— Что, тоже хочешь? — остановился У Фань.
— Конечно, хочу посмотреть на красавицу из «Морской сажени», — гнусно ухмыльнулся Даймао. — Очень любопытно.
— Как знаешь, — У Фань сел на скутер. — А я поехал.
— Брат Фань, подожди! — крикнул Даймао. — Игра сейчас закончится!
Но У Фань, не слушая его, уже растворился в ночной темноте.
Когда он вошел в бар, Цянь Нин исполняла «Где-то зимой».
Я тихо покину тебя,
Прошу, утри слезы с ресниц.
В долгой ночи, в грядущих днях,
Милая, не плачь обо мне…
Её уникальный голос придавал песне совершенно новое, особое звучание.
У Фань прошел к своему вчерашнему столику.
— У Фань, что за дела? — с любопытством спросил подошедший Фэй Вэй. — Сегодня пришел со своей гитарой, будешь выступать?
— Хватит шутить, — У Фань поставил гитару в угол. — Если бы я умел играть, не был бы до сих пор холостяком.
Фэй Вэй сел рядом, открыл пиво и, сделав глоток, продолжил:
— Так, тут какая-то история. Эта гитара случайно не мне?
— Мечтай, — У Фань закурил. — Хотя, если простишь мне долг в сто пятьдесят тысяч, могу и подарить.
Когда У Фань разводился, бывшая жена оставила ему квартиру, но потребовала сто пятьдесят тысяч компенсации. Если бы он тогда обратился в суд, то, скорее всего, не пришлось бы платить, ведь виновата была Лю Юэ. Но он не стал этого делать. Он не хотел судиться с женщиной, которую когда-то так сильно любил, и хотел поставить окончательную точку. Сто пятьдесят тысяч? Можно занять у брата Фэя.
Прошло уже несколько лет, а долг так и висел на нем.
— А ты еще помнишь, что должен мне сто пятьдесят тысяч? — рассмеялся Фэй Вэй.
У Фань налил ему бокал, поднял и с уважением произнес:
— Иметь такого брата, как ты, — это счастье.
Глаза Фэй Вэя покраснели.
— Когда я открывал бар, занимал у всех родственников и друзей, но никто в меня не верил. Только ты, не колеблясь, дал мне сто тысяч. Сегодня я хочу выпить за тебя и поблагодарить.
Он поднял бокал и выпил до дна.
Они обнялись, похлопав друг друга по спине.
Братья на всю жизнь.
Это были их первые объятия за все время знакомства и первый раз, когда они так откровенно говорили о деньгах.
Когда Фэй Вэй ушел, У Фань достал телефон и перевел ему сначала восемьдесят тысяч, а после кэшбэка — еще восемьдесят. Долг в сто пятьдесят тысяч был погашен. Оставшиеся десять тысяч — в качестве процентов, точно так же, как когда-то Фэй Вэй вернул ему долг. У Фань специально перевел только десять. Зная друга, он был уверен, что большую сумму тот не примет.
Фэй Вэй заметил перевод не сразу. Увидев деньги, он подбежал к У Фаню.
— У Фань, что происходит? Откуда деньги?
— Дом в деревне снесли, получил немного, — спокойно ответил тот.
— Правда? — недоверчиво уставился на него Фэй Вэй.
— Правда, — У Фань выпустил кольцо дыма. — Только немного, меньше миллиона. Родители прислали восемьсот тысяч. Хватит на пару лет разгульной жизни. Только ты молчи об этом, чтобы не было лишних проблем, понял? Даже боги не знают, а ты уже в курсе, хе-хе.
— Брат, не волнуйся, — закивал Фэй Вэй. — У меня рот на замке.
— Прими уже деньги, — У Фань похлопал его по плечу.
— Хорошо.
Сегодня Цянь Нин была в белой толстовке, свободных брюках и кедах. Очень юная. Спустившись со сцены, она направилась к их столику.
— Брат, Цянь Нин идет, дай нам шанс, можешь уходить, — прошептал У Фань Фэй Вэю на ухо.
Тот удивленно посмотрел на У Фаня, украдкой показал ему большой палец и, развернувшись, пошел на сцену. Он взял гитару, Цао Цзи сел за барабаны, и они вместе заиграли «Больше не колеблясь» группы Beyond.
Цянь Нин села, налила себе пива и сделала глоток.
— Что-то случилось? — спросил У Фань, глядя на её холодное лицо.
— А у кого не бывает проблем? — усмехнулась она.
— Проблемы бывают разные, — кивнул он. — Но если они из-за любви, то лечатся труднее всего.
Её взгляд потускнел. Она промолчала. Очевидно, её проблемы были именно из-за любви.
— Забыть человека трудно, но в то же время просто, — У Фань наполнил её бокал и вздохнул. — Начать новые отношения — пожалуй, лучший способ.
Она покачала головой.
— Любить кого-то так сложно, — после долгой паузы произнесла она.
— Мы ведь друзья? — спросил У Фань.
— А почему нет? — с любопытством ответила она.
— Как друг, — он поднял бокал, чокнулся с ней и выпил до дна, — я не буду спрашивать, что у тебя случилось. Может, однажды, когда придет время, ты сама расскажешь. А сейчас я хочу сказать лишь одно: когда тебе грустно, возьми гитару и спой веселую песню, хорошо?
Он встал, взял гитару из угла и протянул ей.
— Это тебе.
Цянь Нин была так поражена, что на мгновение потеряла дар речи.
— Это просто дружеский жест, не думай ничего лишнего, — улыбнулся У Фань.
Она взяла гитару и тут же достала её из чехла. Осмотрев инструмент, она воскликнула:
— Хороша! — её глаза заблестели. — У Фань, — взволнованно сказала она, — в виде исключения, я позволю тебе сегодня заказать песню. Я спою её для тебя на этой гитаре.
— Для меня это большая честь, — подумав, ответил он. — Можно «Десять тысяч причин»?
— Конечно, — она тронула струны, и на её лице появилась редкая, лучезарная улыбка.
У У Фаня перехватило дыхание. До чего же она была красива, когда улыбалась.
Когда Фэй Вэй и Цао Цзи закончили, Цянь Нин с новой гитарой медленно поднялась на сцену. Увидев её, публика взорвалась аплодисментами и свистом.
— Эту песню я хочу посвятить одному моему другу, который сидит в зале, — неожиданно для всех сказала она в микрофон. — Хотя мы знакомы совсем недолго, у меня такое чувство, будто мы знаем друг друга целую вечность. Жаль, что мы не встретились раньше. Наверное, это мое самое большое приобретение за время гастролей на острове.
Она тронула струны, взглянула на У Фаня и запела:
Когда чувства уже не спасти,
И ты решил уйти,
Ты просил меня найти причину, чтобы ты остался,
Но в итоге я все же отпустила тебя.
Ты сказал, расставаясь, не нужно лить слез…
…
— Брат Фань, а ты хорош! Эта гитара того стоила, — Даймао, неизвестно когда появившийся, подсел к нему. Он небрежно открыл бутылку пива, сделал несколько глотков и продолжил: — Брат Фань, девчонка на сцене — просто огонь. Я так и думал, что раз ты готов выложить столько денег за гитару, то это для какой-то неземной красавицы. И не ошибся.
Обновлено: 22.01.2026