Ледяная вода, струившаяся по телу Су Яна, привела его в состояние некоторого возбуждения.
— Что нужно сделать после душа...
— Опять забыл.
— О, точно!
— Операция!
— Если эксперимент удастся, Маленький уборщик, возможно, не умрёт!
Су Ян стоял под лейкой душа, продолжая непрестанно бормотать себе под нос.
Но внезапно резкая боль пронзила его мозг, словно удар иглы. Эта боль в корне отличалась от той, что вызывала его прежняя болезнь. Когда случался обычный приступ, казалось, будто кто-то вонзил спицу в череп и методично там помешивает. Сейчас же возникло ощущение, будто в голову запихнули нечто инородное, и оно вот-вот разорвёт её изнутри.
«Предстал пред Вратами Бессмертных, так отчего не открываешь?»
«Небесный чертог нисходит в мир, благодать даруется смертным!»
«Толкни эту дверь... открой её...»
«Нет! Не открывай!»
«Бедствие Бессмертных! Бедствие! Ха-ха-ха!!!»
Один за другим безумные голоса отдавались эхом в сознании Су Яна, полные исступления.
Су Ян упёрся правой рукой в стену, тяжело и прерывисто дыша. В его глазах неведомо когда проступила кровавая сеточка. Даже ледяная вода не могла унять эту боль ни на йоту. В то же время на его спине начали проступать и расползаться кроваво-красные узоры. С каждой секундой они становились всё чётче, пока не сложились в контур багровых ворот. По краям их опутывали цепи, запечатывая намертво, однако при ближайшем рассмотрении было видно, что несколько звеньев уже лопнули.
— Хе...
— Уже... уже невтерпеж?
— Я уже чув... чувствую твое нетерпение.
Несмотря на раскалывающуюся голову и катящийся градом пот, Су Ян продолжал улыбаться. Улыбка его была безумной. В конце концов он сполз по стене и замер, жадно глотая воздух. Галлюцинаторный шепот продолжал звучать в голове — казалось, тысячи людей одновременно о чём-то молят и стонут.
— Какие же вы... болтливые!
С этим коротким выкриком Су Ян резко схватил лежавшую рядом зубную щетку и с силой сломал её о стену, оставив острый скол. От боли его рука, сжимавшая обломок, мелко дрожала.
— Хоть я и... и не знаю, что вы за твари такие.
— Но та дере... деревянная дверь была вашим вместилищем. Теперь она сло... сломана... и новым сосудом стал я.
— Если я умру, вы... всё ещё будете существовать?
— Будете шуметь — я... я покончу с собой у вас на глазах.
Су Ян хрипло дышал. По его лбу стекала смесь пота и холодной воды, но во взгляде читалось абсолютное безумие.
«Самоубийство?»
«Умирай, скорее умирай!»
«Ты не посмеешь!»
«Невежественный смертный!»
Стоило Су Яну договорить, как голоса в голове на мгновение затихли, а затем взорвались с ещё большей яростью.
— Я...
— Не посмею?
— Надо же, кто-то решил усомниться в словах психа...
Су Ян легко рассмеялся и, не колеблясь ни секунды, вонзил острый край щетки себе в шею! Кровь потекла по древку, но обломок вдруг наткнулся на невидимую преграду и не смог продвинуться ни на миллиметр глубже.
— Похоже, вы далеко не такие безумные, как я.
— Вы что, боитесь?
Осознав происходящее, Су Ян расплылся в широкой, сияющей улыбке.
«Даже если Главные Врата не откроются, это не помешает Миру Бессмертных сойти на землю».
«Такова судьба».
«Эх...»
В мгновение ока безумный шепот в голове Су Яна оборвался, сменившись тишиной. Лишь напоследок раздался тяжёлый вздох какого-то старческого голоса. Кровавые Врата Бессмертных на его спине вновь потускнели. Всё вернулось в норму. На полу осталось лишь несколько алых капель, которые тут же смыло потоком воды.
— И это всё?
— Бессмертные?
Су Ян презрительно хмыкнул, бросил окровавленную щетку в мусорное ведро, выключил душ, быстро вытерся и, накинув халат, вышел наружу.
К этому времени на улице уже начало смеркаться. Воздух стал заметно прохладнее. Когда лечебница погрузилась в тишину, дверь одной из палат осторожно приоткрылась. Из щели боязливо высунулась голова Мартышки. Он был крайне напряжен, но, набравшись храбрости, посмотрел на спину Су Яна и после долгого колебания тихо произнес:
— Босс, я не ел уже двое суток. Даже если вы собираетесь меня... у-убить, можно мне сначала хотя бы разок поесть? Я не хочу отправляться на тот свет на пустой желудок.
При этих словах Мартышка едва не разрыдался.
— Здесь больница, место, где спасают жизни и помогают раненым. С чего бы мне кого-то убивать? — Су Ян, который как раз наклеивал пластырь на шею, удивленно обернулся. Его лицо выражало искреннее недовольство.
Глядя на этот безобидный вид Су Яна, Мартышка чуть не взвыл от отчаяния! Какая, к чёрту, больница? Где вы видели больницу, в которой нет ни одного пациента! Хотя нет... Он и есть тот самый пациент.
— Перед операцией нужно поститься!
— Иначе внутри будет слишком грязно!
— Хм, время как раз подходящее.
— Пожалуй, начнем эксперимент прямо сейчас!
Су Яну будто пришла в голову блестящая мысль, и он внезапно преобразился, сияя от предвкушения.
— А?
Для Мартышки всё это произошло слишком внезапно. Он всего лишь попросил миску риса, а этот человек уже решил пустить его под нож!
— Мне кажется, в моем животе всё ещё есть... нечистоты. Может, подождем еще немного? — Мартышка нервно сглотнул и невольно попятился.
Су Ян серьезно покачал сел головой:
— В этом нет необходимости! Сейчас самое время, а не то вернется Маленький уборщик и снова начнет на меня ворчать!
С этими словами он, полностью игнорируя Мартышку, принялся оглядываться по сторонам.
— Куда Маленький уборщик дел мой белый халат? Вот морока. Врач обязан носить белый халат!
Су Ян начал рыться в шкафах, непрестанно бормоча под нос. Спустя долгое время он воскликнул:
— Надо же, он здесь! Да еще и постиранный! Маленький уборщик такой молодец!
Су Ян достал новенький белый халат, удовлетворенно кивнул, старательно его надел и с недоумением посмотрел на Мартышку:
— Почему ты еще не лег на операционный стол?
— Я...
Мартышка выдавил из себя жалкую улыбку. За свою жизнь он успел побывать во многих переделках: грабил, воровал, вымогал деньги в переулках и строил из себя «папочку» у школьных ворот. Но он клялся, что никогда не встречал никого, кто с такой милой улыбкой заставлял бы тебя добровольно лечь на «орудие пыток». Да, в его глазах операционный стол ничем не отличался от плахи.
— Ты не хочешь сотрудничать? Это создаст лишние трудности, — Су Ян слегка нахмурился.
— Хочу! Конечно, хочу!
— Пожалуйста, только умоляю, оставьте мне жизнь!
Заметив, как Су Ян нахмурил брови, Мартышка вздрогнул, низко поклонился и трусцой подбежал к операционному столу, который Тунтун до блеска натерла тряпкой. Глубоко вздохнув, он повалился на него.
Воспротивишься — умрешь сейчас! Покоришься — умрешь чуть позже! А если повезет, то и вовсе останешься жив! В этот критический момент Мартышка в очередной раз мастерски применил к себе практику самовнушения.
Обновлено: 10.07.2026