Когда Рина вошла в гостиную, Игён сидела вплотную к Югёму и без умолку болтала. Рина с удовлетворенной улыбкой на лице устроилась в кресле чуть поодаль от них.
Югём посмотрел на Рину, севшую в стороне, и, поднявшись с дивана, сказал Игён:
— Я ненадолго отойду в туалет. Поговори пока с Риной.
— Да. Идите, сонбэ.
Игён радостно улыбнулась. Стоило Югёму скрыться в уборной, как она тут же подбежала к Рине, присела у её ног и начала извиваться всем телом от восторга.
— Ох, Пэк Югём-сонбэ совсем не изменился! Мягкий голос, красивое лицо... Ну не идеален ли?
— Вы много общались? Он сказал, встречается ли с кем-нибудь?
На вопрос Рины Игён прикрыла ладонями раскрасневшиеся щёки и застенчиво улыбнулась.
— Нет, говорит, никого нет. Мне кажется, у нас с ним всё получится. Он первый предложил в следующий раз поужинать вместе с тобой.
— Правда? О-о-о, здорово! Поздравляю с окончанием одиночества, Ким Игён.
Рина даже притопнула ногами, выражая свою радость.
В глубине души она переживала, что после свадьбы стала проводить с Игён меньше времени, так что эта новость её по-настоящему обрадовала. К тому же, в качестве пары выступал сам Пэк Югём. Лучшего и желать нельзя было.
Игён, всё ещё прижимая ладони к щекам, легонько толкнула Рину локтем.
— Слушай, Дохон... В жизни он выглядит куда лучше, чем по телевизору.
— Ну, на экране он, наверное, всё же посимпатичнее. Сегодня он пришёл сразу после работы, даже не прихорашивался.
Рине было неловко хвастаться в открытую, поэтому она ответила уклончиво. Хотя в душе чувствовала совсем иное.
— Вовсе нет. Когда Югём-сонбэ стоял рядом с Дохоном, он даже казался каким-то невзрачным. Твой муж и выше Югёма, и телосложение у него получше.
— Да? Мой муж любит заниматься спортом, так что тело у него и правда хорошее.
Подруги переглянулись и захихикали. На их восторженное предвкушение и бахвальство своими мужчинами со стороны было невозможно смотреть без улыбки.
Закончив принимать душ, Дохон, даже не высушив волосы, вошёл в кухню в лёгкой футболке.
В тот самый момент, когда он собирался сесть за стол и приступить к еде, телефон, оставленный на столе, громко зазвонил.
Едва взглянув на имя отправителя, он помрачнел.
Номер не был сохранён, но последние цифры были 0203. День рождения Дохона.
Он ответил низким голосом, в котором сквозил холод, под стать его взгляду:
— Слушаю, Чха Дохон.
Последовало тяжёлое молчание, а затем из трубки донёсся дрожащий голос:
— Это я. Как ты?
Знакомый голос. Это была Ён Херин.
— Фух... — Дохон тяжело вздохнул и без малейшего колебания занёс палец над кнопкой завершения вызова.
В этот момент из телефона раздался отчаянный крик:
[Дохон!]
— ...
[Не клади трубку. Пожалуйста!]
Голос, умолявший его остаться на связи, перешёл в рыдания, полные обиды.
[Мне сейчас так плохо... До смерти плохо.]
Несмотря на всхлипы Херин, выражение лица Дохона не изменилось. Ему было неинтересно, почему ей плохо. И без слов причина была очевидна.
Словно подтверждая его догадку, Херин добавила:
[Я слышала, ты женился. Неужели это из-за меня? Из-за того, что я выхожу за Ёну...]
Не желая слушать этот бред, Дохон прервал её резким и безэмоциональным голосом:
— Мне всё равно, что ты делаешь.
[Дохон, я во всём виновата. Пожалуйста, дай мне ещё один шанс. Ты же знаешь, я люблю только тебя. Поэтому я и номер телефона до сих пор держу с твоим днём рождения...]
— Кажется, ты пьяна. На этом закончим.
Дохон нажал на отбой, не считая нужным слушать дальше, и небрежно бросил телефон на стол.
Эта женщина через несколько месяцев должна была выйти замуж за его старшего брата, Чха Ёну. От одной мысли, что она станет членом семьи, у него начинала болеть голова.
— Совсем голову потеряла.
Откинувшись на спинку стула, Дохон с силой прижал длинные пальцы к пульсирующим вискам.
— Чха Дохон?
Югём, уже собиравшийся уходить, заметил Дохона, обхватившего голову руками, и поспешил к нему. Обеспокоенный его состоянием, Югём первым первым делом проверил его вид.
— Ты чего? Плохо себя чувствуешь?
Югём коснулся смарт-часов на запястье Дохона, чтобы проверить его пульс. К счастью, частота сердцебиения была в норме.
— Частота сердцебиения нормальная. Трудно дышать?
— Нет. Просто немного устал.
Дохон качнул головой, давая понять, что ничего серьёзного. Однако на его лице, на котором промелькнула слабая улыбка, всё ещё лежала тень.
Югём придвинул стул поближе и спросил:
— Выкладывай. Что случилось?
— Ничего особенного. Уже поздно, оставайся ночевать. Свободных комнат полно.
