Ван Цинцин осмотрелась вокруг: кроме редких торчащих верхушек гор, повсюду простиралась водная гладь, от которой слепило отражённым светом. — Мы здесь остановимся? Перекусим немного?
Цзян Муюнь обвела взглядом горизонт и указала на ближайший холм. — Давайте туда. Нужно закрепить лодку. А то ветер снесёт, и наш путь окажется напрасным.
Поскольку они не планировали жить на лодке постоянно, якорь они не мастерили. Стоило перестать грести — и лодку тут же начинало носить по волнам.
Изначально они просто хотели найти место, чтобы причалить и не дрейфовать, но, подплыв ближе, обнаружили наполовину затопленную пещеру.
Возможность укрыться от солнца, даже не сходя с лодки, обрадовала всех.
Вглубь пещеры они не полезли, лишь осмотрели окрестности. Опасностей не обнаружилось, только следы огня на стенах.
Пещера была наполовину затоплена, так что попадание в неё горящей нефти во время пожара было вполне вероятно.
Они подвели лодку к входу в пещеру, прижавшись к скале, и, распаковав несколько пайков, принялись за еду.
Цзян Муюнь, допив воду из мягкой упаковки, услышала вопрос Ван Цинцин: — Как думаете, здесь в воде есть рыба?
Цзян Муюнь заглянула за борт. — Наверняка есть. Но, скорее всего, на глубине. Та, что жила на мелководье, уже давно превратилась в уху.
Чжао Цзяхао задумчиво произнёс: — А вода здесь сейчас солёная или пресная?
По логике, после цунами должна остаться морская вода. Но с момента, когда цунами обрушилось на сушу, его постоянно разбавляла пресная вода. Вдруг до Наньши докатилось чисто пресное цунами?
Чжао Цзяхао выглядел заинтригованным, но любой разумный человек понимал: вода лишь с виду чистая, на самом же деле в ней полно всякой гадости. Пить такую сырую воду — значит бросать вызов собственной иммунной системе.
Ван Цинцин, видя, что разговор заходит не туда, поспешно вернула его в нужное русло: — Нет, я не об этом. Мне кажется, я слышала, как что-то плывёт в воде.
Её слова всех заинтересовали. — Где? Пресноводная или морская? Съедобная? Может, вытащим и добавим к пайку?
— Ты услышала или увидела? — уточнила Цзян Муюнь, помня, что Ван Цинцин говорила о своём особо остром слухе.
Ван Цинцин ответила: — Услышала. Вскоре после того, как мы заплыли сюда, я услышала, как что-то движется в воде. Подумала — рыба. Но прошло уже сколько времени, а оно всё продолжает плавать.
Цзян Муюнь взглянула вглубь пещеры.
Темно, сыро, оттуда тянет прохладным сквозняком.
На воде пробежала слабая, неестественная рябь.
Неужели?
Цзян Муюнь молча потянулась к веслу.
— Эй, да это же рыба! — воскликнул Чжао Цзяхао, от возбуждения высунувшись за борт.
Ли Аньсюань, тоже смотревший в воду, мгновенно изменился в лице, резко оттащил Чжао Цзяхао обратно: — Какая рыба! Это змея! Быстрее отсюда!
— Какая там одна змея! Это же целое змеиное гнездо!
Цзян Муюнь и Чу Бувэнь, едва завидев в воде тень «рыбы», схватились за вёсла.
Вспомнив свой горький опыт, Цзян Муюнь заработала веслом так, что оно почти слилось в сплошной круг.
Чжао Цзяхао, отчаянно гребя, причитал: — Почему?! Как они могли выжить?! Змеи же боятся жары!
Он с детства панически боялся пресмыкающихся. От одной мысли, что за ними плывёт целое гнездо змей, он едва не расплакался.
Цзян Муюнь тоже не ожидала.
Только что бушевало море огня — и вдруг уцелели змеи?
Что это за гнездо такое? Незаконно обретшее разум?
Цинь Шиу сохранял спокойствие: — Наши две курицы, пёс и кот живы-здоровы. Почему бы и другим животным не выжить?
— Это совсем не то же самое! — с отчаянием возразили Цзян Муюнь и Чу Бувэнь.
Оба они имели опыт бегства от змей, причём без лодки. Не получить при этом психологическую травму было бы нереально.
Их четвероногие дожили до сегодняшнего дня исключительно благодаря заботе хозяев. Даже Цзян Муюнь, которая, казалось бы, не особо церемонилась с курицами, во время огненного шторма укрыла их спасательным одеялом.
А у этого змеиного гнезда дом был уничтожен, пещера, судя по всему, тоже горела — нет никаких причин, по которым они не должны были превратиться в суп!
Цинь Шиу кратко пояснил: — Китайские водяные ужи способны жить на глубине.
Чжао Цзяхао, не переставая грести, бормотал себе под нос: — Нечестно, нечестно, нечестно! Если не сгорели, должны были отравиться!
Разве тот ядовитый газ не растворяется в воде?
Цинь Шиу парировал: — Наньшань превратился в море, а ты рассуждаешь о токсичности, не учитывая концентрацию?
Слова Чжао Цзяхао мгновенно напомнили Цзян Муюнь об их курицах со странным окрасом: — Лучше бы яда в воде не было, а то неизвестно, во что эти змеи могли мутировать. Видели рыб из заражённой воды?
Чжэн Сян, прищурившись, понаблюдала за водой и сказала: — Не торопитесь, можно сбавить темп. Похоже, змеи не плывут за нами.
— Что? — Цзян Муюнь обернулась.
Цинь Шивэнь тоже какое-то время внимательно смотрела на воду и уверенно подтвердила: — Да, не плывут. Все сгрудились у входа в пещеру.
Они уже отплыли на приличное расстояние. Чжао Цзяхао, бросив взгляд на пещеру, едва не стошнило.
Впервые в жизни он пожалел, что сделал операцию на глаза, чтобы попасть в армию.
У входа в пещеру клубился целый ком водяных змей, переплетённых так, что не разобрать, где чья голова.
Сердцебиение Цзян Муюнь постепенно успокоилось. — Они не поплыли за нами из-за солнца? На улице жарче.
Чу Бувэнь спросил у Ван Цинцин: — Ты всё ещё что-то слышишь? Разве эти змеи не могут жить на глубине? Может, они плывут под водой?
— Нет… не слышу, — ответила Ван Цинцин, всё ещё не пришедшая в себя. Она растерянно добавила: — Вернее, нет. Просто у меня сейчас сердце так колотится, что я ничего не различаю.
Тут же она опомнилась: — Погодите, я же не суперслух! Просто слышу чуть лучше обычного. От таких вопросов мне становится страшно!
Для вас делал стервятник. на связи в тг если че
Обновлено: 08.04.2026