Цуй Янь перевел взгляд с Амай на Чан Юйцина.
Чан Юйцин стоял, опустив глаза на клинок своего дао.
– Я сделал это сам.
Амай по-прежнему плотно прижимала руку к ране, но напряжение постепенно покидало сжатые губы. Тихо дрожа, она чётко и ясно произнесла:
– Что ж, теперь мы в полном расчете.
Чан Юйцин тихо вздрогнул и поднял голову. В его глазах промелькнуло замешательство. Смотря ему в лицо, Амай вытянула вперёд руку с дао:
– Давай же! Продолжай!
Чан Юйцин, однако, не двигался. Видя, как всё складывается, Цуй Янь испугался, что его старший брат, себе на беду, что-то сделает неверно, и вмешался:
– Не лезь к нему! Я...
Амай холодно оборвала его:
– Ладно!
Не договорив это слово, она бросилась к Цуй Яню и обрушилась на него стремительными ударами дао. Цуй Янь не ожидал от неё такой скорости движений и был застигнут врасплох. Ему ничего не оставалось как перейти в оборону. Амай же о своей защите уже не заботилась и только атаковала, давая понять, что будет продолжать, не считаясь ни с чем. Она теснила Цуй Яня и несколько раз вынудила его изменить начатые движения и вместо атаки продолжать защищаться. Потеряв возможность атаковать, Цуй Янь лишился и своего главного преимущества – силы удара.
Отступая шаг за шагом, Цуй Янь начал раздражаться, и его движения стали поспешней. Он резко повернулся и, не обращая внимания на приближающийся клинок Амай, намеревался опустить твой дао на её голову. В этот момент между ними вдруг появился клинок Чан Юйцина. Сначала он отбил дао Цуй Яня, а вслед за этим тупой стороной лезвия ударил по дао Амай.
Удар был такой силы, что Цуй Янь оказался отброшен на несколько шагов назад.
– Старший брат! – гневно крикнул он.
Стиснув зубы и сжав рукоять дао, Амай прислонилась к стене переулка и молча смотрела на Чан Юйцина.
В этот непростой момент послышался крик:
– Генерал Май здесь! Он дерется!
Они обернулись и увидели у входа в переулок Линь Миньшэня. Он махнул рукой и побежал к ним.
– Двое на одного! Какая низость! – кричал он.
Тан Шаои обогнал Линь Миньшэня и остановился перед Амай. Сдерживая себя и не задавая вопросов, он смотрел на Чан Юйцина и Цуй Яня. Подбежал Линь Миньшэнь, заметил на земле кровь и начал оглядывать Амай.
– Генерал Май ранен?!
Линь Миньшэнь переигрывал, его слова и движениях были чрезмерны и не совсем естественны. Заметив это, Амай недовольно нахмурилась и тихо спросила Тан Шаои:
– Ты сможешь убить их?
Тан Шаои быстро взглянул на Линь Миньшэня. Амай поняла, о чём он подумал. Не будь тут Линь Миньшэня, их было бы двое на двое, при этом Амай – самый слабый боец и уже ранена. При таком раскладе без новых повреждений им никак не уйти. Получится ли у них убить северян зависит от того, как поведёт себя Линь Миньшэнь.
Линь Миньшэнь, похоже, ничего не заметил. Он продолжал возмущаться и ругать северян:
– Какое вероломство! В тот момент, когда ведутся переговоры о мире, вы тишком нападаете на наших генералов и убиваете их! Вы вообще соображаете? Мы сейчас же пойдём на постоялый двор к главе вашей дипломатической миссии и всё ему расскажем!
Амай отвела от Линь Миньшэня взгляд и тихо сказала:
– Пусть уходят.
Чан Юйцин стоял с безучастным видом. Услышав эти слова, он поджал губы. Его взгляд переместился с Тан Шаои на Амай и обратно, затем он обернулся к Цуй Яню и сказал:
– А`янь, пошли.
Не оглядываясь, Чан Юйцин пошел прочь.
Цуй Яню уходить не хотелось, но он понимал, что в этот день убить Амай уже не получится. Бросив на неё злобный взгляд, он стал догонять Чан Юйцина.
Когда они скрылись из вида, Амай привалилась к стене. Как только она перестала сосредотачиваться на том, что происходит вокруг, боль в боку стала более явной и настолько мучительной, что Амай глубоко втягивала в себя воздух.
Тан Шаои торопливо обернулся и увидел, что хотя она продолжает держаться за бок и закрывать рану, кровь продолжает течь. Выражение на его лице стало более серьезным.
– Как твоя рана?
Он хотел проверить рану сам, но Амай отказалась показывать её. Продолжая держаться за бок, она сказала:
– Пустяк, ничего страшного.
Тан Шаои не стал спорить. Он снял своё военное платье и разорвал его на несколько широких полос. Не обращая внимания на отговорки Амай, он туго обвязал место пореза, а потом присел на корточки и сказал:
– Залезай. Донесу тебя до наших врачей.
