Глава 61
Ревел холодный ветер, огромные каменные ворота были врезаны во вход в долину, преграждая путь к вершине горы. Многие люди ждали у горных ворот группами по двое или по трое, тихо разговаривая или закрывая глаза, чтобы дать отдых своему разуму.
‒ Здесь холодно?
Синь Чжи спросил в ответ:
‒ А как ты думаешь?
Шэнь Ли снял плащ из лисьего меха, который он надел на нее, и сунула его в руки Син Чжи:
‒ Можешь надеть его на себя. Думаю, температура в самый раз.
Слова Шэнь Ли привлекли внимание сидевших рядом с ними людей. Все, кто прибывал на эту гору, чтобы заниматься бизнесом, не занимались культивацией. Были тут магические звери, обладавшие некоторой силой, были и мастера сект занимающихся культивацией, их тела были в сотни раз сильнее, чем у обычных людей, но все же холод в здешних горах был не таким, как в других местах. Ветер и снег, казалось, содержали немного маны, поэтому могли пронзить людей до костей. Их не останавливали даже магические барьеры. Возможность избежать холода безо всяких вещей, привлекала слишком много внимания.
Син Чжи взял мех лисицы и бесцеремонно надел его на себя, но Шэнь Ли горела нетерпением. Она посмотрела на огромные каменные ворота впереди и спросила:
‒ Разве ты не говорил, что дверь откроется, когда стемнеет? Солнце уже давно село. Прошло много времени, почему бы не впустить людей?
Син Чжи посмотрел на небо:
‒ Наверное, хозяйка… забыла об этом.
Как только его голос стих, на горных воротах сами собой зажглись огни, и они со скрипом открылись внутрь.
Лестница внутри ступень за ступенью поднималась вверх, факелы по обеим сторонам дороги горели сами по себе, и толпа медленно вошла внутрь. Шэнь Ли не видела конца длинной горной дороги.
Она подняла брови:
‒ Откуда взялся этот великий демон Снежной Горы – Золотая Змея? Он кажется очень известен. Почему я не слышала о нем раньше?
Син Чжи улыбнулся:
– Это означает только то, что ты не особо задумывалась о продаже сокровищ, – на мгновение Син Чжи заколебался, затем сказал: ‒ Этот демон, возможно, даже старше меня. Так что ты должна относиться к нему как к своему старейшине, даже при всей его напыщенности.
Шэнь Ли была немного удивлена:
‒ Старше тебя? Тогда это должен быть демон из древних времен!
Син Чжи напрягся, услышав, что сказала Шэнь Ли. Он слегка повернул голову, нахмурился и долго смотрел в лицо Шэнь Ли.
Шэнь Ли пришла в ужас от его взгляда и оглянулась. Убедившись, наконец, что Син Чжи смотрел на нее, Шэнь Ли хотела спросить его, что случилось, но внезапно поняла, что она видно выпалила что-то, чего не должна была говорить...
‒ Э-э-э… – Шэнь Ли задумалась и утешила его: ‒ Мне кажется, что для своего возраста ты все еще неплохо выглядишь…
Казалось, это были неправильные слова… Шэнь Ли почесала затылок.
У нее хорошо получалось убивать людей, но она была отчасти бессильна в их утешении:
‒ Я имею в виду… На самом деле, глядя на тебя, никто не скажет, что тебе много лет…
Видя, как брови Син Чжи сдвинулись, она потерла лоб и вздохнула:
‒ Хорошо, извини, похоже я сказала что-то не то.
Похоже, ходить вокруг да около чтобы кого-то утешить – не ее сильная сторона!
‒ Ты не возражаешь? ‒ спросил он легко после долгого ее разглядывания.
Шэнь Ли поспешно махнула рукой:
‒ Я не возражаю, конечно, не возражаю.
Когда она подняла голову, то встретилась с его слегка изогнутыми дугой глазами, в которых была легкая улыбка, в его умных глазах сияли отблески пламени. Сердце Шэнь Ли дрогнуло, и сердцебиение немного ускорилось.
Син Чжи больше не заморачивался этой темой:
‒ Горная дорога слишком длинна, ты травмирована и не подходишь для восхождения в одиночку, я понесу тебя.
Он протянул руку, но Шэнь Ли долго была ошеломлена. Когда она, наконец ,пришла в себя, то слегка пошатнулась, сделав шаг назад:
‒ Эй, как это можно сделать. Я сама могу пройти этот путь!