— Ой, завязывай. Я не настолько бестактен, чтобы ночевать в доме молодожёнов.
На лёгкую шутку Югёма Дохон лишь усмехнулся уголком губ. В этот момент телефон Дохона, брошенный на столе, снова завибрировал.
Югём хотел было взять трубку и передать другу, но, мельком взглянув на номер, недоумённо склонил голову.
— Последние цифры 0203? Твой день рождения. Неужели...
Югём нахмурился и осторожно добавил:
— Ён Херин?
— Как она узнаёт номер, даже когда я его меняю... Ха, с ума сойти можно.
— Просто заблокируй её.
— Ты же знаешь её характер. Будет звонить с незнакомых номеров, пока я не возьму трубку.
Пока они переговаривались, вибрация прекратилась, но тут же началась снова. Номер был уже другой.
Дохон провёл ладонью по лицу и поднялся со стула. Затем он выхватил телефон из рук Югёма и просто швырнул его в мусорное ведро.
— Пойду подышу воздухом.
Глядя на Дохона, стремительно выходящего из кухни, Югём глубоко вздохнул. Дохон был его лучшим другом, но в то же время он был мужем Рины. Югём не хотел, чтобы проблемы Дохона с женщинами расстраивали её.
Югём выудил телефон из мусорного ведра и нажал на кнопку вызова. Он собирался предупредить Херин, чтобы она больше не звонила.
— Это телефон Чха Дохона.
Он ожидал услышать Херин, но на другом конце раздался незнакомый мужской голос.
[Это Бар J в Чхондам-доне. Ваш друг сильно пьян, поэтому мы решили связаться с вами. Ваш номер был последним в списке вызовов.]
«Ну конечно».
Югём без колебаний предложил решение:
— Просто вызовите полицию.
От такого резкого ответа мужчина на том конце, казалось, растерялся и начал заикаться.
[Дело в том... что это наш VIP-клиент, так что полицию вызывать как-то...]
— В списке вызовов должно быть имя Чха Ёну. Позвоните ему.
[Мы уже пробовали, но он не берет трубку. Нам очень жаль, но не могли бы вы приехать? Она всё-таки женщина, нам неловко её подхватывать, да и закрываться нам пора...]
Из-за того что мужчина продолжал рассыпаться в извинениях и просьбах, Югём помрачнел. Поразмыслив, он решил, что лучше встретиться с Херин лично и высказать ей всё окончательно.
— Сейчас буду.
[Спасибо. Огромное спасибо!]
Мужчина поблагодарил и поспешно завершил вызов. Затем он вежливо, обеими руками, протянул телефон Ён Херин, которая вальяжно сидела напротив, закинув ногу на ногу.
— Сказали, что скоро будут.
— Молодец.
Херин искривила алые губы в усмешке.
— Динь!
Дверь открылась, и в тихом баре раздался мелодичный звук колокольчика. Бартендер, протиравший бокал льняным полотенцем, перевёл взгляд на вошедшего Югёма.
— Мы закрыты. Извините.
— Мне звонили. Сказали, мой друг пьян.
— Ах, проходите сюда.
Бартендер проводил Югёма в отдельный VIP-зал.
Когда дверь открылась, он увидел Ён Херин в нежно-голубом платье с открытыми плечами, полулежащую на диване. Её белые плечи были отчетливо видны под рассыпавшимися длинными волосами.
Югём решительно подошёл и слегка потряс её за плечо.
— Ён Херин. Просыпайся. Ты в порядке?
Херин издала неопределенный звук и медленно приоткрыла веки. Но стоило её взгляду, поначалу казавшемуся кротким, встретиться с Югёмом, как выражение её лица мгновенно стало ледяным.
— Пэк Югём? Ты что здесь забыл? Где Чха Дохон?
— Ты разве не пьяна?
Глядя на Херин, чья дикция была безупречной, Югём издал смешок, полный недоумения. Херин поправила сползшее плечико платья и выпалила резким голосом:
— Я спрашиваю, где Чха Дохон?!
— Почему тебя это вообще волнует? Спит, наверное, в одной постели с женой.
— Что? С женой?
— Ты же сама сказала, что знаешь о его женитьбе. Твоё поведение — это одержимость. Знай меру.
Херин залпом осушила бокал виски, стоявший на столе, и грубо откинула волосы назад.
— Одержимость? Не смеши меня. Ты всего лишь шестёрка Чха Дохона, так что помалкивай.
— Ён Херин. Следи за языком.
— А разве я не права? Поэтому ты и припёрся вместо него.
Херин насмешливо фыркнула и поманила пальцем бартендера, стоявшего у двери. Когда тот быстро подошёл, она достала из сумки купюру и зажала её между пальцами, слегка покачивая.
— Это тебе на чай.
Бартендер склонился и принял деньги обеими руками, а Херин, опустив веки, добавила:
— Свободен.
Она поднялась с дивана, высокомерно вскинула подбородок и направилась к выходу. Проходя мимо Югёма и едва не задев его плечом, она приподняла один уголок губ и тихо произнесла:
— И вот ещё что. Смени парфюм.
— ...
— Пахнет дешевизной.
— Ха!
Цок-цок.
В баре, где больше не играла музыка, раздавался лишь надменный стук её каблуков.
Обновлено: 20.02.2026