Два дня спустя. Ранним утром, когда небо только начало светлеть, Лин Цюфэнь открыл глаза и собрался выйти в гостиную.
Толкнув дверь, он ощутил соблазнительный аромат еды.
Лин Цюфэнь замер на пороге. На кухне Бай Лу, чью тонкую фигурку облегал розовый передник в цветочек, неумело, но старательно возилась с яичницей. В утреннем свете её силуэт казался невероятно нежным.
Хэ-хэ рядом нарезала фрукты. На столе уже высилась гора только что купленных пончиков-ютяо и кувшин соевого молока.
— Лулу, вы чего так рано встали? — удивленно спросил Лин Цюфэнь.
Хэ-хэ, не поднимая головы, опередила подругу:
— А то ты не знаешь? Кто-то просто не хочет тебя отпускать.
— Встала ни свет ни заря, чтобы приготовить этот завтрак, — она хитро подмигнула Бай Лу. — А некоторые, между прочим, всю ночь ворочались и до двух часов не могли уснуть.
— Хэ-хэ! — уши Бай Лу мгновенно вспыхнули. Она бросила лопатку и кинулась на подругу. — Болтушка! Получай «Удар оленёнка»!
Хэ-хэ ловко увернулась, и Бай Лу, не рассчитав инерцию, с разбегу уткнулась головой в диванные подушки.
Она, барахтаясь, выбралась из плена подушек и сердито указала пальцем на Хэ-хэ:
— Всё! В этом месяце никаких премий и зарплаты!
— А-а-а, нет, Лулу! — Хэ-хэ тут же молитвенно сложила ладони. — Я была неправа, больше не буду дразниться!
Она повернулась к Лин Цюфэню, отчаянно подмигивая:
— Брат Лин, скажи хоть словечко за меня, а то некому будет тебе инсайдерскую информацию сливать!
Лин Цюфэнь беспомощно покачал головой, подошел к Бай Лу и легонько похлопал её по плечу:
— Ладно, давайте завтракать.
Его пальцы случайно коснулись её открытой шеи, и оба словно от легкого разряда тока одновременно вздрогнули.
Стол ломился от еды: густая рисовая каша, золотистые хрустящие ютяо, дымящееся соевое молоко, вареная кукуруза, яичница и сэндвичи. Глядя на это изобилие, Лин Цюфэнь почувствовал, как тепло разливается в груди:
— Лулу, вы зря так хлопотали.
— Ой, да пустяки, — Бай Лу опустила голову, помешивая кашу, её ресницы отбрасывали тень на щеки. — Ты же каждый день нам готовишь... — её голос становился всё тише, превращаясь почти в шепот. — К тому же... ты уезжаешь на несколько дней...
Хэ-хэ рядом нарочито громко кашлянула. Бай Лу вздрогнула, как испуганный зайчик, резко подняла голову и, залившись краской, перевела тему:
— Братик Цюфэнь, ешь быстрее, скоро водитель приедет.
Они ели в тишине, пока солнце за окном становилось всё ярче.
Вдруг Хэ-хэ, словно что-то вспомнив, спросила:
— Брат Лин, а какую песню ты подготовил? Слышала, тема этого выпуска «Певца» — «Национальный стиль».
— Угу, — кивнул Лин Цюфэнь, откладывая палочки. — Авторская песня, называется «Знай меня».
— Авторская? — глаза Бай Лу загорелись. — Новая? Можно послушать?
Лин Цюфэнь невозмутимо проглотил последний глоток каши:
— Подожди эфира, хочу сделать сюрприз.
На самом деле ему было немного неловко врать, но песню, обменянную у Системы, нужно было держать в секрете до премьеры.
Дзынь-дон — раздался звонок в дверь.
На пороге стояла молодая девушка в бежевом тренче. Волосы до плеч аккуратно заправлены за уши, макияж изысканный, но не броский.
