Только Дин Дали собрался уйти, как старина Ся схватил его за руку, жестом приглашая отойти в сторону. Они подошли к окну в лифтовом холле. Ся Дунхай достал из кармана пачку сигарет, прикурил одну, а вторую протянул Дину Дали.
Тот без церемоний принял угощение. Лёгкое движение руки — и в его ладони, словно по волшебству, возникла зажигалка. Прикурив, он так же внезапно заставил её исчезнуть.
Этот фокус ошеломил старину Ся, но он тут же опомнился. Учитывая, какими способами этот парень расправлялся с людьми, в такой мелочи не было ничего удивительного.
Дин Дали выпустил кольцо дыма и устремил взгляд на копошащуюся внизу орду зомби, что простиралась до самого горизонта.
— Говори, старина Ся! — негромко произнёс он. — Зачем такая таинственность?
— Молодой человек! Прошу прощения! Цюгэ совсем от рук отбилась, мать её избаловала донельзя! Характер у неё — просто дрянь, хуже не придумаешь! У меня у самого от неё порой аж пар из ушей валит! Ты уж будь к ней снисходительнее. Я вижу, она тебя чем-то задела, но не принимай близко к сердцу, прошу.
Глядя на шарообразную фигуру старины Ся и его лицо, больше похожее на пельмень, Дин Дали невольно усомнился.
— Старина Ся, а ты никогда не сомневался, что Ся Цюгэ — твоя дочь? — с любопытством спросил он. — Не в обиду, но своим мерзким характером она в тебя не пошла! Да и внешне, если честно, тоже!
От этих слов лицо старины Ся, словно хамелеон, меняло цвет: то бледнело, то темнело, то краснело. Ему было неловко до ужаса. Он и представить не мог, что этот парень задаст такой вопрос. Осторожно оглядевшись по сторонам, он понизил голос и с кривой усмешкой ответил:
— А ты знаешь, когда Цюгэ была маленькой, я и вправду сомневался. Даже тайком сделал ДНК-тест. Но нет, всё в порядке, кровь моя!
— Что ж, тогда тебе повезло, старина Ся, Ся Цюгэ и впрямь красотка, — произнёс Дин Дали, и тут, словно что-то вспомнив, он заговорщически наклонился к его пухлому лицу и, приподняв бровь, спросил с самой пошлой ухмылкой: — Старина Ся, хочу тебя кое о чём спросить...
Таинственный вид Дина Дали сбил старину Ся с толку.
— Да спрашивай, чего уж там.
— Скажи честно, старина Ся, ты в молодости не изменял матери Ся Цюгэ?
При этих словах старое лицо Ся Дунхая залилось краской так, что покраснели даже морщины.
— Ты... ты... от-откуда... знаешь? Кто тебе сказал?
«Вот это да! Неожиданный поворот! — Дин Дали лишь закинул удочку, а на неё клюнула такая рыбина! — Твою мать! Так это правда! Я-то думал, как так вышло, что у Ся Цюгэ обе подруги — тоже Ся. Да ещё и похожи друг на друга, как сёстры! Слишком много совпадений!»
Старина Ся смущённо почесал в затылке.
— Эх... тогда мать Цюгэ была беременна, а я — молод и горяч. Сосед, старина Ван, часто был в разъездах, ну и... так вышло, что мы с его женой разок... того... Но это был всего один раз! После этого мы оба делали вид, что ничего не было, и жили как прежде. А вскоре старина Ван погиб в автокатастрофе, и почти сразу его жена узнала, что беременна... Я тогда догадался, что ребёнок, скорее всего, мой, потому что старина Ван в тот период домой вообще не возвращался...
— Ну ты даёшь, старина Ся! Обычно соседи мужьям рога наставляют, а ты решил сыграть на опережение! Но если ребёнок от тебя, почему у него не фамилия Ван?
