Глава 11 — Глава 11

Глава 11 Следующие три недели прошли для меня относительно спокойно. Ни кзоры, ни кто бы то ни был ещё из других разумных, меня не беспокоили и насколько я мог судить в долину ко мне не заходили. В округе активизировались хищники. Видимо почуяв каким–то образом, что большой варг мёртв, они стали стягиваться в долину с окрестных гор и лесов, желая поохотиться на многочисленные стада разных парнокопытных. Я несколько раз слышал ночью завывания диких хищников, но к моему жилищу они пока что не рисковали приближаться, да теперь уже и вряд ли рискнут… Марк со своими миньонами закончил постройку моего дома, и я устроил себе свою комнату в самом дальнем от входа конце. Большое пространство около 40 квадратных метров, но я уже потихоньку начал его обживать. Сделал себе большую кровать из соломы, травы и шкур и каким–то подобием подушки. Хотел сделать лежанку и для варга, но зверь наотрез отказывался заходить под землю, предпочитая жить на улице. На третий день моей жизни под землёй обнаружилась проблема – отсутствие вентиляции. Если до ближних помещений ещё худо–бедно доставал чистый воздух от входа, то в мой уголок – нет. В комнате начала собираться опасная концентрация углекислого газа. Пришлось отрывать Марка от обустройства полноценной каменоломни в горах на юге и привлекать его к решению проблемы. Конструкт потратил около двух часов на сканирования внутренних пространств, какой–то расчёт воздушных потоков и давления, и под конец дня пробурил в стенах небольшие вентиляционные отверстия. Где–то снизу у пола, а где–то сверху у потолка. И, сказал мне, что если я не буду менять места своего жительства, то в скором времени заработает естественная циркуляция воздушных масс. И не соврал, негодяй. Помучавшись ещё денёк, внезапно оказалось, что процесс пошёл и воздух начал движение. Ещё Марк предупредил меня, что такие отверстия в стенах значительно уменьшают защищённость моего дома и в будущем нужно будет всё заменить на надёжные технологии, на что я только покивал с умным лицом. Видимо конструкт забыл, что у моего дома вообще–то дверей всё ещё нет. И о какой безопасности вообще можно говорить в таком случае? Нашёл я себе за прошедшее время и некое развлечение. Недалёко от дома была ровная поверхность примерно со средний стадион размером и там я устроили себе стрельбище. Расставив мишени на разных расстояниях, я практиковался в стрельбе по утрам и вечерам. Ещё хотел было заставить миньонов бегать с камнями над головами, чтобы имитировать цель в движении, но после первой же бесславной кончины конструкта, решил от этой идеи отказаться… У меня не то чтобы было мало денег на восстановление утраченного. У меня вообще денег не было. Но через неделю таких упражнений открылась неприятная истина. Умение первого уровня у меня упёрлось в 100% изучения, и теперь нужно было поднимать атрибуты тела, а так же платить Патриарху за возможность апгрейда. Но это не самоё обидное. Проблема оказалась в том, что мой НПУ просто напросто блокировал дальнейшее развитие нейронных цепей в мозгу, и я в буквальном смысле перестал усваивать новые умения и информацию… То есть абсолютно. Даже если я десять лёт буду пытаться упражняться в стрельбе, то не сдвинусь от нынешнего уровня ни на миллиметр. Я просто усну и проснусь на следующий день со стёртыми нейронными путями. Словами не передать насколько я был зол, когда Паук в привычной ему холодной и непринуждённой манере объяснил мне как в этом вопросе всё устроено. Мне показалось в ту ночь не только Марк перестал издавать монотонные звуки долбёжки со стороны скал, что каким–то чудом до меня долетали, но даже дикие звери заткнулись. Так сильно я орал и бесился днём… «Но что тогда будет, если вообще не изучать ни одно умение?», – спросил я утром следующего дня у Паука. Паук: «Всё тот же процесс стирания информации, но немного замедленный, чтобы у биологического субъекта при определённом уровне старания была возможность выжить». Блеск! Но иногда выискивались и хорошие моменты в моём положении в этом мире. Так допустим по вечерам перёд сном я вместо интересной книжки читал базу данных через нейрограф. Пункт за пунктом, тему за темой… И пусть сухая информационная выжимка была далека от искусного повествования профессионального автора, от этого она не была менее интересной. И именно во время чтения, я сделал для себя невероятное открытие – мне повезло. Мне повезло оказаться в этом месте, ведь если верить всему уже прочитанному, то где–то там, среди земель, где много разумных и где идёт непрекращающаяся битва за место под солнцем творится настоящий Ад. Вот взять, например «Чёрную смерть», чьей жертвой я чуть было не стал. Если верить википедии таких крипториев (это то, где я впервые очнулся) по миру было разбросанно очень много. Они являются стартовой локацией для всех разумных существ, что появляются в этом мире. Некоторые большие объединения даже контролировали такие места, чтобы обеспечивать «рождающимся» там уход и поддержку с первых же секунд. Естественно это делалось не от доброты душевной, а для дальнейшей интеграция пробудившихся в их общество, но не суть… «Чёрная смерть» была противоположностью жизни. Я ещё не нашёл чётких данных на этот счёт, но выходило так, что там, где рождается новая жизнь, вместе с ней рождается и смерть. Скорее всего, эта маслянистая чёрная жидкость была отходами процесса производства нового тела. И капля, две, три, а то и целых пять появлялись в криптории каждый раз, когда был «рождён» новый участник проекта «АВАЛОН». Так вот эту жидкость бережно собирали и хранили. Она была невероятно мощным оружием. В базе данных я нашёл упоминания о целых вымерших городах, что подвергались атаке этим веществом, а так же об оживших мертвецах, что потом день и ночь неустанно охотились за всеми живыми существами с таким упорством и желанием их уничтожить, будто бы что–то подстёгивало их к этому. И вот в каком же отдалённом от цивилизации месте я очнулся, что в «моём» криптории было целое озёра этой страшной жидкости? Хорошо, что кзоры оказалась наверняка религиозными фанатиками и больше смерти боялись этой субстанции… Ведь они в одиночку могли натворить такого…, что страшно даже представить. В википедии было написано ещё много чего, что вызывало оторопь. От мелких насекомых, что были способны съесть живого человека за считаные часы, до настоящих гигантов, что могли разрушать своей поступью небольшие горы на своём пути. От добрых, милых существ, что подсказывали людям безопасные для еды растения, до безжалостных машин смерти, чья задача была только в том, чтобы сеять вокруг себя смерть. И как будто этого было мало, существовали ещё и конструкты, что следили за порядком в мире и служили безмолвными палачами «АВАЛОН’а». И только одного не было в базе данных – описания мира, в котором всё мы очутились. И это не на шутку меня беспокоило. Что скрывала Матриах и что она боялась показать своим «детям»? *** Жаркая волна тепла от вырывающегося из сопла яркого плазменного луча иссякла, я отпустил кнопку на рукоятке и повернулся посмотреть на дело рук своих. Очередные жалкие сантиметры пройдены, а ведь я уже два часа тружусь без перерыва. Проблема резки усугублялась ещё и тем, что корпус химера–конструкта был как слоённый пирог. Чёрная сталь была везде: сверху, снизу, справа, слева, на десять сантиметров вглубь и на три по диагонали вверх. Нельзя было, к примеру, начать резать отдельный лист стали с определённой толщиной. Таковых на остове конструкта попросту не было. Каждый раз, вонзаясь в корпус, мне либо приходилось его прожигать до конца, на что уходили невероятные часы работы, либо пытаться заниматься фигурной плавкой и выжигать отдельные куски. По итогу трёх с хвостиком недель мне удалось срезать с Паука всего около тонны металла и то, это чисто на глаз если судить. При этом я даже близко не подобрался к его ценным внутренностям. Но были и приятные достижения – с тремя оставшимися у конструкта лапами всё прошло без сучка без задоринки (если сравнивать с тугоплавкостью чёрной стали). Композитный титан резался, как тёплое масло горячим ножом и теперь не удивительно было, что конструкт лишился пять из восьми своих лап в бою. Но и без ложки дёгтя тут не обошлось. Отрезав лапы по суставу, я уничтожил всё три сервопривода, а ведь они должны были чего–то стоить в отрыве от титана… Так что лежали теперь лапки вряд рядом с корпусом Паука и ждали, когда я их потащу к утилизатору, естественно распилив при этом на более мелкие части. Отложив горёлку на землю, я потянулся к фляге на поясе и жадно впился в алюминиевое горлышко, делая несколько больших глотков. Жарко блин… Культя моя к этому моменту уже давно превратилась в нормальную человеческую руку, так что я снова ощущал себя полноценным. Регенерация это, конечно, круто, но ещё раз наблюдать за тем как медленно день ото дня растёт твоя кисть, а потом мышцы и сухожилия на ней – это был какой–то фильм ужасов наяву. Второй раз я такое не хотел бы испытывать… На мой нейрограф вдруг пришло сообщение от Апекса. Я закрутил крышку на фляге, повесил её себе обратно на пояс и вчитался в сообщение. Апекс уже в третий раз за неделю жаловался мне, что некто чёрный и пушистый безжалостно