<Северная провинция Святого Королевства Квалия, Место бесчинств Ведьмы>
Мир, полностью отрезанный снегом. Земля промерзла, город замерз, и даже люди превратились в ледяные изваяния.
В этот день Ведьма и Святая встретились в двадцать второй раз в эпицентре Северных бесчинств Ведьмы.
— Приветик, приветик. Рада встрече, рада видеть. Как поживаешь, Святоша?
— Ты всегда начинаешь с одной и той же фразы, Эракино.
— Мммм? Правда? Ну да ладно. Все равно я этого не помню♪!
Сколько раз у них уже был этот разговор?
Святая Соалина смерила Эракино испепеляющим взглядом, ни на мгновение не теряя бдительности, несмотря на растущее раздражение от желания Ведьмы начинать каждую встречу так, будто они видятся впервые.
— На этот раз я раскрою твою тайну, — ровным тоном заявила Соалина, готовя свой Святой Посох.
Дальнейшие разговоры были бессмысленны — нет, опасны.
Святая Соалина имела значительное преимущество над Ведьмой Эракино. Основная способность, которую, как знала Соалина, использовала Эракино, называлась «Пожирание» и позволяла ей превращать людей в покорных кукол. Подобно зомби, эти куклы были сильнее, чем при жизни, и остановить их можно было, только размозжив им головы.
Способность же Соалины, «Цветущие Погребения», была Искусством, позволявшим ей призывать масштабное пламя, накрывающее целую область. Применив это Чудесное Искусство лишь раз, она могла обратить орду «пожранных» в прах. Если не считать душевных мук, которые это ей причиняло, Соалина лучше всех Святых подходила для того, чтобы положить конец способностям этой Ведьмы.
Именно поэтому Эракино никогда не могла победить Соалину. А поскольку победы ей не видать, Святая Соалина встречала Ведьму Эракино с предельной осторожностью.
Эракино была убита в общей сложности... двадцать один раз.
— Черт, нам бы стоило как-то отметить нашу двадцать вторую битву, Святоша! Я бы до чертиков хотела тебя поскорее одолеть!
Соалина без сомнений убивала Эракино. Она делала все: от сжигания ее трупа до наложения на него Святых Печатей. В последнее время она даже вошла в привычку намеренно забирать труп с собой на базу, чтобы вскрыть его и замариновать изрубленные куски в чанах со святой солью…
И все же, что бы ни делала Соалина, Эракино всегда возрождалась и появлялась вновь, предположительно не помня о случившемся. Очевидно, здесь была замешана какая-то черная магия, и этот факт всегда держал Соалину в напряжении.
И важнее всего было то, что…
— Ты так настороже, потому что я победила прошлую Святошу и ее маленькую собачку тоже?
Ведьма Эракино одолела Святую Под Вуалью. Хотя та каким-то образом выжила в бою, она была прикована к постели до особого распоряжения. Ходили слухи, что другая Святая поспешила ее исцелить, но борьба за власть, свойственная Квалии, мешала делу, оставляя Соалину без точных сведений.
Соалина не знала, почему Святая Под Вуалью, которая должна была иметь преимущество в битве с Ведьмой, проиграла. Они всегда были на шаг позади врагов — этот факт, вместе с потерянными жизнями, медленно грыз Соалину изнутри.
Но…
— Какие бы злые Искусства ты ни использовала, это не изменит моего долга уничтожать зло во имя Бога.
Соалина была Святой. Если осталась хотя бы одна душа, нуждающаяся в спасении, о чем тут можно было колебаться? Если для спасения этой жизни требовалось пройти через ад, так тому и быть. Потому что она должна была спасать жизни…
— Как сухо! Ты такая же сухая и жесткая, как гипсокартон, Святоша! Как насчет того, чтобы добавить в свою жизнь немного гибкости? Позже скажешь мне спасибо! — Эракино медленно подняла руку, бросив этот небрежный совет.
Битва вот-вот должна была начаться. Битва, которая всегда заканчивалась быстрее, чем начиналась.
