События происходят во время шестого тома четвёртой части (18 том по сквозной нумерации, во время главы «Желания Родериха»)
Эта история не вошла в лайт-новеллу. В веб-новелле она была пятнадцатой главой в отдельном сборнике побочных историй.
***
Меня зовут Корнелиус. Я учусь на последнем курсе дворянской академии и в настоящее время являюсь рыцарем-учеником в свите моей сестры Розмайн, которую удочерил ауб Эренфест.
Одна из моих проблем на данный момент — как избежать поддразнивания Розмайн и моей матери. Они с Розмайн не кровные родственницы, но обе очень похожи в своей страсти к любовным историям и их поиске на каждом шагу. Я думаю, Розмайн с матерью серьезно больны книгами о любовной жизни других людей. Мама слишком любит любовные истории, Розмайн слишком любит книги.
— Значит, ты еще не сообщил об этом госпоже Розмайн? Я уверен, что это лишь вопрос времени, когда она начнёт дразнить вас, и вы станете темой для книги, — заверил меня Хартмут, в изумлении пожимая плечами.
Хартмут тоже входит в свиту Розмайн и является отличным чиновником-учеником. Есть много причин, почему я бы не хотел быть похожим на него, но в учёбе он дока.
Помимо того, что мы учимся в одном классе, Хартмут — единственный мужчина-последователь в дворянской академии, поэтому мы проводим с ним много времени. Поскольку мне трудно говорить с Дамуэлем о девушке, которая будет сопровождать меня на выпускном, то обсудить эту тему я могу лишь с Хартмутом.
— Мы хотим отсрочить это как можно сильнее, даже если в итоге Розмайн всё равно обо всём узнает. Если о нас станет известно, мы окажемся прославлены не только в дворянской академии, но и в Эренфесте, а, если быть не слишком осторожными, то и во всем Юргеншмидте. Работа, которую Розмайн поручила моей матери, несёт слишком много опасностей.
— Сдавайся, ибо госпожа Розмайн с удовольствием читает книги госпожи Эльвиры, — сказал Хартмут, почитающий Розмайн как святую, а затем слегка взмахнул рукой. Он может себе позволить такое поведение, поскольку сам ещё не определился с партнёршей, но сейчас самое время это обсудить.
— Хартмут, ты уже решил, кто будет сопровождать тебя на выпускной церемонии?
Он получал много информации от своих подруг на других территориях, как от чиновниц, так и слуг, но не думаю, что у него был определенный партнер на примете. Хартмут скрестил руки и задумался.
— Нет, еще не всё решено. Я думаю, это просто вопрос времени… Кстати, почему ты решил быть с Леонорой? Есть же ещё Брунхильда, Марианна и Ангелика.
Если бы мы с Хартмутом пожелали найти партнера именно в Эренфесте, число кандидатов оказалось бы очень ограничено, поскольку мы оба — высшие дворяне. Поскольку мы служим Розмайн, мы не можем без необходимости рассматривать в качестве брачного партнера человека с другой территории. Я решил так, когда увидел, какие сложности возникли с браком моего брата Лампрехта.
— Во-первых, Леонора не слишком одержима Розмайн.
— Да? Мое первое условие — преданность госпоже Розмайн, у тебя не так?
— Не путай меня с собой, Хартмут.
В моей памяти ещё свежо воспоминание о том, как надо мной смеялись, как над братом святой, из-за того, что Хартмут признал Розмайн святой после благословения на крещении и дебюте, и распространял легенду о святой Эренфеста в дворянской академии. Я уставился на Хартмута, но он был совершенно безразличен.
— Мне не нужен человек вроде тебя, Хартмут, который продаст нашу историю моей матери, чтобы осчастливить Розмайн.
— Понятно. Что-нибудь ещё?
— Я бы предпочёл умную женщину.
Я долгое время учил Ангелику в дворянской академии как член Комитета по повышению её успеваемости. Я повысил и собственные оценки благодаря тому, что мне приходилось изучать материал заранее для объяснения его Ангелике, но мне ужасно надоела её неспособность понимать мои объяснения.
Леонора хороша в этом отношении. Она запоминает почти всё сказанное ей, она амбициозна и идёт вперед, чему бы вы её ни учили. «Корнелиус — потрясающий» звучит совершенно по-разному из её уст и из уст Ангелики.
Кстати, когда речь идет об Ангелике, слова «Я с нетерпением жду возможности поработать с вами» имеют совершенно другой смысл, поэтому не стоит радоваться, думая, что вас похвалили. Мой герой — брат Экхарт, который взял удар на себя, когда возник риск моего брака с Ангеликой.
— Если ты расскажешь госпоже Розмайн о мне и Леоноре, она станет назначать нас на задания вместе, и будет поддразнивать на каждом шагу, даже когда мы просто вместе едим.
— Полагаю, не имеет значения, когда она узнает, не так ли?
Я категорически не согласен со словами Хартмута.