охотился на подчинённых ему миньонов. Варг их не ломал, но делать своё дело мешал. То отвлекая, а то, просто хватая зубами и отбегая с ним на несколько километров в сторону, заставляя несчастного малыша потом возвращаться назад… – Маркиз!!! – Во всю силу лёгких заорал я на всю округу. Где происходило преступление я не знал, но был прекрасно уверен, что эта усатая морда услышит меня и за два километра. Слух у него – моё почтение. Но нет, в этот раз он был где–то поблизости. Звук приглушённого топота маленького кабанчика из–за спины я уловил почти сразу. А спустя пару секунд мне в спину ударилась голова, размером со средний баскетбольный мяч, и чуть было не повалила меня навзничь, но, схватившись за корпус конструкта, я удержался на корточках. – Э, слыш! – Я не глядя потянулся к себе за спину рукой и, нащупав здоровенный клык в игриво открытой пасти, потянул варга к себе. Не знаю, почему я назвал его Маркизом… Когда я увидел, что он никуда не собирается от меня уходить, я понял что ему, как и в своё время, мне, тоже нужно было обрести имя. Но если с этой задачей я справился сам, то варг по понятным причинам, сам этого сделать не мог. В тот момент в моём сознании и промелькнуло имя – Маркиз. Снова привет от потерянных воспоминаний? Не знаю… Знаю только, что оно мне понравилось и, недолго думая, я нарёк своего зверя так. А он его сразу же принял, начав отзываться на него чуть ли ни к вечеру того же дня. За три с хвостиком недели на добротном мясном питании, которое он сам себе и добывал (изредка делясь со мной), варг вымахал до размеров взрослого тигра. Это уже был не маленький медвежонок. Его черты тела стали заостряться, приобретать хищные кошачьи формы. Холка стала напоминать бычьи черты, выпирая из–за головы… Я прекрасно помнил, как выглядит взрослый варг и понятное дело, что Маркиз был ещё котёнком, но встреть я такого котёнка в диком лесу и мне был бы уже каюк, а ведь эта зараза станет ещё куда больше… Маркиз, ведомый мною за клык, послушно вышел из–за моей спины и я, обняв огромную голову варга, стал её усиленно чухать. – Кто нападает на моих миньонов, а? – Я «пфукнул» Маркизу воздухом в его ноздри и зверь недовольно зарычал, не любил он этого. – Кто тут усатый негодяй, а? – Я нащупал пальцами особую зону под правым ухом варга и из его груди раздалось низкочастотное тарахтение. Лапы могучего котёнка мгновенно подкосились, и он повалился на меня всеми своими килограммами, таки опрокинув хозяина на землю. Хотя какой я ему к чёрту хозяин, если он сам добывает себе пищу? Скорее друг, а то может даже и брат… После того происшествия с передозом от лукового концентрата, Маркиз больше ни разу не притрагивался к этому растению, по крайней мере, на моих глазах и ел только парное мясо, которого бегало в наших края не мало. Я даже немного завидовал зверю. Ведь ему удалось избавиться от рабской зависимости, а я вот буду страдать теперь вечно… Пробовать же трюк с передозом я не решался. Кто его знает мою дозу, а умереть в попытке можно было очень легко. Но тут от грустных и не своевременных мыслей меня отвлекло поступившее сообщение на нейрограф. Я сперва по привычке думал от него отмахнуться, играя своей рукой с Маркизом, это мне сейчас было важнее, чём письма от конструктов, но, заметив особый значок, которыми отличались сообщение Патриарха, решил его всё же открыть. И внутри был следующий текст: СООБЩЕНИЕ ОТ ПАТРИАРХА Внимание, биосубъект #100234–1–94124.1.! В зоне окто–сферы #54 через 40 часов будет проведено закрытое голосование с целью избрания нового уполномоченного. Кандидатов на приобретение статуса на данный момент: 1. Количество способных голосовать биосубъектов: 1. Стоимость вступления в должность нового уполномоченного: 100 000 марок. Стоимость пролонгации раз в месяц: 25 000. – Ну наконец–то, дождался, – выдохнул я с улыбкой на лице, а затем прочёл последние строки и…: – Сколько?! Вы там че всё, с ума посходили?! – Маркиз от моего крика недовольно оскалился, рыкнул и, бросив игру со мной, поднялся на лапы и пошёл куда–то по своим делам. – Паук, как это понимать?! Паук: «Обычно стоимость смены уполномоченного определяется системой как 10% от возможного месячного заработка на определённой территории. Видимо территория окто–сферы считается довольно прибыльной, раз Патриарх запросил подомную сумму». – Да мне–то че с этого толку?! Я ведь один здесь!!! Паук: «Боюсь, это не учитывается…». – Да вы…! Как же вы меня…!!! Я вашу систему через…!!! А Патриарха к…!!! Вместе с…!!! *** Взять себя в руки я сумел только через час. Сидя напротив самодельно сконструированной полки, я разглядывал выставленные там вещи и молча думал в свету одного из двух ярких фонарей на атомной батарейке, что обошлись мне в 50 марок каждый. Проблема была в следующем: 10 минут назад я бросил в утилизатор примерно один килограмм композитного титана и получил в ответ 4,7 марок. Путём несложного подсчёта можно предположить, что остального титана у меня будет на 56 000. Маловато… Чёрной стали у меня около тонны. Даже если Патриарх действительно примет её как я и рассчитывал, то это будет ещё 20 000 плюсом. Итого мне не хватает на первый взнос – 24 000 марок. И вот вопрос, стоит ли мне разбазаривать эссенцию, золото и алмазы, в надежде дособирать до нужной суммы? Ведь я до сих пор не знал ценность этого всего… Как в финансовом эквиваленте, так и в практическом. А вдруг эта эссенция нужна для создания пилюли, что из меня Халка способна сделать? Кто мне скажет? Никто… – Эх… Думай голова, думай! Я тебе шапку куплю! – С натугой прошипел я сквозь сжатые зубы, стуча себя кулаком по лбу и вдруг… Тихо–тихо, чтобы не спугнуть мысль… – Серебряная сфера! – Воскликнул я и мой голос понёсся эхом по пустым каменным коридорам. Да, тогда я был напуган и морально перегружён, но… Я хоть убей не помнил, чтобы кзоры несли на себе обломки серебристой сферы. Она ведь была большой, тяжёлой. Единственное, что я видел это обрывки грубо срезанного металла с капсулой НПУ. И это могло значить две вещи. Первое – остатки сферы всё ещё в том кратере, кзоры попросту не успели вернуться за ними, погибнув от конструкта той ночью. И второе – сферу можно относительно легко разрезать, если с этим справились кзоры «в поле» да ещё так грубо. И даже если она вся состоит из композитного титана, в ней должны быть десятки тонн! И это я ещё молчу о наверняка уцелевших компонентах. Мысль о сфере настолько меня взбудоражила, что я вскочил на ноги и стал нарезать круги по комнате, размышляя вслух: – У меня всего два дня… Два дня до открытого голосования. Если ничего трагического не произойдёт, я проголосую за себя и тогда мне понадобиться сто тысяч местных тугриков. Что мне это даст? Доступ к заданиям Патриарха, разумеется. Если Паук в моей голове не врёт, а за ним этого замечено не было, то меня потенциально ждёт миллион марок прибыли в месяц, успей только выполнять задания. А я думаю, что у меня получится выполнить, если не всё, то хотя бы часть заданий. И помогут мне в этом миньоны, прикреплённые к более развитым конструктам. Они будут моим населением, что смогут неустанно приносить мне требуемые для выполнения задания ресурсы и тогда, тогда…, – я прикрыл глаза и попытался успокоиться. От мыслей о возможных перспективах у меня закружилась голова, и я даже немного возбудился. – Но что мне нужно для этого? Снова рискнуть, – хмыкнул я своим мыслям. – Сейчас у меня есть потенциально 80 000 марок. Это как минимум 4 новых строительных конструкта, если достать где–то немного мелочи сверху. Пять таких конструктов сумеют за раз забрать с места всё останки сферы без вопросов. Но есть проблема – нового Марка не построить на верстаке ведь он оттуда попросту не выйдет… И что же делать? – Я тяжело вздохнул и снова сёл на пол, обхватив голову руками. За месяц волосы отрасли уже на несколько сантиметров и мне нравилось иногда погружать в них пальцы, это меня успокаивало… – Если подытожить, то имеем следующее: Под вопросом – наличие сферы в кратере. Я всё же действительно мог не обратить внимания на многие детали и теперь по прошествии времени просто о них не помнил. Под вторым вопросом – возможность в сжатые сроки как–то расширить коридоры или сделать другой выход из комнаты с терминалом. Под третьим вопросом – сумма денег, которую я сейчас получу по факту от терминала. Если она просядет хотя бы на 5, а то и 10 процентов от моих расчётов, я окажусь в глубокой заднице. И что же тогда делать? Риск был невероятно велик, но и бонусы обещали быть не менее впечатляющими… – Хорошо, хорошо… – я в очередной раз попытался успокоиться. – А что будет, если сферы не окажется, я прогорю с покупкой уполномочий и буду вынужден ждать ещё месяц…? Как что? Риск, что ко мне точно наведаются пустынные кзоры будет почти стопроцентным, а я их при этом буду встречать с голой задницей. Вот что будет. И стоят ли возможные перспективы перёд лицом такой опасности? «Стоят», – кивнул я своим мыслям спустя несколько минут раздумий и поднялся на ноги. Я уже почти месяц хожу под смертью, и только мои решительные действия всё ещё не давали мне умереть. А значит, не вижу смысла останавливаться. Если ты разбегаешься ты должен продолжать это делать постоянно, ведь стоит тебе только