— А-а-а!!!
С пронзительным криком Фу Цинбай рывком села на кровати.
Холодный пот насквозь пропитал тонкую белую ночную сорочку.
Она снова очнулась от этого сна.
Фу Цинбай тяжело дышала, в её полных ужаса глазах блестели слёзы.
Бесконечный серый дождь, холод, голод, обезумевшие люди, пожирающие друг друга… Весь мир превратился в ад наяву.
Этот кошмар преследовал её уже почти полмесяца. И каждый раз он был до жути реальным — горы трупов и реки крови стояли прямо перед глазами. Даже запахи… запахи были неотличимы от настоящих.
Если бы это был просто сон, можно было бы стерпеть.
Дыхание Фу Цинбай стало прерывистым. С лицом, искажённым от страха, она отдёрнула штору.
За окном светало. В бледном утреннем небе едва виднелись облака. Они расстилались по небосводу, слой за слоем, словно волны океанского прибоя, движущиеся в строгом, упорядоченном ритме. Днём такое величественное зрелище наверняка привлекло бы толпы желающих сделать фото.
Но Фу Цинбай, глядя на них, застыла в оцепенении.
Слёзы, до этого стоявшие в глазах, хлынули неудержимым потоком.
Картина за окном в точности совпадала с той, что она видела во сне, где мирная повседневность постепенно сменялась апокалиптическими пейзажами. Она начала замечать эти жуткие совпадения ещё после третьего кошмара. Реальные небесные явления часто в точности повторяли увиденное во сне.
И этот раз не стал исключением. Нынешние облака были настолько необычными, что спутать их было невозможно.
Худенькие плечи Фу Цинбай затряслись. Правая рука, мертвой хваткой вцепившаяся в штору, побелела. Она тихо, сдавленно всхлипывала.
Если верить её записям о снах… до того страшного дня оставалось совсем немного.
Она пыталась рассказать другим, говорила родителям, но ей никто не верил.
Она всего лишь школьница. Она сделала всё, что могла. Что ей делать… что теперь делать?
В этот момент дверь её комнаты открылась.
Чжан Вань вошла и присела на край кровати. Глядя на тихо плачущую дочь, она с бесконечной усталостью вздохнула. Фу Цинбай повернулась и, уткнувшись матери в плечо, зарыдала в голос.
— Опять кошмары? — тихо спросила Чжан Вань.
— Мам! Это правда! Всё, что я говорю — правда! Скоро конец света! Облака сегодня точь-в-точь как в моём сне… всё сходится! — Фу Цинбай подняла заплаканное лицо. — Мам, поверь мне хоть раз. Нужно готовиться… Давай переедем? Куда-нибудь, где нет людей!
— Цинбай… — устало ответила Чжан Вань. — Это всё от стресса перед учёбой, я уже говорила с врачом. До экзаменов остался всего месяц, перестань забивать голову всякой ерундой. Сосредоточься на занятиях. Когда голова занята делом, стресс уходит. Сделаешь сегодня побольше уроков в школе, ляжешь на час раньше, и через пару дней всё пройдёт.
— Мама!!! — Фу Цинбай была на грани срыва. Слёзы, которые она только что сдержала, снова хлынули из глаз. — Ты можешь хотя бы выслушать меня?!
— Хорошо, хорошо, говори, — вздохнула мать, тут же добавив: — Только потом сразу завтракать и в школу.
Глотая слёзы, Фу Цинбай начала пересказывать свой сон. Чжан Вань слушала, то и дело качая головой. Видя, что мать совершенно не вникает в её слова, девушка не выдержала:
— Мам, ты вообще меня слушаешь?!
— Слушаю, конечно. Но ты ведь то же самое и раньше рассказывала, — отмахнулась Чжан Вань.
— Нет! — взгляд Фу Цинбай внезапно изменился. — Я не всё рассказала. В этот раз было кое-что новое… Я видела мужчину, и какой-то голос говорил со мной…
— Что?! — глаза матери вдруг остро сверкнули, словно у детектива, напавшего на след.
Заметив, что мать наконец-то стала слушать её всерьёз, Фу Цинбай обрадовалась. Но стоило ей открыть рот, чтобы продолжить, как Чжан Вань строго произнесла:
— Цинбай, ты что, парня себе завела? Сейчас не время для этого! Ранние отношения до добра не доведут!
— Мама!!! — Фу Цинбай окончательно сломалась. — Ты мне веришь или нет?!
— Верю, верю… Вставай завтракать.
Чжан Вань окончательно потеряла терпение и, поднявшись, направилась к выходу.
Фу Цинбай схватила её за руку.
— Мам… дай мне немного денег, пожалуйста.
— Я же даю тебе на карманные расходы.
— Мне нужно больше. В школе в последнее время плохо кормят, и я хочу купить новые сборники упражнений.
— Ладно, сколько?