Как будто ожидая, что она откажется, рука Син Чжи немного подалась вперед:
‒ Тогда я буду тебя поддерживать.
Когда Шэнь Ли покачала головой, он просто схватил ее за руку и вложил руку Шэнь Ли прямо в свою ладонь, не бросив на нее второго взгляда, но с очень естественным видом.
Шэнь Ли была ошеломлена, но она не думала, что теперь будет так легко убрать руку. Син Чжи вел себя так, будто наложил заклятие на их руки, из-за чего она не могла вырваться на свободу, поэтому она просто глядя на его спину, шаг за шагом следовала по его стопам.
Его волосы нежно касались ее щеки, пока они шли, и Шэнь Ли чувствовала, что Син Чжи перед ее глазами, вероятно, был не таким, как раньше.
Как она может провести между ними черту с таким-то поведением?
Когда они поднялись на вершину горы, ветер и снег стали еще хуже. Люди, пришедшие по делам, следуя указаниям факелов, вошли в подобный дворцу зал.
Шэнь Ли тоже намеревалась сделать это, но пока толпа шла, его рука сжимала ее все крепче. Он указал на заросшую травой тропу и сказал:
‒ Пойдем туда.
Син Чжи был прав. Шэнь Ли последовала его словам. Разумеется, всего через пару шагов по тропинке пейзаж перед ней внезапно изменился, на вершине этого заснеженного зала появилось великолепное озеро, а в центре озера тихо стоял чрезвычайно красивый павильон. Цветущие персики и ивы рядом со зданием были настолько красивы, что казались похожими на иллюзию.
От звука «пуф-пуф», Шэнь Ли посмотрела вниз и увидела маленькую девочку, пытающуюся подняться с земли. Она встала и смахнула пыль со своего тела. Крошечный хвостик качался за ней взад и вперед.
‒ Это место – резиденция хозяйки, никто не может войти без разрешения!
‒ Прошу сообщить, что Верховный бог Син Чжи прибыл в гости.
Маленькая девочка долго смотрела на Син Чжи, затем внезапно застыла, ее глаза засветились синим светом, ее голос изменился, став как у кокетливой женщины:
‒ О, какой ветер принес сюда Верховного бога?
Шэнь Ли была поражена изменениями ребенка, и слегка насторожилась. Син Чжи просто посмотрел на нее и спокойно сказал:
‒ Все дело в духовном канале.
‒ О, вижу, что Верховный бог также привел симпатичную девушку, чтобы увидеть хозяйку, пожалуйста, входите, входите, – при этих словах, девочка махнула рукой, и появилась светящаяся голубым светом дорожка, простиравшаяся к центру озера.
Шэнь Ли удивилась:
‒ Этот демон Золотая Змея на самом деле женщина? ‒ спросила она, наступая на слабый синий свет, только чтобы почувствовать, что окружающий пейзаж в мгновение ока изменился, и она тут же достигла центра озера.
‒ Почему я не могу быть женщиной? – мягкий голос прозвучал в ушах Шэнь Ли. Шэнь Ли с легким удивлением повернула голову и увидела, что позади нее стоит очаровательная женщина в великолепном красном халате с веером в руках. Женщина улыбнулась, глядя на Шэнь Ли. – Я госпожа Цзинь (п.п. Золото), не нужно церемоний.
Шэнь Ли не любила подходить слишком близко к людям, которых впервые встретила поэтому отступила на шаг. Госпожа Цзинь улыбнулась, и двинулась в сторону Син Чжи:
‒ Эта девушка, приведенная Верховным богом, очень осторожна.
Син Чжи только улыбнулся:
‒ Перед госпожой Цзинь даже я не могу расслабиться.
‒ Как такой значимый Верховный бог, вроде тебя может говорить такое про меня? На улице холодно, давайте зайдем внутрь и поговорим обо всем.
Сказав это, леди Цзинь повернулась и вошла в дом.
Син Чжи хотел последовать за ней, но Шэнь Ли схватила его за руку, и нахмурилась:
‒ С этой женщиной… действительно нет проблем?
Син Чжи обдумал значение слов Шэнь Ли и с улыбкой спросил:
‒ О каких проблемах ты говоришь?
Шэнь Ли мрачно ответила:
‒ Умеет ли она использовать магические техники, чтобы… ну ты знаешь…
Когда Син Чжи услышал эти слова, он опустил голову и засмеялся, будто был слишком счастлив, чтобы контролировать это.