— Нет, имеет. Розмайн мила с девочками. Когда Леонора останется в академии одна, та вряд ли будет её дразнить. Если Розмайн увидит, что Леоноре некомфортно, она постарается уменьшить свой напор. В моём же случае наши родственные связи позволяют Розмайн быть куда свободнее.
— Это ты хвастаешься тем, как близок с госпожой Розмайн?
— Что? Разговор был совсем не об этом, разве не так?
Разговор с Хартмутом всегда приводит к странным сменам темы.
— Во всяком случае, меня не радует, что только ты так близок с госпожой Розмайн, потому, если ты хочешь скрыть от неё ваши отношения с Леонорой, я буду сотрудничать.
— Это очень деликатная тема, но я благодарен за помощь.
Вероятность успеха сильно отличается в зависимости от того, есть ли кто-нибудь, готовый помочь. Хартмут довольно умён. С его помощью появляется шанс скрыть всё от остальных членов свиты.
Если бы только он не был чудаком, который поклоняется Розмайн как святой…
С моих губ сорвался вздох.
***
— Корнелиус, госпожа Розмайн сегодня будет читать книгу, которую передал Фердинанд, так что, я думаю, не возникнет проблем, если вы отлучитесь на день. Ведь сбор материалов закончится уже утром, не так ли?
Когда я готовился отправиться на сбор материалов в свой первый День Земли в дворянской академии, Хартмут, передав книгу Рихарде, спустился вниз, готовый к работе. Обед можно завернуть и взять с собой, а после обеда ещё немного поохотиться. Ещё не будет поздно, но я удивлён его словам о том, что мы можем отправиться куда-нибудь на целый день.
— Что ты думаешь по этому поводу, Леонора?
— Было бы неплохо, если бы мы могли пойти куда-нибудь вместе, но что насчёт Хартмута? Разве его устроит, что госпожа Розмайн может узнать об этом и расстроиться?
Леонора с тревогой посмотрела на Хартмута. Любовь Хартмута к святой безрассудна, он очарован Розмайн. Но того, похоже, это совершенно не волновало.
— Я не хочу расстраивать госпожу Розмайн, однако я нашёл способ избежать подобного развития событий. Не беспокойтесь, — сказал Хартмут, а затем слегка помахал рукой и добавил: — До свидания, у меня назначена встреча с чиновником-учеником с другой территории.
Я понял, что он может собрать важную информацию для Эренфеста, и отправил Хартмута в путь.
Тем временем собирались рыцари-ученики. Сегодня мы должны отправиться на поиски материалов, необходимых для лекций, оставив лишь минимальный эскорт с кандидатами в аубы.
Мы отлично поохотились в сотрудничестве с другими территориями. Всё закончилось раньше, чем планировалось, так что мы с Леонорой пообедали в цветочном саду рядом с участком, где учителя выращивали травы.
— Скоро Розмайн будет ходить в библиотеку каждый день. Я бы хотел превратить эту страсть во что-то другое, но не уверен, что это возможно.
— Госпожа Эльвира сказала мне, что без страсти Розмайн не было бы ни растительной бумаги, ни унишама. Она сделала всё возможное, чтобы получить то, чего хотела, и результат оказался хорошим для Эренфеста, так почему бы не оставить всё как есть? — тихонько рассмеялась Леонора.
Розмайн — моя милая младшая сестра. Если говорить о её внешнем виде, нет смысла жаловаться. Это правда, что с ней есть некоторые проблемы, и для меня, как члена семьи, вполне нормально говорить о них, но меня раздражает, когда другие отвергают или презирают её.
Страсть Розмайн к книгам действительно зашкаливает, однако мне было очень приятно видеть, как Леонора с улыбкой принимает это.
Это…
— Я очень рад, что выбрал тебя, Леонора.
— И почему ты это вдруг говоришь?!
В ней не было обычного спокойствия, Леонора покраснела и прикрыла глаза. Когда я уставился на необычный для меня образ, она рассердилась и попросила не смотреть на неё так пристально. Это меня позабавило, и как раз, когда я собирался подразнить её ещё немного, я увидел белый ордоннанц, летящий прямо к нам.
— Ордоннанц?
Я протянул руку, и ордоннанц немедленно опустился не неё, и проговорил голосом Матиаса:
— Это Матиас. Я только что вернулся в общежитие через заднюю дверь и увидел, что госпожа Розмайн стоит у круга перемещения в центральное здание и ждёт, пока кто-нибудь вернётся. Если вы не хотите, чтобы госпожа узнала, что вы покинули нас, лучше вернитесь как можно скорее. Пока я жду снаружи с половиной всех рыцарей-учеников.
Я надиктовал Матиасу ответ:
— Спасибо за помощь. Мы сейчас вернёмся.
Ордоннанц отправился в путь, а мы с Леонорой тут же вызвали ездовых зверей и отправились в общежитие.
— Извините, что заставил вас ждать.
— Не стоит благодарить, не только Корнелиус боится книг госпожи Эльвиры.
