вперёд, а за ним клином следовали трое охранников. Джой сосредоточился на тыле, готовый испепелить врага при малейшей возможности. Его ладони налились алым светом. Даниэль держался рядом, а за спиной Джоя встали двое Бессмертных, чьи чувства были обострены, хоть и уступали Роберту. Лучи фонарей прошивали тьму, не оставляя ни единого укрытия.
Роберт тем временем сокращал дистанцию до Принца. Схватить – и дело в шляпе. Но стоило ему протянуть руку… Чпок. Вжик. Хрясь. Резкие звуки ударили по ушам. Роберт инстинктивно отпрыгнул назад, метнув кинжал. Три клинка вонзились в землю там, откуда донёсся шум. На земле лежали тела трёх охранников.
«Враг. Должно быть, Ю. Когда он успел появиться? Сейчас не время размышлять». Роберт, достав левой рукой дротик, а правой – пистолет, обострил все свои чувства.
«Слева». Интуиция Роберта была остра как бритва.
Он без колебаний навёл ствол влево и нажал на спуск.
Тра–та–та–та!
Автоматический пистолет выплюнул очередь. В темноте дуло озарилось вспышками. И в этот же миг справа вынырнул Гваник, схватил Роберта за шею и свернул её.
Хруст.
Даже Бессмертный со сломанной шеей – не боец. Очевидная истина.
В полумраке, между лучами фонарей, проступила фигура Гваника. Его глаза горели синим огнём. У его ног валялся Роберт, а сам он стоял, заслоняя собой Принца. Гваник медленно поднял правую руку.
Когда все, включая Джоя, напряглись в ожидании атаки, Гваник сказал:
— Прекрасная ночь для прогулки, не правда ли?
Эта фраза, разрушившая всё напряжение, вызвала у Джоя волну раздражения. От одного жеста Гваника сердце ушло в пятки, а он, оказывается, просто здоровается.
«Вот же сукин сын», – вскипел от злости Джой.
_
Обновлено: 20.01.2026