задуматься о замедлении, как ты тут же споткнёшься о воздух и упадёшь. *** Следующие десять часов я без устали пилил плазмой уцелевшие лапы паука и на тележке свозил их к утилизатору. Марк всё это время прокапывал со стороны улицы дыру к помещению с терминалом. Вместе с его подсказками, я принял решение поступить сначала вот так грубо, а потом, когда пять конструктов освободятся от сферы, они быстро модернизируют комнату и подстроят к ней нечто вроде скрытого под землёй гаража, по которому сумеют пройти или проехать максимально возможные по размеру конструкты. Да по–прежнему будет оставаться проблема с незащищённостью входа, но если сферы в кратере не окажется, то мне, по сути, будет и плевать, сколько открытых отверстий ведут в мой дом под холмом… И вот, момент истины настал. В вытянутой руке Марка над утилизатором был двухсоткилограммовый кусок лапы Паука, и конструкт только ждал моей отмашки. – Давай, – кивнул я, собравшись с духом. Кусок оплавленного металла исчез с резким хлопком и мне почти сразу на нейрограф пришло сообщение: ├ Состав утилизируемого объекта: ├ Композитный титан – 186 кг. ├ Наноструктуры – 17 кг. Переместить в квантумный репозиторий или выплатить соответствующую компенсацию? – Откуда тут взялись наноструктуры? – Глупо захлопал я ресницами. Паук: «Они были и в килограммовом образце. Просто в тот раз их было слишком мало, чтобы система сочла нужным за них платить». Я, не веря в свою удачу, нажал на выплату компенсации и мне на счёт упало 1 514 марок, хотя по изначальному расчёту должно было быть всего 874. Наноконструкты! Чёртовы наноконструкты! И как я мог забыть о них? Ведь и правда в мушкете кзоров была не только чёрная сталь… Наконец–то богиня удачи повернулась ко мне своим личиком! В итоге через полчаса монотонной работы Марка у меня на счёту образовалось 93 140 марок. Почти целая тонна из общих двенадцати, которые весили лапы Паука, оказались наноконструктами, которые стоили в разы дороже титана. Ещё через два часа мы с Марком притащили к терминалу почти тону чёрной стали и с неё я получил дополнительные 19 712 марок. И пускай я, судя по всему, довольно сильно не попал в цену одного килограмма стали, но наноконструкты внутри неё частично покрыли моё просчёт. К этому моменту Марк уже построил отверстие в холме, на скорую руку укрепив его доступными деревьями и каменными плитами. Всё было готово к началу распечатывания новых конструктов. Не мешкая, я сразу выбрал четверых новых Марков и нажал на кнопку «купить», что одномоментно сделало меня беднее на 86 000. Но ничего, запасец ещё остался…, остался. Был у меня ещё соблазн потратить деньги на атрибуты к собственному телу…, но памятуя, с каким запозданием, они активировались в прошлый раз, я решил сделать это по возвращению. Да и к тому же если меня ждёт неудача со сферой, то на 26 тысяч оставшихся марок я сумею накупить хотя бы боевых конструктов… *** Выдвинулись к месту падения сферы мы на рассвете. Мне удалось урвать всего пару часов сна, но чувствовал я себя достаточно бодро. Это бурлящий в крови адреналин от предвкушения сказывался. Куда лететь точно я не знал, но верил, что сумею разглядеть кратер в плотном лесу без проблем, да и горные гряды по обе стороны от долины не давали возможности заплутать. Ну а если я уж совсем слепым окажусь, то два стрижа, которым я приказал следовать за мной, уж точно увидят искомую нами цель. Примерно через двадцать минут полёта мы достигли кромки леса, и я подал больше напряжения на магнитные излучатели гравибайка, что подняло меня на несколько десятков метров вверх над землёй, этого было как раз достаточно, чтобы лететь над кончиками деревьев, не задевая их. При таком режиме дистанции полёта хватало на 190 километров, но я думал, этого будет достаточно. В крайнем случае сделаем небольшую остановку для подзарядки батарей на солнце. Летел я с небольшой скоростью, в диапазоне до 50 до 70 километров в час. Конструкты за моей спиной, которым я дополнительно приобрёл по магнитным катапультам, словно гигантские кузнечики один за другими вырывались из густого зелёного покрова, пролетали над кромками деревьев несколько сот метров и падали обратно на землю, чтобы через какое–то время снова подпрыгнуть. Выглядело это завораживающе, если честно признаться. И мне особо доставляло удовольствие, что этот сюр происходил по моему приказу, я ими всеми владел… В хорошем смысле, разуметься. Маркиз от нас тоже не отставал. Сперва пока мы не подлетели к лесу он громко порыкивал за моей спиной, как бы не понимая, что я удумал и куда собрался лететь, но потом, кошак видимо вошёл в режим игры и теперь, не смотри, что я летел под семьдесят километров в час, он то и дело мелькал где–то снизу, то спереди меня, то сбоку. Мне аж интересно стало, на долго ли его хватит в таком темпе? Понятно, что он уже не беспомощный котёнок, но и до взрослой особи ему ещё далёко. Под конец первого часа нашего похода, один из стрижей прислал мне вдруг короткое сообщение на нейрограф: Внимание! На северо–западе по ходу твоего движения, наблюдаю группу разрушенных построек на земле. Даю ориентир. У меня перёд глазами вспыхнула точка вдали, аж у подножья чёрных скал. Мы же сейчас двигались ближе к родным серо–коричневым горам. Стриж был сильно далёко от нас, но видимо передавал информацию через своего собрата. Естественно я не мог пропустить такое открытие и почти сразу дал сильный крен вправо, поворачивая нос гравибайка на новый ориентир. *** За сплошной стеной деревьев у подножья огромной скалы, нас поджидала скрытая там небольшая балка. Когда–то давно, она наверняка была проделана текучей водой, но сейчас вместо воды там остались лишь пологие невысокие склоны и ровное дно, размером примерно с теннисный корт. Я приземлился на опушке леса, подминая под гравибайком какой–то густой кустарник и, заглушив двигатель, подошёл к краю склона. – Вау…, – не сдержался я от комментария к увиденному. Подомной внизу стояли здания из металла, бетона и стёкла. Это было сделано явно не руками кзоров, но, к сожалению, толку мне от этого было никакого. Ибо всё здания были сильно разрушены и явно заброшены уже не первый год, а то и не первое десятилетие. Окна пробиты, некоторые стены обрушились, всё заросло травой и чём–то вьющимся вроде плюща. Композиция построек была незамысловата – три небольших домика с купольными крышами напротив большого здания из металлических ферм. Судя по всему, оно всё когда–то было покрыто стеклом, его остатки можно было разглядеть в заржавевших креплениях. «Это же теплица», – пронеслась мысль у меня в голове и правда, благодаря улучшенному зрению я сумел разглядеть в густой траве, наполовину утопленные в земле гофрированные трубы, по которым наверняка когда–то текла вода. Тём временем позади меня стали раздаваться приближающиеся звуки тяжёлых падений, я обернулся, это мои архаровцы наконец меня догнали. «Перерыв в движении, заряжайте пока свои батареи», – отдал я мысленный приказ конструктам через НПУ и, достав из кобуры свой верный лазган, стал осторожно спускаться вниз. Развалины не развалины, а хрен его знает, что меня там поджидает… По густой высокой траве передвигаться было не очень удобно, но зато сразу было видно, что здесь давно никого не было. След позади себя я оставлял очень заметный. К каждому из домиков вела невысокая лестница. Металлические двери на обычных петлях были открыты нараспашку. Всё было вокруг грязным, в земле, листьях, ветках, не один десяток раз омытое дождями… Я осторожно ступил на первую ступеньку деревянной лестницы, и она громко заскрипела под моим весом. Шаг, ещё один, и вот я уже внутри. Это была не жилая постройка. Два рабочих стола напротив панорамных окон с выбитыми стёклами, простенькие кресла на сгнивших колёсиках. Две картотеки со шкафом с другой стороны. Всё пустое. Ни листочка бумажного или даже клочка, ни ручки или остатков проводов… Видимо отсюда всё забрали или наоборот – так и не въезжали по какой–то причине. Второй домик был точно таким же заброшенным, а вот у третьего, металлическая дверь оказалась закрыта и даже более того, со стороны улицы на ней было множество глубоких царапин, как будто какой–то хищник или хищники пытались ворваться внутрь. Но это ведь металлическая дверь… У кого хватило бы силы оставить на ней такие следы? Меня сзади вдруг пихнула в ноги огромная голова, но я не испугался. Тяжёлое дыхание Маркиза было нереально не услышать. – А ну–ка иди сюда, – я с усилием подтащил к себе зверя и, взяв его лапу в руки, сравнил когти с оставленными на двери бороздами. Не подходит. Когти у моего богатыря уже явно были больше, значит, эти следы оставил не варг, а кто–то поменьше него… Маркиз недовольно рыкнул и вырвался из моей хватки, после чего пошёл что–то вынюхивать в развалившейся теплице, быстро пропав в густой траве. А я, перехватив лазган поудобнее, плавно надавил на дверь и она на удивление легко поддалась, открывшись вовнутрь с пронзающим сознание скрипом. В этом домике всё уже было по другому, шкаф и картотеки разорваны неизвестной силой в клочья, повсюду следы когтей, тёмные выцветавшие пятна на полу (скорее всего кровь) и посреди этого всего хаотично разбросаны уже побелевшие от времени кости. Где–то они были целыми, а