Дни были жаркими, под военной формой у него было тонкое нижнее платье. Оно успело пропотеть и прилипало к спине, хорошо очерчивая её форму. Амай отступила на пару шагов назад. Тан Шаои удивлённо обернулся.
– Ну?
Амай покачала головой.
– Старший брат, не стоит. Я смогу дойти.
Тан Шаои не понял, почему она отказывается. Стоящий рядом Линь Миньшэнь вдруг сказал:
– Если генерал Май может идти сам, то пусть лучше идёт. Вам не следует в таком виде появляться на улице. Если узнают, что генерал Май устроил драку с северянами, главнокомандующему это не понравится.
Тан Шаои нахмурился. Очевидно же, что драку затеяли Чан Юйцин и Цуй Янь. Почему Линь Миньшэнь, будто нарочно, выставляет всё в совершенно другом свете и вносит своими словами путаницу? Пока Тан Шаои думал об этом, Амай сказала:
– Главнокомандующего действительно не стоит беспокоить этим. Нам лучше не выставлять это дело напоказ.
Линь Миньшэнь окинул Тан Шаои и Амай оценивающим взглядом и сказал:
– Я кое-что придумал. Подождите, скоро вернусь.
Сказав так, он быстро ушёл, в переулке остались только Тан Шаои и Амай. Тан Шаои ещё раз взглянул на раненый бок Амай и сдвинул брови. Амай испугалась, что он начнёт расспрашивать о том, почему она подралась с Чан Юйцином, и потому поспешила спросить первой:
– Как старший брат оказался вместе с ним?
На лице Тан Шаои появилось недовольство.
– Мы встретились на улице. Он начал приставать ко мне с вопросами о всяком. Если бы не он, я нашёл бы тебя раньше и тебя не ранили.
Амай чуть заметно улыбнулась и ничего не сказала. Тан Шаои заметил, что её лицо посерело, а сквозь повязку проступила кровь. Он забеспокоился сильнее и не сдержался:
– Зачем он ушёл?! Почему он не возвращается?!
– Пожалуй, он пошёл покупать нам одежду.
Так и оказалось. Вскоре Линь Миньшэнь вернулся с двумя платьями, одно из них он отдал Тан Шаои, а другое Амай.
– Одевайте, прикройте следы крови.
Новое платье Тан Шаои было ему впору, а платье Амай оказалось тесноватым. Она в нём выглядела как-то не совсем привычно. Линь Миньшэнь посмотрел на неё и очень довольно кивнул.
– Замечательно! В самый раз.
Амай не стала возражать и препираться. Что-то в словах и действиях Амай и Линь Миньшэня показалось Тан Шаои странным и неправильным, и он постарался быть более внимательным к тому, что они говорят и делают. Втроём они направились к выходу из переулка. Как только они дошли до улицы, Амай как будто что-то вспомнила и остановилась.
– Старший брат, мы забыли про подарки! Они остались лежать там!
Тан Шаои не успел ответить, как Линь Миньшэнь подхватил:
– Как бы не украли! Генералу Тану лучше скорее вернуться и забрать их, а я пока помогу генералу Маю дойти до наших врачей.
Тан Шаои будто не слышал Линь Миншэня и смотрел на Амай. На её лице промелькнула тень смущения, но она все же сказала:
– Старший брат, рана пустячная. Сходи пока в питейный дом и забери покупки. Если главнокомандующий будет искать меня, не рассказывай о случившемся. Скажи, что я пошел к врачам пополнить запасы лекарств и скоро вернусь.
Тан Шаои помолчал какое-то время, а потом кивнул.
– Хорошо. Будьте осторожны.
Когда Тан Шаои скрылся в толпе, Линь Миньшэнь обернулся к Амай и сказал:
– Твоя отговорка так плоха, что мне даже стало за тебя стыдно. К счастью, он действительно готов безоговорочно помогать тебе.
Линь Миньшэнь помолчал, но потом всё же спросил:
– Он в самом деле не видит, кто ты?
Амай молча отвела глаза. Линь Миньшэнь не смог сдержаться и рассмеялся.
– Как он умудряется так хорошо соображать в одних делах, и настолько медленно в других?! Ну не смешно ли?
Амай сделала вид, что ничего не слышала, и равнодушно спросила:
– Куда пойдём?
Линь Миньшэнь улыбнулся.
– Если пойдём к нашим врачам, я помогу тебе убрать лишних свидетелей. Если решишь пойти к хоу, помогу пробраться к нему так, что никто ничего не узнает.
Амай не знала, что выбрать.
С Шан Ичжи будет не так просто, как Тан Шаои. Шан Ичжи непременно начнёт выяснять, что же произошло на самом деле, а ей очень не хотелось, чтобы кто-либо знал о том, что у неё с Чан Юйцином какие-то личные отношения и счёты. Скрыть это от Шан Ичжи никак не получится. Но если они пойдут к армейским врачам и потом убьют всех, кто их там видел, дурных последствий будет ещё больше.
Подумав так, она ответила:
– Идём к хоу.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
Обновлено: 04.04.2026