Заметив перемену в отношениях между родителями, Су Аньжань удивился. К примеру, пока его купала мама, мудрый, привлекательный и строгий отец прислонился к двери и с глупой улыбкой оцепенело за ней наблюдал.
Мама, в свою очередь, не прогнала его, как делала это обычно, а лишь одарила беспомощным взглядом, затем покраснела и продолжила процесс купания.
— Иань, давай я помогу, — Су Цзысюань смотрел за её усилиями. Сам он всё время продолжал стоять у двери.
Су Аньжаню этот приставучий мужчина едва ли напоминал его отца. Когда прозвучала последняя реплика, у мальчика побежали мурашки, вынудив потереть руки.
Цзянь Иань без промедления спросила:
— Вода холодная?
Су Аньжань покачал головой, а взгляд его оставался прикован к отцу. Цзянь Иань проследила за ним и увидела в той стороне расплывшегося в улыбке Су Цзысюаня.
— Что ты делаешь? Не мешай ему мыться.
Тот произнёс в ответ всё с той же улыбкой:
— Я и не мешал, просто хочу помочь.
Цзянь Иань взглянула на него с нежностью. Мочки её ушей слегка покраснели, и она отказалась:
— Нет, если есть свободное время, лучше присмотри за Аньци.
Су Цзысюань глядел на неё зачарованно, обдумывая свои цели стать хорошим мужем и отцом. Аньци относилась к нему хуже, чем к Чжэя. Вспоминать об этом было поистине больно.
Покрутив эту мысль в голове, он понял намерение жены и кивнул.
— Хорошо, тогда пойду к ней. Если понадобится моя помощь, сразу зови.
Цзянь Иань торопливо махнула рукой.
— Иди уже, — ситуация становилась всё невыносимее. Взрослый мужчина умел навязываться.
— Мам, а что с папой? — недоверчиво спросил Су Аньжань, глядя в спину радостно убежавшему Су Цзысюаню.
Мама тем временем смыла с него гель для душа и приложила ладонь ко лбу.
— Просто глупый, видимо, — она была очень счастлива.
Когда пришла пора спать, их расположение в кровати оставалось прежним. Су Цзысюань нескладно прильнул к уху Цзянь Иань и сказал:
— Давай пусть дети поспят сами?
Она не отличалась невежеством, поэтому сразу поняла его замысел. Слушая эти льющиеся слова, ей захотелось дать ему пощёчину. Однако прямо сейчас женщина не сказала ничего, ответом её стал простой неприветливый взгляд.
Су Цзысюань почувствовал неладное и от необъяснимо вспыхнувшей вины потёр нос.
— Я... Я просто сказанул, не подумав. Дети ещё маленькие, так что да, им лучше спать с нами.
Сердце его тем временем рыдало горькими слезами.
Его жена была суровой.
Су Аньжань не знал, хочет ли отец, чтобы он спал в главной спальне, в связи с чем с радостью взял книгу со сказками и вместе с Аньци послушал их на ночь.
Прошедший день выдался чересчур богатым на события, и дети уснули быстро. Из-за двухдневного перерыва в рисовании Цзянь Иань немного тянуло его возобновить. Следовательно, она пошла в домашний кабинет и после пары набросков вернулась в свою комнату.
Как только женщина туда вошла и задержалась у туалетного столика, чтобы подготовиться ко сну, её прижали к мускулистой груди. Опешив, она увидела в зеркале счастливое лицо мужчины.
— Иань... — прошептал Су Цзысюань. Он приблизился совсем вплотную к её спине, обвил руками шею и положил ладони на грудь. Затем устало закрыл глаза и в конечном итоге вдохнул её аромат.
— Ч-что ты делаешь? — Цзянь Иань с лёгким испугом взяла его руку. Она и близко не ожидала от него такой настойчивости, ведь сколько его помнила, он никогда себя так не вёл.
Тем не менее понимание, что причиной этих перемен была она, делало её очень счастливой.
Всё-таки любому человеку нравилось быть любимым.
— Просто хочу тебя обнять, — Су Цзысюань встал, поднял Цзянь Иань со стула и, притянув непосредственно к себе, продолжил крепко её обнимать. Её грудь прижималась к его, а они, казалось, отчётливо слышали сердцебиение друг друга.
Ту-дух... Ту-дух... Ту-дух...
Цзянь Иань понимала, что её сердце стучит всё быстрее. В плотно прижатой груди ощущалась лёгкая нехватка воздуха, зато ум пребывал в состоянии умиротворения.
Два человека обнимались тихо, без слов. Со стороны кровати доносилось ровное дыхание детей. Ночь по ту сторону окна, несмотря на редкое вкрапление странных звуков, лишь дополняла эту молчаливую гармонию.
Казалось, прошло немало времени, прежде чем Цзянь Иань почувствовала скольжение руки по своему телу, что привело к волне хлынувшего жара. Она тотчас оттолкнула мужчину прочь, паническим голосом сказав:
— Уже поздно, давай отдыхать.
Сказав это, она даже не стала полностью наносить на себя лосьон для тела, спешно легла в кровать и укрылась одеялом, из-под которого на Су Цзысюаня теперь смотрела только пара сверкающих глаз.
Он не сдержал смешок и чувствовал, как в животе порхают бабочки. Мужчина смотрел на смущённую Цзянь Иань, и сердце его от этого таяло только сильнее.
Когда он подошёл к кровати, те чарующие глаза были плотно сомкнуты, хотя веки слегка дрожали. Склонившись, Су Цзысюань ясно ощущал её волнение. Вся внешность жены казалась угрожающей, хотя на деле внутри она была хрупкой.
Его безмолвное наблюдение продлилось всего пару секунд. Тогда она быстро открыла глаза, поняла, что он никуда не ушёл, и резко закрыла их обратно.
Су Цзысюань усмехнулся. Он склонился и оставил на её губах лёгкий поцелуй, после чего нежно сказал:
— Доброй ночи, — а дальше пошёл принимать холодный душ.
Когда Цзянь Иань услышала удаляющиеся звуки его шагов, она без лишнего шума опять открыла глаза и, не увидев мужского силуэта, вздохнула с облегчением. Затем прикоснулась к губам, с которых, казалось, ещё не выветрился его запах, и ощутила в сердце тепло, побудившее сладко улыбнуться.
Пока то приятное чувство накатывало на сердце новыми волнами, женщина мысленно подумала, что это, должно быть, и есть любовь.
Вернувшись после душа, Су Цзысюань застал всех троих членов семьи спящими. Он подошёл к своей стороне кровати, выставил перед собой руку и счастливо улыбнулся. Для счастья ведь не существовало «слишком поздно»?
После длительных наблюдений за Цзянь Иань мужчина погасил свет и сам приготовился уснуть.
Мир мгновенно погрузился во мрак, и вскоре комнату дополнило четвёртое размеренное дыхание.
Обновлено: 12.02.2026