Глава 53 — Глава 51

Добби Традиционно основными потребителями драгоценных металлов и камней являются фирмы, производящие ювелирные изделия, ориентированные на массового потребителя. Существенная доля потребления драгметаллов также приходится на радиоэлектронную промышленность. В общем, мои примерно двадцать шесть с половиной тонн золота — это не столь много, как может показаться. Всего-то треть от годового оборота крупной золотоперерабатывающей компании. Как только информация слегка прояснилась, я тут же стал невидимым и телепортировался на Фаррингдон-стрит в Лондоне. Именно там расположен главный офис фирмы «Джонсон Матти». В современном офисном здании кипела работа. С трудом удалось найти главного в офисе. Это был полный мужчина, круглолицый, с каштановыми волосами. Он был в тёмном дорогом костюме и белой рубашке с красным галстуком. Когда он остался в одиночестве в с своём шикарном кабинете с современной мебелью, я, убедившись в отсутствии чего-либо магического, направил на него пипидастр. — Империо. Ох, какое же сладкое чувство, когда тепло проходит через всё тело, направляется в пипидастр и подчиняет человека. Мужчина замер с остекленевшим взглядом. — Как тебя зовут? Было решено оставаться невидимым, всё равно мужчина отвечал. — Джон Стивенсон. — Джон, какую ты занимаешь должность? — Директор отделения Великобритании, руководитель всех направлений компании на территории острова, — сухо и как-то механически поведал Стивенсон. — Ваша компания может незаметно для прочих выкупить крупную партию золота, серебра и драгоценных камней? — Да, — не задумываясь, ответил Стивенсон. — Мы можем выкупить партию стоимостью до двухсот миллионов фунтов. Для большего придётся общаться с арабскими банкирами, с которыми мы тесно сотрудничаем. — Можете произвести оплату на офшорные счета? — Да, — ответил Стивенсон. — Мы так часто делаем для крупных поставщиков. Ещё долго я расспрашивал Стивенсона. После чего договорился о доставке золота, серебра и драгоценных камней на фабрику. Там их оценят, а руководство в лице Стивенсона организует оплату. — Веди себя естественно. Сказав это напоследок руководителю Британского отделения, я телепортировался в каморку. Затем принял оборотные капли, превратился в афробританца и телепортировался к Шону. — Здравствуйте, сэр, — сразу же обнаружил меня Шон. Подопытный ирландец выглядел самим собой, поскольку действие оборотных капель прекратилось. — Шон, — кивнул я. — Для тебя есть работа. — Снова превратиться в молодого ирландца? — загорелся радостным энтузиазмом мужчина. Его лицо выражало восторг. — Нет. Нужно арендовать грузовик и кое-что отвезти на один завод. Сделаешь пару рейсов, получишь хорошие деньги. — Но… — Шон сильно расстроился и резко погрустнел. — У меня нет водительского удостоверения на управление грузовиком. — Ничего страшного. В таком случае арендуй грузовик с водителем. Сам же просто проконтролируешь выгрузку, чтобы никто не разворовал товар. — Окей, босс, — нехотя согласился Шон. — Держи. На стол рядом с Шоном я кинул пачку фунтов. — Шон, тут пять тысяч. Найми мощный грузовик. Лучше всего самый грузоподьёмный самосвал. Сделай это сейчас. — Эм… А где брать товар? В смысле, загружаться, — спросил Шон. — Нигде. Сразу езжайте по этому адресу на завод, товар будет в грузовике. Разгружайтесь, потом езжайте назад. Примерно через полчаса езды груз окажется в кузове. Разворачивайтесь и снова езжайте на разгрузку. На стол рядом с деньгами легла визитная карточка с адресом и телефоном завода по переработке серебряного и золотого лома, и сопутствующих драгоценных камней. — Опять эти сверхъестественные штучки, — тихо пробормотал Шон. Пока пожилой ирландец занимался делом, я следил за ним. Вскоре он нанял трёхосный самосвал. Уолш сел в салон с водителем и поехал в сторону завода. Я телепортировал в кузов половину золота. Внешне оно занимало