Он говорил мне подождать, и я тихо ждала,
словно была пленницей в саду, но уже наступила ночь, а Дитрих так и не
вернулся. Я обняла свой пустой живот, мое тело дрожало, мне было холодно, и я
медленно поплелась обратно в свою комнату. «Лжец» Горечь подступала к моему горлу, но что я
могу сделать? Я все еще не смогла поселиться в сердце Дитриха. «Завтра я приложу еще больше усилий!» Во всяком случае, Дитрих не отталкивает
меня, когда я к нему подхожу. «Я так голодна, что не могу уснуть» Я расплакалась от боли в моем пустом желудке,
но все-таки, полежав еще, с трудом я смогла уснуть. *** С того дня как Дитрих при мне съел рябчика,
мне стали давать не только молоко. «Сейчас ням-нямочка здесь. Ням-нямочка, которую я так долго ждала» - Пасиб, Ланс. – я наклонила голову, пока
Лансель искал хлеб, и рассмеялась. «Наконец, появилось то, что можно жевать» - А еще у меня молоко. - Ланс, овощи Было не очень вкусно, но текстура хлеба
пропитанного молоком была очень приятной. «Я понимаю, почему Юрик был так впечатлен печеньем» Разве голод не
лучшая приправа к еде? Для детей Лиатриз ржаной хлеб был второсортной едой, но
для меня - это деликатес. Теперь, когда мне дают хлеб, у меня остается больше
молока. Я знала, что Дитрих неплохой охотник, но все равно, если у меня была
возможность принести ему молоко, я это делала. Молоко – это единственное чем я
могу его подкупить. - Дити! - Опять ты. - Дити! Дити,
молоко! - Не нужно - А песенье? Когда Дитрих
отказался от молока, у меня не было другого выбора, как предложить ему печенье,
украденное у Ланселя. Сейчас, когда мои зубы выросли достаточно чтобы жевать,
было немного неудобно отдавать ему печенье. - Ефь песенье! - … - Ефь много!
Поняв?! Дитрих не взял
печенье, что я ему протягивала. Он смотрел на меня с непонятным выражением
лица. «Его аура такая тусклая, из-за этого я
никак не могу понять, какие эмоции он испытывает» - Где ты это взяла? - Я уквава. – гордо ответила я и выпятила
грудь. Иногда Лансель удивлялся куда пропадает
печенье и подозревал в этом меня, но в конечном итоге, он так и не нашел
никаких доказательств, что это я их ворую. Я не думала то, что делал в последнее время
Дитрих, приведет к таким успехам. Оказалось, что его уже выдвинули в качестве
наследника, так что теперь ему больше не нужно переживать о еде. Но он почти
никогда не отказывался от той еды, что я приносила. -Ты можешь сама съесть печенье. Мне
достаточно молока, – сказал Дитрих, открыл крышку у бутылки, что я ему только
что дала, и начал пить. «Это хорошо, что ты выпил» Когда я смотрю, как Дитрих спокойно пьет
молоко, я испытываю гордость, как если бы я его воспитывала. «Да, скоро это станет плотью и кровью. Ты так быстро растешь! Скоро ты
станешь злодеем. Это правда… Но пока ты
должен полюбить меня, иначе все то молоко и печенье, которые я приносила будут
потрачены в пустую» Ко мне подступают слезы, когда я думаю, что
Дитрих может сделать что-то ужасное. - Бват. Я с трудом дошла до двери, держа пустую
бутылочку. «Ну, Лансель так и не узнал, куда я запропастилась в прошлый раз» По правде говоря, Ланселю было не интересно
заботиться обо мне. Недавно я думала, что закрою глаза всего на пару секунд и
случайно уснула в комнате Дитриха, а он этого даже не заметил. Кажется, он
думает, что я мирно спала в своей кровати. «Видно в его случае присказка про работу и Федота сработала[1]» Ты трудишься намного меньше, чем слуги в
других дворцах, разве это не работа мечты? - Эй Я развернулась, когда Дитрих позвал меня,
стоило мне подойти к двери. «И почему ты все время зовешь меня «Эй».
Боже. Ты что не знаешь, как меня зовут?» - Дити, я Аяй. - Что ты сейчас сказала? - Я фу ве ме сой ать. (Я прошу всех меня
Аниссой называть) – быстро проговорила я. - Ты не вымесок?[2] «Нет, меня зовут Анисса! Надеюсь, в
следующий раз ты поймешь меня!» - Подойди « Зачем? Почему ты меня зовешь?» - хоть я и была недовольна, я все-таки подошла к Дитриху.
