Глава 109 — Глава 109

Глава 109: «Она хочет со мной переспать?» Голос Родоначальника смолк, и над горами повисла тишина. Даже Юнь Шань, только что обретший мощь Предка, не скрывал своего потрясения. — Вы действительно… Родоначальник Юнь Потянь! — Юнь Шань был сама серьезность, хотя в его тоне слышалось ликование. — Он самый. Юнь Потянь негромко усмехнулся: — Я пробыл в заточении в Камне Границы Души больше пятисот лет. Должен поблагодарить твоих учеников за спасение. Договорив, он обернулся к Юнь Юнь и Налань Яньжань, стоявшей поодаль. — С моим возвращением все утраченные культивации, техники и тайные методы прошлого будут восстановлены. Секта Юньлань вернет себе былое величие. Эти слова заставили сердца Юнь Юнь, Юнь Шаня и всех старейшин биться чаще. — Наша секта возродится! — Улыбка Юнь Шаня становилась всё шире. — Юньлань, к вершинам! — Юньлань, к вершинам! — Подхватили старейшины, чьи лица раскраснелись от возбуждения. — Юньлань, к вершинам! — Налань Яньжань у подножия горы тоже сжала кулачки. Сяо Янь не ведал о безумном восторге, охватившем секту. Он уже покинул поместье Миттель и прибыл в Императорский дворец. Если стиль семьи Миттель отличался изысканной роскошью, то убранство дворца подавляло своим величием и монументальностью. — Господин Сяо Янь, вы наконец-то здесь. Юношу в черном встречала высокая, статная женщина, чье лицо озаряла лучезарная улыбка. — Ха-ха, не ожидал, что сама принцесса Яо Е выйдет меня приветствовать. Сяо Янь окинул взглядом собеседницу. Сегодня на Яо Е было облегающее черное дворцовое платье, расшитое драгоценными камнями, которое подчеркивало ее точеную фигуру и придавало ей благородный вид. В ее облике сквозило нечто совершенно иное, чем в Я Фэй. Если Я Фэй была воплощением очаровательной и зрелой искусительницы, то Яо Е напоминала воительницу, ненадолго сменившую доспехи на шелк, но сохранившую ауру будущей Императрицы. «Хм, если Яо Е станет во главе Империи Гама, смогу ли я воплотить сценарий с императорским ложем? (ω)» – в голове Сяо Яня снова зароились фривольные мысли. — Для такого почетного гостя, как вы, господин Сяо Янь, разве нашелся бы кто-то более подходящий? — Яо Е пристально смотрела на него, и в ее глазах читался особый подтекст. Пока они шли бок о бок, Сяо Янь уловил едва заметный, специально подобранный аромат ее духов. К счастью, запах пришелся ему по вкусу. Яо Е, в свою очередь, тоже почувствовала исходящий от него особый аромат. Они невольно обменялись взглядами. «Какая кокетка!» – «Какой нахал!» – мысли совпали, и они, словно по молчаливому согласию, продолжили путь. Дворец был огромен. Миновав анфиладу запутанных коридоров, Сяо Янь наконец увидел Цзя Синтяня, ожидавшего их на открытой террасе. — Господин Сяо Янь, наконец-то, — Цзя Синтянь поприветствовал гостя широкой улыбкой. — Ха-ха, старец Цзя слишком вежлив, — Сяо Янь мазнул взглядом по столу, заставленному лучшими яствами и винами, которые только могла предложить Империя Гама. Будь здесь Хунь Синь, она бы точно лопнула от обжорства. — Прошу, присаживайтесь, — Цзя Синтянь указал на стул, а Яо Е услужливо принялась разливать вино. Все трое были старыми лисами. Они не стали сразу переходить к делу, а начали с ни к чему не обязывающей беседы, пока тема плавно не свернула к секте Юньлань. — Господин Сяо Янь, сегодня старый глава Юнь Шань успешно прорвался к рангу Предка Доу. Это ваших рук дело? — Спросила Яо Е после третьего круга, и ее щеки тронул легкий румянец. «Ну вот и началось», – Сяо Янь усмехнулся: — Верно. Юнь Шань совершил прорыв, потому что я дал ему Пилюлю Прорыва к Предку. При этих словах рука Цзя Синтяня с бокалом заметно дрогнула. Заметив это, Сяо Янь лишь улыбнулся и дважды легонько постучал пальцем по столу. Перед стариком возникла маленькая нефритовая шкатулка. — Старец Цзя, мы оба понимаем цель этого банкета. Не буду ходить вокруг да около. Здесь Пилюля Прорыва к Предку. С вашим многолетним опытом на пике Императора Доу, одной этой пилюли должно хватить для прорыва. Тело Цзя Синтяня мелко задрожало. — Господин Сяо Янь столь щедр… Каковы ваши условия? — Прожив столько лет, он не верил в бесплатный сыр. — Условия? — Сяо Янь перевел взгляд на Яо Е. От этого прямого взора даже выдержанная принцесса невольно смутилась. — У меня есть пара… пожеланий, вернее, предложений, — продолжил Сяо Янь, заставив Яо Е окончательно потерять покой. — Я хочу создать Альянс, который объединит не только Империю Гама, но и все соседние государства. — Эти слова застали Цзя Синтяня и Яо Е врасплох. — Альянс? — Именно, — Сяо Янь кивнул. — Старец Цзя, разве вы не находите, что наши земли слишком слабы? — Слабы? — Цзя Синтянь опешил и горько усмехнулся. — В этих империях, сектах и даже у Расы Людей-Змей сильнейшие едва достигают ранга Предка Доу. А в Гаме и вовсе Император Доу считается высшей силой. — Такая горстка «экспертов» – ничто перед лицом по-настоящему могущественных сил. Слова Сяо Яня заставили собеседников почувствовать неловкость. Предков и Императоров, стоящих на вершине мира в их понимании, назвали «горсткой». Услышь это какой-нибудь Король Доу, он бы со стыда в лепешку расшибся. — Ха-ха, старец, неважно, согласитесь вы или нет, эта пилюля – мой подарок Империи. Сяо Янь пододвинул шкатулку ближе к Цзя Синтяню и добавил: — Но помните: в будущем не только в секте Юньлань, семье Миттель или Налань, но даже у Людей-Змей Предки Доу будут появляться один за другим. Затем в его голосе зазвучали властные нотки: — Я создам здесь новую силу, и она навсегда изменит облик всего Северо-Западного Континента! Для любого другого это прозвучало бы как бред сумасшедшего, но эти двое слишком хорошо знали мощь Сяо Яня. Яо Е смотрела на уверенное лицо юноши с нескрываемым восхищением. Цзя Синтянь погрузился в раздумья, а принцесса быстро пришла в себя. — Господин Сяо Янь, уже поздно. Не желаете заглянуть ко мне? У меня есть пара техник, по которым мне бы очень пригодились ваши наставления. После банкета Яо Е с улыбкой посмотрела на гостя. «Эта женщина хочет со мной переспать?» – сердце Сяо Яня екнуло. «Этот молодой господин так чист и благороден, настоящий джентльмен. Разве может какая-то принцесса его соблазнить?» – усмехнулся он про себя, а вслух с самой теплой улыбкой ответил: — Идет!