где–то со следами от укусов. Тот, кто здесь погиб, умер явно неспокойной смертью. Я включил фонарик и повёл им по сторонам. Заглянул под первый перевёрнутый стол, второй и… бинго. Череп кзора. Я даже выдохнул облегчённо, не заметив, как задержал дыхание, в ожидании увидеть человеческие останки. Но нет, это был обычный кзор. Он явно пытался здесь спрятаться, я посветил фонариком на окна и увидел вырванные с мясом из стены крепления. Видимо когда–то это было что–то типа самодельных ставней… В то, что эти дома с теплицей построили кзоры я всё ещё не верил, слишком всё это знакомо мне выглядело, слишком по–человечески. Возможно, это было построено ещё задолго до того, как в долине появились кзоры? Но почему тогда всё это было заброшено? Из–за опасности, или простого просчёта? А может…, меня вдруг посетило воспоминание, что кзоры, когда несли меня по лесу, были сильно настороже. Я тогда ещё подумал, что они передвигались так, будто идут по чужой территории. И успокоились они только когда вышли из леса и грубо говоря, вступили на территорию варга. Может причиной их страха и были те существа, что оставили свои следы на металлической двери? Или в лесу живёт ещё один клан кзоров? Если это так, то за почти месяц, что я провёл в долине, я не видел их и не ощущал их присутствия. Но с другой стороны то же самоё можно было сказать и про загадочных существ. Их я тоже ни разу не встречал. Но да ладно. Это, конечно, интересная находка. Она даёт надежду, что в этом мире есть кто–то ещё кроме кзоров. Да и загадка тоже любопытная, но я покинул дом этим утром не для того, чтобы искать признаки других цивилизаций, а по вполне конкретному делу, так что пора отправляться дальше в путь. *** Кратер я нашёл первым, просто внезапно пролетев над ним (лесные заросли были невероятно густыми). Дал резкий разворот, и пока мои «кузнечики» где–то на горизонте нагоняли меня, стал рассматривать поверхность. Мне повезло. Вся земля была усыпана большими осколками серебристой сферы. Наверное, об уцелевших внутренностях в таком случае мечтать не приходилось, но металл–то никуда не делся. Стотонная глыба «а что если?» вдруг исчезла с моих плеч и я облегчённо улыбнулся, заходя на посадку, прямо на краю кратера. Это было самоё свободное место здесь, всё остальное было завалено переломанными деревьями. Если судить по быстро накиданной стрижами карте, кратер был в 117 километрах от дома. Не близко, но и не далёко. Мне понадобится около получаса полёта на максимальной скорости моего «Шершня» чтобы долететь обратно. Я активировал навык мародёрства и во всё стороны от меня пронёсся электрический импульс, передавая на мой нейрограф всё хоть мало–мальски ценное в радиусе двадцати пяти метров. Это было не сфокусированное сканирование, да и навык всего 1–го уровня, поэтому надписи над подсвеченными осколками гласили только что это осколки химера–конструкта. А мне большего и не нужно было. Для Марков и этого достаточно, чтобы ничего не пропустить, а вот, кстати, и они… Безбожно ломая вековые деревья, пятеро братьев из ларца вышли на опушку леса и остановились, ожидая моих приказов. – Площадку расчистить, осколки конструкта собрать в одно место. Передвигать их бережно, внутри могло сохраниться что–то ценное. Вот вам кое–какая информация в помощь, – я переслал им по нейрографу результаты сканирования. – Слушаюсь, – хором ответили мне Марки и, мгновенно разделив обязанности между собой, приступили к работе. Я довольно кивнул и с прищуром посмотрел на нёбо. Солнце только–только начало набирать свою яркость. До полудня было ещё далёко… А для открытого голосования Патриарха оставалось чуть больше суток. Должны успеть, если форс–мажоров не случиться. Та даже если и случаться, конструкты должны успеть сгонять туда–обратно к дому. Расстояние–то оказалось не очень большое. Довольный сделанным выводом, я достал с пояса флягу, налил немного воды в подставленную ладонь и умылся. Летел я хоть и не долго, но без защиты лицу было не очень приятно. Потом, сделав два глотка, закрутил крышку и вернул флягу обратно на свой пояс. В этот момент на опушку леса вышел Маркиз. В зубах он держал что–то серое и пушистое, размером примерно с упитанного кролика или даже чуть больше… Встретившись со мной взглядом, зверь рыкнул приветственно и, одним прыжком запрыгнув на толстый ствол поваленного дерева перёд ним, улёгся по–кошачьи и начал есть свою добычу, яростно виляя хвостом при этом. Восхищённо покачав головой, я развернулся на месте и посмотрел на возвышающиеся надо мной горы. Открытый уступ с одиноким деревом я увидел там почти мгновенно. Мыслей коснулось приятное чувство ностальгии… Хотя если вдуматься, то ничего приятного в моей ситуации месяц назад не было. Я обернулся посмотреть на конструктов и, убедившись, что им не нужна моя помощь и тем более подсказки, залез обратно на сиденье байка и включил двигатель. Маркиз мгновенно оторвался от своей трапезы и, убедившись, что я куда–то снова улетаю, бросился за мной следом в лес. *** Приземлился я между крепким деревом с огромной густой кроной и высоченным валуном. Тём самым, за которым спрятан вход в пещеру. К ней я ещё вернусь, но сейчас, я подошёл к толстому стволу дерева и коснулся его, будто подспудно желая вновь пережить те чувства, что бурлили во мне, когда я, слабый и едва держащийся на ногах, выбрался впервые наружу. Я закрыл глаза, вслушался в звук шелестящих на ветру листьев, почувствовал тепло на ногах от ярких лучей солнца. Но от мыслей о моей судьбе меня отвлекло тяжёлое пыхтение явно очень недовольного котика, который вынужден был играть в догонялки со своим другом, которому постоянно приспичит куда–нибудь улететь… Я выглянул из–за края уступа и улыбнулся, глядя в вертикальные зрачки моего любимца снизу. И вот как можно сожалеть о том, что со мной случилось, если у меня теперь появилось такое счастье, размером со взрослого тигра? – Идём, Маркизище, покажу место, где я появился в этом мире, – взмахнул я рукой. Варг снизу издал длинный злой рык и спустя мгновение одним прыжком перевалил через край моего уступа, мягко приземлившись на всё четыре лапы. Он подбежал ко мне ленивой трусцой и с силой впечатался своей башней вниз моего живота, как бы намекая: делу время, потехи час. На что я только рассмеялся и почесал его в его любимом месте – за правым ухом. За левым ухом тоже было любимое место, но за правым… За такой чух он был готов продать родину. А то и две. *** Луч света моего фонарика осветил промогульный вход из тёмно–синего камня, чья поверхность была покрыта вязью непонятных символов… или просто странным орнаментом. Я замер во входе пещеры, как бы сомневаясь, нужно ли мне туда вообще возвращаться. Но вот Маркиз сомнений не испытывал. Наверняка специально меня задев, он проскользнул в пещеру и начал громко всё там обнюхивать. Ему не хватало только территорию… А, не, всё нормально, пометил. Остановившись у тёмного входа в коридор, варг вопросительно обернулся ко мне и едва слышно рыкнул: «Ты идёшь, или как?». – Та иду уж…, раз сам позвал, – пробормотал я и наконец сам вошёл в пещеру, но тут уши зверя внезапно резко повернулись по направлению одному ему слышного звука, он хищно припал к земле, зарычал и вдруг прыгнул во тьму, бесследно растворившись в ней! – Маркиз! – Закричал испуганно я и, забыв обо всех сомнениях терзавших душу, бросился вслед за ним, доставая из кобуры лазган. – Остановись, чтоб тебя! – Кричал я ему вслед, успев высветить только мелькнувший во тьме хвост кота, дальше свет фонаря не пробивал, да и варг убегал от меня слишком быстро. – Да я же тебя убью, если сам не помрёшь! Не помню, как долго бежал, помню только ужасное чувство страха, что меня всего переполняло за судьбу Маркиза. В ушах был только грохот ботинок о каменный пол и звук моего тяжёлого дыхания. Но вот, впереди наконец показался поворот я быстро замедлился и подбежал к его углу, держа лазган наготове. Звуков из криптория слышно не было. Резко заглянул внутрь – там вроде никого не было. Тогда я спрятался обратно за угол и обдумал увиденное: всё те же шесть капсул стоят полукругом, разве что крышка сейчас была открыта не у самой крайней слева (моей), а у той, что рядом. Нет, я в бредовом состоянии мог и перепутать, хотя… Я вдруг замер и затаил дыхание, когда, как мне показалось, услышал чей–то жалобный всхлип. Снова выглянул из–за угла и наконец–таки заметил пушистую сволочь, что стояла между опорами двух капсул и что–то там делала, едва слышно порыкивая при этом. Я осторожно вошёл внутрь криптория, осмотрелся по сторонам. На всякий случай даже заглянул под платформу. Вдруг там кто–то прячется так же, как и я в своё время. И когда понял, что угрозы внутри нет никакой, набрал полную грудь вонючего воздуха, чтобы как следует заорать, но тут вдруг всхлип со стороны капсул раздался снова. Я своего зверя знаю хорошо, он таких звуков издавать не мог… – Маркиз, а ну иди сюда! – Рявкнул я и побежал к нему! – Ко мне я сказал! Варг неохотно подчинился и всё–таки вылез из–за колонн, на которых были установлены капсулы. Я посветил туда лучом фонарика и... – Какого хрена, – пробормотал я ошарашенно, увидев цепляющиеся за металлический край платформы тоненькие пальцы. Мне понадобилась целая