Пока я спускался на лифте вместе с другими стажерами, в моей голове крутилось множество мыслей. Эти Ынгю и Докён, вероятно, были стажерами, которых Он Раон знал еще в True.
Были ли они настолько близки, что хотят поговорить лично, или это простая вежливость между людьми, которые раньше работали вместе?
Я так долго сидел в своей комнате, что отвык общаться с кем-то, я растерял все свои социальные навыки, поэтому сейчас мне было трудно понять, как реагировать на подобное.
Двери с грохотом открываются, и мы выходим из лифта.
— Иди за мной, — бросил О Хёнджин, глядя в свой телефон, и пошел вперед.
Пройдя немного дальше, я увидел двух парней, над которыми парили имена, которые я уже слышал. Они тоже заметили меня.
Когда мы подошли поближе, эти двое, которые были не то чтобы невероятно красивыми, но все-таки явно отличались от обычных людей, поприветствовали меня и О Хёнджина.
— Хорошо выглядишь после ухода из компании.
— Давно не виделись.
Я прочитал имена над их головами.
[Ли Ынгю]
[Хан Докён]
Я не был уверен, в каком тоне мне следует с ними разговаривать, поэтому решил ответить что-нибудь нейтральное:
— Да, столько времени прошло. Как дела?
Это было самое обычное приветствие, но лица Ли Ынгю и Хан Докёна почему-то дрогнули. Я чем-то расстроил их?
Через мгновение Ли Ынгю с улыбкой ответил:
— Все в порядке. Другие ребята очень скучают по тебе.
— Да? Передай, что я тоже по ним соскучился.
По идее, мои слова должны были вызвать положительную реакцию, однако…
[Хан Докён думает, что вы выпили
Симпатия -4
Текущая симпатия -41]
[Ли Ынгю подозревает, что вы ударились головой
Симпатия -4
Текущая симпатия -42]
Что?..
Еще хуже, чем у О Хёнджина?
Если они так ненавидят меня, зачем захотели встретиться и поговорить?
Ох, разбираться в чужих чувствах так сложно.
Может, Он Раона выгнали из компании за хулиганство? Он обижал этих ребят? Издевался над ними, и поэтому они его терпеть не могут?
Хан Докён и Ли Ынгю явно растерялись, услышав мой ответ. О Хёнджин, молча стоявший рядом с ними, выглядел так, словно хотел что-то сказать, но не решался.
В этот момент один за другим замерцали и включились уличные фонари.
Тени парней вытянулись, как гигантские чудовища, и я вдруг подумал: «Пожалуй, не стоит с ними больше разговаривать».
Это было просто предчувствие, не имеющее под собой никаких оснований.
Наверное, это не очень хорошая идея — судить, по сути, незнакомых людей, но чутье подсказывало, что от этих ребят не стоит ждать ничего хорошего, учитывая, что нас связывает какая-то неприятная история.
Словно в подтверждение моих мыслей, передо мной появилось всплывающее окно.
[Вы сделали правильный выбор благодаря своей обостренной интуиции
Интуиция +1]
Похоже, у меня только что появилась новая характеристика. Вообще-то интуиция — вещь полезная, обязательно пригодится, но теперь мне нужно улучшать еще и ее, а это уже не очень хорошо. Мне и так много чего нужно повысить.
Если я буду неправильно распределять очки характеристик, то никогда не смогу добиться успеха.
Внезапно Хан Докён, молчавший до этого момента, задумчиво улыбнулся и приобнял меня за плечи:
— Мы сейчас идем ужинать, ты должен пойти с нами.
У тебя симпатия минус сорок один, зачем ты притворяешься дружелюбным?
Я покачал головой, аккуратно отодвигаясь:
— Не могу. Меня кое-кто ждет, так что я лучше пойду.
— Э-э-э, ну ладно. Иди.
Они легко отпустили меня, но система сообщила, что симпатия снова понизилась, поскольку парни решили, что я их обманываю.
Я не знаю, что такого натворил Он Раон и почему эти ребята так ненавидят его. Пока я ничего не могу с этим сделать.
Игра только началась, сейчас она просто подкидывает мне кучу всякой всячины, чтобы я был начеку, надеюсь, по ходу сюжета все само собой уладится.
После странной встречи, которая не оставила мне ничего, кроме новой характеристики, я отправился домой.
Человек, который меня ждет, — это, разумеется, дедушка Ко.
«Если тебе больше некуда идти, возвращайся…»
Неужели это правда? А вдруг он выгонит меня?
Хотя я специально оставил у него свой чемодан, чтобы был повод вернуться. Если б дедушка решил не пускать меня, я бы, наверное, дождался темноты и все равно залез обратно. У меня просто нет другого выхода.
«А если он спросит меня, зачем я снова пришел…»
Погрузившись в свои невеселые размышления, я пропустил уже три автобуса. Внезапно в кармане завибрировал телефон.
[Купи туалетную бумагу. Трехслойную.]
Туалетная бумага! Это важно!
Прочитав сообщение, я тут же вскочил и побежал к автобусу, двери которого вот-вот должны были закрыться, крича:
— Аджосси, подождите!
В автобусе было тепло, и я почувствовал, как постепенно согревается мое озябшее тело.
* * *
— Он что, с ума сошел?
— Я же говорил, что он какой-то странный, — глухо отозвался О Хёнджин на слова Хан Докёна.
Ли Ынгю, потягивая свою колу, вспомнил речь Он Раона:
— Его корейский стал намного лучше. Он ходил на какие-то курсы?
— Дело даже не в том, что он лучше говорит, а в том, что у него совсем другой характер. Как он может быть таким невозмутимым?
Ли Ынгю, сам того не понимая, сказал очень правильные слова. Он покачал головой и повернулся к О Хёнджину, который молча жевал свой бургер. Его красивое лицо выражало неприкрытую злость.
— В общем, О Хёнджин, будь с ним осторожней. Не дай этому ублюдку навредить тебе.
— Хорошо…
— Ты мне доверяешь?
— Да.
Обновлено: 02.02.2026