Глава 17 — Глава 17. Безбашенная Янь вселяет ужас

Глава 17. Безбашенная Янь вселяет ужас — Иньинь! Вэнь Юэ быстро подошла к раненой Е Иньинь. Её глаза покраснели, она с укором посмотрела на Вэнь Янь: — Сестра, как ты могла ударить человека? Иньинь же наша двоюродная сестра! Е Иньинь была дочерью брата матери Вэнь Янь. С тех пор как Вэнь Янь вернули в семью, Иньинь частенько выступала рупором Вэнь Юэ, не стесняясь в выражениях и всячески унижая её. Но Вэнь Янь никогда не была из тех, кто станет терпеть и проглатывать обиды. Остальные девицы хотели было что-то сказать, но вспомнив, как Вэнь Янь одним движением ноги отшвырнула человека на несколько метров, в страхе вжали головы в плечи. Самое жуткое — что выражение лица Вэнь Янь за всё это время ни разу не изменилось. На губах играла лёгкая улыбка, вид был само благодушие, но поступки заставляли кровь стынуть в жилах. Вэнь Янь, заметив, что все с ужасом таращатся на неё, пожала плечами: — Что ж она такая хлипкая? Я же всего один процент силы приложила. Твою ж! Да ты монстр, что ли? Одним процентом силы человека на несколько метров отшвырнула! А все сто приложишь — вообще насмерть, что ли, убьёшь?! Е Иньинь от боли не могла вымолвить ни слова, но в душе готова была разорвать Вэнь Янь на куски: — Юэ, мне так больно... Вэнь Юэ немедленно вызвала скорую. Убрав телефон, она посмотрела на Вэнь Янь: — Сестра, на этот раз я даже не смогу тебя защитить. Ты так покалечила Иньинь — готовься сесть в тюрьму! Вэнь Янь хлопнула своими прекрасными глазами: — Это не она меня первой оскорбила? Ах да, значит, вам можно меня оскорблять, грязью можно меня поливать, а мне ответить — нельзя? Вэнь Юэ и представить не могла, что Вэнь Янь вдруг так ощетинится. Она глубоко вздохнула и со слезами на глазах, обратилась к кассирше и остальным девицам: — Вы слышали, как Иньинь её оскорбляла? Девицы дружно замотали головами. Но боясь, как бы Вэнь Янь снова не вышла из себя, все поспешили отодвинуться от неё подальше! Вэнь Юэ с вызовом посмотрела на сестру: — Сестра, никто не слышал, чтобы Иньинь тебя оскорбляла. Ты ни с того ни с сего покалечила человека. Какая же ты жестокая! — ...Вэнь Янь, кроме рожи, ты ни в чём не ровня Вэнь Юэ. Хотя, говорят, ты — проходной двор. Если пойдёшь на панель, старички, может, и клюнут... Вэнь Янь достала телефон и нажала на запись. Она улыбнулась своей дьявольской, обольстительной улыбкой: — Простите, я записала. Лица Вэнь Юэ и Е Иньинь пошли пятнами. — В чём дело? — раздался от входа низкий, холодный голос. Вэнь Янь обернулась и увидела высокого молодого человека в чёрном пальто. Лицо у него было холодное, взгляд отстранённый. Заметив Вэнь Янь, он едва сдержал гримасу отвращения. Вэнь Шиюй, старший брат Вэнь Янь. — Брат! Сестра покалечила Иньинь! — при виде его Вэнь Юэ разрыдалась, слёзы полились градом. Вид плачущей Вэнь Юэ всегда разрывал Вэнь Шиюю сердце. — Юэ, не плачь. — Он достал платок и вытер ей слёзы. Вэнь Юэ уткнулась ему в грудь, всем телом дрожа: — Сестра украла бриллиантовый браслет моей подруги. Я из добрых побуждений дала ей свою кредитку, попросила вернуть браслет. А Иньинь всего лишь сказала ей пару слов, и она её покалечила! Взглянув на харкающую кровью Е Иньинь, Вэнь Шиюй бросил взгляд на Вэнь Янь, холодный как лёд: — Извинись! Вэнь Янь закатила глаза: — А ты кто такой? Чтобы она извинялась? Да ни в жизнь! Вэнь Шиюй, с каменным лицом, подошёл к Вэнь Янь и занёс руку для пощёчины. Но в следующую секунду его запястье перехватила тонкая, бледная рука. Вэнь Шиюй опешил. Ему показалось, что его руку зажало стальными тисками — он не мог пошевелить и пальцем. «Хруст!» Кость запястья Вэнь Шиюя