Чжу Учан поднялся и глубоко поклонился Ли Чэндину:
– Ваш слуга все просчитал, но не ожидал, что Лю Ци окажется мастером уровня "Пустого Божества". И уж тем более не думал, что знаменитые на весь мир Черный и Белый герои окажутся ничтожествами, бесследно сгинувшими в "Золотом Павильоне"...
– Хватит, вина не твоя! – Ли Чэндин помог Чжу Учану подняться, его лицо было мрачным.
Хотя покушение спланировал Чжу Учан, сам Ли Чэндин дал на него согласие.
По логике, убийство воина первого ранга двумя мастерами уровня "Пустого Божества" должно было пройти без сучка без задоринки.
Но они провалились.
Даже шума не подняли...
Глубоко вздохнув, Ли Чэндин подавил ярость и тихо произнес:
– А этот тюремщик... знает, что за покушением стоишь ты?
– Никак нет! – Чжу Учан понизил голос. – Даже Ши Юань не был в курсе. Мы лишь подговорили одного из приближенных четвертого принца выступить зачинщиком. А этот приближенный – тайный стражник, подосланный вторым принцем! Он рвался выслужиться и даже подумал, что перехватил инициативу у Ши Юаня... Так что, даже если правда всплывет, Чэнь Амань, распутывая нити, дойдет разве что до второго и четвертого принцев – и все!
Ли Чэндин немного успокоился и мрачно сказал:
– Все равно приконь этого тюремщика. Главное – чтобы Чэнь Амань не заподозрил нашего участия!
Тень Чэнь Люцзя преследовала его слишком долго.
Та резня в Чанъане много лет назад уничтожила весь род императрицы... и погубила его "Семя Бессмертия".
Никто не знал, что более десяти лет назад он уже достиг уровня "Прозрения Таинств"... но с тех пор так и не сдвинулся с места.
"Семя" засохло.
Пока Чэнь Люцзя жив, его дух не обретет покоя...
– Будет исполнено! – Чжу Учан склонил голову, но в глазах мелькнуло разочарование.
На следующий день Чэнь Чжиань проснулся только к полудню.
Едва открыв глаза, он увидел Ли Цинэр, входящую с письмом в руках и странной жалостью на лице.
– Хозяин...
– Хозяйка ушла. Перед этим велела передать тебе это письмо...
Чэнь Чжиань потер глаза, ошеломленный.
Еще вчера, когда Си Нин появилась на острове, он удивился, но из-за множества дел не успел расспросить.
Думал – успеется...
А теперь она ушла, да еще и оставила письмо?
Вспомнив вчерашние злоключения Собаки, он с тревогой подумал:
"Неужели и меня ждет рогатая участь?"
Раскрыв конверт, он обнаружил внутри лишь деревянную шпильку.
– Ты уверена, что это мне? – с недоумением спросил он Ли Цинэр.
Та лишь усилила жалостливое выражение:
– Госпожа Си Нин велела передать, что покидает Чанъань. Уезжает как минимум на десять лет.
– Она хотела дождаться, пока ты проснешься...
– Но вдруг с неба упала сливовая ветвь – и утащила ее с собой.
Чэнь Чжиань: "..."
– То есть мою невесту похитила... слива?
– Это была Тянь Сюаньцзы! – неожиданно раздался голос Лю Ци, появившегося в "Павильоне Падающих Сокровищ".
– Вероятно, госпожу Си Нин забрала именно она.
– Тянь Сюаньцзы... это кто? – растерянно переспросил Чэнь Чжиань.
– Глава даосской школы, "Прирожденное Дао", великий мастер уровня "Возвращения к Истине". Сильнейшая женщина из ныне живущих!
В глазах Лю Ци вспыхнуло восхищение.
– Ее "Семя" – это цветущая слива.
– После того как даосы удалились от мира, она много лет не появлялась среди людей.
– И вот теперь сорвала с небес ветвь, чтобы указать путь госпоже...
– У вашей невесты поистине великая судьба!
– Но она украла мою жену! – Чэнь Чжиань сердито посмотрел в пустое небо. – Ты знаешь, где находятся даосы?
Лю Ци заложил руки за спину:
– Знаю... и не знаю.
– Это как?
– "Пока не настанет хаос, даосы не явятся".
Лю Ци пояснил:
– Любое место, где почитают Дао-Предка, – это врата к даосам.
– Но их обитель...
– Говорят, это небесный мир, оставленный Дао-Предком после вознесения.
– Узреть его могут лишь святые.
– И лишь когда грянет хаос, даосы явятся в мир.
Чэнь Чжиань задумался:
– То есть вход – в любом даосском храме, но попасть туда могут только святые?
– Или ждать, пока настанет хаос?
– Верно!
– По крайней мере, так говорил мой учитель.
– А что такое "хаос"? – спросил Чэнь Чжиань.
– В империи Тан бедствия не прекращаются, на границах полыхают войны – разве это не хаос?
– Нет.
Лю Ци помолчал, затем ответил:
– Хаос – это когда восстанут Запретные Земли, древние роды ударят в набат, а на Великой Стене зазвучат мечи...
– Си Нин сказала, что вернется через десять лет... Значит, хаос наступит через десять лет?
– Не совсем.
Лю Ци загадочно улыбнулся:
– "Пока хаос не настанет, даосы не явятся" – это правило для нас, посторонних.
– Но не для тех, кто внутри.
– Ведь они не изгнанники – выйти могут когда пожелают.
– Хм! – Чэнь Чжиань сердито посмотрел на него. – Лучше бы сказал, что она там заперта – хоть какое-то утешение...
– Я не умею лгать, – невозмутимо ответил Лю Ци.
– Валите! Оба! – Чэнь Чжиань воткнул шпильку в волосы и раздраженно махнул рукой.
– На самом деле, хозяин, не стоит печалиться, – улыбнулся Лю Ци.
– Эта шпилька может выдержать три полновесных удара мастера уровня "Прозрения Таинств".
– Раз госпожа оставила ее тебе, значит, ты для нее не безразличен.
– Правда? – Чэнь Чжиань приподнял бровь, снял шпильку и осмотрел, но ничего особенного не заметил.
– Я не умею лгать.
– Да, честность господина Лю не вызывает сомнений! – обрадовался Чэнь Чжиань, водружая шпильку обратно. – Ты за делом пришел?
– Чжан Сяоэр мертв.
– Кто?
– Чжан Сяоэр. Тот тюремщик.
– Который мне должен?
Уголок рта Лю Ци дернулся.
– Да. Утонул в Озере Полумесяца. Следствие решило, что несчастный случай.
– Жаль, – вздохнул Чэнь Чжиань. – Он мне четыреста девяносто пять лянов серебра был должен...
Лю Ци промолчал.
– Цинэр, ты с господином Лю присмотрите за борделем. А я пойду порыбачу!
Немного погрустив, Чэнь Чжиань поднялся на крышу.
Си Нин ушла...
Обновлено: 19.01.2026