Эракино всегда активировала что-то, что сводилось на нет Божественной Защитой Бога, а затем Соалина пронзала сердце Ведьмы своим Святым Посохом. Последние несколько битв по сути проходили как договорные матчи и всегда заканчивались одинаково.
Но в день двадцать второго поединка все было немного иначе.
— Прости, но даже я скоро выйду из себя, если не выиграю... Так что поэтому...
На лице Эракино появилось нехарактерно серьезное выражение. Она казалась решительной и немного нетерпеливой, намекая, что за ее дурачеством скрывается нечто большее.
Тем временем, в этот день Соалина совершила роковую ошибку. Она слишком сильно верила, что Божественная Защита Бога защитит ее от ВСЕГО. Дело в том, что она и вправду защищала ее от невидимой злобы, которую Эракино выпускала двадцать один раз. Каждый раз, когда она подвергалась атаке Ведьмы, ее сила исчезала, прежде чем могла навредить Соалине.
Вероятно, поэтому…
— Я сегодня снова брошу кости, ладно?
Может быть, поэтому она и пропустила знаки — предзнаменование.
— Опять эти глупости? Результат не изменится, какие бы злые уловки ты ни пробовала...
Дзынь-дзынь-БРЯК! Что-то зазвенело.
**Эракино бросает 1к100=100 на Пожирание**
**Выпало: Критический удар** —...Ах... Двадцать второй поединок закончился именно так. Удивленный вздох сорвался с губ Соалины, и на этом для нее все кончилось. Прежде чем кто-либо из них успел осознать произошедшее, сила покинула совершенное оружие Святого Королевства Квалия, и свет воли в ее глазах угас, доказывая, что умение Эракино захватило ее душу. — Э-э... Я что, только что выбросила критический удар? После этого Эракино надолго остолбенела. На ее лице отразилось недоверие, когда она, пошатываясь, подошла к неподвижно стоявшей Соалине и помахала рукой перед ее пустыми глазами. Наконец, убедившись в своей победе, она задрожала, опустив голову... а затем... — ДА-А-А-А-А-А-А-А! Ваша девочка Эракино смогла-а-а-а-а!! ...закричала она так громко, что ее голос разнесся по замерзшей земле, и вскинула кулак в небо. — Черт побери, на это ушло двадцать два разных листа персонажа, но я наконец-то сделала это! После того, как я столько раз меняла свои характеристики и данные, что у меня разболелась голова, я наконец-то могу править как сверхсильный персонаж! Эракино прыгала и кружилась вокруг Соалины с таким восторгом, что походила на милую маленькую девочку, а не на мерзкое существо, ввергнувшее множество людей в пучину страданий, худших, чем смерть. Метель усилилась, но это место казалось таким же радостным, как весенний день, и все благодаря одной лишь Ведьме Эракино. — Хозяин! Хозяин! Вы смотрите, Хозяин?! Я сделала это! Ваша девочка Эракино сделала это! Хвалите меня! Хвалите! Затем начало происходить нечто странное. Эракино заговорила с кем-то. Ее взгляд был устремлен в небо. Очевидно, там, куда она смотрела, на самом деле ничего не было. Казалось, она использовала какое-то умение, чтобы говорить с кем-то в другом месте. Она назвала этого кого-то… Хозяином. — Ага-ага! Вас поняла! В этом вы правы! Может, нам нужно это проверить? Это так похоже на вас, Хозяин! А? П-подождите, что-о-о-о-о-о?! Стойте, стойте! Это очень грубо с вашей стороны — увлекаться здешней Святошей, когда у вас есть такой милашка-персонаж, как я! — ворчала Эракино, глядя в небо. Ее лицо раскраснелось от возбуждения, и, хотя она кого-то критиковала, ее губы не переставали подергиваться в радостной улыбке. Судя по всему, она была близка с тем, с кем разговаривала, и этот человек, очевидно, был выше ее по статусу. Их разговор, казалось, был обсуждением следующей стратегии, что намекало на высокую вероятность принадлежности Эракино к какой-то группе. — Так? Что дальше, Хозяин? Обсуждение продолжалось. Ведьма, игнорируя Святую Соалину, стоявшую в безмолвном