Глава 18 — Воспоминание и погружение. Часть 6. Глава 18.

Уменьшенный щит и утяжеленная сабля из запасного комплекта вождя упали на песок, а в след за ними на колени упал и человек вооружённый ими. Самар некоторое время опустошенно смотрел на соперницу и внезапно заорал: - Братик, ты дурак!!! - Принц Мухеджа не достойно для правителя сидел на коленях сгорбив спину и начал громко рыдать. – Дурак! Я люблю тебя. Ты должен был стать другом Аламира. Ненавижу тебя. Где ты братик? - Хватит – негромко сказала Мотива. Понимание происходящего у девушки окончательно пропало. Племя пепельноволосых, что должно было их окружать кольцом вовсе исчезло. Если до этого они находились в наполовину реальном мире, то теперь границы реальности растворились. И из известного ей мира она слышала только игру музыканта на флейте. - Но? Он вновь покинул нас. - открыто демонстрировал свою душевную боль высокостенец переполненный личностными ранами соперницы. - Хватит… - Я люблю Аламира. Он исцелил пустыню, а Сафит… Но, я люблю Сафита. - Хватит! Мы не имеем право! Мы вождь! - кричала Мотива на слабую девушку, что она стала видеть вместо принца, которая не может справиться со своими чувствами. Мотива, что не смогла принять смерть мужа, начала в слезах подползать к сильной женщине, что упрекала ее за слабость, но внезапно вождь ногой оттолкнула ищущею поддержку. - Хватит реветь! Это ничего не изменит! Она не смогла их спасти. Ни разу. Никого. Вождь отбросила оружие и щит, и с размаху ударила девушку по лицу кулаком так, что та упала на локти, а потом спиной на песок. Но ее соперница все еще продолжала хныкать, поэтому она села на ее живот и вновь ударила ее по лицу. - Хватит... - уже не крича сказала вождь и ударила еще сильнее. Ее сила и ее нынешняя скованность, наносила все больше ударов по ее душе, причиняя новую боль. Она уродовала ударами лицо просившей поддержки, пока та не потеряет сознание. Вождь уперла ладони в песок и долго смотрела на избитую ею. На опухшее и окровавленное лицо служанки из крепости завоевателя начали падать сдерживаемые все эти два года слезы. Дура, чего ты ревешь? - Мотива начала водить пальцем по лицу девушки, изучая как она покалечила ее, своим отрицанием. - Какой ты хочешь ответ? Да, мне больно. Да, я хочу обнять братика. Да, Кырген имеет право. Да, я ему не позволю. Я не знаю ответа. Я просто... просто боюсь искать ответ. - Слезы из глаз воительницы больше ничего не сдерживало — Прости меня, прости. Я боюсь. Боюсь. Мотива прислонила свое лицо к лицу потерявшей сознание и вновь, как однажды на плече у Аламира в крепости его отца, начала громко реветь, чувствуя себя самым слабым существом на земле, но наконец нашедшим поддержку. Это, конечно, ничего не решало и она все еще не знала как стоит поступить, но, хотя бы, так ей дали возможность поплакать, лишив ее ненадолго сил. - Прости. Внезапно Мотива услышала голос иноземного музыканта, который стоял рядом с ними. Вождь огляделась и увидела молчаливый народ Платов, многие из которых тоже тихонько плакали. А те чьих слез она не видела, либо прятали свое лицо, либо кусали нижние губы сдерживаясь. Она медленно перевела взгляд на девушку, которую избивала, но увидела лишь окровавленное лицо принца, с которым начинала бой. - Прости, можно мне забрать этого дурака? Забрать? Того, кто так сильно проник в ее боль, что буквально стал ее воплощением. Того, с кем она может поговорить или даже поплакать. После того, что тут было? - Нет. - Мотива обняла Самара, испугавшись что его заберут. Она быстро осмотрелась ища повод отказа. - Ему очень плохо. У нас есть врачи. Ему нельзя сейчас в пустыню. Задержитесь. Пожалуйста.