небольшой объём меньше кубометра, но машину перекосило от большой нагрузки. Самосвал рассчитан на перевозку десяти-двенадцати тонн, а в кузове золота около пятнадцати тонн. Водитель от резких изменений затормозил и хотел посмотреть что там, но Шон его остановил. Когда грузовик доехал до завода, нужно было видеть глаза и вытянутые лица всех присутствующих: водителя, Шона, приёмной комиссии, которая была предупреждена Стивенсоном. Ну да, не каждый день видишь, как самосвал выгружает гору золотых монет. — Чего стоим? — громко рявкнул руководитель приёмной комиссии на рабочих. — Грузите золото в тележки и отправляйте на склад к другому лому. — Ага, — кивнул мужик в рабочем комбинезоне синего цвета. — Я это… За тележкой пойду. А может того — погрузчик пригнать и ещё мужиков? Поставим ящик, лопатами будем грузить в него. — Отличная идея, — согласился руководитель. — Но вначале везите в весовую. И чтобы ни грамма товара не пропало! Вы поняли? — Конечно! — заверил рабочий. — О чём разговор? Да разве ж мы когда-то? Упаси бог! Грузовик направился в обратный путь. Как и обещал, я через полчаса телепортировал в кузов оставшиеся галеоны, золото, серебро и драгоценные камни. — Что, опять?! — выпучив глаза, резко ударил по тормозам водитель. — Ага, — флегматично кивнул Шон. — Разворачивайся. — Что за чертовщина? — недовольно пробурчал водитель. — Меньше знаешь — крепче спишь, — заметил Шон. — Кажись, на этот раз машина сильнее перегружена, — сказал водитель. — Кстати, о перегрузе… Об этом не было договорённости. — Держи, — Шон протянул водителю сотню фунтов. — Рули давай. — Ага, — обрадовался водитель деньгам, которые соответствовали его недельному окладу. Когда машина во второй раз въехала на территорию фабрики, рабочие как раз с хеканьем и звоном лопатами грузили золото в стальной ящик, установленный на подъёмной рампе погрузчика. Звона было много: звенели лопаты, звенели монеты, когда попадали в ящик, ну и сама емкость издавала много шума. При виде грузовика один из рабочих остановился и одарил его раздражённым взглядом. — Что, опять? — печально произнёс он. — То за квартал столько золота нет, то за один день привозят… Надеюсь, хоть премию дадут. Грузовик начал выгружать новую партию рядом с первой. Один из рабочих грустно произнёс: — Ну бля-а… Почему в мою смену? — Ты это видишь? — спросил первый рабочий. — Там ещё куча серебра, ещё и драгоценные камни. Нет, я многое повидал на этом заводе, но чтобы драгоценные камни самосвалом возили… — Бля-я… — вновь расстроено протянул второй рабочий. — Теперь ещё камни и серебро выковыривать и сортировать. Шон вылез из машины и подошёл к главному приёмщику, который выглядел очень грустным. Он смотрел на вторую кучу ценностей, словно на главного врага. — Сколько займёт приёмка? — спросил Шон. — Мне нужно ждать? — А? — отвёл взор от кучи приёмщик. — А-а-а… Нет. Директор Стивенсон сказал, чтобы мы ему отправили отчёт обо всём принятом товаре с оценкой по ценам приёмки. Мы сами за всем проследим. Не беспокойтесь, за сохранностью ценностей следит служба безопасности… Это будет чертовски сложный день… Шон уехал в коттедж. Водитель получил от меня Обливейт. Я вернулся и наблюдал за грустными грузчиками, которые перемещали золото и серебро вначале в весовую, затем на склад. Драгоценные камни отбирались и проходили через руки оценщика. Обе кучи драгоценностей перетаскали лишь через четырнадцать часов. Руководитель вытер пот и пошёл звонить Стивенсону. Я тут же телепортировался в кабинет оного. После того, как Стивенсон положил трубку, я спросил: — Ну что? Сколько денег мне положено? — Весь товар был оценен по стандартным расценкам приёмки в сто двадцать восемь миллионов фунтов. Деньги будут переведены уже завтра в один из банков Британских Виргинских островов. — Девяносто восемь миллионов следует перевести на счёт на предъявителя. Остальные деньги