Теперь я могу не только ходить, но даже бегать. – «Хорошая работа, ноги!» Иногда у меня сводит мышцы на ногах, и они
дрожат, как холодец, поэтому я постучала по ногам. - Хм? – Дитрих протянул мне руку, когда я к
нему подошла. Он раскрыл ладонь, в ней были спрятаны красные вишни. «Это вишня?» Насыщенно красные ягоды были редкостью,
такое невозможно найти в саду увядших роз. - Тебе можно есть такое? Дитрих вложил в мою ладонь ягодку. Я беспокоилась,
не встретил ли он опасных зверей, пока собирал их в лесу. - Ух! – я быстро кивнула на тот случай,
если вдруг он передумает. – Я могу это есть! - Ага. - Дити! Пасиб! Больше всего меня впечатлило то, что Дитрих
подумал дать мне что-нибудь поесть. От переполняющих меня эмоций я ахнула,
прикрыв рот ладонью. Конечно, завоевать доверие и любовь детей легче всего с
помощью еды. «Теперь мне кажется, я тебе немного нравлюсь!» Сегодня самый лучший день из тех, что я
провела в этом мире. Не зря все это время я носила ему молоко и печенье. Дитрих
крепко сжал мои руки и мои глаза заблестели, когда он спокойно смотрел на меня. -Дити - Ладно - Дити, пасибо Я протерла вишню о свою одежду и положила в
рот и начала жевать. - Ты похожа на маленького птенчика. Я пыталась не обращать внимания на то,
какое впечатление на него произвожу во время еды. - Хочешь еще? - Да! Вишня, которую я съела впервые после
перерождения, показалась мне настолько вкусной, что у меня выступили слезы.
Освежающий сок, обволакивающий мой рот, казался немного раздражающим. «Этот кисло-сладкий вкус – это лучшее, что я когда-либо пробовала» - Почему ты опять плачешь? «До этого мне давали только ржаной хлеб и молоко. А теперь ты и
представить себе не можешь, насколько вкусными мне кажутся эти ягоды» Дитрих замер от смущения, увидев мои слезы.
Я рассмеялась увидев его перекошенное лицо, надеюсь мой смех не вызовет
недоразумений. - Я не пвачу! Я не плачу! Я – счасвива! Мальчик нахмурился, увидев, как я широко
улыбаюсь, у меня даже щеки заболели от улыбки. -Все маленькие дети, такие как ты? - Эммм? - Я не знаю, потому что все младенцы, что
были до тебя мертвы, – сказал Дитрих, смотря на мое улыбающееся личико. Ну ладно, предположим, я не слышала столь
ужасных слов. Я протянула свои руки к кровати, на которой сидел Дитрих, и
приложила усилия, чтобы забраться на нее, из-за этого я начала потеть. - Значит, ты не можешь забраться сюда, –
высота кровати была почти мне по шею, поэтому Дитрих меня поднял меня. «Теперь ты стал таким добрым ко мне» Видно сработал «Эффект знакомства с
объектом»: чем чаще человек видит кого-то, тем приятнее и привлекательнее ему
кажется этот человек. Когда Лансель не следил за мной, я искала Дитриха и
оставалась с ним. Наконец настал тот момент, чтобы осознать, что я делала все
правильно. - Почему ты здесь? Дитрих сидел на краю кровати, поэтому мне
пришлось немного придвинуться, чтобы дотянуться до него. Я быстро положила
голову к нему на колени. - Дити! Дитрих толкнул мою голову, и моя щека соскользнула
с его ноги. - Уходи. - Бват, я люблю тебя! Но я не собиралась отступать. Это не было
прикосновение для того, чтобы создать приятные ощущения в его памяти обо мне,
это было просто выражение моей благодарности. «Будущему злодею пришлось немало потрудиться, чтобы найти и поделится со
мной вишнями!» Когда плохие дети делают добрые дела - это
впечатляет намного больше, чем когда это делают добрые дети. - Дити, я вюблю тебя! - Ха! - Дити, я осень, осень любвю тебя! - Мне все равно. Не важно, как много раз я повторяла свое
признание, Дитрих был равнодушен к моим словам. Он был бесчувственным до мозга