— Доброе утро, я Е Ваньцин, ассистент, которого назначил Юй Ма. Можно просто Сяо Е. — Её голос был звонким и деловым. Она вежливо оглядела присутствующих и остановила взгляд на Лин Цюфэне. — Брат Лин, машина внизу, можем ехать.
Лин Цюфэнь кивнул и пошел за чемоданом.
Вдруг Бай Лу вскочила:
— Подожди!
Она метнулась на кухню и вернулась с ланч-боксом, который сунула в рюкзак Лин Цюфэня:
— Я сделала сэндвичи и нарезала фрукты. Поешь в дороге, если проголодаешься.
— Спасибо, Лулу, — тихо сказал Лин Цюфэнь, его пальцы случайно коснулись тыльной стороны её ладони.
Вчетвером они спустились вниз, где у ворот комплекса уже ждал белый минивэн.
Пока грузили багаж, Хэ-хэ вздохнула:
— Эх, если бы не завтрашние съемки в Хэндиане, я бы поехала с тобой.
— Ничего страшного, у шоу свои ассистенты, — успокоил её Лин Цюфэнь. Он повернулся к молчаливой Бай Лу. — Обещаю, как только закончу съемки, приеду к вам в Хэндиань навестить.
Глаза Бай Лу мгновенно засияли:
— Правда? Не обманешь? — она протянула мизинец. — «Крючок».
Лин Цюфэнь усмехнулся, но серьезно сцепил свой мизинец с её тонким пальчиком:
— «Крючок». Обещаю.
В машине Е Ваньцин села на переднее сиденье, а Лин Цюфэнь с девушками устроились сзади.
Всю дорогу Бай Лу вела себя как беспокойная птичка: то напоминала Лин Цюфэню вовремя есть, то спрашивала, взял ли он достаточно одежды. Хэ-хэ не выдержала:
— Лулу, если продолжишь в том же духе, брат Лин решит, что ты его мамочка.
— Не твое дело! — Бай Лу замахнулась, чтобы ударить подругу, но машину тряхнуло, и она по инерции завалилась на плечо Лин Цюфэня. Она в панике попыталась выпрямиться, но Лин Цюфэнь мягко удержал её за плечо.
— Не двигайся, — тихо сказал он. — Отдохни так немного, ты слишком рано встала.
Бай Лу замерла на секунду, затем медленно расслабилась и тайком прижалась головой к его плечу. Солнечный свет, проникая сквозь окно, падал на их соприкасающиеся рукава, создавая теплое световое пятно.
Аэропорт показался слишком быстро. Выйдя из машины, Бай Лу опустила голову, нервно теребя край одежды. Лин Цюфэнь, закончив с багажом, обернулся и, увидев её такой, почувствовал укол в сердце.
— Лулу, — он подошел и мягко приподнял её за подбородок. — Я скоро вернусь.
Глаза Бай Лу покраснели, но она заставила себя улыбнуться:
— Счастливого пути... И помни... ты должен приехать ко мне. — Она помахала рукой. — Пока-пока.
— Не волнуйся, — серьезно пообещал Лин Цюфэнь. — Сразу после шоу я приеду.
По громкой связи объявили посадку. Он кивнул Е Ваньцин:
— Пора, идем.
Бай Лу стояла на месте, провожая взглядом удаляющиеся спины Лин Цюфэня и Е Ваньцин, пока они не исчезли в толпе у зоны досмотра.
Хэ-хэ похлопала её по плечу:
— Ну всё, ушли уже, возвращайся на землю.
— Кто... кто смотрит-то! — упрямо буркнула Бай Лу, но не удержалась и еще раз взглянула в ту сторону.
Во время четырехчасового перелета Лин Цюфэнь в основном изучал партитуру песни «Знай меня».
Е Ваньцин протянула ему стакан теплой воды:
— Брат Лин, отдохни немного, по прилету сразу работать.
— Спасибо, — Лин Цюфэнь принял стакан. — Зови меня просто Цюфэнь, не нужно так официально.