должны быть направлены на другой счёт на имя Шона Уолша. Вот его данные, — на стол легли копии документов Шона. Сложно быть домовым эльфом, я даже счёт не могу на себя открыть. Конечно, существуют счета на предъявителя, но там имеются свои сложности. Человек, открывающий счёт, передаёт другому сберкнижку, по которой и осуществляются все операции. Доступ к счёту получает обладатель сберкнижки. То есть кто-то из фирмы откроет счёт на предъявителя в офшорном банке, сберкнижка будет привезена в Лондон и передана мне. Я передам её Миллеру, и тем самым расплачусь с ним. Для себя проще открыть счёт в офшоре на Уолша, всё равно он всегда под рукой, а на крайний случай есть Империо. Приняв оборотные капли, я телепортировался в коттедж. Шон Уолш где-то раздобыл бутылку виски и собирался напиться. Моё появление стало для него неожиданным. — Босс, — кивнул он. — Что-то ещё? — Как сказать, Шон… — Да вы прямо говорите. В какой ещё чертовщине мне придётся поучаствовать? — Хм… Я собираюсь сделать омолаживающий напиток. Нужно будет провести длительные опыты по подбору правильной дозировки. Это не тот состав, который ты испытывал. Новый состав должен омолаживать на постоянной основе, а не превращать в другого человека. — Круто! — Уолш загорелся энтузиазмом. — Что от меня требуется, босс? — Шон, ты полетишь на Британские Виргинские острова. Там в одном из банков на твоё имя открыт счёт на тридцать миллионов фунтов. — Ого! Спасибо, босс! — обрадовался Шон. — Шон… — я покачал головой. — Рано радуешься. Твои из этой суммы всего лишь десять процентов, остальное мои деньги. — Тоже неплохо, — не спешил огорчаться старый ирландец. — Шон, твоя задача — правильно распорядиться моей частью денег. Со своими капиталами делай что хочешь. А мои двадцать семь миллионов следует вложить в акции крупнейших компаний. — Каких фирм? — в руках Уолша словно по волшебству возникли блокнот и ручка, он приготовился записывать. — Хм… Люди всегда будут употреблять продукты питания, значит, акции пищевых компаний будут расти в цене. Пиши — десять миллионов в «Нестле». Затем миллион в «Макдональдс». Десять миллионов в акции «Нокиа» и остальное вложи в «Бритиш Петролиум». — Босс, а если я вложу свои деньги в эти компании… — осторожно спросил Уолш. — Шон, как минимум голодным не останешься. У Макдональдса хорошие и частые выплаты дивидендов. Нестле тоже выплачивают дивиденды исправно. Если ты вложишь в те же компании два с половиной из трёх миллионов, то будешь одними дивидендами иметь около пятидесяти тысяч фунтов в год. — Ого! — обрадовался Шон. — Пожалуй, я так и поступлю. Босс, а почему вы сами не вложите деньги? — Шон, ты же заметил, что я необычный человек? — Конечно, — кивнул ирландец. — Я маг. И нас, таких одарённых, довольно много, у нас даже есть своё правительство и полиция, своя валюта. И эту валюту нельзя тратить среди обычных людей, нам запрещают жить с комфортом в обычном мире. Приходится жить в рукотворном подобии средневековья в окружении таких же волшебников. Обычным людям запрещено говорить о магии, за это человеку стирают память, а волшебника отправляют в особую тюрьму на корм демонам. — Но… Босс, вы же мне… — испугался Уолш. — Шон, не бойся. Никто не знает о том, что мы с тобой контактируем. Пока ты держишь язык за зубами, всё в порядке. — А те деньги и ценности, которые я возил на самосвале… Они же ваши, да? — Именно. Заработал тяжёлым трудом, а потратить в обычном мире не могу. В ломбардах магические шпионы, но никто из магов не мог подумать, что кто-то может свободно поехать и сдать драгоценный металл и камни в виде ценного металлолома на перерабатывающий завод. — То есть вас не найдут? — с опаской спросил Уолш. — Не должны. Если ты будешь осторожен, Шон, то точно не найдут. — Я буду крайне осторожен, босс. А когда можно будет испытать омолаживающий состав? — Тогда, когда он будет готов.