секунда, чтобы осознать, что эти пальцы кому–то принадлежат, и я бросился к опорам на помощь. Протиснулся между ними, нагнулся посмотреть за край платформы и столкнулся вдруг взглядом с двумя испуганными глазищами, что с ужасом смотрели на меня снизу вверх. Это была девушка. С кожей зеленной, словно изумруд и длинными волосами цвета морской бездны… По ней сразу было видно, что она не человек, но её большие глаза, идеально–женственное лицо… Я даже не заметил, что уши у неё были вытянуты словно у эльфов, да и цвет кожи далёк от блёкло розового… Девушка подомной вымученно застонала и одна её рука вдруг оторвалась от края платформы. Тогда–то я и пришёл в себя, быстро упав на одно колено и схватив её за оставшуюся рядом со мной руку, успев в последний момент. Слава богу, она оказалась худенькой и лёгкой словно пушинка, а не скрытым киборгом каким–то. Я сумел удержать резкую смену равновесия и тогда протянул ей свою вторую руку. Девушка какое–то мгновение колебалась, но всё же схватилась за неё, и я потянул её медленно вверх. И вот, спустя несколько секунд, она очутился в моих объятиях, очень холодная, ниже меня на голову, она тряслась словно воробушек под холодным дождём. Маркиз позади колон рыкнул, недовольный появлением нового двуногого и девушка испуганно воскликнув, ещё сильнее прижалась ко мне. Как и я, когда–то, она была сейчас полностью обнажена. Мой нейрограф тем временем определил её как: РАЗУМНЫЙ БИОСУБЪЕКТ ├ Статус: Сильное физическое истощение. ├ Уровень угрозы: Невозможно определить. ├ Раса: Зилориане. ├ Статус вживлённого НПУ: Отсутствует. ├ Аугментации тела: Внимание! Недостаточный уровень навыка «Мародёрство». Доступная информация о биосубъекте: Отсутствует. Всё же это какой–то поломанный крипторий. Вот, девушка вышла из капсулы тоже без НПУ. И как нам теперь быть? Название расы буквально кричало мне, что она вряд ли заговорит со мной сейчас на моём языке. – Эй, ты меня слышишь? – Я слегка сжал малышку, которая с ужасом смотрела на моего Маркиза, который будто бы специально сверлил её тяжёлым взглядом. – Э–э–э–й. Она посмотрела на меня своими прекрасными, но испуганными глазами у меня в горле вдруг встал ком. – &@#*$, – ответила она мне едва слышно, но достаточно понятно, чтобы понять, что ничего непонятно. – Ну, кто бы сомневался…, – пробормотал я и, обняв её за талию, слегка приподнял, чтобы пройти между опорами капсул. С другой стороны я поставил её на пол платформы и отпустил. Девушка хотела было, вцепившись в меня своими тоненькими пальчиками, не дать мне этого сделать, но быстро передумала. Вместо этого, как только я отошёл от неё, она поспешила прикрыть руками свою отнюдь не маленькую грудь и пах. – Да, я не смотрю, не смотрю, – сразу же отвернулся я и поспешил расстегнуть крепления своей разгрузки. – Сейчас, – я положил её на пол и быстро снял с себя свою серую хлопчатую рубаху. Держи, – я помахал ею перёд глазами малышки, и она быстро поняла, что я ей предлагаю. Девушка смущённо забрала у меня одежду и быстро накинула её на себе. Я думал ей и штаны ещё свои отдать, но моя рубашка оказалась ей почти по середину бёдра. Если ногами махать не будет, то ничего я там и не увижу. – Ещё вот держи, – я протянул ей флягу, но не увидел понимания в глазах. Тогда я открутил крышку и сделал большой глоток из горлышка. – Понимаешь? – Спросил я и снова протянул ей ёмкость. Малышка кивнула и дрожащей рукой потянулась за флягой. Та, в её состоянии оказалось очень тяжёлой для одной руки, поэтому помогая себе второй рукой, она с жадностью впилась в горлышко и начала пить. Я невольно залюбовался этой картиной, но быстро себя отдёрнул. Если вспомнить мои ощущения, когда я впервые очнулся в этом мире, то ей сейчас можно было только посочувствовать. И на пошлые мысли одинокого самца, ей тоже сейчас было плевать с высокой колокольни. Я порылся в кармашках разгрузки на полу и достал на свет небольшую коробочку, где у меня хранились медикаменты в инъекторах на крайний случай. Достав из зажима сразу два инъектора – стимулятор и обезболивающее, я выпрямился и стал ждать, когда красавица насытит жажду. Ждать пришлось пару минут, девушка пила хоть и жадно, но понемногу за раз, будто зная об опасностях больших глотков в её положении. Я–то ждал спокойно, невольно любуясь незнакомкой, мне было вполне комфортно. А вот Маркиз явно перебывал в раздражении. Он не выдержал долгой тишины и вдруг неожиданно зарычал. Внезапно даже для меня, что уж говорить о девчонке? Фляга с водой полетела на пол, и малышка упала туда же, съёжившись так, будто приготовилась к смерти. – Ну ты и скотина, – вынес я вердикт наглой, но заметно довольной морде варга. – А ну брысь отсюда! – Я притворно замахнулся на него ногой, но Маркизу только этого и надо было. В игривой припрыжке он развернулся к выходу и скрылся в нём со скоростью пули, но с гордо задранным хвостом. – Приручил же на свою голову, – в недовольном притворстве пробурчал я, хоть мне и понравилась шутка зверя. – Эй, красавица, вставай. Злой варг ушёл, ничего не бойся, – сказал я и поднял с пола флягу. Потрусил ею у уха – осталось примерно 1/4 , вот же водохлёбка. @#$*? – Посмотрели на меня испуганные глазища. – Ну, допустим, да, – уверенно кивнул я и, присев рядом с ней, сделал одну за другой инъекции в её миниатюрное плечико. Девушка дёрнулась, но скорее от неожиданности, нежели от боли. Она посмотрела на место укола, а затем снова испуганно на меня. Но лекарства в этом мире было хорошие, быстродействующие. Несколько секунд всего прошло, и её взгляд потеплел – видимо она почувствовала положительный эффект. – А такое будешь? – Я достал из другого кармашка разгрузки вяленые кусочки чьего–то мяса. Не знаю чьего… Чём Маркиз со мной делится, то и сушу понемногу на солнце с солью. Показывая пример как однажды уже это делал для варга, я откусил кусок и издал звук «м–м–м–м–м», только разве что в этот раз я действительно начал жевать. Девушка несмело потянулась к кусочку, затем так же осторожно попробовала его на вкус и с широко расширенными от удивления глазами тут же закинула в рот весь остальной кусок. – Мне, пожалуй, книгу об искусстве приручения уже можно начинать писать, – хмыкнул я и, высыпав в подставленные ладошки остатки мяса, поднялся и стал одевать на себя обратно разгрузку. Закончив с этим, я нагнулся над малышкой и аккуратно, так чтобы у неё не возникло мыслей о том, что я к ней грязно домогаюсь, поднял на руки. После чего развернулся и неспешно пошёл к выходу из криптория. Девушка сперва вела себя сковано и зажато, боясь даже пикнуть у меня на руках, но затем не выдержала и продолжила быстро есть. «А вдруг больше не будет?», – наверно думала она. Бедняжка… *** Пока я нёс почти ничего не весящее для меня девичье тело по тёмному коридору, у меня перёд глазами были открыты окна нейрографа. Пришла пора воспользоваться одним преимуществом, что было доступно только владельцам НПУ «Химера». Вот только… я всё никак не находил где среди многочисленных «меню» то самоё нужное мне с магазином «НЕКСУС». «Паук, помоги», – подумал я мысленно, чтобы не спугнуть и без того застывшую у меня на руках малышку. В её реальности она сейчас находилась в руках у пришельца, который неспешно нёс её во мраке. Я даже ощущал то, как быстро и сильно билось её сердце. Но, увы, пока что с этим было ничего не поделать. Ей придётся пережить этот ужас неведенья самостоятельно. Паук: «Для удалённой связи с терминалом ты можешь использовать меня, Альт. Озвучь то, что ты хочешь найти». «Мне нужно что–то, что поможет общаться с этой девчонкой. Умение или чёрт знает что ещё… Что можно удалённо получить?» Паук: «Из навыков доступны: «Ксеношифр ур.1» и «Глоссоскан ур.1». Первый навык считается военным, предназначен для мгновенной декодировки и расшифровки паттернов на неизвестных носителю языках. Второй навык создаёт нейронные связи в мозгу с информацией об увиденных и услышанных словах на неизвестном языке, что со временем и при доступе к значительному объёму информации, позволяет выучить любой язык». «Давай «Глоссоскан»», – кивнул я. Паук: «Это навык, он не может быть загружён удалённо». «Т–с–с! Ты издеваешься что ли?!» Видимо моё настроение передалось и моим рукам, так как я вдруг услышал испуганный всхлип малышки и сразу же поспешил расслабить, напрягшиеся было мышцы. – Извини, – буркнул я виновато и… «Ну так что там?!» Видимо Паук действительно издевался, ведь спустя недолгую тишину он продолжил всё тем же безэмоциональным голосом: Паук: «Из умений доступны: «Ксенолингвистика ур.1» и «Нейросканирование ур.1». Первое умение по работе схоже с навыком «Глоссоскан», но на первых уровнях изучения работает значительно медленнее и собирает только ту информацию, на которую обратит внимание непосредственно биологический носитель. Второе умение не совсем из темы познания языков, но тоже может оказаться полезным. Оно со временем позволяет интегрироваться с нейронными шаблонами общения, в том числе невербального и контекстного понимания. Работает даже при отсутствии общего лексикона, используя логические и эмоциональные сигналы». «Давай первое у…» Паук: «Так же доступна к загрузке мнемограмма зилорианского языка. Тебя ведь интересует именно этот язык? Мнемограмма в буквальном смысле загрузит тебе знания языка в мозг. Она доступна к удалённой установки». «Я… Вот честно, Паук, когда–нибудь настанет прекрасный день, когда я тебя кокну. Понял меня?» Паук: «Но очевидно, что этот день настанет не сегодня». – Ты блин пошути ещё у меня! – Не сдержался я и сказал это в голос, от чего снова испугал девчонку. Но снова буркнув что–то вроде извинений, продолжил наш великолепнейший диалог: «Загрузи в меня мнемограмму. Это быстро?» Паук: «По протоколу это требует от четырёх до десяти часов, во время которых биологический носитель преимущественно должен спать. Но ты, как я понимаю, хочешь получить это умение здесь и сейчас. Верно?» «Ты абсолютно прав». Паук: «Тогда ты должен учесть, что поскольку развитие атрибутов «Мозг» у тебя крайне незначительное, ты испытаешь сильную боль». «Я готов, приступай». Паук: «Так же учти, что мнемограмма в магазине «НЕКСУС» стоит 500 эволюционных марок. Сейчас же, из–за уделённой загрузки её стоимость увеличена в два раза». «Ну вы всё и жулики …» Паук: «ДНК–стабильность при загрузке мнемограммы уменьшена не будет». «Да приступай уже!» Паук: «Обратный отчёт. 