Ань Сяоцзянь умерла. Разве плохо было, если подруга чуточку воспользуется оставшимся после неё? Как казалось Ся Цзинцзин, при жизни она относилась к ней хорошо. Кланялась при каждой встрече, кивала и восхищалась рисованием. Но почему окружающие видели в ней только тень Ань Сяоцзянь? Она ведь сама тоже трудилась очень усердно. Им так сложно было это заметить?
«Ань Сяоцзянь, не вини меня за использование твоей работы. Тебе наоборот стоит быть благодарной, ведь благодаря мне она не будет и дальше покрываться пылью».
Ся Цзинцзин успокаивала себя такими мыслями, но увиденная работа NLTAJ вызвала в её сердце странное чувство. Сам стиль сильно отличался от Ань Сяоцзянь, но вот штрихи выглядели знакомо.
Да и... стиль тоже напоминал её прежнюю имитацию стиля умершей художницы. Только смутно, как если бы этот человек пытался сделать их похожими намеренно. Но вместе с тем, если судить по комментариям, прежние работы незнакомца тоже не слишком отличались от текущей манеры рисования. Нет, должно быть, ей просто казалось. Ся Цзинцзин замотала головой. Да, это всего-навсего последствие усталости. В последнее время она находилась под сильным давлением, вот и сознание надумывало себе всякого.
Впрочем, на душе всё равно стало скверно. Одни люди обретали популярность единственным произведением искусства, а ей пришлось умышленно брать работу другого человека. В сердце неизбежно поселилась обида. Почему в мире всегда существовала такая несправедливость?
Но затем Ся Цзинцзин утешила себя мыслями об огромных суммах денег и безумному росту популярности от нового проекта «Духовный Мир», перестала расстраиваться и вместо этого включила телефон, чтобы продолжить рисовать по наброскам Цзянь Иань. После продажи авторских прав для неё на какой-то период наступит жизнь, где не придётся заботиться о еде или одежде. И тогда...
В общем, Ся Цзинцзин перестала обращать внимание на горячее обсуждение. Остановилась на том, что это всё результат активной рекламы, такой же, какую задействовала и она сама, когда воспользовалась репутацией Ань Сяоцзянь в своё время.
Следовательно, за новыми публикациями Цзянь Иань в Weibo женщина тоже не следила. И очень зря, ведь в будущем ей придётся об этом пожалеть.
Со дня публикации комикса в соцсети миновало пять дней. Благодаря верному Ли Яну новый аккаунт Цзянь Иань набирал популярность стремительными темпами. Глазам её подписчиков престала странное сочетание безнадёжности с исцеляющим эффектом в новом стиле. Кроме того, NLTAJ отличался от себя прежнего, каким был 10 лет назад. Теперь он вместо одной картины в неделю делал ежедневные обновления в формате комиксов, в которых повествовалась история о надежде среди отчаяния.
Время шло, сюжет развивался, и читатели за прошедшие пару дней всё так же испытывали то самое опустошение, стимулируемое в них автором. Люди с большим нетерпением ждали новых глав, и больше всех в этом плане выделялся Ли Ян. Получив отказ от Цзянь Иань, он изо дня в день поторапливал её с обновлениями в комментариях.
Если бы их увидел кто-то незнакомый с творчеством этой художницы, он бы принял её за маленькую девочку, что тянется к звёздам.
Несмотря на старания Цзянь Иань сохранить всё в тайне, Су Цзысюань таки узнал о выходе её комиксов. Мужчина знал о её чувствительности, поэтому просто вёл себя как обычно и подписался на неё со второго стороннего аккаунта.
Между супругами сохранялась жутковатая гармония.
Тем не менее с выходом десятой главы комикса Цзянь Иань неожиданно позвонила настоятельница, попросив приехать к ней в приют.
Ничего не понимающая женщина отказывать не стала. Су Цзысюань тем временем забеспокоился. Он хоть и попросил Цзянь Лин оставить их недавний разговор в секрете, но с тревогой всё равно совладать не мог.
— Мне поехать с тобой? — с любовью спросил мужчина, взяв жену за руку. В глазах его читался намёк на беспокойство, которого сам он не замечал.
Цзянь Иань с лёгкой улыбкой на лице погладила его большую ладонь.
— Скорее всего, она хочет поговорить о недавнем пожертвовании. Всё в порядке, я поеду сама.
И всё же её проницательность позволила подметить странности в поведении Су Цзысюаня. Впрочем, внимания Цзянь Иань этому не придала и без лишних слов прощания отправилась в приют.
Муж смотрел ей в спину и мысленно молился, чтобы Цзянь Лин сдержала обещание и не рассказала Иань о его визите, иначе дела могли принять непредсказуемый оборот.
— Пап, что с тобой? — Су Аньжань тоже почувствовал неладное в отце ровно с того момента, как мама уехала, поэтому спросил, подняв голову.
Аньци последовала его примеру и взобралась Су Цзысюаню на колено.
Мужчина взял малышку на руки, прежде чем покачать головой.
— Ничего, папа просто задумался о своём. Ну ладно, ты пока садись за уроки, а позже мы заберём маму на ужин, хорошо?
— Хорошо! — Су Аньжань радостно вскочил на ноги. В последнее время его мама только и делала, что рисовала целыми днями, не имея даже минутки на то, чтобы с ним поиграть. Отца с сестрой тоже слишком занимали собственные дела, в связи с чем мальчика давно уже никуда не водили.
— Братик! — увидев, как Су Аньжань убежал, Аньци принялась вырываться из рук отца, поскольку хотела пойти следом.
Су Цзысюань же сперва попросил её встать на пол нормально. Когда малышка уверенно стояла на ногах, он не спеша её отпустил. Аньци сразу же бросилась вперёд. По пути споткнулась, однако чудом не упала. У смотревшего за ней Су Цзысюаня ёкнуло сердце.
— Аньжань, скажи пусть ждёт тебя здесь, — он ухватился за дочку со спины, прокричав просьбу Аньжаню, который уже подбежал к лестнице.
Мальчик остановился, резко посмотрел обратно, вернулся к сестре и попросил подождать, пока он сбегает наверх за домашним заданием.
— Братик? — Аньци в растерянности показала пальцем туда, куда убежал Су Аньжань.
Су Цзысюань опять поднял её на руки.
— Братик скоро вернётся обратно, давай подождём его в гостиной.
В шестом часу вечера мужчина предположил, что Цзянь Иань уже наверняка закончила разговаривать с Цзянь Лин, так что обратился к сыну:
— Аньжань, ты почти закончил с домашней работой, теперь можно ехать за мамой.
Однако, когда дозвониться до жены по пути не вышло, внутри у него поселилось нехорошее предчувствие.
Мужчина незамедлительно набрал Цзянь Лин, одновременно попросив водителя ехать быстрее.
Спустя два гудка на звонок ответили. Су Цзысюань тотчас проговорил с тревогой в голосе:
— Настоятельница, Иань ещё в приюте? Почему она не отвечает на звонки?
— Она ушла двадцать минут назад...
— Что? Вы что-то ей рассказали?
— Я... поделилась тем, что было в тот день. Всё взвесила и решила, что она имеет право знать. Тебе не следует этого от неё скрывать.
Обновлено: 12.02.2026