Глава 298 — Уважение с силе (9)

«Привести к естественной смерти во время битвы с Ципфелем» Ситуация явно не позволяла сделать так, как хотела того Роза, но учитывая переменную под названием «Берадин», все было не так плохо — Ты… Бартон расхохотался. Рыцари-хранители окружили его со всех сторон. Дзынь! Стоило ему начать вынимать меч, взгляд Дипуса сразу изменился. — Я не ожидал подобного от Ранкандела с тех пор, как стал его врагом. Вы рассказываете какую-то чушь, двенадцатый . Лигаф Клевер. Внезапно на ум пришло его настоящее имя. Это несчастный рыцарь, близкие которого, узнав правду, умерли у него на глазах. Вот, что Джин знал о нем. Поэтому подумал, что для него естественно смеяться в этой ситуации. Но была одна странность. По какой-то причине он не чувствовал ни обиды, ни гнева с его стороны. Может они просто слишком глубоки? Однако, глаза предателя выглядели спокойными. — Было трудно мириться с твоим отвратительным поведением, Бартон. У тебя ничего не осталось, поэтому ты стал шпионом Ципфеля? Дзынь! Меч Дипуса атаковал его в затылок. В то же время меч Джина уже был направлен на его шею. Рыцари-хранители тем временем просто наблюдали. Их роль заключалась в том, чтобы ограничивать движения Бартона. Каганг! Он был настолько быстр, что смог парировать оба меча и контратаковать. Хотя черный рыцарь ранен, его упорство никуда не исчезло. Бартон повернулся и сократил расстояние между ним и Дипусом. Джин нанес удар ему в спину, но успел только коснуться плаща. — Дипус Ранкандел, я не прав? Несмотря на то, что они находились в бою, мужчина продолжал повторять свой вопрос. — Ты спрашиваешь меня о правоте и вине предателя? — Вот почему ты не можешь совладать с Джошуа. Твой боевой дух лучший среди братьев и сестер, но разум недостаточно гибок. Они начали обмениваться ударами, но внезапно Бартон отступил в сторону. Не потому что ему не хватало сил. Он хотел избежать молнии Мин, падающей на него с неба. Мужчина кивнул, глядя на то место, куда она упала. — А ведь Сайрон восхвалял честную борьбу, когда был кадетом. А теперь спрошу еще раз. Я не прав? Ни Джин, ни Дипус не ответили, сохраняя бесстрастное выражение лица. На деле только мальчик сохранял спокойствие, его старший брат старался оставаться хладнокровным.. — Почему ты не можешь ответить, Дипус Ранкандел? Действительно думаешь, что становиться шпионом Ципфеля - неправильно? В голосе мужчины ощущалось разочарование. Это выглядело странно. Прямо сейчас предатель давил на знаменосца, готового убить его. — Я не хочу говорить с тем, кто скоро умрет. — Тогда двенадцатый знаменосец, отвечай ты. Бартон дернулся и протянул свой меч в сторону мальчика. Он не колебался, хотя поворачиваться спиной к Дипусу было опаснее. Казалось, он готов умереть. Этот человек использовал слишком много ауры, сражаясь в воздухе, а также травмы от пространственных взрывов никуда не пропали. Шансы были бы, будь тут только Дипус и рыцари-хранители, но из-за Джина их не оставалось. — Господин Бартон, почему вы так ребячитесь? — мужчина заколебался и встретился с мальчиком взглядом. Он позволил себе принять одну атаку четвертого знаменосца, но избежал смертельного ранения — Вы хотите, чтобы я извинился? За разрушенную Ранканделом жизнь. — Что? — тогда он приободрился. — Когда, черт возьми, Ранкандел успел разрушить мою жизнь? — Перед тем, как приехать сюда, я прочитал документ, содержащий информацию о вас. Вы стали черным рыцарем после того, как ваши близкие погибли. Глаза Бартона задрожали, будто он услышал что-то нелепое. Даже в Дипус выглядел также, из-за чего Джин почувствовал себя глупо. — Фуууух… Вскоре предатель разразился смехом, а старший брат начал объяснять. — Мать, должно быть, передала не все. Младший, прошлый патриарх умер не от рук Ранкандела. Скорее Бартон стал сумасшедшим, желая надеть этот черный шлем. Мальчик был сильно удивлен этими словами. — ...