Он не обращал на неё внимания во время еды, сам съел несколько кусочков и поднялся наверх, даже не сказав, в какой комнате ей спать.
— Брат Амо, где мне ночевать? — обратилась она к Амо за помощью.
Амо взглянул наверх, отложил палочки и сказал:
— Пойду спрошу у Сюань-гэ.
Ся Вэньсюань принимал душ в своей комнате, когда услышал стук. Подумав, что это Линь Чживэй, он накинул полотенце на талию и открыл дверь. Увидев Амо, он угрюмо спросил:
— Где она?
— Госпожа Линь ещё за столом. Спрашивает, где ей спать.
— Пусть на улице ночует.
Ся Вэньсюань развернулся к комнате.
— Рядом! Что, ко мне в постель? Мечтать не вредно.
— Сейчас всё устрою.
Амо привык к его двойной игре и сразу отправился помогать Линь Чживэй.
Амо знал, что если бы госпожа Линь действительно захотела остаться здесь, Сюань-гэ расцвёл бы, но сказать это вслух он не смел, потому что сразу стал бы мишенью.
— Брат Амо, — тихо позвала Чживэй, оглянувшись наверх, чтобы убедиться, что Ся Вэньсюаня нет рядом, — почему братец Вэньсюань сердится? Я опять его задела?
Амо замялся. Он не мог сказать госпоже Линь, что она нравится Сюань-гэ, потому что тогда она испугается и сбежит, а с него живьём кожу снимут.
— Сюань-гэ давно не искал женщин на стороне, — подобрал он слова. — Он... блюдёт чистоту.
— ...
Хотя в эту чушь про «чистоту» Линь Чживэй не верила, она догадалась, что он разозлился из-за её вмешательства. Он всегда ненавидел, когда лезут в его дела.
Вечером, приняв душ и переодевшись в пижаму, которую принёс Амо, она всё же решила извиниться.
Ся Вэньсюань сидел у себя, смотрел бокс и глушил алкоголь. Взглянув на часы, он увидел, что почти десять, Сяохуа скоро спать. А эта неблагодарная Линь Чживэй даже не заглянула.
Тихий стук в дверь, будто кто-то осторожно кашлянул. Уголки его губ дрогнули.
С холодным лицом открыл и увидел Линь Чживэй в тёмно-синей шёлковой пижаме с подносом в руках.
— Братец Вэньсюань, ты же говорил, что научишь меня стрелять, а я приготовлю тебе перекусить. Видела, что ты почти не ужинал — сделала кое-что. Попробуешь?
Извинение. Хоть какое-то.
— М-м, — буркнул он, разворачиваясь внутрь, даже не пытаясь взять поднос.
Чживэй зашла, увидела на столе лёд и алкоголь, на экране — бокс.
— Я не очень готовлю, — сказала она. — Сделала сэндвич и сок. Не обессудь.
Ся Вэньсюань уставился на неё, откусил.
— Съедобно.
— Значит, не сердишься?
Девушка склонила голову, упёрлась руками в колени, смотрела широкими глазами — будто заплачет, если он скажет «да».
— А за что мне сердиться? — Он отхлебнул сока. Свежевыжатый апельсиновый — постаралась.
— Ну... я предложила тебе найти женщину, — начала она.
Он на мгновение подумал, что она догадалась. Но она продолжила:
— Не стоило лезть в твои дела. Больше не буду.
Безнадёжно.
— Спать, — оборвал он. — Завтра Кала научит тебя стрелять.
Значит, простил. Чживэй облегчённо вздохнула, пожелала спокойной ночи и направилась к двери.
Когда она уже выходила, он окликнул её:
— Я же сказал — на моей территории можешь творить что вздумается. Если что нужно — обращайся к Чэнь Чжо.
— Поняла. Спасибо, братец Вэньсюань.
Она замялась.
— Когда будешь в Пекине, я тебя тоже хорошо приму.
Дверь закрылась. В глазах Ся Вэньсюаня мелькнула искра. Пекин...
Усмехнувшись, он доел надкушенный сэндвич. Яичницу она жарила отлично — как раз по его вкусу.
Выпивший и потому не голодный Ся Вэньсюань вдруг осознал, что сэндвич кончился слишком быстро.
Вот ведь странно.
На следующее утро, когда Линь Чживэй спустилась, Кала уже ждала в гостиной:
— Сюань-гэ уехал. Сегодня я с тобой. Позавтракаем, потом постреляем?
— Хорошо.
Без Ся Вэньсюаня ей было куда спокойнее — не надо бояться случайно задеть его словами.
За завтраком появился Чэнь Чжо, повторив слова босса: пока не покидаешь базу — делай что хочешь, не стесняйся.
Впервые Ся Вэньсюань отдал такой приказ, и Чэнь Чжо отнёсся к нему серьёзно, боясь упустить что-то важное.
Да и кто не полюбит милую, умную и воспитанную девушку? Даже Кала с ней подружилась.
Перед отъездом Ся Вэньсюань дал Чэнь Чжо чёткие указания. Выехав рано утром с Амо, он занялся делами компании — пока разбирался с Хуан Лицзе, прибыль заметно упала.
Встретился с Шэнь Цзинъе, вместе осмотрели завод.
— Сюань-гэ, идём по графику. Скоро сможем запустить производство.
Шэнь Цзинъе выглядел уставшим, без обычной энергии.
— Поссорился с сестрой? — Ся Вэньсюань закурил, опёрся о перила, спросил небрежно.
Шэнь Цзинъе выпрямился, вздохнул, тоже закурил.
— Тянь Фэйфэй собралась в Гонконг, а она — за ней. Я против, вот и поссорились.
— Пустил её? — Ся Вэньсюань искоса взглянул на него. Он знал Цинь Сихэна дольше и понимал ситуацию в Гонконге.
— Нет. Запер. Она дуется, два дня ничего не ест.
Ся Вэньсюань снова окинул взглядом озабоченного Шэнь Цзинъе. Вот ведь — своего дурака и жалко. Всего два дня без еды, а он уже переживает.
Рука с сигаретой замерла. Недавно и он злился, когда Линь Чживэй мало ела.
— Цзинъе... — Ся Вэньсюань опустил глаза, стряхнул пепел. Изящные пальцы сжимали сигарету, дым вился вокруг золотой цепочки на запястье.
Помолчав, он спросил:
— Как понять, что нравишься человеку?
Обновлено: 20.01.2026