— Отрезанный человек – это отец девочки? — Предположил Бай Му, изучая снимок.
В прихожей только женская и детская обувь, фото отца намеренно обрезано – классическая картина развода, при котором ребенка оставили матери.
Судя по всему, расстались они со скандалом, раз она даже на снимках его видеть не могла. Отношения явно были разрушены в хлам.
Но даже без мужчины в доме поддерживался идеальный порядок.
В детской комнате, которую Бай Му тоже осмотрел, в шкафах висела куча одежды: летние футболки и юбки, зимние пальто и пуховики, шляпки с лентами. На кровати горой лежали плюшевые игрушки.
Мать очень любила ребенка и старалась ни в чем ей не отказывать.
Значит, разошлись они не из-за денег. Возможно, измены, пьянство или наркотики – что-то, чего женщина не смогла простить.
Бай Му по крупицам собирал мозаику, восстанавливая историю Ведьмы.
В описании задания значилось лишь «Обыскать дом», никаких подсказок. Похоже, это был квест на логику, а не на силу.
Пока Бай Му размышлял, Яньюй включила фонарик, осветив комнату.
Дом был практически полностью осмотрен и признан безопасным.
Она успокоилась и убрала скальпель.
— Ну как, есть улов? — Спросила она, заметно расслабившись.
Девушка уже предвкушала, как завалится на эту большую кровать. Пусть она простояла без дела месяц, но из-за закрытых окон пыли было немного, да и бывшие хозяева явно любили чистоту.
— Пока пусто, — ответил Бай Му. — Ничего, я еще поищу. А ты иди скажи брату Дахуану, пусть загоняет машину. На заднем дворе есть гараж, там ей будет самое место, а мы переночуем здесь.
— Идет, — кивнула Яньюй. — Я в холодильнике нашла упаковки с итальянской пастой и замороженную пиццу, должно быть съедобно. Попрошу их разломать какую-нибудь табуретку на дрова, сообразим ужин.
— На, возьми пока мой фонарик. — Она бросила его на кровать.
С этими словами Яньюй весело сбежала вниз. Она чувствовала, что победа в сценарии уже у них в кармане, и настроение было отличным.
Что до побочного квеста – если Бай Му его решит, то молодец, а если нет – ей-то что с того.
Бай Му показал жест «ОК», вытащил фото из рамки, сунул в карман и продолжил обыск.
Он перерыл все шкафы и ящики. Кроме женского белья и повседневной одежды, в спальне нашлось немного налички. В верхнем ящике прикроватной тумбочки обнаружилось двойное дно; Бай Му уже надеялся на что-то стоящее, но там оказался лишь взрослый девайс «для личного пользования», что его изрядно разочаровало.
Во втором ящике лежали квитанции, документы на дом, кредитный договор на машину и толстый фотоальбом.
Альбом был полностью посвящен девочке. Снимки начинались с младенчества и шли по годам. Судя по надписям, сейчас ей должно быть 9 лет – на последнем фото она улыбалась, демонстрируя отсутствие молочного зуба.
На обложке значилось имя: «Люси».
Бай Му провозился в спальне еще какое-то время, но тщетно: в мире, где рухнул порядок, деньги – это просто бумага.
Что до игровых предметов, по опыту прошлых сценариев он знал: большинство вещей забрать с собой нельзя. Вынести можно только то, на что есть прямое указание – как тогда в квесте Дейва, где ему позволили выбрать три трофея из оружейной. Так что обычный хлам его не интересовал.
«Попробую в детской», – решил Бай Му. Witch – она же Люси – была инициатором квеста, значит, ключ к разгадке должен быть в ее вещах.
Пока он перебирался в соседнюю комнату, на улице взревел мотор. Бай Му выглянул в окно: Бэйдахуан заводил машину в гараж. Это был бокс с роллетными воротами; братья вдвоем опустили их, чтобы ночью к машине не подобрались бродячие мертвецы.
Затем они вместе с Яньюй вошли в дом и заперли дверь на ключ.
— Брат Бай, одолжи топор! Нам надо дров наколоть, сообразим перекусить, — крикнул Бэйдахуан, поднимаясь по лестнице.
Бай Му кивнул и протянул ему инструмент.
Вскоре послышался хруст ломаемого дерева: Бэйдахуан, не жалея сил, крушил уютный стол из орехового дерева в гостиной.
— Брат, тащи кастрюлю из кухни! Сейчас я заварганю царскую порцию лапши!
Бэйдахуан развил бурную деятельность, явно наслаждаясь ролью шеф-повара.
У Бай Му тоже подвело живот. Рубка зомби – занятие энергозатратное; хоть он и справлялся легко, сил ушло немало. Статус в интерфейсе показывал, что выносливость снизилась на 28%.
Раз напарники взяли на себя готовку, он мог сосредоточиться на поисках.
В детской вещей было больше, но все они были детскими: платьица, игрушки, куклы и игрушечная железная дорога. Наконец, на письменном столе он наткнулся на нечто особенное.
[Название: Дневник Люси]
[Тип: Предмет]
[Качество: Обычное]
[Описание: Столько раз она пыталась излить душу маме, но та лишь плакала. Поэтому Люси научилась доверять свои мысли бумаге, разговаривая сама с собой.]
Бай Му открыл тетрадь. Слова были написаны корявым детским почерком, но лексика была простой – его уровня английского хватало с лихвой.
В дневнике описывались обычные будни: «Мама принесла клубничный торт», «Я скучаю по папе, но мама злится, когда я об этом говорю», «Мама сказала, что завтра ей некогда, и отвезет меня в детский парк»…
Мысли маленькой девочки были бесхитростными: когда ей было весело, она рисовала на полях солнышки и смайлики восковыми мелками, а когда грустно – чертила карандашом угрюмые изломанные линии.
Бай Му медленно листал страницы, боясь пропустить важное.
В самом конце он заметил, что два листа вырваны.
А сразу после вырванного места была свежая запись:
— Мы с мамой поссорились. Она сказала, что я плохая девочка…
Детская рука вывела под надписью плачущую рожицу.
Бумага в этом месте была неровной, со следами от влаги – похоже, на страницу капали слезы.
На следующей странице после грустного смайлика была лишь мешанина из хаотичных линий.
Когда Бай Му дошел до последней страницы, система вновь подала голос.
[Побочное задание «Бесполезное ожидание» обновлено.]
[Цель задания изменена: Разгадать загадку в дневнике.]
Обновлено: 18.02.2026