Глава 44 — Глава 44 - Начало

Событий в первый учебный день выдалось немало, поэтому Чэнь Чуань решил лечь пораньше, чтобы как следует отдохнуть. Судя по расписанию, завтра уже начинались открытые лекции. Пока наставник еще не был назначен, он рассудил, что стоит сходить и осмотреться. Быстро сполоснувшись в душе, он провалился в сон. На следующее утро, едва стрелки коснулись шести, он закончил умываться и уже собирался выйти на тренировку, как вдруг в дверь постучали. «Кто это может быть в такую рань?» Он подошел и открыл дверь. Снаружи стоял мужчина средних лет в белой рубашке и галстуке в косую полоску. Не худой и не тучный, на вид лет сорока-пятидесяти; пиджак небрежно переброшен через сгиб локтя, под мышкой зажат кожаный портфель. Широкие брови, большие глаза – и хотя сейчас его лицо заметно округлилось, в чертах угадывался былой красавец. В руке гость держал декоративные солнцезащитные очки и именную карточку. Он слегка махнул ими. — Студент Чэнь? Доброе утро. — На его лице заиграла улыбка. — Я твой наставник, Чэн Цзытун. Можешь называть меня учитель Чэн, ну или просто старина Чэн. Чэнь Чуань взглянул на визитку и вежливо ответил: — Здравствуйте, учитель Чэн. — Однако про себя он отметил, что среди материалов, выданных комендантом, преподавателя с фамилией Чэн вроде бы не числилось. — Внезапно, да? — Учитель Чэн усмехнулся. — Не только студенты выбирают учителей, но и учителя вольны выбирать учеников. Я изучил твое личное дело. Неплохо, очень перспективный росток, поэтому я и пришел к тебе сам. Чэнь Чуань отступил в сторону, освобождая проход. — Учитель Чэн, прошу, проходите. Чэн Цзытун коротко бросил «ага» и вошел. Он по-хозяйски устроился на диване, откинулся на спинку и окинул взглядом комнату. — Эх, сколько лет прошло, а в общежитиях всё по-старому… — Заметив, что Чэнь Чуань потянулся к чайнику, он махнул рукой. — Не суетись, присядь. Послушай, что я скажу. Чэнь Чуань всё же налил стакан воды и поставил его на журнальный столик перед гостем. — Прошу прощения, учитель Чэн, у меня только кипяченая вода. — Ай, к чему эти церемонии. Ладно, вижу, парень ты вежливый. Чэн Цзытун прикоснулся к стакану, дождался, пока юноша сядет напротив, и заговорил: — Студент Чэнь, многие считают, что ты слишком рано взялся за дыхательные техники и тем самым растратил свой потенциал. Я же, напротив, вижу в тебе талант. Но есть одна проблема, которую нужно решить немедленно, иначе быть беде. Кстати, сперва взгляни на это. Он достал из портфеля стопку бумаг и протянул ее ученику. — Здесь записи о некоторых бывших курсантах университета Уъи. Данные об их состоянии с семнадцати до тридцати семи лет. Начало можешь пропустить, смотри сразу в конец. Да, листай дальше. Чэнь Чуань перевернул страницы и вскоре обнаружил, что почти у каждого из этих выпускников, начиная с двадцати-тридцати лет, в личных делах значились записи о госпитализациях и операциях. Причем записи регулярные, а у некоторых подобные проблемы начались еще до двадцатилетия. — Видишь? — Спросил Чэн Цзытун. Чэнь Чуань поднял голову. — Учитель Чэн, в чем причина? Это результат чрезмерных нагрузок во время обучения? Чэн Цзытун покачал голвой. — Если бы всё было так просто. Об этом нам стоит поговорить обстоятельно. — Пожалуйста, просветите меня, учитель, — попросил Чэнь Чуань. — Не будь таким официальным. — Хотя Чэн Цзытун и сказал это, было видно, что почтительное отношение юноши ему по душе. — Ты уже практикуешь дыхательную технику и ощутил её пользу. Но ты вряд ли понимаешь, что на самом деле за ней скрывается. — И что же это? — Невольно вырвалось у Чэнь Чуаня. — Под воздействием дыхательной техники твой иммунитет, крепость внутренних органов, прочность костей – буквально все аспекты организма совершают качественный скачок. Ты наверняка чувствуешь, как пропасть между тобой и обычным человеком растет с каждым днем. Чэнь Чуань кивнул: — Да, это так. — Но это порождает и побочный эффект, — медленно произнес Чэн Цзытун. — В твоем теле начинают расти ткани и структуры, которых изначально быть не должно. Мы называем их «мутировавшие ткани». Например… Он указал на юношу: — Под влиянием дыхания в твоем теле первым дело формируется дополнительная мутировавшая фасция. Мастера боевых искусств способны выдавать силу, недоступную обычным людям, именно благодаря этим тканям. — Когда такие структуры появляются и начинают разрастаться, поначалу ты чувствуешь зуд или жар. В этот момент физические показатели растут как на дрожжах. Чэнь Чуань внутренне содрогнулся. Он вспомнил, как вскоре после начала практики почувствовал тот самый жар и даже спрашивал об этом Юй Гана. Его физическое развитие шло непрерывно, возможно, потому, что он ни на день не прекращал тренировки. Заметив его реакцию, Чэн Цзытун добавил: — Похоже, ты уже через это прошел. Не