Глава 26 — Глава 26 «Критерий»

Критерий. Два часа в отключке. Крепкое тело оборотня и бешеная регенерация бессмертного быстро залечили ушибы и сотрясение мозга. — Разнесли в пух и прах, – вырвалось у меня. Я сел. Голова все еще гудела. Если уж мне так прилетело, обычный человек точно бы умер от такого удара. Тысяч пять клеток мозга сгорело бы в один миг. Хотя, сколько там у человека этих клеток? А я ведь бессмертный, особый вид, да еще и полукровка, так что мои мозговые клетки… — Бесит. Прятаться от реальности за дурацкими мыслями – не в моем стиле. Я проигрывал и раньше. Бесчисленное количество раз проигрывал матери. До пробуждения оборотня тоже много кому уступал. Так почему же сейчас так досадно? Сколько времени прошло с тех пор, как меня вырубали так, что я даже не понимал, чем? Даже с закрытыми глазами перед взором стоял последний момент перед тем, как я отключился. Я же вроде схватил его за обе руки. Чем он меня ударил? Честно, я не видел и не почувствовал. А раз не почувствовал, значит, он использовал Сокрытие. Но чем, черт возьми? Не знаешь – спроси. Я рывком поднялся и распахнул дверь. Я очнулся в комнате отдыха, причем в звуконепроницаемой одиночной капсуле. В офисе бессмертных нет медпунктов. Точнее, есть – целый шестой этаж занимало отделение психиатрии. Говорили, там работают психологи и психиатры, специализирующиеся на особых видах. Но они вряд ли стали бы возиться с избитым до потери сознания бессмертным. Так что человек передо мной точно не был врачом. Знакомая спина. — О? Уже очнулся? — Это был Пан Гвитэ. — Ты что тут делаешь? — Пришел поглазеть, как ты валяешься, – сказал он, мерзко ухмыляясь. Я едва сдержался, чтобы не влепить ему двойку. «Спокойно. Реагировать на шутки – себя не уважать». — Поглазел? Проваливай. — Помощник менеджера Донхун попросил присмотреть, на случай если с тобой что–то не так. Чего такой дерганый? — С чего ты взял? Я все тот же милый и пушистый Ю Гваник. — Дерганый. У тебя сейчас тон чертовски дерганый. Разговаривать с ним не хотелось. Мне нужно было срочно выяснить, что за штука пробила мне голову. — Раз в порядке, я пошел работать, – Гвитэ подпрыгивающей походкой скрылся за углом. Неужели он в свой загруженный график выкроил время, чтобы посидеть со мной? Если так, то я зря на него наехал. Ладно, потом извинюсь. Я направился в офис. С гордо поднятой головой. Забыв горечь поражения, с азартом претендента. Когда–нибудь я снова вызову его и впечатаю хай–кик ему в рожу. Так что моя роль – претендент. — Рано ты. — Крепкий, – ответил я Панде и Ледяной принцессе, что встретили меня у входа. Тимлидер Сибаль с предельной, просто невероятной сосредоточенностью складывал оригами. Видимо, на работу он ходит развлекаться. Я подошел и встал прямо перед ним. — А наш Сибаль–новичок–то крепкий орешек. Уже на ногах? Он говорил это, даже не взглянув на меня, полностью поглощенный бумажной фигуркой. — Что это было? Я должен знать, иначе не успокоюсь. Когда мать меня лупила, я после каждого спарринга отрабатывал ее приемы, чтобы использовать их в следующий раз. После восемнадцати лет таких «тренировок» больше не было, но до этого она меня изрядно поколотила. Говорила, что это один из способов научиться контролировать тело оборотня. И предупреждение, чтобы я не разбрасывался силой. Я смотрел на тимлидера. «Хочу знать. Отчаянно хочу знать». Если бы меня сейчас снимали на камеру, в моих глазах можно было бы увидеть пламя. — Что «это»? — Последний удар. Тот, что меня вырубил. Вы что, дубинку где–то спрятали? Мое тело очень крепкое. Наставник–оборотень говорил, что меня даже если бревном по голове огреть, я сознание не потеряю. Так что это был второй вопрос, по сути, о том же. Хочу знать. Отчаянно. Я снова вперился в него взглядом. Тимлидер замер. И медленно поднял