костей. «Прошло уже больше года, как я увидела свое отражение в зеркале, но
иногда, я до сих пор не могу оторвать от себя взгляд» Как он может скучать с таким хорошеньким
ребенком как я? Несомненно, у Дитриха вместо сердца – ледышка. Мои волосы цвета
розового облачка отрасли на столько, что теперь я могла кокетливо накручивать
свои локоны на пальцы. «Я ему не кажусь хорошенькой? Неужели в его глазах я выгляжу не так, как
я вижу себя в зеркале?» - Хочешь еще? - Да! - Кушай хорошо. Я радостно рассмеялась, после того как
взяла еще одну вишенку у Дитриха. - Я взял их в другом дворце. - … а? - Ну… Они не должны быть отравленными. «Что! Подлец! Почему ты не сказал мне раньше!» - Ниэт! (Нет) Я не смогла проглотить пережеванную вишню и
выплюнула, когда услышала слова Дитриха. Ничего страшного, если они грязные, но
если они отравлены – это уже совсем другое дело. Возможно, это было заблуждение,
что я стала немного нравиться Дитриху. «Верно! Злодея так просто не приручить!» - Не долзна! Ты не долзен! Казалось, что теперь мое горло раздирает
что-то изнутри. Я расплакалась и схватилась руками за шею. - Я, я умву? Дитрих выглядел расслабленным. Он посмотрел
на меня и произнес - Увидим. *** [1] В
анлейте была зарплата Люпина, и там пояснялось, что это значит кто-то за тебя
работает, а ты получаешь только зарплату. А я решила использовать другую присказку
похожую по смыслу: «Работа, работа, перейди на Федота, с Федота на Якова, с
Якова на всякого! Зарплата, зарплата, приди от Кондрата, приди и от Якова,
приди к нам от всякого… [2]Дитрих не
так расслышал из-за ее плохого произношения. В корейском варианте Анисса не
произнесла первую часть имени, и Дитриху показалось, что она говорит слово
«дешевка». Я попыталась подобрать обзывательство на русском, но ничего лучше не
придумала, чем вымесок – это устаревшее слово означающее выродок или отродье.
словно была пленницей в саду, но уже наступила ночь, а Дитрих так и не
вернулся. Я обняла свой пустой живот, мое тело дрожало, мне было холодно, и я
медленно поплелась обратно в свою комнату. «Лжец» Горечь подступала к моему горлу, но что я
могу сделать? Я все еще не смогла поселиться в сердце Дитриха. «Завтра я приложу еще больше усилий!» Во всяком случае, Дитрих не отталкивает
меня, когда я к нему подхожу. «Я так голодна, что не могу уснуть» Я расплакалась от боли в моем пустом желудке,
но все-таки, полежав еще, с трудом я смогла уснуть. *** С того дня как Дитрих при мне съел рябчика,
мне стали давать не только молоко. «Сейчас ням-нямочка здесь. Ням-нямочка, которую я так долго ждала» - Пасиб, Ланс. – я наклонила голову, пока
Лансель искал хлеб, и рассмеялась. «Наконец, появилось то, что можно жевать» - А еще у меня молоко. - Ланс, овощи Было не очень вкусно, но текстура хлеба
пропитанного молоком была очень приятной. «Я понимаю, почему Юрик был так впечатлен печеньем» Разве голод не
лучшая приправа к еде? Для детей Лиатриз ржаной хлеб был второсортной едой, но
для меня - это деликатес. Теперь, когда мне дают хлеб, у меня остается больше
молока. Я знала, что Дитрих неплохой охотник, но все равно, если у меня была
возможность принести ему молоко, я это делала. Молоко – это единственное чем я
могу его подкупить. - Дити! - Опять ты. - Дити! Дити,
молоко! - Не нужно - А песенье? Когда Дитрих
отказался от молока, у меня не было другого выбора, как предложить ему печенье,
украденное у Ланселя. Сейчас, когда мои зубы выросли достаточно чтобы жевать,
было немного неудобно отдавать ему печенье. - Ефь песенье! - … - Ефь много!