сломалась. Красивое, бесстрастное лицо Вэнь Шиюя исказила гримаса боли. Он зашипел, втягивая воздух сквозь зубы. — Вэнь Янь, ты... Вэнь Янь не спеша достала из сумки нитку киноварных буддийских чёток и надела на тонкое, бледное запястье. Пальцы её мягко перебирали бусины. Казалось, только это помогало ей сдержать тёмную, кровожадную ярость, готовую выплеснуться наружу. Она подняла длинные ресницы и посмотрела прямо в глаза Вэнь Шиюю. В глубине её зрачков полыхнуло багровое пламя, мелькнула жажда крови: — Вэнь Шиюй, не зли меня. Если я взбешусь — ты не справишься. Голос её звучал спокойно, даже отстранённо, но Вэнь Шиюй уловил в нём нотки смерти. Когда это Вэнь Янь стала такой? Раньше, при встрече с ним, она дрожала, как мышь перед кошкой. А теперь от неё исходила едва уловимая аура убийцы, безбашенной, не боящейся никого и ничего. Вэнь Шиюй покосился на красные чётки у неё на запястье. И содрогнулся. Чётки, казалось, были пропитаны кровью, от них веяло леденящим душу ужасом. — Не тронете меня — и я вас не трону. Сами знаете. — Вэнь Янь подняла с пола упавшую банковскую карту и легонько взмахнув рукой, запустила её вперёд. Карта со свистом рассекла воздух. И произошло нечто невероятное, повергшее всех в шок. Карта пробила насквозь стекло панорамного окна ресторана! А стёкла там были звуконепроницаемые, усиленные — обычным молотком не разбить. А Вэнь Янь умудрилась воткнуть в стекло пластиковую карту! Спустя несколько секунд вокруг карты стекло пошло трещинами, покрывшись паутиной. У всех отвисли челюсти, все словно онемели. Вэнь Янь же, как ни в чём не, бывало, посмотрела на остолбеневшую кассиршу и ослепительно улыбнувшись, спросила: — Девушка, я тут, конечно, покрасовалась, но понимаю, что за порчу имущества надо платить. Сколько стоит это стекло? У кассирши от страха подкашивались ноги, она не могла вымолвить ни слова. Оценив боевую мощь Вэнь Янь, она побоялась предъявлять ей претензии и написала менеджеру. Менеджер, прибежавший вниз из кабинета, увидев разбитое окно, пришёл в ярость: — Кто это сделал?! Кассирша, заикаясь, пересказала ему всё, что произошло. Менеджер, не видевший происшествия своими глазами, не испугался Вэнь Янь: — Девушка, за порчу имущества придётся заплатить! Вэнь Янь кивнула: — Конечно-конечно, заплачу. Но в кармане-то пусто, что делать? Интересно, менеджер согласится подождать пару дней? Покрасоваться-то она покрасовалась, всех запугала, но за всё надо платить. Если попросить денег у айсберга Сы — даст ли он? Даже гадать не надо — конечно, не даст. Он к ней питает отвращение почище, чем к мусору на помойке. Ладно, не стоит и пробовать. Вэнь Янь уже ломала голову, где взять деньги на стекло, как вдруг подбежал мужчина средних лет в дорогом пальто. — Доктор Вэнь! Мой сын при смерти! Судороги, сердце колотится, не спит, не ест, ходить не может. В лучших клиниках столицы никак не могут понять, в чём дело. Вы — лучший врач в городе N, молю вас, поедемте, посмотрите моего мальчика! Вэнь Шиюй с детства учился китайской медицине у деда Вэнь, был искусным лекарем и слыл в городе маленьким чудотворцем. — Господин Хо, с болезнью вашего сына даже я бессилен. Поищите кого-нибудь ещё. Вэнь Шиюй покосился на сломанное запястье — лицо его было мрачно и холодно. Вэнь Янь становится всё более дикой и невежественной. Сейчас она покалечила своего, а что будет, когда она покалечит чужого? Как тогда выпутываться? Вэнь Янь, глядя на мужчину средних лет, у которого от отчаяния покраснели глаза и который готов был упасть на колени, залезла в систему и заглянула в сплетни. [Ого! Так его сына нечистая сила замучила! Неудивительно, что врачи ничего не видят!]