оцепенении, получала приказы от некоего существа. Она картинно кивала головой, словно на селекторном совещании, пока что-то в разговоре наконец не вызвало у нее достаточного интереса, чтобы она хлопнула в ладоши. — О-о-о? Точно! Совершенно верно, Хозяин! Мы получили задание от Бога! Есть, сэр! Есть... мой Мастер Игры~♪! А затем Эракино сделала девичий реверанс в сторону существа, которому доверяла больше всего на свете. — Хе-хе-хе~♪! Миногра... а? Вот это другой разговор! Когда Эракино подняла опущенную голову, ее девичье выражение сменилось выражением лица Ведьмы. Она получила следующие приказы. Она хорошо начала с этим персонажем, и удача, казалось, на этот раз была на ее стороне. Вот почему ей нужно было выбрать свой путь сейчас, иначе для нее все было бы кончено. — Сделаем это, я! Пора повышать ставки! Малышка Эракино пойдет вперед, как укажут бросок костей и Бог Костей! Эракино раскинула руки и подпрыгнула для забавы. Словно в ответ на ее решимость, все, кто был «пожран» и лишился рассудка, выползли из тени... и последовали за ней и Святой Соалиной, словно веселый парад зомби. У Ведьмы Эракино была мечта. Мечта, которую она так сильно хотела осуществить, что была готова пожертвовать ради нее чем угодно. Она не собиралась проигрывать, пока не добьется своего. — Время завоевывать мир, Пожранные! И-и-ха-а-а-а-а-а!! Эракино взяла курс на юг — к тому, кого она называла Хозяином, ради сделки, которую она заключила с Богом Костей, и чтобы завоевать мир… <Миногра, Дома на деревьях> ПРИМЕРНО в то время, когда Повелитель Демонов из «Отважных Искателей» был побежден, и эта череда хаотических событий подошла к концу, Такуто с облегчением выдохнул, что худшая из возможных ситуаций не произошла. Он использовал свои полномочия Командира Вечных Наций, чтобы наблюдать за всем разговором между Ато Скверной и сестрами Эльфуур. — Ха-а-а... Наконец-то все закончилось, да? Его многострадальный вздох, казалось, длился целую минуту. Такуто сейчас находился в несколько необычном для него месте. Он наблюдал и отдавал приказы из необитаемого жилого уголка города. Это место позволяло ему скрываться от горожан, чтобы лучше реагировать на вражеское вторжение. — Я вымотался… Он снова устало вздохнул. Он уже приказал Ато вернуться домой. Если по пути они не столкнутся с неприятностями, она скоро должна была вернуться с сестрами Эльфуур. Старейшина Молтар и остальные войска, отправленные в Драгонтан, также изменили курс, чтобы вернуться туда, где их ждал Такуто. Ему нужно было обдумать и сделать миллион дел, но сейчас у него было немного времени для себя. «Как наиболее эффективно использовать это время?» — Такуто поднял голову, болевшую от умственного истощения, и внезапно понял, что вокруг него несколько стражников. Это был отряд Воинов. Они держались поблизости, чтобы защитить своего короля и даже отдать свои жизни, если это будет означать выживание Такуто. — Оставьте меня, — тихо приказал Такуто все еще напряженным людям. — Да, сир! Но как мы можем... Воины на страже забеспокоились. Приказы короля были абсолютны, но их растерянность была оправдана: они не знали, стоит ли подчиняться просьбе, когда не было уверенности, что опасность миновала. Конечно, Такуто это понимал. Тем не менее он повторил приказ. — Оставьте меня. — П-простите нас! Воины поспешно покинули дом на дереве. Может быть, Такуто просто чувствовал себя слишком неловко из-за того, что они видели его в таком жалком состоянии. Он чувствовал вину за то, что приказал им более строгим тоном, чем намеревался. Убедившись, что стражники с побледневшими от его сурового тона лицами отошли достаточно далеко, Такуто рухнул на пол, раскинув руки и ноги. — Как же это было жалко... «Жалче некуда. Ха-а. Вот что я получаю за недооценку врага и переоценку себя! Мои