Мы присоединились к улыбающимся рыцарям-ученикам и прошли в общежитие через заднюю дверь, ведущую к месту сбора, и направились к прихожей.
Со слов Матиаса я представил себе Розмайн, читающей книгу и наблюдающей за дверью. Однако на самом деле она стояла, расставив ноги на ширину плеч, уперев руки в бока, и с суровым лицом ждала, когда дверь откроется. Я был удивлен, даже зная, что меня ждут.
— Госпожа Розмайн, что-то случилось?
Розмайн не оторвала глаз от входной двери, даже когда Леонора нерешительно окликнула её.
— Хартмут ушел куда-то тайком. Я предполагаю, что он сейчас на свидании со своей возлюбленной, поэтому я здесь жду его возвращения. Я собираюсь заставить его рассказать мне, кто это.
Меня это не очень волнует...
Я не против сказать ей, что Хартмут ещё не определился с партнёром, но я уже убедился, что если я скажу Розмайн что-то лишнее, она начнёт задавать вопросы. Несомненно, она спросит : «А что насчет тебя, брат Корнелиус?» Я уверен, что спросит.
— Вы заболеете, если будете стоять в холодной прихожей ради этого. Почему бы вам хотя бы не зайти в общий зал?
Я был наполовину раздражён, наполовину обеспокоен её физическим состоянием и показал в сторону общего зала, но Розмайн покачала головой и снова уставилась на входную дверь.
— Я собираюсь хорошенько его удивить, поэтому я буду ждать здесь.
— Понятно… Тогда я пойду переоденусь.
Я вздохнул и поднялся по лестнице. На полпути я взглянул вниз. Розмайн, кажется, совсем не шевелилась. Если Хартмут не вернется в ближайшее время, Розмайн заболеет. Леонора с тревогой обернулась.
— Безопасно ли госпоже Розмайн так долго стоять в таком месте?
— Я свяжусь с Хартмутом.
Мне удалось выйти из затруднительного положения благодаря Матиасу, и я сделал то же самое для Хартмута, отправив ордоннанц, чтобы сообщить ему, что Розмайн ждет его в прихожей у двери, ведущей в центральное здание. Я также добавил, что Розмайн может замёрзнуть и заболеть, и попросил Хартмута вернуться поскорее.
Поспешно переодевшись, я пошёл проверить прихожую, и, конечно, Хартмут вскоре вернулся. Когда он увидел Розмайн, ожидающую его, он моргнул глазами и нарочито наклонил голову.
— Госпожа Розмайн, что вы здесь делаете? Вы уже закончили ту книгу от Фердинанда, которую я дал вам?
— Ты думал, что сможешь отвлечь меня, а сам в это время встречался со своей тайной возлюбленной, не так ли? Кто она? Это кто-то, кого ты боишься познакомить со мной?
Закатив глаза, Хартмут засмеялся с очень счастливой улыбкой.
— Вы говорите точь в точь, как ревнивая супруга.
...Кстати, я говорил, что хочу, чтобы Розмайн оставила меня в покое. Но он счастлив услышать подобную реплику в такой ситуации? Хартмут — настоящий чудак.
Мне было интересно, не приведёт ли это к гневу Розмайн, но как только Хартмут достал пачку бумаг, Розмайн замерла, а затем насторожилась. Её голова покачивалась, а тело начало двигаться в такт с бумагой.
Что происходит?..
Когда Хартмут двигал пачку бумаг вправо, Розмайн двигалась вправо; когда двигал влево, она двигалась влево. Как только я понял, что Розмайн следит глазами за пачкой бумаг и пытается её взять, я почувствовал, как всё моё тело расслабилось, и я чуть не упал на месте.
Ты слишком глупа, Розмайн! Тебя так легко поймать!
Хартмут передал Филине пачку бумаг, и Розмайн поднялась по лестнице вслед за Филиной и Юдит. Шаги её ездового зверя легки и пружинисты, а радостная улыбка на лице Розмайн, скачущей по лестнице, совсем не похожа на ту, которую она носила всего минуту назад, глядя на входную дверь.
К моему удивлению, Розмайн заметила меня, улыбнулась и указала на пачку бумаг, которую держала Филина.
— Я буду читать рыцарские истории у себя в комнате.
Я вздохнул, наполовину удивляясь тому, как легко Розмайн поймали, наполовину восхищаясь способностью Хартмута иметь наготове что-нибудь, чтобы отвлечь её. Малая пандочка подпрыгивающим шагом взбежала по лестнице.
— Хартмут.
Когда я окликнул его, Хартмут поднял голову.
— Спасибо, Корнелиус. Я смог насладиться прекрасным видом Розмайн, — сказал Хартмут, возвращая желтый магический камень ордоннанца.
...Можем ли мы позволить себе иметь этого чудака в свите Розмайн?
Тогда я был обеспокоен, но ещё не знал большего. Я не знал, что Хартмут решил жениться на такой же странной девушке.
Обновлено: 12.01.2026