Том 5 Глава 268 — Глава 97. Смена облика

Глава 97. Смена облика — Наконец-то мы убрались! Я чувствую, что вот-вот умру от усталости! — Нилука плюхнулась на большую кровать Е Си с самым хулиганским видом, так что Дамияла не знала, смеяться ей или плакать. — Ну давай, посмотрим как ты умрёшь. — Как может умереть такая милашка, как я? Сестрица Мия, даже если бы я захотела умереть, ты бы не позволила! — сказала Нилука, обхватив Е Си, которая сидела на краю кровати и только-только перевела дух после уборки. Руки Нилуки тут же начали безобразничать. Белоснежное как бумага лицо Е Си моментально порозовело, и это было отчётливо видно. — Ни... студентка Нилука, ты, что ты делаешь?! — Медицинский осмотр, ясное дело... О-о-о, студентка Е Си, твоё развитие весьма впечатляет. Конечно, до сестрицы Мии тебе далеко, но ты уже на целый размер больше, чем Юэ Хай! — ладони Нилуки сжались, заставив Е Си издать стон. Собравшись с силами, беловолосая девушка с трудом выдавила: — [Дистанция: три]. Бам! В следующее мгновение Е Си исчезла из объятий Нилуки, та провалилась вперёд и неуклюже свалилась с кровати. Тем временем Е Си появилась в трёх метрах от прежнего места. Красная как мак, она прикрывала грудь, опасаясь, что Нилука снова набросится на неё. — Не смущайся, маленькая Е Си... Дай дяденьке тебя хорошенько приласкать... Ай-ай-ай-ай-ай!!! Сестрица Мия, я больше не буду! Не бей меня магическим трактатом, а то я поглупею! Дамияла отложила магический трактат в зелёной обложке и с довольной усмешкой посмотрела на Нилуку: — Ты что — похотливый дядька? Даже до Е Си добралась. Похоже, придётся тебя проучить, чтобы ты запомнила. — Ну... ведь мы все девочки. Прости её, это всего лишь шалость, — Лун Ту, как самая старшая, проявила сдержанность и вступилась за Нилуку. — Хе-хе, студентка Лун Ту, тебе-то хорошо говорить. Знаешь ведь, что у тебя там ничего нет, и эта девчонка Нилука даже не захочет тебя щупать, вот и можешь позволить себе такие слова, — язвительно заметила Дамияла, отчего Лун Ту слегка дёрнула уголком губ. Но юная аристократка не собиралась останавливаться: — Какая жалость, что ты смотришь, как мы меряемся горами и холмами, а у тебя плоская равнина. Эх, даже сердце за тебя болит. — Студентка Дамияла, а ты в курсе, что большая грудь со временем обвисает? Ты бездумно копишь бесполезный жир, каждый день таскаешь на себе два арбуза — и чем это хорошо? Смотри, как бы не упасть и не раздавить их, — ответ Лун Ту был прямым и безапелляционным. Хотя она попыталась немного смягчить свои слова, они всё равно вызвали у окружающих лёгкое смущение. — Студентка Лун Ту, запах твоей зависти аж из соседней комнаты чувствуется. Тебе, наверное, так стыдно, когда ты моешься в одиночестве, гладишь свою грудь, которая никогда не вырастет, жалуешься и вздыхаешь. Боюсь, ты однажды побежишь делать себе увеличение груди. — Ха-ха-ха, студентка Дамияла, а ты знаешь, что если в смоделированном мире тебе оторвут грудь, боль будет как настоящая? — после этих слов Лун Ту все обхватили себя за грудь, почувствав как она заныла, и в ужасе уставились на золотоволосую девочку. Очевидно, в этой перепалке победа осталась за Лун Ту. — Юэ Хай? Что с тобой? Кажется, ты не в себе, — Гуй Дунжи заметила её странное состояние и подошла поближе. Но Юэ Хай лёжа на кровати только натянула одеяло на голову и пролепетала: — Я устала. Дайте мне немного поспать. Её подавленный голос заставил остальных недоумённо переглянуться. Только Нилука почесала затылок и предположила: — Может, у неё месячные? 2 Первыми вернулись в общежитие Баюнь Сяоци и Каншидин. Молчаливые, промокшие до нитки под дождём, они выглядели крайне жалко. — А правильно ли, что мы вот так просто вернулись? — с тревогой посмотрел на Каншидина Баюнь Сяоци. Однако, этот обычно жизнерадостный и беспечный юноша на этот раз мрачно покачал головой: — Дадим ему побыть одному. Если мы расскажем о том, что увидели, это только испортит отношения между соседями по комнате. — ... — Но получается, мы и вправду никудышные друзья. — ... — Тюр попал в беду, а мы струсили из-за того, что она [дитя Неба], и даже не попытались помочь. Что это вообще за поведение? Все наши прежние слова — просто пустая болтовня? — ... — Хе-хе... Как и прежде, я всё тот же беспомощный неудачник, — Каншидин горько усмехнулся, покачав головой. Баюнь Сяоци молчал, напряжённая атмосфера сгустилась в комнате. За окном бушевал ливень, капли с шумом хлестали по стёклам, время от времени сверкали молнии, а через несколько секунд доносился глухой раскат грома. Казалось, что небо вот-вот обрушится, не переставая поливать землю проливным дождём. 3 Когда Тюр добрался до восемнадцатого учебного округа, было уже около пяти-шести вечера. В это время на улицах почти не было людей, и сквозь пелену дождя всё вокруг казалось окутанным белой дымкой, скрывающей истинные очертания. Тюр даже не помнил, как ему удалось доплестись сюда на своих одеревеневших ногах. Всё вокруг казалось каким-то ненастоящим. Сейчас он хотел только одного — принять душ и закутаться в одеяло, чтобы скрыться от реальности. Как всё раздражало! Что значит «без души»? Какая разница, есть у техники душа или нет? Главное ведь, чтобы она работала! Зачем переживать из-за всего этого? Самообман немного облегчил состояние Тюра, но давящее чувство не исчезло ни на йоту. Казалось, будто комок земли застрял у него в груди и медленно прорастает в самое нутро, делая даже обычное дыхание мучительно трудным. Когда Тюр поднял голову, на противоположной стороне улицы стоял парень с короткими золотистыми волосами. Парень мрачно смотрел вниз, но Тюр сразу узнал — это Клод. Что произошло? Даже в своём нынешнем состоянии Тюр не мог не почувствовать странного беспокойства, увидев Клода таким. Клод даже не дождался, пока Тюр перейдёт дорогу. Внезапно его голос прозвучал холодным и отрывистым: — Тюр, кто ты есть? «Кто я?» Сердце Тюра резко сжалось. Однако Клод не стал ждать ответа — он развернулся и исчез в густой пелене дождя. — Кто я? — пробормотал Тюр. Что обнаружил Клод? Внутри Тюра шевельнулся новый, ещё более глубокий страх. «Так нельзя. Нужно срочно завершить создание маски [перевоплощения], иначе рано или поздно меня раскроют. И тогда будет уже не до плохого настроения — это будет настоящая беда». Оценив важность и срочность задачи, Тюр поспешил найти гостиницу, снял там номер и принялся изучать искусство [перевоплощения]. К одиннадцати часам вечера, испортив десятки заготовок, он наконец создал подходящую маску, которая ему понравилась. Немедленно натянув её на лицо, он подошёл к зеркалу и увидел в отражении весьма красивое лицо. Тюр горько усмехнулся. Пожалуй, за весь день только эта маска принесла ему хоть каплю утешения.