собственные просчеты привели к этой плачевной ситуации, и вот я совершаю еще одну глупую ошибку, отсылая свою стражу». «Что я буду делать, если где-то есть враг, способный скрываться на моей территории, а я не смогу обнаружить его своими командирскими способностями? Какой лидер нации изолирует себя от своего народа во время кризиса? Ты вообще думаешь о падении боевого духа, которое вызываешь у своих войск и народа?» Такуто чувствовал, как его рациональная часть винит его за плохие решения, что лишь глубже погружало его в черную бездну уныния. «Насколько же зависимым ты собираешься быть? А?» Чувство раскаяния вскипело в нем, как банка газировки, которую слишком сильно встряхнули. Он чувствовал, как его мечта о создании империи, где каждый мог бы проживать каждый день в блаженном мире, рушилась вокруг него, как песчаный замок, смываемый волнами. — Исла... Ее имя с грустью сорвалось с его губ. «Я хотел больше с тобой поговорить. Я не знал тебя так хорошо, как Ато, но мы все равно провели столько времени вместе, играя в Вечные Нации. Я очень хотел узнать тебя по-настоящему в этом мире. У меня просто не дошли до этого руки…» «Что она думала обо мне? Теперь у меня никогда не будет шанса ее спросить». Такуто задавался вопросом, можно ли что-нибудь для нее сделать, пока он приходил в себя от потрясения: ее отсутствие ранило его сильнее, чем урон, нанесенный его силам. Повторный призыв юнита-Героя был практически невозможен. Это было не совсем невозможно, но доступный вариант был скорее исправительной мерой, чем чем-то еще. Для повторного призыва побежденного Героя нужно было выполнить несколько условий, и эти условия были невыполнимы, пока Ато и другие непризванные юниты-Герои оставались частью империи. Другими словами... Такуто никогда больше не сможет встретиться с существом, известным как Исла, Королева Насекомых, используя встроенные механики Вечных Наций. —...Мария... Кария... Своими действиями он навсегда лишил близнецов их второй матери. Этот факт стал тяжелыми оковами, тянувшими Такуто вниз. Он слишком хорошо знал, как сестры Эльфуур обожали Ислу. Он также мучительно хорошо знал, как они потеряли свою первую мать, а вместе с ней и свои сердца. Разговор, который состоялся у него с ними в тот день, когда они со скорбными глазами сказали ему, что должны были умереть вместо своей матери, бесконечно повторялся в его голове и ставил на нем клеймо некомпетентности за то, что он предал их доверие. То, что утеряно, никогда не вернется, как бы сильно ты за это ни боролся. Существо, известное как Такуто Ира, в этот момент было несомненным проигравшим. — ЧЕРТ ПОБЕРИ! То ли от злости на себя, то ли чтобы отвлечься от своего горя, Такуто вскочил, словно больше не мог сдерживать свои эмоции, и ударил кулаком в пол. Он надеялся, что физическая боль отвлечет от душевных мук. Он всегда ненавидел боль, но сейчас хотел наказать себя. К несчастью… — Какого? В комнате громко раздался резкий треск. Кулак, который, как он ожидал, ударится о что-то твердое, провалился сквозь пол. Сначала он подумал: «Пол расплавился?», но быстро понял, что ошибся. Пол дома на дереве, построенный из свежесрубленной древесины, треснул в том месте, куда ударил Такуто. — Ух ты! Стой! Такуто с удивлением закричал на разрушенную половицу, но на этом его потрясение не закончилось. По-видимому, его единственный удар, к несчастью, пробил одну из опорных балок под полом, и здание начало рушиться в цепной реакции обвалов, сопровождаемой звуком трескающихся и разлетающихся в щепки досок. — О боже! Ух! А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! Темные эльфы строили свои жилища высоко на деревьях. Естественно, после их обрушения последовал захватывающий полет прямиком на твердую землю. Каждые сто футов дома на деревьях строились