Глава 93 — Глава 47.1

Сделав глубокий вдох и медленно выдохнув, Кан Джиу спокойно произнес шокирующие слова: — Я узнал, что другие стажеры на протяжении долгого времени издевались над Гёлем…   * * *   Зависть или ревность к более талантливому участнику группы, чьи навыки явно лучше, чем у других, встречается гораздо чаще, чем вы думаете, особенно если это не просто хобби. И Сомун Гёль с самого начала стал объектом подобной зависти. Он просто родился таким, его способности действительно были на порядок выше, чем у всех остальных. Даже среди стажеров Seed Сомун Гёль не имел себе равных. А поскольку Гёль никак не реагировал на мелкие пакости и сплетни, которые продолжались в течение некоторого времени, издевательства со стороны других стажеров с каждым днем становились все более жестокими. «А? Даже так? Разве это нормально?.. Он считал, что ничего страшного не происходит?» Я так не думаю… К тому времени, когда Кан Джиу решил сменить агентство и перешел в Seed Entertainment, сразу же присоединившись к дебютному составу первого бойз-бэнда компании, издевательства над Сомун Гёлем достигли своего пика. Однажды Кён Сонха не выдержал и подошел к Сомун Гёлю, который спокойно занимался своими делами, как будто все происходящее его не касалось. В то время Сонха был единственным стажером, который проявлял дружелюбие по отношению к Гёлю из чистого восхищения его превосходными навыками. — Хён, воровать твои вещи — это уже слишком, давай расскажем все, пока не поздно. Я уверен, что генеральный директор нас выслушает. — Не надо. Сейчас просто такой сложный период. Им всем приходится нелегко. Если уставшие стажеры избавляются от стресса и напряжения путем издевательств над другим человеком, то это нельзя считать нормальным поведением. Внимательно слушая рассказ Кан Джиу и наблюдая за прошлым стажеров Seed с помощью системы, я почувствовал, как мое сердце сжалось от обиды за Сомун Гёля. «Такое ощущение, что существует некое правило, согласно которому все красавчики в первую очередь думают о других и только потом о себе». Я понял, что мое впечатление об этом парне, который казался слишком сдержанным, холодным и равнодушным, оказалось ошибочным. Пожалуй, даже определения «слишком мягкий» тут будет недостаточно. «Он… самый настоящий святой. Живой бодхисаттва!»* П.п.: В махаяне бодхисаттва — это вид небесных существ, достигших просветления, но продолжающих рождаться в сансаре, помогая освобождаться другим, а также особая категория монахов и даже людей, ими не являющихся, давших обет достичь просветления из сострадания к другим существам. Только тот, кто провел тридцать лет в горах, в месте с чистейшей водой и свежим воздухом, практикуя Дао всем сердцем и душой, мог искренне сказать такое в подобной ситуации. Сомун Гёль сделал это. Он не только игнорировал чужие издевательства, он еще и переживал за других стажеров, которые родились не такими талантливыми, как он сам. Его нельзя назвать просто хорошим человеком. «Оказывается, самый ненормальный здесь — это Сомун Гёль». Не знаю даже, можно ли назвать везением то, что у него, похоже, нет никаких проблем с ментальным здоровьем. Пока я пытался справиться с эмоциями, вызванными внезапным прозрением, Кён Сонха из воспоминаний нехотя кивнул: — Ладно… Сомун Гёль был неправ. Нормальный человек не стал бы так жестоко издеваться над другими только потому, что ему самому приходится тяжело. В глубине души Кён Сонха понимал, что такому поведению не может быть оправдания, но в итоге послушался Сомун Гёля. Для парня его возраста слова крутого мудрого хёна имели большую силу, чем что-либо еще. Человеком, который положил всему этому конец, был Кан Джиу, который случайно подслушал разговор стажеров. Поначалу он был настроен скептически, но, с интересом наблюдая за происходящим, смог во всем разобраться. Бан Ёхан признался, что никогда в жизни не видел Кан Джиу таким злым. Как только у Кан Джиу появились явные доказательства того, что некоторые стажеры действительно издевались над Сомун Гёлем, он отправился прямиком к генеральному директору Seed Entertainment Бан Гаыль. Естественно, прихватив с собой Бан Ёхана, племянника генерального директора, чтобы придать своим словам убедительности. — Госпожа Бан, я не могу дебютировать вместе с этими людьми. Бан Гаыль, впервые узнавшая о злодеяниях, творившихся в ее компании, из уст новичка Кан Джиу, тут же согласилась. Дело в том, что Сомун Гёль никому не говорил о том, что с ним плохо обращаются, и не показывал этого внешне, а те стажеры были достаточно умны, чтобы делать гадости только тогда, когда их никто не видит, так что Бан Гаыль и остальные сотрудники ни о чем не подозревали. По словам Бан Ёхана, наблюдать за тем, как человек, обычно сдержанный в своих эмоциях, приходит в ярость, довольно страшно. Генеральный директор, решив, что не может позволить этим детям дебютировать, немедленно избавилась от проблемных стажеров и даже подала на них в суд. На всех стажеров, кроме Сомун Гёля, Кён Сонха и Кан Джиу. Несмотря на то, что группа готовилась к дебюту, Бан Гаыль была беспощадна. Обидчиков выгнали, наглядно напомнив о девизе Seed «Что посеешь, то и пожнешь», который каждый день встречал их у входа в агентство. Естественно, дебют пришлось отменить. Решение, безусловно, было правильным, но оно нанесло огромный ущерб не только самой компании, потратившей кучу денег на обучение стажеров, но и оставшимся парням, которые лишились возможности осуществить свою мечту о дебюте. — Мне очень жаль, но мне действительно нечего вам сказать. Я и мои сотрудники должны были уделять ребятам больше внимания и лучше следить за тем, чтобы подобного не происходило… Устав от общения с родителями ушедших стажеров, которые изо дня в день приходили к ней, чтобы потребовать объяснений, Бан Гаыль рассказала Кан Джиу и остальным, что будет дальше: — Если хотите, я возьму на себя ответственность и договорюсь о вашем переходе в другую компанию. Но если вы пожелаете остаться с нами, то это, конечно, тоже хорошо. У нас нет стажеров, готовых дебютировать прямо сейчас, но мы сделаем все возможное, чтобы собрать группу заново. Все трое переглянулись и без долгих раздумий решили остаться. Причин для этого было много, но главная заключалась в том, что им было слишком жалко расставаться друг с другом и терять сложившиеся хорошие отношения из-за того, что их разбросают по другим компаниям. Был ли это просто эмоциональный всплеск, вызванный тем, что они вместе преодолели сложное испытание? Это им еще предстояло выяснить.