Шаги Дохёна, идущего бок о бок с ней, в какой-то момент внезапно смолкли.
Может, он получил неприятное сообщение?
Дохён, пристально вглядывавшийся в экран телефона спокойным взглядом, вдруг нахмурился. На его лице, промелькнувшем перед глазами, читался скорее не гнев, а некоторая усталость.
Тихо вздохнув, он грубо засунул телефон в сумку и сократил расстояние между собой и Сэбом.
— Завтра я не смогу прийти в школу.
Сэбом растерянно подняла глаза на Дохёна, услышав это внезапное заявление.
— Не жди меня, иди одна.
Сэбом, которая всё ещё злилась из-за дневного инцидента, вспылила и резко ответила:
— Кто это вас собрался ждать, сонбэ?
Однако, несмотря на выпущенные колючки, не прошло и десяти секунд, как Сэбом смягчилась. Её беспокоило выражение лица Дохёна, которое она видела мгновение назад.
— …А почему вы не сможете прийти?
В её голосе послышалась какая-то необъяснимая грусть, отчего Дохён невольно рассмеялся.
Он смеялся долго, словно всё недавнее раздражение испарилось без следа, но так и не ответил на вопрос Сэбом. Вместо этого он задал встречный вопрос, будто намеренно переводя тему.
— Будешь ходить на дополнительные занятия во время каникул?
В Старшей школе Чхонхён проводились дополнительные занятия во время каникул.
Говорили, что это не принудительно, но при пропуске нужно было подать объяснительную записку с печатью родителей, и такие просьбы одобрялись редко. Поэтому, если не было особых обстоятельств, большинство учеников посещали эти занятия.
— Конечно, буду. А вы, сонбэ, нет?
— Нет.
— Почему?
— Меня не будет в Корее.
— Куда же вы едете?
— В Америку.
Значит, он не просто пропускает занятия, его вообще не будет в стране.
Это означало, что с началом каникул она не увидит Дохёна. Мысль о том, что лицо, которое она видела каждый день, кроме выходных, исчезнет из поля зрения, вызвала странное чувство.
«Почему…»
Почему у неё на душе так неспокойно?
Пока растерянная Сэбом смотрела себе под ноги, раздался голос Дохёна:
— Подними голову.
Как только она рефлекторно вскинула взгляд, его длинные пальцы легонько подтолкнули козырёк кепки, которую носила Сэбом. Её обзор расширился, и в поле зрения оказалось лицо Дохёна.
— …Что такое?
— Хотел проверить, не слишком ли ты обрадовалась моим словам о том, что меня не будет.
Она ни капли не радовалась.
Этот проницательный мужчина наверняка заметил это сразу, но продолжал долго смотреть на Сэбом, словно желая убедиться ещё раз. Смущённая его взглядом, Сэбом снова посильнее натянула кепку на глаза.
— Чин Сэбом.
Зов Дохёна донёсся до неё сверху, словно пытаясь удержать её взгляд на себе.
— Верни долг.
— …Какой ещё долг?
— Ты передо мной в долгу. И это долг за твою жизнь.
Ужасающая задолженность, о которой она успела забыть, вновь всплыла на поверхность.
— У меня нет денег.
— Тогда придётся отрабатывать делом.
Дохён озвучил способ погашения долга, о котором она и подумать не могла.
— Пока меня не будет в Корее, звони мне дважды в неделю.
— Я живу недостаточно богато, чтобы так часто совершать международные звонки.
Дохён усмехнулся.
«Всё-таки ни в чём не уступит…»
В его бормотании слышались нотки лёгкого смеха.
— Я сам буду звонить, так что просто бери трубку вовремя.
Дохён и Сэбом знали номера друг друга, но ни разу не обменивались сообщениями и не звонили. И тут вдруг — звонки дважды в неделю.
— А причина какая?
— У меня бессонница.
Сэбом невольно усмехнулась из-за такой небрежной и неубедительной отговорки.
Неужели он думает, что она не поймёт его попытку просто поиздеваться над ней?
— И что, от моего голоса вам сразу захочется спать?
— Кто знает.
— …
— Но, думаю, настроение точно станет лучше.
Последние слова Дохёна почти утонули в шуме улицы.
Он сказал, что будет звонить в среду и субботу в десять вечера по корейскому времени. Сэбом, прикинув в уме разницу во времени с Америкой, тихонько улыбнулась.
«В это время в Америке же утро».
Похоже, бессонница и вправду была лишь оправданием.
— Хорошо.