Он погладил Шэнь Ли по голове:
‒ Не волнуйся, меня не заберут, – эти слова были слишком интимными, и щеки Шэнь Ли покраснели. Син Чжи поймал прядь волос Шэнь Ли, накрутил ее на палец и тихо прошептал: ‒ Напротив... Если бы она могла использовать подобного рода чары, боюсь, я был бы тем человеком, которому пришлось волноваться...
Хотя в маленьком здании не было жаровни, температура в доме была намного выше. Син Чжи снял лисий мех и позволил вошедшей девочке забрать его.
Леди Цзинь уже села за стол. Там была шахматная партия. Она поманила Шэнь Ли:
‒ Не хочет ли девушка составить компанию этой скромной на следующую игру?
‒ Извините, госпожа Цзинь, Шэнь Ли слишком слаба в шахматах, поэтому я бы предпочла не показывать свою некомпетентность.
Госпожа Цзинь надула губы.
‒ Хорошо, хорошо, тогда Верховный бог Син Чжи может сыграть со мной.
Син Чжи улыбнулся, но не двинулся с места, госпожа Цзинь сдалась и сложила шахматные фигуры.
‒ Каждый, кто приходит сюда, чего-то хочет. Итак, поговорим об этом. У Верховного бога есть проблема, и он не может решить ее самостоятельно, поэтому он пришел просить помощи у этой скромной.
‒ Может ли госпожа Цзинь найти способ вылечить ее?
‒ Красивая девушка больна? – госпожа Цзинь медленно подошла к Шэнь Ли и осмотрела ее с головы до ног: ‒ Что ж, она выглядит слабой, должно быть, некоторое время назад она получила серьезную травму, но эта травма излечилась, и серьезных проблем быть не должно. Что Верховный бог хочет, чтобы я вылечила?
‒ Она не восстановила свою магическую силу, и ее пять чувств время от времени исчезают.
‒ О, как странно, – госпожа Цзинь засмеялась и сказала: ‒ Давай, девочка, протяни руку, чтобы эта скромная измерила пульс.
Шэнь Ли протянула руку, и госпожа Цзинь закатала ее рукав, но когда госпожа Цзинь увидела ужасный шрам на запястье Шэнь Ли, она слегка оторопела:
‒ Это... оказывается, ты так сильно пострадала! – ее пальцы слегка коснулись морщинистой плоти, но как только они прикоснулись к ней, ее пальцы отдернулись назад: ‒ Кожа девушки слишком горячая.
Горячая? Шэнь Ли была удивлена.
В последние дни она часто прикасалась к Син Чжи, и он никогда не выказывал никакого дискомфорта, она думала, что ее тело было немного горячее, чем обычно, но не таким горячим, как раньше, когда она была в плену, поэтому она не ожидала, что она все равно… может причинить боль. Если это было так, то...
Пока она думала об этом, облако белого газа сконденсировалось в руке госпожи Цзинь, и затем она осмелилась коснуться запястья Шэнь Ли.
‒ Если будет больно, эта госпожа подует для тебя на рану.
Слова для уговора ребенка.
Эта банши [1]... дразнит ее!
Уголок рта Шэнь Ли дернулся:
‒ Спасибо, больше не больно.
На этот раз госпожа Цзинь серьезно отнеслась к проверке ее пульса, Шэнь Ли почувствовала только, что очень слабая аура, выйдя, проникла в ее запястье и медленно прошла по меридианам, исследуя все ее тело.
Во время осмотра госпожа Цзинь все еще была занята жалобами:
‒ Я не видела тебя много лет, но, кажется, что Верховный бог стал бесполезнее чем раньше, и даже не может позаботиться о себе. Девушка так сильно пострадала, и ты, кажется, даже нисколько не огорчен, думаю, ты слишком бесчувственный!
Син Чжи только улыбнулся и ничего не сказал.
Увидев, что Син Чжи проигнорировал ее, она снова сказала Шэнь Ли:
‒ Девушка, должно быть, тебе неприятно следовать за ним. Почему бы тебе не пнуть его и не последовать за этой госпожой? Ты тоже женщина, поэтому семья этой госпожи позаботится о тебе.
У Шэнь Ли на лбу медленно выступил пот, она, наконец, поняла, что означал шепот Син Чжи. Этот демон Золотая Змея... на самом деле больше интересовался женщинами, чем мужчинами...
‒ Хм.