3… 2… 1…» И как только Паук отчитал последнюю цифру, у меня в сознании вдруг вспыхнула ядерная бомба, что своим ослепительным светом прожгла каждый сантиметр моего тела. Я испытал немыслимую доселе боль, но не смог даже закричать ведь всё моё тело сковала сильнейшая судорога. Как я упал и размозжил в кровь нос об каменный пол коридора я уже не помнил, ведь хвала всём богам, я к тому времени уже потерял сознание. *** Приходил в себя я медленно… Мир вокруг меня почему–то сильно дёргался, будто нечёткая картинка в телевизоре при трансляции через древнюю антенну. Позади меня, буквально в упоре кто–то громко рычал. Мне сильно сдавило горло, а спина горела огнём… Потом вдруг я обо что–то ударился, затем ещё раз, боль в спине на мгновение стала непередаваемая и вдобавок ко всему этому по глазам ударил яркий свет. – Да какого хрена происходит…, – выдавил я из себя дребезжащий голос и давление с шеи вдруг резко исчезло. Яркий мир надомной перестал двигаться, а затем его заслонило чёрное пятно, что начало облизывать меня огромным, розовым и мокрым языком. – М–маркиз? – Неуверенно предположил я и варг вдруг обмяк на мне, придавив всём своим немаленьким весом к земле. Хорошо, что язык у него был не как у кошек – с маленькими костяными шипами, иначе этот бегемот слизал бы моё лицо уже до самой кости. – Так всё, хорош… Хорош, я сказал! – Я стал отпихивать от себя зверя и он, напоследок лизнув мой бородатый подбородок, грациозно с меня соскочил. Отдышавшись немного и сообразив наконец, что надомной находится голубое нёбо, по которому неспешно плыли тучки, я с трудом принял вертикальное положение и поморщился от сильной боли в спине, когда решил поправить высоко задравшуюся разгрузку. Она–то мне горло и сдавила. Я огляделся по сторонам. – Ты что, вытащил меня из коридора? – Спросил я у Маркиза, но ему уже дела до меня не было, он ходил по большой площадке перёд пещерой и обнюхивал каждый её сантиметр. – Спасибо, блин…, – я потянулся рукой коснуться спины, но сразу же скривился от боли. Там, наверное, и живого места теперь не осталось. Рубашку то я отдал… Стоп. А где девчонка?! Я завертелся по сторонам, но её нигде не оказалось рядом со мной. Может она осталась в том коридоре, я ведь упал тогда вместе с ней на руках… Я попытался встать, но столкнулся вдруг взглядом с испуганными глазищами, что смотрели на меня из тёмного уголка пещеры. Изумрудная малышка, испуганно сжавшись, и с откровенным страхом смотрела на мир по ту сторону выхода из пещеры. Её нижняя губа была разбита и уже немного напухла. Плюс к этому была ссадина на левом плече. Про остальное не знаю, не видел. – Ничего не бойся, – произнёс я медленно на её языке. Слова сами полились из моего рта, будто я знал этот язык с детства. Разве что мышца горла слегка напряглись, извлекая непривычные звуки. Глаза девчонки и без того немаленькие, увеличились ещё больше, когда она услышала мои слова. – Ты знаешь мой язык? – Нежным и звонким, словно зазвенели сотни маленьких колокольчиков голоском, спросила она. – Но почему тогда ты сразу не сказал? – А я его и не знал, – честно признался я и, поднявшись на ноги, грохнулся обратно на одно колено от снова пронзившей спину боли. – Выучил, пока нёс тебя по коридору… – Так вот почему ты упал…, – произнесла она задумчиво. – Но как это возможно?! Что вообще происходит?! Т–ты… ты выглядишь иначе, чём я. А я… я–я очнулась в том страшном месте. Никого вокруг не оказалось, никто не пришёл ко мне на помощь… Я–я ничего не помню, в голове, словно вата вместо мозга. Что со мной случилось, где я и… и кто я? «Вот ларчик и открылся», – с грустью подумал я. А ведь теперь ей придётся всё объяснять и всему учить. Но я даже и не думал расстраиваться. Она была первым человеком в этом мире, который не попытался меня сразу убить. Это уже было достижение. Да, у неё была тёмно–зелёная кожа, вытянутые эльфийские уши и большие глаза, но я как–нибудь переживу. Ведь у меня наконец–то появился собеседник и это – главное. А всё остальное – чепуха. – Я всё тебе расскажу, обещаю, – произнёс я и, поморщившись, снял с себя разгрузку. – Ты как себя чувствуешь после инъекций? Лучше? – Да, – закивала она и затем смущённо добавила: – Спасибо. И за это тоже…, – она оттянула пальцем мою рубашку на себе. – Всегда пожалуйста, – кивнул я. – Только мне сейчас нужна твоя помощь, хорошо? – Я достал из разгрузки всё ту же коробочку с лекарствами и вытащил из неё полный тюбик с заживляющей мазью. – Этот засранец, мне всю спину об камни обтесал, – я кивнул на Маркиза. – Нужно замазать раны, чтобы они затянулись. Поможешь? – А этот зверь он…, твой? – Изумрудная не спешила покидать своего безопасного уголка и указала пальцем на варга. – Мой–мой, – закивал я уверенно. – Его зовут Маркиз. Он очень добрый и нежный. Можешь его не бояться, – заверил её я. – Когда он схватил тебя в том коридоре, я думала, что он убил тебя, и я буду следующей…, – одинокая слезинка скатилась по щеке малышки, и она шмыгнул носиком. – В том… том помещении, – она махнула себе рукой за спину, – он не показался мне добрым. Он чуть было не убил меня! – Он с тобой просто игрался, – тяжело вздохнул я. Кажется, эта девчонка не просто выглядит как беспомощный воробушек, а им же и является. И зачем только «АВАЛОН» приводит в этот мир таких слабых разумных? Чтобы они стали пищей для его зверушек? Хотя стоп. «Угомонись, Альт», – отдёрнул я сам себя. «Вспомни, каким ты был слабаком и испугавшимся нюней, когда только появился здесь. Не тебе её судить». – Давай начнём сначала, – постарался я как можно добродушнее улыбнуться. – Меня зовут Альт. Я живу недалёко от этого места. Ни я, ни Маркиз, мы не причиним тебя вреда. Наоборот. Всего месяц назад я был в такой же ситуации, что и ты сейчас. Правда, с некоторыми нюансами…, но всё же. Ты не обязана мне доверять. Если ты того пожелаешь, я готов уйти прямо сейчас и оставить тебя здесь одну. Но я крайне не советую этого делать, ведь мир за этим валуном, – я кивнул себе за спину. – Невероятно опасен для такой девушки как ты. И я тебя уверяю, с твоим родным миром он не имеет ничего общего. Малышка какое–то время после моего спича молчала, задумчиво глядя себе под ноги, а затем, подняла голову и, встретившись со мной взглядом, серьёзно спросила: – Если я решу принять твою помощь, я окажусь в безопасности? – Нет, – твёрдо ответил я. – Даже более того, я – вечный магнит для неприятностей. Но я прожил в этом мире месяц и не сдох. И не собираюсь этого делать в будущем. Со мной у тебя есть шанс. В одиночку – это почти стопроцентная смерть. – Почти? – Переспросила она меня с откровенной надеждой в голосе. – Вселённая невероятно удивительное место. С малой долей вероятности, я допускаю, что с небес может спуститься великое божество и взять тебя под свою опеку, – пожал я безразлично плечами. – Иначе – никак. – Это не смешно, – нахмурилась девчонка. – А я и не смеюсь. Так что…? Поможешь намазать мне спину мазью? – Да, – спустя долгую минуту, наконец решилась она. – Вот только… я не помню, как меня зовут, чтобы тоже представиться. – Призналась она и, поднявшись на ноги, осторожно пошла на свет, кидая испуганные взгляды в Маркиза, что пасся где–то за моей спиной. – Ничего страшного, – махнул я рукой. – Я тоже не помню своего имени. Альт – это то, как я назвал себя здесь сам. Придёт время, и ты сделаешь так же. Но ты не против, если я пока что буду называть тебя изумрудной? – Последнее слово я произнёс на своём языке. – Изумрудной? – Переспросила она меня, безбожно коверкая услышанное впервые слово. – Что оно значит? – Изумруд – это такой драгоценный камень тёмно–зелёного цвета, прям как твоя кожа. Очень красивый… камень, – добавил я, намеренно выдержав паузу. – Тогда я согласна, – слегка зарделась малышка и убрала локон длинных волос себе за ухо. – Цвет твоей кожи для меня тоже непривычен. – А что он напоминает? – Лучше тебе не знать, – на лице у девушки впервые появилась улыбка и она, присев на колени рядом со мной, взяла у меня из рук тюбик. – Просто нужно намазать, да? – Да, но сперва…, – я открутил колпачок у тюбика в её руках