«Лишь потом я поняла: бывают встречи, заслуженные ещё в прошлой жизни, — чтобы в этой стать счастьем». — Нин Юэ
Нин Юэ оглянулась. Три мертвеца были уже меньше чем в трёхстах метрах.
До конца света она постоянно бегала и даже сейчас была быстрее большинства людей. Но с мертвецами ей было не тягаться.
Это они спугнули Чжан Бо и остальных, гнавшихся за ней с ножами.
А теперь она сама чувствовала, как слабеет. Ноги налились свинцом, каждый шаг отдавался в мышцах так, будто они вот-вот лопнут.
«Лишь потом я поняла: бывают встречи, заслуженные ещё в прошлой жизни, — чтобы в этой стать счастьем». — Нин Юэ
Нин Юэ оглянулась. Три мертвеца были уже меньше чем в трёхстах метрах.
До конца света она постоянно бегала и даже сейчас была быстрее большинства людей. Но с мертвецами ей было не тягаться.
Это они спугнули Чжан Бо и остальных, гнавшихся за ней с ножами.
А теперь она сама чувствовала, как слабеет. Ноги налились свинцом, каждый шаг отдавался в мышцах так, будто они вот-вот лопнут.
«Лишь потом я поняла: бывают встречи, заслуженные ещё в прошлой жизни, — чтобы в этой стать счастьем». — Нин Юэ
Нин Юэ оглянулась. Три мертвеца были уже меньше чем в трёхстах метрах.
До конца света она постоянно бегала и даже сейчас была быстрее большинства людей. Но с мертвецами ей было не тягаться.
Это они спугнули Чжан Бо и остальных, гнавшихся за ней с ножами.
А теперь она сама чувствовала, как слабеет. Ноги налились свинцом, каждый шаг отдавался в мышцах так, будто они вот-вот лопнут.