высоко на деревьях. Человеческое тело недостаточно прочно, чтобы пережить такое столкновение. Такуто почувствовал, как его тело на секунду взмыло в воздух, прежде чем вид перед глазами перевернулся. Он приготовился умереть во второй раз и крепко зажмурился, и тупой удар поразил все его тело. — Ай, ай, ай... Погодите, что? Когда он снова открыл глаза, пейзаж не сильно отличался от прежнего. — Ха, не больно. Он высунул голову из груды досок, из которых был построен рухнувший дом, и беспокойно огляделся. Когда он повернул шею назад, то увидел возвышающиеся над ним дома на деревьях, построенные темными эльфами. …Самым странным было то, что он был в полном порядке после падения с такой высоты. То, что он был жив и нигде не болело, доказывало это. —... Такуто тихо поднялся на ноги со скептическим выражением на лице. Он отошел, чтобы ни с кем не столкнуться, подтвердив с помощью своей командирской способности, что стражники темных эльфов спешат к нему. Он продолжал идти некоторое время, вертя головой по сторонам, чтобы осмотреться. В конце концов он подошел к дереву идеального размера недалеко от города и похлопал по его стволу. Это было обычное гигантское дерево, распространенное в этом лесу. Если и можно было найти в нем что-то необычное, так это то, что оно было примерно на размер больше остальных деревьев и выглядело ужасно жутким из-за эффектов Проклятой Земли Миногры. Именно к этому дереву... Такуто небрежно махнул рукой. Гигантское дерево с глухим гулом переломилось пополам. — Почему...? Он почувствовал, будто кто-то где-то ответил на его вопрос. —...Понятно. Так вот как? Так было всегда? Такуто бросил один взгляд на другие деревья, поваленные тем, которое он сломал, как веточку, затем плюхнулся на землю, скрестил ноги и закрыл глаза в подобии медитации. Он погрузился глубоко в себя и подтвердил безграничные возможности, которыми обладало существо, известное как Такуто Ира, и наличие силы, подобающей Королю Разрушений. Что-то ответило на его незаданный вопрос. Что-то, что было там с самого начала. Оно просто спокойно ждало времени, когда он воспользуется его силой. — Ха-ха... Я мог победить с самого начала? Все это время сила была во мне? Все могло быть иначе с самого начала... Глаза Такуто распахнулись, и он сухо рассмеялся, поднеся руку к лицу. Теперь все казалось таким нелепым, особенно его собственная глупость. Он достиг предела своего терпения. Что-то ключевое в существе, известном как Такуто Ира, сломалось.
**Выпало: Критический удар** —...Ах... Двадцать второй поединок закончился именно так. Удивленный вздох сорвался с губ Соалины, и на этом для нее все кончилось. Прежде чем кто-либо из них успел осознать произошедшее, сила покинула совершенное оружие Святого Королевства Квалия, и свет воли в ее глазах угас, доказывая, что умение Эракино захватило ее душу. — Э-э... Я что, только что выбросила критический удар? После этого Эракино надолго остолбенела. На ее лице отразилось недоверие, когда она, пошатываясь, подошла к неподвижно стоявшей Соалине и помахала рукой перед ее пустыми глазами. Наконец, убедившись в своей победе, она задрожала, опустив голову... а затем... — ДА-А-А-А-А-А-А-А! Ваша девочка Эракино смогла-а-а-а-а!! ...закричала она так громко, что ее голос разнесся по замерзшей земле, и вскинула кулак в небо. — Черт побери, на это ушло двадцать два разных листа персонажа, но я наконец-то сделала это! После того, как я столько раз меняла свои характеристики и данные, что у меня разболелась голова, я наконец-то могу править как сверхсильный персонаж! Эракино прыгала и кружилась вокруг Соалины с таким восторгом, что походила на милую маленькую девочку, а не на мерзкое существо, ввергнувшее множество людей в пучину страданий, худших, чем смерть. Метель усилилась, но это место