и, подцепив каплю мази пальцем, потянулся к её губам, но девушка мгновенно отпрянула от меня. – Что ты хочешь сделать? – Насторожено спросила она. – Это для твоей губы. Так она заживёт гораздо быстрее. – Спасибо, но лучше я сама. Хорошо? – Смущённо улыбнулась она. – Конечно, как скажешь, – с лёгкостью согласился я и поспешил развернуться к ней спиной, чтобы она не увидела моего разочарованного лица. «Ромео недобитый, блин», – пронеслась сокрушённая мысль в моей голове. – Ого, – воскликнула Изумрудная, когда увидела мои раны. – А ты уверен, что одной мази будет достаточно? Может, сначала нужно всё здесь промыть? Ведь наверняка инфекция проникнет внутрь, и всё потом загноится. – Не волнуйся, – уверенно ответил я. – Мой иммунитет справиться с любой заразой, что попытается ко мне прицепиться. Проверенно. – Ну, рак так…, – быстро согласилась она, и я почувствовал лёгкое холодное прикосновение, от неожиданности которого, испуганно вздрогнул. – Болит, да? – С сочувствием в голосе спросила девчонка. – Нет–нет. Всё в порядке, продолжай. Несколько минут у неё ушло на то чтобы обработать мои раны, я шипел, кривился, но терпел боль, усиленно заедая припасённым в кармашках разгрузки луком. На Маркиза злиться было бесполезно, он вообще, поступок, считай, совершил, вытаскивая меня из того коридора… Было бесполезно, но очень хотелось. Гад сидел напротив меня в форме статуэтки – любимой позе всех котов и внимательно следил за тем как я кривляюсь и шиплю. – Всё готово, – сказала Изумрудная и я облегчённо выдохнул, когда эта экзекуция прекратилась. Но ничего, раны там вряд ли глубокие. К вечеру я уже смогу лежать на спине. – Спасибо большое, – кивнул я и, подобрав с земли разгрузку, встал на ноги. – Идти самостоятельно сможешь? – Да, – уверенно кивнула девушка. – Я чувствую себя гораздо лучше. Спасибо. Вот, держи, – она протянула мне обратно тюбик с мазью. – Не нужно, – качнул я головой. – Обработай свои раны, какие есть, а потом просто выкинь. Если не хватит – скажи, дам ещё. Пойдём, тут недалёко мой гравибайк, на нём мы и полетим. – Гравибайк, полетим? – Переспросила удивлённо девушка, тоже поднимаясь на ноги. – Что такое мотоцикл, знаешь? Та кивнула. – Ну вот представь, что у мотоцикла нет колёс и он летает вместо того чтобы ездить. – Но ты же говорил, что живёшь где–то не далёко отсюда. – Верно, но это не значит, что я живу за соседним углом. Где–то минимум час нам лететь придётся, но сначала нужно будет закончить одно дельце здесь, недалёко… А что? Ты боишься летать? – Осенило меня, и я вдруг резко остановился, обернувшись к ней. Изумрудная такого манёвра от меня не ожидала и забавно протаранила мою грудь своим личиком. – Ой, – улыбнулась она смущённо и поспешила отойти. – Извини. Нет, просто… Если честно я не помню! – Сокрушённо взмахнула она руками. – Но чувство появилось нехорошее, когда ты об этом сказал. – Не бойся, – подмигнул ей я. – Это безопасно, да и я лихачить не люблю. Всё с тобой будет в порядке. Маркиз к тому времени, как мы подошли к моей «Шершню» сидел на краю уступа и разглядывал открывающийся сверху вид, подставляя морду под лёгкие порывы ветерка и приятно щурясь при этом. Изумрудная же, словно и не заметив рядом с собой варга, будто сомнамбула медленно направилась к краю, прижав к груди свои руки. Я уже хотел было броситься за ней, а то не ровён час, она не заметит обрыва снизу, но пронесло. Девушка вовремя остановилась и продолжила разглядывать открывшейся ей мир. Я подошёл к ней и встал рядом. Мне бы бинокль сюда… Но да я его дома забыл. – Добро пожаловать, так сказать…, – нарушил я затянувшуюся тишину и малышка испуганно вздрогнула. Она посмотрела на меня мокрыми от слёз глазами и спросила дрожащим голосом: – Это так везде? Ни таких как я, или таких как ты здесь больше нет? А города, страны? Или весь мир вокруг такой? – Она махнула рукой на долину. – Таких как ты или я, я точно не встречал, – уверенно покачал я головой. – А вот других…, – я невольно коснулся своей груди, Изумрудная тоже скосила туда взгляд и её глаза расширились от удивления. Она наконец–то обратила внимания на мои рванные шрамы. – О боже мой! – Воскликнула она и прижала ладони к лицу. – Как ты…, как… Что произошло?! – Встретил не таких как я, а дальше понеслось–поехало…, – протянул я мрачно. – Но вот это видишь? – Я показал ей вроде как здоровую правую руку. – Ещё две недели назад её у меня не было. Пришлось ждать, пока новая отрастёт… Было очень неудобно. – В смысле? – Сила скепсиса на лице девчонки пробилась даже сквозь её слёзы. – Ты же сейчас шутишь, да? – Поверь, я бы тоже хотел, чтобы это были шутки, – хмыкнул я. – Но яркие воспоминания того, как меня лишали этой руки, не дают возможности сомневаться в реальности. Кстати говоря, это было в городе, – улыбнулся я. – Но его уже больше нет. Про остальной мир не знаю. Есть некая сложность в моём положении, да и в целом в этом мире. Не так–то просто изучать его разные места, чтобы с уверенностью сказать, что кроме нас больше никого нет. Понимаешь? Изумрудная в ответ только замотала головой. – Поймёшь, – пообещал я ей уверенно. – Вечерком соберёмся у костра, и я всё тебе расскажу. А когда установлю тебе НПУ – так тем более всё поймёшь. Глупой ты не выглядишь, а значит, справишься, – закончил я и уже чисто по привычке закинул в рот кусочек лука. – А можно и мне? – Робко спросила девушка. – Что? – Не сразу понял её я. – То, что ты только что съел. Я если честно всё ещё очень сильно хочу кушать, – смущённо улыбнулась она. Ей было стыдно просить о таком. – Нет, – довольно резко и грубо ответил я, а затем, подумав, сказал: – Прости. Это не от жадности. Всё дело в том, что это очень сильный наркотик, понимаешь? Я на него уже подсел по незнанию, но тебе эта гадость не нужна. Запомни, никогда не трогай высокое длинное растение с бело–жёлтыми стеблями, оно ночью ещё светится само по себе. Там, где мы будем жить, их предостаточно. Никогда их не трогай, даже лучше близко не подходи. Одной капли сока будет достаточно, чтобы до конца своей жизни ты стала наркоманкой. Понятно? Изумрудная быстро закивала в ответ. – А что касается еды, то прости, – развёл я виновато руками. – То мясо, что ты съела, было единственной моей заначкой здесь. Сам я в еде редко когда нуждаюсь, да и ем немного. Плюс к этому я не рассчитывал здесь никого найти. Тебе вообще повезло, что я решил поддаться ностальгии и поднялся сюда. Так бы и вернулся назад, не зная, что здесь погибает такая красавица как ты. – Спасибо, – девушка смущённо опустила свой взгляд к земле и нервно поправила локон волос за ухом. И только, вероятно благодаря чуду, я успел заметить, как её выражение лица помрачнело, когда она опускала голову. Она не смутилась, она прятала свой страх. – Эй, – присел я перёд ней на корточки, а когда вдруг осознал, что рубашка на ней слишком коротка для такого моего манёвра, я «ойкнул» и встал обратно. – Послушай, – прочистив горло, продолжил я и аккуратно коснулся её руки, заставляя посмотреть на меня. – Мои слова, мои поступки это всё от того, что я здесь месяц, а женщин вокруг…, – я вдруг прервался на полуслове и резко прикусил язык, видя, как расширяются от страха зрачки малышки. Хреново начал, нужно по–другому. – Извини, я… э–э–э… В общем, это мои проблемы, понимаешь? И я клянусь, что они никогда не станут твоими. Ты, конечно, можешь мне не верить и готовиться к худшему, но я обещаю, что со временем ты поймёшь, я – хороший парень. Договорились? – Договорились, – почти неслышным шёпотом произнесла она. – Ладно, пойдём. У меня есть дела там внизу и потом полетим домой. Подойдя к гравибайку, я завёл движок и посмотрел на Изумрудную. – Залезай. Места на сидушке немного, но ты маленькая, должны уместиться. Да и лететь нам не далёко, так что… Что не так? – Спросил я, заметив её нерешительность. – Сперва ты залезай, а я потом сзади как–нибудь… – Но ты ведь не умеешь этого делать, так я хотя бы проконтролирую, что ты, а–а–а–а…, – осенило вдруг меня, когда я заметил, как смущённо девчонка мнёт пальцами края моей рубашки на себе. – Понял. Слишком короткая, да? – Изумрудная быстро кивнула. – Всё, никаких больше вопросов. Тогда ты это, если не получиться удобно сесть или окажется мало места, просто покрепче цепляйся в меня. Хорошо? Нам тут лететь всего две минуты…, но мало ли. *** Приземлились мы на краю кратера как я и обещал – осторожно, аккуратно и всего через пару минут. Дав время девушке слезть с байка первой, я заглушил двигатель и принял по нейрографу отчёт моих конструктов. Всё найденные компонента химера–конструкта были найдены и собраны в одном месте, а вон, собственно, и оно… Я подошёл к внушительной горе серебристого металла. Были там и большие части корпуса с чёрными от копоти и грязи металлическими внутренностями, но в остальном были преимущественно более мелкие осколки. Мощность у реактивной гранаты была – моё почтение. Я сколько не искал подобное оружие в терминале, так его и не нашёл. Видимо у кого–то из кзоров в НПУ хранились интересные чертежи. Возможно даже у шамана. Ну да всё, к сожалению (или к счастью), было уничтожено пожаром. – Сколько здесь собралось металла? – Спросил я у Марков, что встали полукругом вокруг горы «злата». – Около 27 тонн, – отозвался