То, что Дохён помог ей, было правдой, да и просьба не казалась сложной, поэтому Сэбом кивнула без долгих раздумий.
— Иди домой.
Пока они разговаривали, незаметно дошли до её дома. Сэбом приоткрыла калитку и обернулась к Дохёну.
Хотя он сказал, что завтра не придёт в школу, до каникул оставалось ещё три дня. Подумав, что полноценно попрощаться можно будет позже, Сэбом лишь коротко кивнула, как обычно:
— До свидания.
Однако Дохён не пришёл ни на следующий день, ни через день, и даже на церемонии завершения семестра он не появился.
Так начались летние каникулы без Ли Дохёна.
Стояла душная ночь — одна из тех, что приносят с собой период тропических ночей. Сэбом впервые за долгое время весело проводила вечер с Суханом.
Они поужинали в мясном ресторане, который забронировал Сухан, а на десерт отправились в кафе, рекомендованное Наён, чтобы поесть любимый торт.
Сейчас они возвращались домой, Сэбом нежно придерживала Сухана под руку и ела мороженое.
— Когда начинаются дополнительные занятия?
— До среды отдыхаю, а с четверга выхожу.
— Раз уж каникулы, надо бы куда-нибудь съездить. Может, выберемся на море неподалёку на пару дней?
— Нет, папа. Если ты предлагаешь это только из-за меня, то не стоит. Лучше просто отдохни в этот отпуск. У тебя в последнее время столько работы, каждый день задерживаешься. Да и на позаследующей неделе у тебя ведь командировка.
Со следующей пятницы у Сухана была запланирована пятидневная командировка на остров Чеджу.
После переезда в Сеул он стал работать гораздо больше, часто возвращался поздно из-за сверхурочных, но это был первый раз, когда ему предстояло оставить дом на целых пять дней.
— Справишься пять дней одна без папы?
— Почему нет? Я что, маленькая?
— В семнадцать лет — ещё какая маленькая. У тебя даже паспорта ещё нет, а уже строишь из себя взрослую.
Сэбом весело рассмеялась на шутливое ворчание Сухана.
День был настолько влажным и жарким, что даже малейшее движение заставляло потеть, но она крепко прижалась к руке Сухана, словно ей было приятно чувствовать его тепло.
Сухан с нежностью смотрел на дочь, которая сегодня была особенно оживлена и без умолку болтала. Он осторожно высвободил руку и взял Сэбом за ладонь.
— Сэбом-а.
— Да?
— У тебя в последнее время всё хорошо? Ничего не случилось?
Ещё мгновение назад Сэбом рассказывала о развлекательной передаче, которую они смотрели вместе в прошлые выходные. Этот внезапный вопрос, выбивающийся из контекста, заставил её недоумённо вскинуть брови.
— В смысле «случилось»?
— Да что угодно. Папа в последнее время был так занят, что мы почти не разговаривали.
— Хм, да вроде ничего особенного.
— Ну и слава богу.
Сэбом округлила глаза. В том, как Сухан молча поглаживал её руку, чувствовались необъяснимая тревога и беспокойство.
— Если вдруг тебя будет что-то волновать или что-то произойдёт, ты должна первой рассказать папе. Хорошо?
Сэбом была очень близка с отцом, так что подобные разговоры не были для неё чем-то необычным.
Ей следовало просто кивнуть, как всегда, но странное неприятное чувство не покидало её. Сэбом остановилась и посмотрела Сухану прямо в глаза.
Казалось, Сухану нужно было что-то сказать ей прямо сейчас, но он никак не мог подобрать слова.
— Папа, это у тебя что-то случилось?
На её осторожный вопрос ответа не последовало.
Зная характер Сухана, если бы это было что-то, о чём Сэбом знать не обязательно, он бы даже вида не подал. Значит, то, что он не может произнести, определённо касается её.
— Папа.
Сухан тяжело вздохнул, услышав её настойчивый зов. Сэбом внезапно испугалась того, насколько сложным может оказаться этот разговор, и невольно сильнее сжала его руку.
Заметив, что его поведение пугает дочь, Сухан наконец разомкнул губы.
— Да тут такое дело…
— …
— Говорят, твой дядя вернулся в Корею.
Её дядя по материнской линии, Сонгын, уехал из страны по делам бизнеса примерно в то же время, когда семья Сэбом переехала в Чхонан.
С тех пор они почти не общались с родственниками со стороны матери, и новостей о нём не было, но каким-то образом эта весть дошла до Сухана.
— …Он вернулся насовсем?
Обновлено: 20.02.2026