— …Пять… пятьсот.
Пятьсот… Чжан Вань мысленно вскипела.
Явно в школе что-то случилось. Пятьсот юаней! Куда ей столько?
— Нет! Максимум пятьдесят. И собирайся быстрее, в школу опоздаешь.
Бросив это, Чжан Вань вышла из комнаты, оставив дочь одну, в полном отчаянии.
Фу Цинбай вытерла слёзы. В душе было горько и пусто. У неё не было права голоса. В собственной семье ей не верил никто! Вот была бы она постарше, зарабатывала бы сама — может, тогда бы к ней прислушались.
Немного погоревав, она села за письменный стол и начала что-то писать. Из-за двери доносились звуки телевизора и родительской перебранки.
— Старина Фу, ты своей дочерью займёшься или нет?! Проснулась и тут же за телевизор! Позвони учительнице Ли, спроси, не завела ли наша Цинбай себе ухажёра!
— Ай… знаю, попозже позвоню.
— Попозже, попозже, вечно ты тянешь! Целыми днями палец о палец не ударишь, ни по дому, ни с ребёнком! И как я только вышла за такого бесполезного мужика!
…
В классе уже началось утреннее чтение.
Фу Цинбай, сама не своя, рассеянно положила рюкзак на парту. В голове продолжали крутиться образы из сна. Вокруг стоял неумолчный гул.
Её соседка по парте, заметив её состояние, спросила:
— Цинбай… опять тот сон?
— Угу… — Фу Цинбай неуверенно кивнула и, повернувшись, серьёзно сказала: — Сяо Нин, я не шучу. Скоро конец света… Если пойдёт дождь, ни в коем случае не попадай под него, он ядовитый. Нужно запастись едой и запереть все окна и двери…
Сяо Нин с деланным сочувствием кивнула и отвернулась, украдкой вздохнув.
Совсем с катушек съехала!
Первые пару раз она думала, что подруга её разыгрывает, но это продолжалось уже не первый день. Её психическое состояние явно ухудшилось. Мать Цинбай давно попросила Сяо Нин присматривать за ней, и, похоже, «болезнь» прогрессировала.
Покачав головой, Сяо Нин достала роман в жанре «данмэй» и с головой ушла в «учёбу».
Сидевшая впереди девочка обернулась и, покосившись на книгу, прошептала:
— Эй, ты всё ещё читаешь? Цинбай от своих романов совсем с ума сошла, не боишься так же? Осторожнее, в школе сейчас с этим строго.
Сяо Нин метнула на неё испепеляющий взгляд.
— У меня данмэй, — прошипела она. — Если я и сойду с ума, то буду искать парня. А ты учи свои тексты!
— А, дочитаешь — дашь мне?
…
Незаметно наступил полдень.
Толпы учеников хлынули в столовую. Фу Цинбай, затерявшись в людском потоке, высматривала кого-то в толпе. Наконец, найдя цель, она быстрым шагом догнала парня и потянула его за рукав.
Гао Пэн вздрогнул от неожиданности и обернулся. За ним стояла смущённая Фу Цинбай.
Увидев её изящное, красивое лицо, он и сам занервничал.
Фу Цинбай была признанной первой красавицей школы… кто её таковой признал, было неведомо, но факт оставался фактом. Все парни, что пытались с ней заговорить, терпели сокрушительное поражение.
И хотя в последнее время из-за её странного поведения популярность девушки поутихла, в их класс всё равно то и дело заглядывали любопытные юноши.
Он сам никогда не осмеливался заговорить с ней. Что ей могло понадобиться от него?
— Э-э-э, тебе что-то нужно? — нервно спросил Гао Пэн.
Фу Цинбай закусила губу и, уставившись в пол, робко произнесла:
— Гао Пэн… можешь одолжить мне немного денег? Я в следующем месяце обязательно верну!
— Ла-а-адно… а сколько? У меня с собой не больше сотни, — ответил он, а в голове уже зароились мысли.
Денег у него у самого было в обрез, но отказать первой красавице… лицо потеряешь!
Услышав его согласие, Фу Цинбай подняла голову и одарила его ослепительной улыбкой.
Сердце Гао Пэна пропустило удар!
Взаймы? Да это же отлично! Она мне улыбнулась! И за рукав потянула! Может, я ей нравлюсь?
Ведь чтобы вернуть долг, ей придётся подойти ко мне ещё раз! Это же целых два контакта!
— Тогда я займу сто.
…
Неподалёку пара маленьких глаз неотрывно следила за этой сценой. Их обладательница говорила по телефону.
— Тётя Чжан, Цинбай сейчас разговаривает с одним парнем из нашего класса… Нет-нет, он такой… серенький, неказистый, точно не её парень. Но её болезнь и вправду становится всё хуже. Вам нужно срочно показать её врачу.
Обновлено: 03.02.2026