голову. — Последний удар? Кажется, в его глазах плясали смешинки. — Хочешь знать? Что это? Что за чувство? Я хотел сказать «да, хочу», но язык не поворачивался. Предупреждение интуиции? Нет. Это чувство… Хи–хи–хи. Он усмехнулся. Только уголками губ. Дразнит. Точно дразнит. Даже если я попрошу, он не скажет. Ко мне вернулось самообладание. Этот тип ни за что не расскажет по–хорошему. — Нет. Просто спросил. Рады, что победили? — Я всегда жажду победы. Чокнутый тимлидер. — Ясно. Пойду. — Ага, иди. Он продолжал ухмыляться. Так и хотелось врезать. Я вернулся на свое место. — Эй, новичок. — Да. Сотрудник–новичок Ю Гваник. — Ты думаешь, это школа? Что я, услышав твой вопрос, скажу: «Ах, у нашего Квана в голове пусто, надо ему все разъяснить»? Ты так думал? «Думал, ублюдок. Больше не буду спрашивать». — Нет, – буркнул я. — Выясни сам и принеси отчет, – бросил тимлидер мне в спину. Благодаря суровому домашнему воспитанию я развернулся, ответил «хорошо» и даже добавил «спасибо». О, проклятая вежливость! Да, этот тип – мой начальник, тимлидер моей группы, садист, обожающий издеваться над подчиненными, и матерщинник. Уважать его не получается, но соблюдать субординацию надо. Я уставился в монитор. Мигало уведомление. Внутренний мессенджер. «Ах, я так грубо обошелся с Гвитэ. Надо извиниться». Я открыл чат. Сообщение было от него. Рыдающий смайлик и три слова: «Ты проиграл…» Вот же сучонок. Клавиши застучали с бешеной скоростью: «Эй, Пан Гвитэ, ты бы отлетел за 0,1 секунды и уже стучался бы в райские врата. Захлебнулся бы в реке Стикс!». [Пан Гвитэ]: Ага–ага. Конечно–конечно. Ты во всем прав. Лузер. Вот же… Реагировать на каждую подколку – значит проиграть. Я проигнорировал. Следом написал Йохан, который был так занят, что почти не заходил в мессенджер, и поздравил меня. Даже эгоцентричная У Михо оставила сообщение из двух слов: «Ты дурак». Да чтоб вы все сдохли. Чон Гинам, наверное, тоже уже знает. А, плевать. Надо работать. Хотя, какая у меня работа? Если у 3-й группы внешней безопасности нет выездов, то и дел нет. До конца рабочего дня оставалось пара часов. Настроения тренироваться не было. Сказали, в свободное время спускаться и практиковать то, что выучил. Может, этим заняться? Какое–то чувство, будто я зарплату зря получаю. Говорили, чем больше привыкаешь к оборудованию, тем лучше. Решил заняться этим. — Ты не куришь? — Спросил помощник менеджера Панда. — Нет. А зачем? Легкие у бессмертных вечные и нерушимые, так что для многих сигареты – предмет первой необходимости. Но мне не нравится этот запах. Запах пепельницы. Он отвратителен. Обоняние, обострившееся после пробуждения оборотня, улавливает этот едкий дым, как бы я ни старался его игнорировать. Терпеть, когда курят рядом, я еще могу, но вонять так самому – ни за что. — Про социальное курение не слышал? Пора бы научиться. — У вас есть ко мне дело? — Пойдем со мной. Панда встал и направился к выходу. Я поднялся, чтобы последовать за ним, но почувствовал на себе чей–то взгляд. Обернулся. Тимлидер сверлил меня недовольным взглядом. — Ему тоже нужно кое–что знать. — Он еще свой шанс не использовал, а ты ему уже подсказки даешь, сука, – пробурчал тимлидер так, словно говорил сам с собой, но прекрасно зная, что его слышат. Панда, даже не обернувшись, бросил ответ на ходу. Я проигнорировал их обоих и пошел за ним. Мы молча поднялись на лифте на крышу. Панда вместо бамбука достал сигарету, прикурил и выпустил идеальное кольцо из белого дыма. Видно было, что он в этом деле мастер. — Три месяца испытательного срока. Через три месяца тебе обещан контракт. Как думаешь, кто выносит оценку за эти три месяца? Вопрос был неожиданным. — Насколько я знаю, компания. — Компания – это что, человек? — Нет. Что он имеет в виду? Ах, да. Компания не человек, значит, оценку выносит