Ни за что. Ты хочешь сказать, что все смерти, указанные в документе - это воля Бартона? — Да. Та информация, которую ты видел, собрана так, чтобы знаменосцы младше пятого не презирали его. Он хотел стать черным рыцарем, поэтому собственными руками убил близких людей, в том числе отца. *** — Не понимаю. Я буду разочарован, если это правда. — Вы хотите сказать, что разочаруетесь в своей семье? — Нет, в отце. Семья не удивляет меня такими поступками. — Он, очевидно, суровый человек, но не подлый. По крайней мере для меня. И не настолько слаб, чтобы угрожать кому-либо. Поэтому я не понимаю, зачем такие методы. *** Такой разговор у него был с Гилли перед отъездом в Ванкеллу. Хотя с другой стороны он почувствовал облегчение, поняв, что его отец не причастен к этому. А затем нахлынуло отвращение. — За что? Энергия Мин была наготове. Пока Бартон имел дело с Дипусом, Джин готовился к настоящему сражению. — Почему ты зашел так далеко, желая стать черным рыцарем? Больше не нужно говорить уважительно. Теперь это просто сильный, но презренный человек. — Сила, способная управлять миром - это единственное, чему я поклоняюсь. Близкие и семья ничего не значат! Только получение большей власти имеет значение. Прошло много времени с тех пор, как мальчик был так ошеломлен. — Поэтому Ранкандел господина Сайрона выглядел раем для меня. — Похоже, у тебя серьезное заболевание. — Как ты думаешь, получилось бы у меня достичь всего этого без благословенного тела просто так? Нет, это невозможно. Отказавшись от человечности, я обрел силу. Хотя Джин не мог понять его сердцем, это было возможно рационально. В прошлом он уже встречал такого человека. Оба были очень похожи в том, что не имели ничего, кроме стремления стать сильнее. И оба порочны. Однако, Бартон еще хуже, так как его действия отличались от простого упорства. — И в итоге ты дошел до предательства. — Дипус, ты тоже думаешь, что я не прав? Мне кажется, что твой отец сказал бы иначе. — «Ты прав, Бичена». Это ты хотел бы от него услышать? Мужчина удовлетворенно кивнул. Он предал Ранкандел, но все еще питал бесконечное уважение к его патриарху, Сайрону. — Тогда поступим так, как сделал бы мой отец. Докажи, что прав. Если убедишь меня, то я оставлю тебя в живых. Дипус никак не мешал Джину, услышав его слова. Он знал, что это невозможно. — Не получится. Сегодня я в любом случае умру. — Тогда, получается, ты не прав. — Когда был в Ранканделе, я думал, что смерть — это провал и конец всего. Но после встречи с сэром Келлиаком, у меня получилось осознать. Смерть — это не конец, Джин Ранкандел. Мне нужно только время. — Думаешь? Почему тогда вся эта полученная сила и новый хозяин не спасут тебя? — Есть истина, которую моя смерть не изменит. Во-первых, Ранкандел живет до тех пор, пока жив Сайрон. Во-вторых, я продолжу существовать, даже если мое тело будет уничтожено. Зигмунд трясся все сильнее по мере наполнения энергией Мин. — Скоро у вас не будет выбора, кроме как осознать, что выбор Бартона Бичены был верным. Такая твердая вера в нем была. Он казался безумцем, но искренне верил, что Ципфель уничтожит Ранкандел. Он сошел с ума? Или всегда был сумасшедшим? Так или иначе, Джин содрогнулся от того, что всего несколько минут назад чувствовал сострадание к нему. — Младший, этого достаточно. Я не думаю, что нам нужно продолжать слушать его бредни. Давай закончим.