Глава 35. Болтовня
Десятки тысяч первокурсников расселись на заранее расставленных стульях и оживлённо обменивались впечатлениями и оттого весь зал выглядел полным жизни. Сила юности, преисполненной надежд, повлияла на всех присутствующих, наполняя их энергией.
— Как вы думаете, кто в этот раз будет главным выступающим от первокурсников? — с любопытством спросила Нилука у Юэ Хай и Дамиялы, сидящих по обе стороны от неё. Юэ Хай могла только в смущении покачать головой, а Дамияла неуверенно ответила, поставив на руку подбородок:
— Помню, мой досточтимый отец как-то говорил, что речи обычно произносят наследники императорских фамилий, но изредка бывали случаи, когда церемонию открывали другие одаренные первокурсники. В этом году из нашей Империи поступил Его Высочество Пра́гна, старший брат Её Высочества Снежаны и я полагаю, что главным представителем первокурсников Сигри будет именно он. Не знаю, кто выступит со стороны Империи Багряной Птицы, но явно личность не заурядная.
— Насколько я знаю, Его Высочество Прагна — очень скромен и гораздо доступнее чем другие принцы. Каждый скажет, что он будет лучшим представителем первокурсников, — Нилука с обожанием захлопала в ладоши. Юэ Хай слегка приподняла бровь: неужели этот принц действительно так хорош?
— Кстати, а есть ли в Авалоне студенты не с этого континента, такие как я? — обратилась Лун Ту к Дамияле через голову Юэ Хай. После двух дней обмена мнениями отношения между Лун Ту и Дамиялой разрядились. На самом деле Дамияла не испытывала к Лун Ту никакой враждебности, она просто хотела разыграть её.
— Великое Небесное Царство Драконов находится далеко, поэтому оттуда приезжает не так много людей, но они всё же есть. Однако, больше всего новичков из-за пределов материка — это жители соседних островов. Чтобы на них не посягали империи, острова даже создали альянс под названием Пепельный Берег. Хотя он слабее Империи Сигри и Империи Багряной Птицы, но это и не такой кусок, который империи могут поглотить когда захотят.
Пепельный Берег... Юэ Хай видела на карте этот архипелаг. Если сложить общую площадь всех островов, получится процентов 70 от площади Империи. Даже Империя не сможет действовать опрометчиво против такого альянса.
Е Си и Гуй Днжи помалкивали, первая из-за своего характера, а вторая из-за боязни разговаривать с большим количеством людей.
Тюр и его соседи, по случайности сидевшие в ряду сразу перед Юэ Хай, с удовольствием общались друг с другом, особенно Каншидин, чей голос был отчётливо слышен десяткам людей вокруг:
— Я же говорил вам, парни, я вчера смотрел «Авалон ТВ». Этот «Пресс-клуб» — это действительно нечто, особенно программа «Сплетни феи булавок». Там её главный редактор Мобэ́й комментировал всех первокурсниц, включая их три окружности.
— Что! — Тюру было скучно, но, услышав слова Каншидина, он сразу оживился и поспешно спросил:
— Как на телевидении Авалона допустили такую программу?
— Ну, это тоже своего рода новости, но я слышал, что этот главный редактор Мобэй был единогласно признан девушками и преподавательницами академии «самым ненавидимым» существом во время ежегодного собрания, потому что он постоянно публикует сплетни о студентках и преподавательницах. К сожалению продукция Мобэя пользуется большим коммерческим спросом у большинства мужчин, включая преподавателей и господин главный редактор стал очень популярен. А «Сплетни феи булавок» — одна из программ, которую он недавно запустил в «Пресс-клубе».
Тюр согласно кивнул: сплетни интересно слушать, но за распространение самому можно поплатиться головой. От рассказа Каншидина Тюр почувствовал лёгкий зуд: что за красавицы есть среди первокурсниц?.. Он искоса взглянул на Клода, тот явно слышал их разговор, но сохранял невозмутимый вид, достойный порядочного человека, даже перед лицом соблазнов остающегося равнодушным. Тюру стало стыдно за себя. С другой стороны от Тюра «красотка» Баюнь Сяоци с возмущённым видом скрестил руки на груди.
— Что случилось, Сяоци? — спросил Тюр, а тому не терпелось высказаться и он тут же выложил всё, как на духу:
— Вы знаете, что эта сволочь Мобэй составил список 50 лучших красавиц академии?
— Знаю, он выпущен под названием «Список редких цветов». Хе-хе, могу сказать, что у главного редактора Мобэя действительно хороший вкус. Первая десятка вполне заслужила свои места, хотя следующие сорок немного спорные, но глаз у него намётанный. Самое главное, что он также включил много личной информации о девушках, так что я от души уважаю этого главного редактора.
Слова Каншидина ещё больше рассердили Сяоци, который и без того раскраснелся, а из его руки чуть не вырвалась стихийная сила.
— Но знаете ли вы, что там на десятом месте — я!
— Э... — Тюр и Клод не могли не взглянуть на Сяоци: — Это вроде как женский рейтинг.
— Вот почему я злюсь... Что этот старшекурсник Мобэй имеет ввиду? Он на драку нарывается?
— Не злись, — сказал Каншидин с широкой улыбкой: — Это всего лишь рейтинг, чего ты так злишься? Его читают просто ради забавы. Не съедят же они тебя, а только посмотрят.
— Знаешь ли ты каково это, когда тебя все принимают за женщину и к тому же поставили в первую десятку?
— Я на твоём месте любовался бы дома перед зеркалом и гордился собой.
— Каншидин, решим всё как мужчины, устроим поединок! — Сяоци не мог перевести дыхание от приставаний Каншидина, и если бы не люди вокруг, в следующий момент пошёл бы в неистовую атаку.
— Ладно, ладно, я был неправ. Взгляните, там внизу Мобэй добавил подпись, — Каншидин в какой-то момент достал из кольца-хранилища толстую книгу и открыл ту страниц, на которой был изображён Сяоци с улыбкой богини. Тюру захотелось показать большой палец вверх, приходится признать, что снимает этот главный редактор мастерски.
— Смотрите, внизу написано, что этот человек — мужчина, но занимает десятое место из-за своей феноменальной красоты.
«Феноменальная красота...» — рот Тюра слегка дёрнулся и вот он уже не смог удержаться от громкого смеха при виде застывшего выражения лица Сяоци, который выглядел так, будто проглотил муху. Состояние Клода мало чем отличалось от состояния Тюра, и Сяоци, видя их обоих, чуть не умер от гнева.
В это время на изначально пустую красную гигантскую сцену начали постепенно выходить преподаватели, одетые весьма разнообразно. Под давлением их силы, все новые ученики постепенно затихли, и вскоре настала тишина. Студенты сосредоточенно глядели на сцену рассматривая преподавателей.
Юэ Хай заметила среди них Рэйчел, а позади неё стояла Лафинас, куратор второго курса, та, что крайне требовательно судила конкурс девушек-волшебниц.
В конце концов, даже Замия неторопливо вышел в центр сцены, выглядя таким спокойным и собранным, что Тюр подумал, что он будет выступать на открытии, но увы. Генеральный секретарь Замия, превосходил в статусе остальных, но не встал на место оратора.
Постепенно сцену заполнили преподаватели, они встали по обе стороны от трибуны, не произнося ни слова, ведь не они были настоящими героями этого дня.
После этого на сцену вышла молодая девушка с длинными фиолетовыми волосами, которой на вид было не больше двадцати лет, и встала на трибуну.
Обновлено: 18.01.2026