— Так и было! Девочку, когда она родилась, назвали Ван Сяосюэ! Но потом её мать через знакомых нашла себе другого. И, по иронии судьбы, у него тоже была фамилия Ся. Он продал свой дом и переехал к нам в район. Так Ван Сяосюэ стала Ся Сяосюэ. И чем старше она становилась, тем больше напоминала мне Цюгэ! Но, не знаю, неужто на матери Сяосюэ какое-то проклятие... Когда девочки учились в средней школе, этот её отчим тоже погиб в результате несчастного случая! Больше мать Сяосюэ замуж не выходила, детей у неё не было, и остались они вдвоём. А потом мать Цюгэ, не знаю, какая вожжа ей под хвост попала, предложила: мол, девочки с детства вместе, лучшие подруги, обе носят фамилию Ся, так почему бы тебе не стать её крёстным... Так и получилось, что официально они подруги и названые сёстры, а на самом деле — родные... Конечно, они об этом не знают, только я и мать Сяосюэ. Но в нынешние времена... с её матерью связи нет, скорее всего, погибла...
Слушая эту душещипательную историю, Дин Дали чуть челюсть не выронил. Судя по внешности Сяосюэ, её мать, должно быть, тоже была ничего собой. Да и мать Цюгэ в молодости, наверное, была красавицей. Как их угораздило связаться с таким, как старина Ся?
— Старина Ся, ты в молодости худой был? Или красивый?
— Да нет, разве что килограммов на семь-восемь полегче...
Глядя на этого колобка весом за центнер, Дин Дали прикинул: семь-восемь килограммов... да это всё равно дохрена! «Неужели, — недоумевал он, — в те времена капуста, видать, любила, чтобы её свиньи окучивали?»
— А третья? Что насчёт Ся Аньань?
При упоминании её имени старина Ся испуганно замахал руками и зашептал:
— Молодой человек, ты чего! Клянусь небом, я, Ся Дунхай, совершил эту ошибку лишь однажды! Ся Аньань — точно не моя! Она подружилась с Цюгэ и Сяосюэ в старшей школе, с тех пор и дружат. То, что у неё та же фамилия, — чистое совпадение. А что похожа... ну да, есть немного! Но клянусь, я даже её мать в глаза не видел.
— Точно не имеешь отношения?
Старина Ся снова поднял свою пухлую руку для клятвы, но Дин Дали его остановил.
— Ладно, хватит клясться! Я просто спросил, а то боялся, что все трое — твои дочери. Старина Ся, не буду скрывать, я спас их не из чистого альтруизма!
При этих словах добродушное лицо старины Ся исказилось гневом, а глаза, до этого бывшие щёлочками, округлились.
— Молодой человек! Что ты имеешь в виду?! Если ты хочешь тронуть моих дочерей, этого не будет! Когда господин Чэнь их увёл, я бы пошёл за ними наверх и бился бы насмерть, если бы только был путь!
— А ты не промах, старина Ся! С характером! Успокойся! Я не такой, как они. Хоть и настал конец света, я не люблю принуждать. И не надо смотреть на меня как на врага! Бояться тебе стоит совсем не меня!
— Что ты хочешь этим сказать?!
— Что? Старина Ся, думаю, ты и сам всё понимаешь! Посмотри на орду внизу! В ближайшее время она не рассосётся. А пока она здесь, все мы заперты в этом отеле! А теперь посмотри на тех, кто остался в зале. Мужчин большинство! А самые красивые из оставшихся женщин — твои! Как думаешь, в этом новом мире, когда кончится еда и вода, на что пойдут эти люди? Думаю, мне не нужно объяснять. Изнасилования, убийства — это ещё цветочки! Каннибализм — лишь вопрос времени. Люди могут бояться убивать зомби, но издеваться над себе подобными они умеют мастерски. Так было до конца света, а теперь — и подавно!
Старина Ся нахмурился. Подумав, он с трудом спросил:
— Ты ведь такой сильный... ты не можешь защитить нас?
— Прости, но я защищаю только своих! Понимаешь, о чём я? Я говорю с тобой так откровенно лишь потому, что ты не выказываешь враждебности
Обновлено: 21.01.2026