пугайся, это лишь подтверждает, что твое тело отлично подходит для боевых искусств. Есть люди, у которых мутировавшие ткани присутствуют от рождения – их называют прирожденными талантами. — Но этот процесс нельзя пускать на самотек. Особенно во время изнурительных тренировок, когда внешние стимулы заставляют ткани расти агрессивно. Если их не направлять, этот «дикий» рост начнет подавлять нормальные функции органов, вызывая болезни. В лучшем случае придется ложиться под нож, в худшем – тебя ждет необратимая деформация или смерть. Чэнь Чуань немного подумал и спросил: — Учитель Чэн, через какое время обычно начинаются проблемы? Учитель Чэн постучал очками по колену. — Всё индивидуально. У всего в мире есть цена. Чем талантливее человек, тем быстрее растут его мутировавшие ткани и тем выше их предел. Он кивнул на документы: — В этих бумагах зафиксирован минимальный срок – меньше года. Если быть точным, одиннадцать месяцев. Скажи мне, сколько времени прошло с тех пор, как ты освоил дыхательную технику? — Три месяца, — ответил Чэнь Чуань. — Три месяца, значит… — задумчиво протянул Чэн Цзытун. Чэнь Чуань погрузился в раздумья и осознал, что его способность Второй я здесь не поможет. Судя по всему, Второй я мог принимать на себя лишь прямой внешний урон. Но для переноса повреждений требовалось наличие целостного «я», а эти ткани воспринимались способностью как часть его самого. Это всё равно что пытаться магическим образом переместить собственную кровь или внутренности – на данном этапе развития способности это было невозможно. — Учитель Чэн, как же этого избежать? — Спросил он. — Не стоит смотреть на это как на некое проклятие. — Чэн Цзытун махнул рукой и посерьезнел. — На это нужно смотреть прямо. Я даже считаю это даром свыше. Без мутировавших тканей человеческое тело не способно преодолеть свои лимиты. Но если заставить их работать на нас, они станут ступенями лестницы, ведущей вверх. — И боевые искусства – это как раз способ приручения. Да, тренировки стимулируют рост тканей, но при правильном руководстве их вред можно обернуть во благо. Ключевое слово здесь – «правильное». — Учитель Чэн, — серьезно спросил Чэнь Чуань, — какой метод считается правильным и последовательным? — Сиди смирно, — велел Чэн Цзытун. Он встал и принялся прощупывать плечи, суставы рук и ног, шею и позвоночник юноши. В местах касаний Чэнь Чуань ощущал легкое покалывание и онемение. Чэн Цзытун нахмурился. — Такой прогресс… Ты точно тренируешься всего три месяца? Иные за три года не достигают такого уровня. Похоже, это и правда врожденный дар… Он вернулся на место, его лицо стало суровым. — Видимо, мне придется ускорить твое обучение. Если продолжишь в том же духе, дела примут скверный оборот. Чэнь Чуань сохранял спокойствие. — Если верить вашим словам, учитель, когда наступит критический момент в моем случае? — Хм… — Чэн Цзытун помрачнел. — Трудно сказать наверняка. При самом оптимистичном раскладе – полгода. Если процесс пойдет быстрее, то уже через два-три месяца твои мутировавшие ткани станет невозможно сдерживать. Тогда, чтобы спасти твое здоровье или жизнь, придется прибегнуть к самым крайним мерам. Чэнь Чуань не стал спрашивать, что это за меры, но примерно догадывался. — Сейчас ты практикуешь базовую дыхательную технику, — торжественно произнес Чэн Цзытун. — Со завтрашнего дня я начну обучать тебя технике более высокого уровня. Тебе нужно как можно скорее овладеть «выбросом силы». Срочно! Пусть это будет хотя бы малая сила, но это позволит твоей мутировавшей фасции расти не хаотично, а в нужном нам направлении. — Если через десять дней ты не почувствуешь колющей боли или распирания в теле, значит, мы на верном пути и продолжим тренировки. Если же нет – придется подстраиваться заново, пока ты не освоишь контроль силы в совершенстве. Только тогда первый кризис можно будет считать пройденным. — Но это не конец. Если ткани продолжат рост, придется переходить к следующему этапу. И так до тех пор, пока первая фаза бурного развития не замедлится. Только тогда сможешь выдохнуть. Он пристально посмотрел на Чэнь Чуаня. — Раз уж я решил стать твоим наставником, я помогу тебе пройти через это испытание, чего бы это ни стоило. Но здесь нужна твоя решимость, иначе все мои старания пойдут прахом. Что ты скажешь? Чэнь Чуань немного помолчал, а затем произнес: — Учитель Чэн, спасибо, что рассказали мне всё это. Знаете, первой моей реакцией на ваши слова была радость. — Радость? Чэнь Чуань кивнул. Он посмотрел в окно, и в его взгляде отразилась мечта. — Только сила, выходящая за рамки обыденного, позволяет человеку сбросить оковы и достичь вершин, чтобы увидеть мир с другой высоты. — Он повернулся к Чэн Цзытуну и искренне добавил: — Учитель Чэн, я приложу все усилия. Ведь это именно то, к чему я стремлюсь.