казалось таким же радостным, как весенний день, и все благодаря одной лишь Ведьме Эракино. — Хозяин! Хозяин! Вы смотрите, Хозяин?! Я сделала это! Ваша девочка Эракино сделала это! Хвалите меня! Хвалите! Затем начало происходить нечто странное. Эракино заговорила с кем-то. Ее взгляд был устремлен в небо. Очевидно, там, куда она смотрела, на самом деле ничего не было. Казалось, она использовала какое-то умение, чтобы говорить с кем-то в другом месте. Она назвала этого кого-то… Хозяином. — Ага-ага! Вас поняла! В этом вы правы! Может, нам нужно это проверить? Это так похоже на вас, Хозяин! А? П-подождите, что-о-о-о-о-о?! Стойте, стойте! Это очень грубо с вашей стороны — увлекаться здешней Святошей, когда у вас есть такой милашка-персонаж, как я! — ворчала Эракино, глядя в небо. Ее лицо раскраснелось от возбуждения, и, хотя она кого-то критиковала, ее губы не переставали подергиваться в радостной улыбке. Судя по всему, она была близка с тем, с кем разговаривала, и этот человек, очевидно, был выше ее по статусу. Их разговор, казалось, был обсуждением следующей стратегии, что намекало на высокую вероятность принадлежности Эракино к какой-то группе. — Так? Что дальше, Хозяин? Обсуждение продолжалось. Ведьма, игнорируя Святую Соалину, стоявшую в безмолвном оцепенении, получала приказы от некоего существа. Она картинно кивала головой, словно на селекторном совещании, пока что-то в разговоре наконец не вызвало у нее достаточного интереса, чтобы она хлопнула в ладоши. — О-о-о? Точно! Совершенно верно, Хозяин! Мы получили задание от Бога! Есть, сэр! Есть... мой Мастер Игры~♪! А затем Эракино сделала девичий реверанс в сторону существа, которому доверяла больше всего на свете. — Хе-хе-хе~♪! Миногра... а? Вот это другой разговор! Когда Эракино подняла опущенную голову, ее девичье выражение сменилось выражением лица Ведьмы. Она получила следующие приказы. Она хорошо начала с этим персонажем, и удача, казалось, на этот раз была на ее стороне. Вот почему ей нужно было выбрать свой путь сейчас, иначе для нее все было бы кончено. — Сделаем это, я! Пора повышать ставки! Малышка Эракино пойдет вперед, как укажут бросок костей и Бог Костей! Эракино раскинула руки и подпрыгнула для забавы. Словно в ответ на ее решимость, все, кто был «пожран» и лишился рассудка, выползли из тени... и последовали за ней и Святой Соалиной, словно веселый парад зомби. У Ведьмы Эракино была мечта. Мечта, которую она так сильно хотела осуществить, что была готова пожертвовать ради нее чем угодно. Она не собиралась проигрывать, пока не добьется своего. — Время завоевывать мир, Пожранные! И-и-ха-а-а-а-а-а!! Эракино взяла курс на юг — к тому, кого она называла Хозяином, ради сделки, которую она заключила с Богом Костей, и чтобы завоевать мир… <Миногра, Дома на деревьях> ПРИМЕРНО в то время, когда Повелитель Демонов из «Отважных Искателей» был побежден, и эта череда хаотических событий подошла к концу, Такуто с облегчением выдохнул, что худшая из возможных ситуаций не произошла. Он использовал свои полномочия Командира Вечных Наций, чтобы наблюдать за всем разговором между Ато Скверной и сестрами Эльфуур. — Ха-а-а... Наконец-то все закончилось, да? Его многострадальный вздох, казалось, длился целую минуту. Такуто сейчас находился в несколько необычном для него месте. Он наблюдал и отдавал приказы из необитаемого жилого уголка города. Это место позволяло ему скрываться от горожан, чтобы лучше реагировать на вражеское вторжение. — Я вымотался… Он снова устало вздохнул. Он уже приказал Ато вернуться домой. Если по пути они не столкнутся с неприятностями, она скоро должна была вернуться с сестрами Эльфуур. Старейшина Молтар и остальные войска, отправленные в Драгонтан, также изменили курс, чтобы вернуться туда, где их ждал Такуто. Ему