Е Ваньцин удивилась:
— Это... как-то неудобно.
— Всё нормально, — улыбнулся он. — Мы ровесники, будем общаться как друзья. — Он закрыл нотную тетрадь. — Кстати, ты откуда родом?
— Из Ханчжоу. В Пекине училась на медиа-коммуникациях, — Е Ваньцин немного расслабилась. — Цюфэнь... песня, которую ты готовишь... она для кого-то конкретного?
Пальцы Лин Цюфэня слегка дрогнули:
— Почему ты спрашиваешь?
— В тексте есть строчка: «Тот, кто знает меня, скажет, что сердце мое в печали». Звучит очень проникновенно, — Е Ваньцин наблюдала за его лицом. — Это написано для кого-то особенного?
— Просто конкурсная песня, — невозмутимо ответил Лин Цюфэнь, мысленно восхитившись женской интуицией.
После приземления их встретил молодой парень с табличкой «Лин Цюфэнь».
— Здравствуйте, учитель Лин! Я Сяо Чэнь из команды шоу «Певец», буду сопровождать вас эти два дня.
Он с энтузиазмом перехватил тележку с багажом:
— Машина ждет снаружи. Сначала в отель забросить вещи, а потом, к трем часам, на телеканал на репетицию. Удобно?
— Вполне, — кивнул Лин Цюфэнь.
По дороге к парковке Сяо Чэнь без умолку рассказывал о деталях шоу:
— В этот раз мы пригласили семь музыкантов, вы выступаете третьим. Завтра перед прямым эфиром будет еще один прогон, а сейчас главное — привыкнуть к сцене и звуку. — Вдруг он хлопнул себя по лбу. — Ах да, учитель Лин, вам нужно отправить текст и минусовку нашему музыкальному директору, чтобы мы могли настроить звук.
— Уже готово, — Лин Цюфэнь достал телефон и отправил файл «Знай меня». — Там всё: текст, аккомпанемент и пометки по спецэффектам.
Сяо Чэнь быстро просмотрел файл, и его глаза загорелись:
— «Тот, кто знает меня, скажет, что сердце мое в печали; тот, кто не знает меня, спросит, чего я ищу»... Какой текст! Это же переработка классической поэзии?
— Можно и так сказать, — уклончиво ответил Лин Цюфэнь.
Именно поэтому он выбрал эту песню — сочетание классического шарма и современной поп-музыки в этом мире будет звучать особенно свежо.
Втроем они дошли до подземной парковки, где их ждал черный минивэн.
В машине Сяо Чэнь продолжил:
— Наш муздиректор, учитель Ван, очень ждет вашего выступления. Говорит, у вас очень узнаваемый тембр. — Он понизил голос. — Слышал, в этом выпуске будет таинственный гость, его оценка может повлиять на итоговый балл...
Е Ваньцин тут же спросила:
— Что за таинственный гость?
— Это пока секрет, — загадочно улыбнулся Сяо Чэнь. — Но могу намекнуть: это очень влиятельный музыкальный продюсер.
Лин Цюфэнь кивнул, сохраняя спокойствие, но в голове уже заработали шестеренки. Если удастся впечатлить продюсера такого уровня, это может открыть новые двери и принести кучу очков популярности.
Он смотрел на улицы Чанша за окном, но мысли его возвращались к фигурке в переднике на кухне.
Достав телефон, он отправил сообщение Бай Лу: «Долетел нормально. Не забывай вовремя есть».
Ответ прилетел почти мгновенно: «Знаю-знаю! Братик Цюфэнь тоже береги себя! (´• ω •`)» И следом стикер с зайчиком, обнимающим морковку.
Губы Лин Цюфэня сами собой растянулись в улыбке. Е Ваньцин, заметив это в зеркале заднего вида, понимающе улыбнулась, но промолчала.
За окном сияло полуденное солнце Чанша, заливая каждый уголок города золотым светом.
Обновлено: 23.01.2026