первый из них. – Очень хорошо, – кивнул я и, выделив один из серебристых кусков (на глаз не больше 100 кг) в моём нейрографе, активировал навык мародёрства. ДОСТУПНЫЕ К ИЗВЛЕЧЕНИЮ КОМПОНЕНТЫ ├ Чёрная сталь: 21 кг. ├ Композитный титан: 93 кг. ├ Наноконструкты: 11 кг. И всё, больше ничего не было. Никаких уцелевших устройств. Возможно, они остались в других частях сферы, но сейчас я искать не буду. Займусь этим уже дома. Но в остальном я был доволен добычей. Могло оказаться, что весь конструкт состоит из титана или из ещё более дешёвого металла, но мне повезло, небольшой процент чёрной стали здесь тоже присутствовал. А тот факт, что кзоры в своём время довольно быстро извлекли из осколков НПУ, давал надежду, что между слоями корпуса нет никакой прослойки из магнитно–реактивной ферросетки, которая так сильно мешает работать плазмой. – Так, значит, слушайте вашу следующую задачу, – добавил я в голос командных интонаций. И для кого старался? Конструктам то было плевать. Им я вообще всё, что угодно мог приказать через нейрограф. Но я не сумел подавить в себе желание покрасоваться перёд красавицей за моей спиной. – Вешайте на себя весь этот металл (для этого Марки тащили с собой несколько бухт прочной верёвки) и потихоньку возвращайтесь домой. Это выполнимо? Вы потяните такой вес? – Да, Альт. Но скорость движения будет значительно замедленна. Мы так же не сумеем воспользоваться магнитными катапультами. – Да это понятно… Вот странно, к слову. В терминале были магнитные катапульты для этих конструктов, но не было, к примеру, какого-нибудь обвеса, чтобы конструкт мог тащить на себе или за собой значительный вес. А ведь он строительный… Ему это как бы и нужно делать преимущественно всегда. Но нет. «НЕКСУС» слал в далёкое пешее и эротическое приключение всех у кого появлялись подобные запросы. Странное усложнение жизни буквально на ровном месте. Но да Матриурху видимо было виднее, как её «участники» должны идти по пути эволюционного возвышения. Тьфу… Когда Марки приступили к работе, я повернулся к байку и удивлённо обнаружил там спрятавшуюся за ним Изумрудную. Буквально. Только лоб с испуганными глазами торчали из–за сидушки. Я было удивился, но затем, быстро сообразив, улыбнулся и сказал ей: – Извини, что забыл предупредить. Это мои конструкты. Можешь не бояться их, они не навредят тебе. – Всё эти огромные роботы твои…? – Ошеломлённо переспросила она, будто бы не веря собственным глазам. – И не только эти. Вон те тоже, – я указал пальцем в нёбо, и девушка послушно задрала вверх голову. – Только правильно говорить не «робот», а «конструкт». В этом мире они называются так… – Я думала этот мир допотопный, – покачала головой малышка. – Когда увидела такое буйство природы вокруг себя. – Да, были и у меня такие мысли, – согласился с ней я и облокотился о руль гравибайка. – Но это оказалось совершенно ошибочным мнением. В этом мире есть и не такое, – кивнул я на пятерых Марков, что уже грузили друг на друга обломки сферы. – Есть гораздо опаснее, страшнее…, и даже больше. – Расскажешь? – С жадностью к знаниям в глазах, посмотрела на меня Изумрудная. – Расскажу, – пообещал я и улыбнулся. Я хотел было сказать что–то ещё, но захлопнул рот и вчитался в только что пришедшее от одного из стрижей сообщение: Внимание! Фиксирую движение неизвестных объектов на земле между густых крон деревьев! Оптическая идентификация невозможна. Точное количество – неопределённое. Время контакта – 10 секунд! «С какого направления приближаются?!» Со всех сторон! – Быстро в кресло! – Закричал неожиданно для девушки я. Только что улыбался, а потом бац (!) и начал кричать. Неудивительно, что она впала в ступор. – Да шевелись же ты! – Я перепрыгнул через раму «Шершня» и, схватив Изумрудную за руку, дёрнул её к себе, не заботясь об уровне её обнажённости. Позади девушки раздался вдруг звериный рык, и я увидел из–за её спины, как на опушку леса выпрыгнуло первое существо. Такого прежде в этом мире я не видел. Раза в два меньше моего варга, но с такими огромными клыками в пасти, что они там попросту не помещались. У зверя было аж шесть лап, и кожа его была маслянисто–чёрная без единого волоска на ней. Выглядел он, как побитая жизнью собака, что мутировала под действием сильной радиации, как любят описывать такое в фантастических книгах. Но у меня и мысли не возникло, что зверь был слаб. Существо повернуло в нашу сторону свои чёрно–красные, наполненные невероятной злобой глаза и вдруг громко по–волчьи взвыло, будто сообщая своим членам стаи о том, что их добыча здесь. Оно попыталось броситься на нас, но белый лазерный луч моего лазгана быстро утихомирил его порывы. Минус один, не так–то и сложно, но их, если верить стрижам была целая толпа! Убедившись, что Изумрудная взобралась на сиденье, я прыгнул на него сам и, заведя двигатель гравибайка, начал резко набирать высоту. Но тут из ближайшего к нам куста, со скоростью, словно из пушки выстрелили, в нашу сторону выпрыгнула ещё одна злобная тварь! Я не успел среагировать и всего мгновением позже мою кисть на правой ручке руля пронзила невероятная боль, когда в неё вонзились острые как бритва зубы животного. Девушка за моей спиной испуганно заверещала, я громко зарычал и стал со всей дури бить облезлого уродца по открытой голове! Но зверю было плевать на мои попытки. Он вертелся и брыкался, царапая меня своим когтями на лапах, не давая мне как следует замахнуться или хотя бы точно попасть! Ещё немного и я лишусь либо каких–то пальцев, либо всей кисти разом! «Нож!», – возникла спасательная мысль в моей голове и я, достав левой рукой холодное оружие со своего пояса, без промедлений воткнул его в череп зверя. Тот в моменте жалобно заскулил и обмяк, выпуская мою руку из тисков и падая обратно на землю. – Мы падаем! – С надрывом закричала Изумрудная мне на ухо, и я заметил наконец, что байк из–за нашей схватки больше не поднимался, а наоборот – летел в кишащую толпу чёрных тел внизу! Я скривился от боли в раненной руке и снова выкрутил ручку высоты! Байк резко бросило вверх и девушка позади меня не удержалась и полетела вниз, испуганно вопя. Я, не испытывая и доли сомнений, бросив руль, кинулся за ней, оттолкнувшись ногами от рамы и, в последний момент успел сгрести в объятиях хрупкое девичье тело, прежде чём рухнуть с высоты с ней на землю. От удара мои рёбра предательски захрустели, а всё тело пронзила холодная боль. Но я, сбросив с себя скулящую от страха Изумрудную, достал из кобуры на животе лазган и тут же выстрелил в самую ближайшую к нам дикую тварь. Мёртвое тело неудачливого охотника не успело свалиться на землю, как вместо него появилось ещё двое его собратьев с каждой стороны. Онемевшими от адреналина пальцами я кое–как сумел перевести режим огня из «одиночного» на «постоянный» и, вскочив на ноги, убил около десятка тварей вокруг нас длинным, нескончаемым лучом лазера. Но батарея из–за этого быстро иссякла! Я вытряхнул её из лазгана резким движением и потянулся к разгрузке за новой, но понял, что мне уже не успеть. Тварей вокруг было слишком много и ничто не могло помешать им достать до нас. – Альт…, – жалобно простонала подомной девчонка. Я опустил взгляд вниз, посмотрел в её налитые ужасом глаза и прошептал едва слышно: – Прости меня. Но тут вдруг раздался закладывающий уши яростный вой. Мои ноги подкосились от внезапной слабости и я, схватившись за уши, повалился на колени. Шестипалые звери же, что уже почти сжали смертельное кольцо вокруг нас, испуганно замерли и, пригнув свои головы с облезшей кожей к земле даже сделали несколько шагов назад. Огромным чёрным пятном Маркиз запрыгнул внутрь кольца из кровожадных диких тварей и, встав спереди меня, снова страшно взвыл. Это было нечто большее чём просто рык. Это было настоящее психологическое оружие. Тело немело от пронзающего душу страха. Я не сдержался и закричал, где–то там, на задворках сознания, отдалённо чувствуя, как Изумрудная в припадке всепоглощающего ужаса пыталась прижаться ко мне всём своим телом, в поисках спасения. А когда вой прекратился я, тяжело дыша, будто пробежал только что марафонскую дистанцию, открыл глаза и с нескрываемым изумлением огляделся по сторонам. Злобных тварей как ветром сдуло. Вокруг нас никого не было. Только Маркиз сидел напротив в позе статуэтки и сверлил меня внимательным взглядом. Его истинные чувства с потрохами выдавал его хвост, что буквально чечётку отбивал по земле позади его спины. Я посмотрел на девушку подо мной. – Эй, – тронул я её за плечо. Но никакой реакции не последовало. Тогда я коснулся двумя пальцами её шеи и убедился, что пульс есть, сердце бьётся. Кажется, она просто потеряла сознание от страха. Тогда я с трудом поднялся на ноги, но боль в спине и в груди, меня чуть было не заставили снова упасть на колени. Но я перетерпел её и, подойдя к Маркизу, сёл перёд ним и крепко обнял за его тостующую шею. Варг сохранял неподвижность. – Если бы не ты, – прохрипел я, уткнувшись лицом в прохладную жёсткую шерсть животного. – Я бы… я…, – слова застряли у меня в горле и я ещё крепче обнял его. Маркиз в ответ, будто прекрасно понимая меня, отмер вдруг и лизнул моё вымазанное в земле плечо. Как бы говоря: «Ничего, дружище. Ты за меня, я за тебя».