нужно было обдумать и сделать миллион дел, но сейчас у него было немного времени для себя. «Как наиболее эффективно использовать это время?» — Такуто поднял голову, болевшую от умственного истощения, и внезапно понял, что вокруг него несколько стражников. Это был отряд Воинов. Они держались поблизости, чтобы защитить своего короля и даже отдать свои жизни, если это будет означать выживание Такуто. — Оставьте меня, — тихо приказал Такуто все еще напряженным людям. — Да, сир! Но как мы можем... Воины на страже забеспокоились. Приказы короля были абсолютны, но их растерянность была оправдана: они не знали, стоит ли подчиняться просьбе, когда не было уверенности, что опасность миновала. Конечно, Такуто это понимал. Тем не менее он повторил приказ. — Оставьте меня. — П-простите нас! Воины поспешно покинули дом на дереве. Может быть, Такуто просто чувствовал себя слишком неловко из-за того, что они видели его в таком жалком состоянии. Он чувствовал вину за то, что приказал им более строгим тоном, чем намеревался. Убедившись, что стражники с побледневшими от его сурового тона лицами отошли достаточно далеко, Такуто рухнул на пол, раскинув руки и ноги. — Как же это было жалко... «Жалче некуда. Ха-а. Вот что я получаю за недооценку врага и переоценку себя! Мои собственные просчеты привели к этой плачевной ситуации, и вот я совершаю еще одну глупую ошибку, отсылая свою стражу». «Что я буду делать, если где-то есть враг, способный скрываться на моей территории, а я не смогу обнаружить его своими командирскими способностями? Какой лидер нации изолирует себя от своего народа во время кризиса? Ты вообще думаешь о падении боевого духа, которое вызываешь у своих войск и народа?» Такуто чувствовал, как его рациональная часть винит его за плохие решения, что лишь глубже погружало его в черную бездну уныния. «Насколько же зависимым ты собираешься быть? А?» Чувство раскаяния вскипело в нем, как банка газировки, которую слишком сильно встряхнули. Он чувствовал, как его мечта о создании империи, где каждый мог бы проживать каждый день в блаженном мире, рушилась вокруг него, как песчаный замок, смываемый волнами. — Исла... Ее имя с грустью сорвалось с его губ. «Я хотел больше с тобой поговорить. Я не знал тебя так хорошо, как Ато, но мы все равно провели столько времени вместе, играя в Вечные Нации. Я очень хотел узнать тебя по-настоящему в этом мире. У меня просто не дошли до этого руки…» «Что она думала обо мне? Теперь у меня никогда не будет шанса ее спросить». Такуто задавался вопросом, можно ли что-нибудь для нее сделать, пока он приходил в себя от потрясения: ее отсутствие ранило его сильнее, чем урон, нанесенный его силам. Повторный призыв юнита-Героя был практически невозможен. Это было не совсем невозможно, но доступный вариант был скорее исправительной мерой, чем чем-то еще. Для повторного призыва побежденного Героя нужно было выполнить несколько условий, и эти условия были невыполнимы, пока Ато и другие непризванные юниты-Герои оставались частью империи. Другими словами... Такуто никогда больше не сможет встретиться с существом, известным как Исла, Королева Насекомых, используя встроенные механики Вечных Наций. —...Мария... Кария... Своими действиями он навсегда лишил близнецов их второй матери. Этот факт стал тяжелыми оковами, тянувшими Такуто вниз. Он слишком хорошо знал, как сестры Эльфуур обожали Ислу. Он также мучительно хорошо знал, как они потеряли свою первую мать, а вместе с ней и свои сердца. Разговор, который состоялся у него с ними в тот день, когда они со скорбными глазами сказали ему, что должны были умереть вместо своей матери, бесконечно повторялся в его голове и ставил на нем клеймо некомпетентности за то, что он предал их доверие. То, что утеряно, никогда не вернется, как бы сильно