После ужина, в восемь вечера, группа Цзян Фаня отдыхала в своей комнате, но из соседних помещений доносился оглушительный хохот. Там собралась большая компания: они резались в карты, травили байки и орали так, что стены ходили ходуном, не давая покоя всему этажу.
Цзян Фань уже собрался было пойти и утихомирить их, как в дверь с силой забарабанили.
БАМ! БАМ! БАМ!
— Открывай! Живо открывай! — нетерпеливо орали снаружи.
Парни в комнате напряглись.
— Спокойно, я разберусь, — бросил им Цзян Фань и распахнул дверь.
Внутрь, оттолкнув его, ввалилось несколько парней с бандитскими рожами. Один из них ткнул пальцем в присутствующих.
— А ну-ка, собрали манатки и выметайтесь. Теперь это наша комната.
Взгляд Цзян Фаня, в который едва не ткнули пальцем, полыхнул холодной яростью. Молниеносным движением он схватил наглеца за палец и с силой вывернул его.
Хрусть!
Раздался сочный, тошнотворный хруст, а следом — дикий вопль.
Подсечка — и парень рухнул на пол. Цзян Фань тут же наступил ему на лицо и, глядя сверху вниз, процедил:
— Разве тебя не учили, что тыкать в людей пальцами — дурная примета?
Все произошло так быстро, что остальные опомнились, лишь когда нога Цзян Фаня уже давила на лицо их предводителя. Однако аура, исходившая от парня, была настолько угрожающей, что они застыли на месте, не решаясь броситься на помощь.
— Зовите подмогу!
— Брат И, скорее сюда! На нас напали!
В комнате 601 Лун Мянь, парень с волевым лицом и резкими чертами, услышав шум из соседней комнаты, нахмурился и посмотрел на Ма Хунъи.
— В чем дело? Почему столько шума из-за такой мелочи?
Ма Хунъи, державший в руке карты, застыл. Ему стало неловко.
— Лун-гэ, не кипятись, — заискивающе улыбнулся он. — Не думал, что эти слабаки не захотят по-хорошему освободить комнату. Я сам разберусь.
Он бросил карты и через несколько шагов оказался в 602-й.
— Какого хрена происходит?! Такое простое дело завалили! Лун-гэ недоволен, ясно вам?! — выругавшись на своих людей, Ма Хунъи перевел взгляд на Цзян Фаня, под ногой которого корчился его подчиненный.
— Брат И, спаси! — хрипел тот. Он не мог пошевелиться: при малейшей попытке вырваться тяжелый ботинок на голове вминался еще сильнее.
— Брат И, этот парень не так-то прост! — тихо прошептал один из хулиганов.
— Черт, так чего же вы не навалились все вместе? — рявкнул Ма Хунъи, отвесив ему затрещину.
— Э-э… мы не посмели, — жалобно пискнул тот.
— Бесполезный мусор! — Ма Хунъи влепил ему пощечину, оставив на щеке красный отпечаток.
Цзян Фань с усмешкой наблюдал за этим представлением.
Ма Хунъи повернулся к нему. Ему не понравился взгляд Цзян Фаня. В нем не было и тени того страха, который он привык видеть в глазах других. Это выводило из себя.
Короткий свист — и из соседних комнат высыпало человек тридцать, запрудив коридор у входа в 602-ю.
В комнате Сун Ян в ужасе съежился на кровати, боясь издать и звук. Остальные тоже забеспокоились. Да, они видели, как Цзян Фань в одиночку гонял банду Арнора, но сейчас перед ними стояла целая орава, и это давило на нервы. Даже всегда хладнокровный Цзинь Тянь почувствовал, как учащенно забилось сердце.
Увидев, сколько людей сбежалось на его зов, Ма Хунъи вновь обрел уверенность.
— Слышь, братан, я от Лун Мяня. Ты из какого класса? Как кличут? — начал он осторожно, прощупывая почву.
— Цзян Фань. Второй год, пятый класс. Кличек нет, — небрежно ответил тот.
Услышав это, Ма Хунъи внутренне расслабился. Какой-то ноунейм.
— Что ж, парень, извини. Эта территория принадлежит Лун-гэ. Вообще-то, мы хотели просто поменяться комнатами. Но раз уж ты распустил руки, мирно разойтись не получится. Отпусти моего человека, встань на колени и извинись перед ним. Тогда, может быть, я тебя и отпущу, — нагло заявил он.
— А? Извиниться, говоришь? — Цзян Фань усмехнулся. — Ну смотри внимательно. Вот так я извиняюсь.
С этими словами он резко поднял ногу и со всей силы опустил ее на руку лежащего парня.
ХРУСТЬ!
Сила удара была такова, что кость попросту раздробилась.
— А-а-а-а! Брат И, спаси-и-и!
Несчастный только что пережил боль от сломанного пальца, а теперь его накрыла новая, еще более чудовищная волна агонии.
Даже у Ма Хунъи от этого зрелища дернулся глаз. Такая неприкрытая провокация пугала. Одно дело — пустые угрозы, и совсем другое — вот так, без колебаний, калечить человека.
Да, после Катаклизма законы перестали действовать, но они все еще были несовершеннолетними студентами под защитой капитана Чжао. Никто не осмеливался заходить так далеко. Такая жестокость говорила о том, что для этого парня человеческая жизнь — пустой звук.
Сейчас, когда ни один врач не поможет, сломанная рука — это приговор. Ма Хунъи покрылся холодным потом. Он боялся, что дело примет слишком серьезный оборот, и тогда отвечать придется ему.
Цзян Фань, видя застывшую в дверях толпу, усмехнулся.
— Ну что, брат И, спасать своего не будешь? Мои извинения тебя устроили?
Он спокойно смотрел на Ма Хунъи, но от его улыбки у того по спине пробежал холодок. Ма Хунъи сглотнул. Вся его напускная храбрость испарилась. Он застыл на месте, как истукан. Угрожать он больше не смел, но и отступить на глазах у своей банды не мог. В коридоре повисла напряженная тишина.
И тут ее нарушил громкий, добродушный голос:
— Ай-яй-яй! Какое недоразумение, какое недоразумение! Свои же чуть своих не побили! Так это же тот самый брат Цзян Фань, что уделал Арнора! Я так и думал, кто еще может быть таким дерзким!
Сквозь толпу, оттеснив Ма Хунъи, протиснулся парень с мужественным, словно высеченным из камня, лицом.
Цзян Фань окинул его взглядом. Точеные черты, густые брови, большие глаза — внешность у него была что надо.
— А, так это ты тот самый Лун Мянь, гроза второго курса? — спросил Цзян Фань с издевкой в голосе.
— Да брось, какая там гроза, — весело рассмеялся Лун Мянь. — Сейчас, в конце света, я просто рядовой боец под командованием капитана Чжао. Помогаю ему собирать припасы, спасать студентов.
Несмотря на показное дружелюбие, Лун Мянь своим ответом ясно обозначил свой статус.
Цзян Фань, разумеется, понял скрытый смысл. Лун Мянь недвусмысленно намекал на свою близость к Чжао Дэхаю, на свое высокое положение. Это было предупреждение: не зарывайся, прояви уважение.
Вот только на Цзян Фаня это не действовало.
— Ты хочешь сказать, что вы с Чжао Дэхаем близкие друзья? — небрежно бросил он.
Лун Мянь изменился в лице. И вся его свита за спиной тоже.
Обновлено: 21.01.2026