кто–то конкретный. Вот оно что. — Тимлидер каждой группы оценивает пригодность сотрудника и подает отчет. Это напрямую влияет на аттестацию и на всю твою дальнейшую карьеру. Я смутно догадывался об этом. До прихода в компанию не знал, а после слышал лишь в общих чертах. Но теперь, когда об этом говорил помощник менеджера Ли Донхун, слова обрели вес. И от этого по спине пробежал холодок. — То есть мою оценку выносит тимлидер? — Спросил я. — А кто же еще? Я, что ли? Мое мнение тоже учтут, конечно. Даст ли мне тимлидер хорошую оценку? Судя по всему, что было до сих пор, – ни в коем случае. — У нашего тимлидера позиция всегда одна и та же, когда приходит новичок. «Мясорубка». Я только подумал, но не успел сказать. — Знаешь, что такое мясорубка? — Спросил помощник менеджера. Поразительное совпадение. Словно он мысли читает. — Наш тимлидер не любит новичков. — Вы предлагаете мне сдаться? Что будет, если оценка будет плохой? Он глубоко затянулся и выпустил дым. — Тебя переведут в другой отдел, и эта первая оценка закрепится за тобой. Поступая в компанию, я сдавал экзамены и проходил собеседование. Сдал на высший балл, но это лишь доказывало, что я знаю больше других в рамках отборочного теста. Затем был инструктаж. Там я старался не гнаться за рейтингом, а показать, что умею ладить с людьми. Не знаю, из–за этого или из–за того, что директор Хварим – извращенка, но я попал к ней на карандаш. После инструктажа началась настоящая работа. И первая оценка, что пойдет в личное дело, – это она и есть. Оценка за испытательный срок. Теперь понятно, почему все так вкалывают после приема на работу. Почему мне никто об этом не рассказал? Хотя, в последнее время я и сам был слишком занят. Иначе спросил бы у Йохана. Нет, не спросил бы. О таких вещах рассказывает наставник. — Ты парень сообразительный, так что примерно понимаешь: в каждой группе свои критерии оценки. Поэтому ни Йохан, ни Гвитэ не могли мне ничего сказать. — Ким Чона слишком прямолинейна и объяснять не умеет, так что я говорю за нее. Было бы жестоко, если бы ты так и остался в неведении, верно? Это была не добрая воля, а обязанность. Он должен был мне это рассказать. — Времени мало, так что коротко. У нашего тимлидера есть критерий. Точнее, его собственный, личный критерий. Он живет в своем мире, это ты уже, наверное, понял. Он не совсем нормальный. — Первое: задания, которые дает тимлидер, нужно выполнять без чьей–либо помощи. Второе: кроме таких заданий, будет еще несколько проверок, о которых тебя не предупредят. — То, что вы сейчас сказали… Панда перебил меня: — Да, спрашивать у коллег – твое право, но думаешь, тимлидер не узнает? Так что… — …выяснять все самому, – закончил я за него. — Понял, и хорошо. Панда хлопнул меня по плечу, щелчком отправил окурок точно в урну и, проходя мимо, добавил: — Если захочешь перевестись, скажи заранее. Сейчас тимлидер не будет возражать, и тебя быстро переведут. Неважно, что там сказал директор, не стоит тебе здесь зря мучиться. Я попал в эту группу по личному распоряжению директора. Он предлагал отменить это распоряжение. Панда ушел. Я остался стоять, глядя в небо. Чертово небо Сеула. Опять все в смоге. Вот бы оно было ясным. Я невольно усмехнулся. Перевестись? Да, я не то чтобы безумно полюбил эту группу, но… — Так просто… … сдаваться я не собирался. Спина, которая когда–то защитила меня. Как жил тот человек? Он бы точно посмеялся над такой мелочью. И я посмеюсь. Задания, проверки – какая разница. Сейчас я – член 3-й группы внешней безопасности, и я не собирался менять команду только потому, что у меня чокнутый тимлидер. К тому же, тимлидер Ли Джунбон… его мастерство было настоящим. Сердце забилось быстрее, и на губах сама собой появилась улыбка. Кажется, я тоже схожу с ума. Какого черта мне это так нравится?