ты за это ни боролся. Существо, известное как Такуто Ира, в этот момент было несомненным проигравшим. — ЧЕРТ ПОБЕРИ! То ли от злости на себя, то ли чтобы отвлечься от своего горя, Такуто вскочил, словно больше не мог сдерживать свои эмоции, и ударил кулаком в пол. Он надеялся, что физическая боль отвлечет от душевных мук. Он всегда ненавидел боль, но сейчас хотел наказать себя. К несчастью… — Какого? В комнате громко раздался резкий треск. Кулак, который, как он ожидал, ударится о что-то твердое, провалился сквозь пол. Сначала он подумал: «Пол расплавился?», но быстро понял, что ошибся. Пол дома на дереве, построенный из свежесрубленной древесины, треснул в том месте, куда ударил Такуто. — Ух ты! Стой! Такуто с удивлением закричал на разрушенную половицу, но на этом его потрясение не закончилось. По-видимому, его единственный удар, к несчастью, пробил одну из опорных балок под полом, и здание начало рушиться в цепной реакции обвалов, сопровождаемой звуком трескающихся и разлетающихся в щепки досок. — О боже! Ух! А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! Темные эльфы строили свои жилища высоко на деревьях. Естественно, после их обрушения последовал захватывающий полет прямиком на твердую землю. Каждые сто футов дома на деревьях строились высоко на деревьях. Человеческое тело недостаточно прочно, чтобы пережить такое столкновение. Такуто почувствовал, как его тело на секунду взмыло в воздух, прежде чем вид перед глазами перевернулся. Он приготовился умереть во второй раз и крепко зажмурился, и тупой удар поразил все его тело. — Ай, ай, ай... Погодите, что? Когда он снова открыл глаза, пейзаж не сильно отличался от прежнего. — Ха, не больно. Он высунул голову из груды досок, из которых был построен рухнувший дом, и беспокойно огляделся. Когда он повернул шею назад, то увидел возвышающиеся над ним дома на деревьях, построенные темными эльфами. …Самым странным было то, что он был в полном порядке после падения с такой высоты. То, что он был жив и нигде не болело, доказывало это. —... Такуто тихо поднялся на ноги со скептическим выражением на лице. Он отошел, чтобы ни с кем не столкнуться, подтвердив с помощью своей командирской способности, что стражники темных эльфов спешат к нему. Он продолжал идти некоторое время, вертя головой по сторонам, чтобы осмотреться. В конце концов он подошел к дереву идеального размера недалеко от города и похлопал по его стволу. Это было обычное гигантское дерево, распространенное в этом лесу. Если и можно было найти в нем что-то необычное, так это то, что оно было примерно на размер больше остальных деревьев и выглядело ужасно жутким из-за эффектов Проклятой Земли Миногры. Именно к этому дереву... Такуто небрежно махнул рукой. Гигантское дерево с глухим гулом переломилось пополам. — Почему...? Он почувствовал, будто кто-то где-то ответил на его вопрос. —...Понятно. Так вот как? Так было всегда? Такуто бросил один взгляд на другие деревья, поваленные тем, которое он сломал, как веточку, затем плюхнулся на землю, скрестил ноги и закрыл глаза в подобии медитации. Он погрузился глубоко в себя и подтвердил безграничные возможности, которыми обладало существо, известное как Такуто Ира, и наличие силы, подобающей Королю Разрушений. Что-то ответило на его незаданный вопрос. Что-то, что было там с самого начала. Оно просто спокойно ждало времени, когда он воспользуется его силой. — Ха-ха... Я мог победить с самого начала? Все это время сила была во мне? Все могло быть иначе с самого начала... Глаза Такуто распахнулись, и он сухо рассмеялся, поднеся руку к лицу. Теперь все казалось таким нелепым, особенно его собственная глупость. Он достиг предела своего терпения. Что-то ключевое в существе, известном как Такуто Ира, сломалось.
Обновлено: 21.01.2026