Госпожа Цзинь внезапно задумалась:
‒ Вот как все обернулось, – Шэнь Ли взглянула на нее, и госпожа Цзинь сказала: ‒ У девушки тело феникса. С точки зрения этой скромной, девушка должно быть недавно пережила Нирвану[2]. Само собой разумеется, что и тело, и духовная сила должны иметь большой прогресс, но кажется, что в теле девушки было что-то мощное. Во время нирваны огонь испепелил эту сущность и сплавил ее с твоей родословной, вызвав конфликт с изначальной духовной силой, эти две силы противостоят друг другу, в результате заставив тебя временно потерять ману, а пять чувств иногда работать хорошо, а иногда плохо. Если это будет продолжаться слишком долго, ситуация только ухудшится, и девушка может стать совершенно бесполезным человеком.
Сердце Шэнь Ли сжалось, когда она подумала о панике, которую испытала в тот день, когда все ее пять чувств исчезли, и ей стало грустно.
‒ Единственный способ достичь этого – позволить двум силам в твоем теле слиться друг с другом и очистить меридианы, чтобы полностью завершить твое возрождение в нирване.
Глаза Шэнь Ли загорелись:
‒ Может ли госпожа Цзинь найти способ? Если госпожа согласна помочь, Шэнь Ли отплатит вам в будущем!
Госпожа Цзинь прикрыла губы и улыбнулась:
‒ У этой госпожи есть способ, что касается оплаты… может девушка пообещать мне себя?
‒ Ну… ‒ подавилась Шэнь Ли, но Син Чжи сказал:
‒ Звезды в Небесном Запределье в последние годы стали ярче, чем обычно. Если госпожа Цзинь готова исцелить Шэнь Ли, Син Чжи взамен готов дать звезду.
Глаза госпожи Цзинь загорелись:
‒ Охо-хо-хо! Тысячи лет назад эта скромная попросила у тебя звезду с Небесного Запределья, но разве ты тогда не отказал? Почему ты так легко сейчас даешь мне ее? – она закатила глаза, и улыбнулась. Потом она взглянула на Син Чжи: ‒ Эта скромная раньше неправильно поняла Верховного бога, в действительности ты относишься к этой девушке очень серьезно! Как можно было раньше не проявить заботу? Иначе эта скромная не осмелилась бы так открыто пытаться завязать отношения с этой девушкой!
Шэнь Ли повернула голову, чтобы посмотреть на Син Чжи, и открыла рот, желая спросить, нормально ли, что ты так случайно раздаешь эти звезды? Если их забрать, что будет с тобой?
Но Син Чжи просто посмотрел на Шэнь Ли и с легкой улыбкой покачал головой. Шэнь Ли проглотила все вопросы перед легкой улыбкой Син Чжи. Он не позволил ей говорить, будто боялся ответственности.
‒ Тогда решено! Эта скромная поможет девочке вылечить болезнь. Просто сегодня уже поздно. Вы устали, когда поднимались на гору. Идите спать, мы поговорим об этом завтра, – госпожа Цзинь отступила на пару шагов и, словно вспомнив что-то, повернула голову к Шэнь Ли. ‒ Я чуть не забыла сказать, после начала лечения ты должна получать лечение каждый день в течение девяти дней, и ни дня меньше. Если ты сдашься посередине, то умрешь.
Шэнь Ли сложила руки в почтении:
‒ Я побеспокою госпожу Цзинь.
Примечание
[1] Банши – прямой перевод, полагаю, автор использовал это слово как оскорбление, а не для классификации демона госпожи Цзинь. В конце концов, банши – монстр кельтской мифологии, а не китайской.
Банши – это воющий призрак из ирландской легенды, который появляется незадолго до чьей-то смерти. В данном случае «банши», просто непривлекательный на вид демон женского пола.
[2] Здесь, я думаю, автор имеет в виду состояние Шэнь Ли, когда она сражалась с Фу Шэном и Мо Фаном, Нирвана, своего рода просветление.
Слово нирвана происходит от ниббана, что означает «гасить, стирать» на пали, мертвом языке, похожем на санскрит. В буддизме это понятие может использоваться в различных ситуациях, например, для обозначения смерти. Часто говорят, что Будда, основатель религии, вошел в пари-нирвану, или окончательное спокойствие, оставив свою земную жизнь. Буддисты также верят, что когда человек умирает, буддисты также верят, что, когда человек достигает конца сансары – циклического существования перерождений и страданий, которым подвержены все существа – он достигает нирваны.
Обновлено: 15.02.2026