«Любопытно».
Губы Цзян Шана изогнулись в ухмылке, и весь его вайб слегка изменился. Если бы здесь был тот коп, что арестовал его много лет назад, он бы заметил: аура Цзян Шана всё больше напоминала ту, что была у него в тот день, когда он, хладнокровно прикончив приёмных родителей, спокойно смотрел на полицейских.
На самом деле, годы издевательств со стороны приёмных родителей привели к тому, что у Цзян Шана слегка поехала крыша. Обычно он казался добрым и дружелюбным, но стоило его спровоцировать, как он превращался в безжалостного психа, от которого можно было ожидать чего угодно. История этого нового тела всколыхнула его запертые на долгие годы воспоминания, и его натура начала постепенно меняться.
Внезапно по залу разнеслась мелодия «Концерта для трубы с оркестром ми-бемоль мажор». Цзян Шан не сделал ни единого лишнего движения, лишь закинул руки за голову и молча анализировал подсказки Кармана.
Во-первых, название миссии — «Игра в кальмара». Хоть он и не был уверен, но скорее всего, это какой-то фильм или сериал. И, судя по всему, про игры. Оставалось понять: «Игра в кальмара» — это название конторы, которая всё это замутила, или название самих игр?
Пока Цзян Шан устраивал мозговой штурм, люди вокруг уже начали стягиваться к центру зала.
Ого! Сколько же тут людей с почерневшим лбом. Если мой скилл не врёт, то это может означать только одно.
Вылететь из этой так называемой «Игры в кальмара» — значит умереть. Вполне ожидаемо. Разве все эти божественные пространства не для того и созданы, чтобы с наслаждением наблюдать, как игроки барахтаются на грани жизни и смерти?
Внезапно Цзян Шан услышал, что в центре зала, кажется, назревает какой-то конфликт. Движимый желанием позырить на кипиш... кхм, то есть, изучить сюжет, он сел на кровати, размял кости и неторопливо побрёл в центр.
Всего 456 человек? Увидев на табло цифру 456, Цзян Шан рефлекторно посмотрел на свой номер на груди.
№444.
Хм, ну да, счастливое число.
Центральная площадка была довольно большой. Впереди виднелась платформа, в конце которой возвышались огромные ворота.
К этому моменту вокруг центра уже собралась толпа. Растолкав зевак, Цзян Шан оценил обстановку.
На «сцене» были одна женщина и двое мужчин. Похоже, между ними разыгрывалась какая-то мыльная опера.
Один из мужиков — здоровяк в татухах, другой — потрёпанный жизнью дядька. Сложно было представить, какая между ними может быть санта-барбара. Здоровяк с лютым видом допрашивал дядьку о его отношениях с женщиной на полу. Дядька тут же сдулся, но потом, видимо, вспомнил, что живёт в правовом государстве, и начал дерзко подкалывать здоровяка, называя его альфонсом, который прячется за женской юбкой и заставляет её пахать.
Здоровяк взбесился. Дядька снова дал заднюю и, увернувшись, начал картинно звать на помощь.
Конечно, всё это они говорили по-корейски, так что Цзян Шан не понял ни слова. Весь этот сюжет был плодом его бурной фантазии.
«Включить 【Режим перевода】», — вспомнив о своём шлеме-переводчике, Цзян Шан решительно его активировал.
И как раз в этот момент ворота открылись, и в зал один за другим вошли люди в красном, выстроившись в ряд на платформе.
Во главе стоял тип в красном с квадратной маской, а по бокам — ряд типов в треугольных масках.
После недолгого молчания «квадратный» заговорил.
И тут уголок рта Цзян Шана дёрнулся. Что за хреновину выдаёт этот шлем-переводчик?
Челик в красном на сцене произнёс: «Искренне приветствуем всех вас здесь».
А шлем-переводчик тут же синхронно перевёл: «Всех здесь вас приветствуем искренне».
Цзян Шан подумал, что этому шлему, с его убогим переводом, но при этом с невидимостью и багованным режимом-невидимкой, вообще не стоило давать название «переводчик». Ему даже стало обидно за режим-невидимку.
Ну, к счастью, человеческий мозг — штука мощная. Приноровившись, можно было уловить общий смысл.
Пока Цзян Шан разбирался с языковым барьером, «квадратный» уже начал «перекличку».
«№218, Цао Шанъю, текущий долг — шестьсот пятьдесят миллионов вон...» — одновременно над головой красноштанника на огромном экране показали, как какой-то мужик играет в ттакчи с другим мужиком в костюме. У первого был синий конверт, у второго — красный. Похоже, первый постоянно проигрывал, потому что его без конца лупили по щекам.
«№107, Цзинь Мэйюй, долг — пятьсот сорок миллионов вон...» — на экране снова играли в ттакчи, только теперь против мужика в костюме была женщина, которая тоже, судя по всему, постоянно проигрывала и получала пощёчины.
«№118, У Исюй, долг — один миллиард двадцать миллионов вон...» — на этот раз пощёчины получал уже кто-то другой.
...
Приведя несколько примеров, «квадратный» толкнул длинную речь. Суть сводилась к тому, что все присутствующие — люди на грани финансовой пропасти, и все они пришли сюда добровольно, потому что у них нет денег.
Затем он предложил им выбор: остаться здесь, играть и зарабатывать, или вернуться домой и дальше убегать от кредиторов. Наконец, он показал гигантскую свинью-копилку. Кнут и пряник в одном флаконе. Народ был в полном замешательстве.
Как и ожидалось, в итоге все решили остаться.
Цзян Шан не стал исключением. С помощью шлема-переводчика он разобрал своё имя, вписал его в договор и оглянулся на толпу позади. Лбы у всех были чернее тучи.
«Желание верить в чудо — страшная штука. Сегодня здесь поляжет как минимум половина».
Сказав это, он зашагал в направлении, указанном красноштанниками.
«Пока что, похоже, это не тот тип миров с паранормальной хренью, о которых говорил малыш У. Но игра ещё не началась, так что утверждать рано».
Услышав механический голос системы распознавания лиц: «Пожалуйста, посмотрите в камеру и улыбнитесь», — Цзян Шан растянул губы в натянутой улыбке и последовал за толпой.
Вместе с основной группой он долго петлял по лабиринту комнат и вскоре вышел на огромную открытую площадку.
На другом конце площадки стояла гигантская Сидзука... кхм, то есть, гигантская кукла-девочка. Рядом с ней застыли двое «треугольных» с оружием.
Вскоре все собрались, ворота за спиной закрылись, и гигантская кукла начала объявлять правила игры.
«Первая игра — „Тише едешь, дальше будешь“. Пока ведущий говорит „Тише едешь, дальше будешь“, вы можете двигаться вперёд. Если после этого будет замечено движение, вы выбываете. Повторяю...»
«Так это же обычная детская игра...»
Цзян Шан вспомнил свою счастливую жизнь до шести лет. Хотя из-за своей болезни он и не чувствовал особого счастья, но почему-то его охватила ностальгия.
От этой мысли его аура стала ещё мрачнее.
Ошибка Адреса
Истребление Ужаса
Книга Профессий
Обновлено: 03.02.2026