Поняв?! Дитрих не взял
печенье, что я ему протягивала. Он смотрел на меня с непонятным выражением
лица. «Его аура такая тусклая, из-за этого я
никак не могу понять, какие эмоции он испытывает» - Где ты это взяла? - Я уквава. – гордо ответила я и выпятила
грудь. Иногда Лансель удивлялся куда пропадает
печенье и подозревал в этом меня, но в конечном итоге, он так и не нашел
никаких доказательств, что это я их ворую. Я не думала то, что делал в последнее время
Дитрих, приведет к таким успехам. Оказалось, что его уже выдвинули в качестве
наследника, так что теперь ему больше не нужно переживать о еде. Но он почти
никогда не отказывался от той еды, что я приносила. -Ты можешь сама съесть печенье. Мне
достаточно молока, – сказал Дитрих, открыл крышку у бутылки, что я ему только
что дала, и начал пить. «Это хорошо, что ты выпил» Когда я смотрю, как Дитрих спокойно пьет
молоко, я испытываю гордость, как если бы я его воспитывала. «Да, скоро это станет плотью и кровью. Ты так быстро растешь! Скоро ты
станешь злодеем. Это правда… Но пока ты
должен полюбить меня, иначе все то молоко и печенье, которые я приносила будут
потрачены в пустую» Ко мне подступают слезы, когда я думаю, что
Дитрих может сделать что-то ужасное. - Бват. Я с трудом дошла до двери, держа пустую
бутылочку. «Ну, Лансель так и не узнал, куда я запропастилась в прошлый раз» По правде говоря, Ланселю было не интересно
заботиться обо мне. Недавно я думала, что закрою глаза всего на пару секунд и
случайно уснула в комнате Дитриха, а он этого даже не заметил. Кажется, он
думает, что я мирно спала в своей кровати. «Видно в его случае присказка про работу и Федота сработала[1]» Ты трудишься намного меньше, чем слуги в
других дворцах, разве это не работа мечты? - Эй Я развернулась, когда Дитрих позвал меня,
стоило мне подойти к двери. «И почему ты все время зовешь меня «Эй».
Боже. Ты что не знаешь, как меня зовут?» - Дити, я Аяй. - Что ты сейчас сказала? - Я фу ве ме сой ать. (Я прошу всех меня
Аниссой называть) – быстро проговорила я. - Ты не вымесок?[2] «Нет, меня зовут Анисса! Надеюсь, в
следующий раз ты поймешь меня!» - Подойди « Зачем? Почему ты меня зовешь?» - хоть я и была недовольна, я все-таки подошла к Дитриху.
Теперь я могу не только ходить, но даже бегать. – «Хорошая работа, ноги!» Иногда у меня сводит мышцы на ногах, и они
дрожат, как холодец, поэтому я постучала по ногам. - Хм? – Дитрих протянул мне руку, когда я к
нему подошла. Он раскрыл ладонь, в ней были спрятаны красные вишни. «Это вишня?» Насыщенно красные ягоды были редкостью,
такое невозможно найти в саду увядших роз. - Тебе можно есть такое? Дитрих вложил в мою ладонь ягодку. Я беспокоилась,
не встретил ли он опасных зверей, пока собирал их в лесу. - Ух! – я быстро кивнула на тот случай,
если вдруг он передумает. – Я могу это есть! - Ага. - Дити! Пасиб! Больше всего меня впечатлило то, что Дитрих
подумал дать мне что-нибудь поесть. От переполняющих меня эмоций я ахнула,
прикрыв рот ладонью. Конечно, завоевать доверие и любовь детей легче всего с
помощью еды. «Теперь мне кажется, я тебе немного нравлюсь!» Сегодня самый лучший день из тех, что я
провела в этом мире. Не зря все это время я носила ему молоко и печенье. Дитрих
крепко сжал мои руки и мои глаза заблестели, когда он спокойно смотрел на меня. -Дити - Ладно - Дити, пасибо Я протерла вишню о свою одежду и положила в
рот и начала жевать. - Ты похожа на маленького птенчика. Я пыталась не обращать внимания на то,
какое впечатление на него произвожу во время еды. - Хочешь еще? - Да! Вишня, которую я съела впервые после
перерождения, показалась мне настолько вкусной, что у меня выступили слезы.
Освежающий сок, обволакивающий мой рот, казался немного раздражающим. «Этот кисло-сладкий вкус – это лучшее, что я когда-либо пробовала» - Почему ты опять плачешь? «До этого мне давали только ржаной хлеб и молоко. А теперь ты и
представить себе не можешь, насколько вкусными мне кажутся эти ягоды» Дитрих замер от смущения, увидев мои слезы.
Я рассмеялась увидев его перекошенное лицо, надеюсь мой смех не вызовет
недоразумений. - Я не пвачу! Я не плачу! Я – счасвива! Мальчик нахмурился, увидев, как я широко
улыбаюсь, у меня даже щеки заболели от улыбки. -Все маленькие дети, такие как ты? - Эммм? - Я не знаю, потому что все младенцы, что
были до тебя мертвы, – сказал Дитрих, смотря на мое улыбающееся личико. Ну ладно, предположим, я не слышала столь
ужасных слов. Я протянула свои руки к кровати, на которой сидел Дитрих, и
приложила усилия, чтобы забраться на нее, из-за этого я начала потеть. - Значит, ты не можешь забраться сюда, –
высота кровати была почти мне по шею, поэтому Дитрих меня поднял меня. «Теперь ты стал таким добрым ко мне» Видно сработал «Эффект знакомства с
объектом»: чем чаще человек видит кого-то, тем приятнее и привлекательнее ему
кажется этот человек. Когда Лансель не следил за мной, я искала Дитриха и
оставалась с ним. Наконец настал тот момент, чтобы осознать, что я делала все
правильно. - Почему ты здесь? Дитрих сидел на краю кровати, поэтому мне
пришлось немного придвинуться, чтобы дотянуться до него. Я быстро положила
голову к нему на колени. - Дити! Дитрих толкнул мою голову, и моя щека соскользнула
с его ноги. - Уходи. - Бват, я люблю тебя! Но я не собиралась отступать. Это не было
прикосновение для того, чтобы создать приятные ощущения в его памяти обо мне,
это было просто выражение моей благодарности. «Будущему злодею пришлось немало потрудиться, чтобы найти и поделится со
мной вишнями!» Когда плохие дети делают добрые дела - это
впечатляет намного больше, чем когда это делают добрые дети. - Дити, я вюблю тебя! - Ха! - Дити, я осень, осень любвю тебя! - Мне все равно. Не важно, как много раз я повторяла свое
признание, Дитрих был равнодушен к моим словам. Он был бесчувственным до мозга
костей. «Прошло уже больше года, как я увидела свое отражение в зеркале, но
иногда, я до сих пор не могу оторвать от себя взгляд» Как он может скучать с таким хорошеньким
ребенком как я? Несомненно, у Дитриха вместо сердца – ледышка. Мои волосы цвета
розового облачка отрасли на столько, что теперь я могла кокетливо накручивать
свои локоны на пальцы. «Я ему не кажусь хорошенькой? Неужели в его глазах я выгляжу не так, как
я вижу себя в зеркале?» - Хочешь еще? - Да! - Кушай хорошо. Я радостно рассмеялась, после того как
взяла еще одну вишенку у Дитриха. - Я взял их в другом дворце. - … а? - Ну… Они не должны быть отравленными. «Что! Подлец! Почему ты не сказал мне раньше!» - Ниэт! (Нет) Я не смогла проглотить пережеванную вишню и
выплюнула, когда услышала слова Дитриха. Ничего страшного, если они грязные, но
если они отравлены – это уже совсем другое дело. Возможно, это было заблуждение,
что я стала немного нравиться Дитриху. «Верно! Злодея так просто не приручить!» - Не долзна! Ты не долзен! Казалось, что теперь мое горло раздирает
что-то изнутри. Я расплакалась и схватилась руками за шею. - Я, я умву? Дитрих выглядел расслабленным. Он посмотрел
на меня и произнес - Увидим. *** [1] В
анлейте была зарплата Люпина, и там пояснялось, что это значит кто-то за тебя
работает, а ты получаешь только зарплату. А я решила использовать другую присказку
похожую по смыслу: «Работа, работа, перейди на Федота, с Федота на Якова, с
Якова на всякого! Зарплата, зарплата, приди от Кондрата, приди и от Якова,
приди к нам от всякого… [2]Дитрих не
так расслышал из-за ее плохого произношения. В корейском варианте Анисса не
произнесла первую часть имени, и Дитриху показалось, что она говорит слово
«дешевка». Я попыталась подобрать обзывательство на русском, но ничего лучше не
придумала, чем вымесок – это устаревшее слово означающее выродок или отродье.
Обновлено: 12.01.2026