Том 3 Глава 1 — Пора и на международное собрание сходить

Давно уже мрачные облака и снег сменились нежными лучиками солнца. Приятный ветерок ласкал лица снующих прохожих, сквозь шубу сугробов проступили первые ростки, а животный мир медленно и лениво выходил из спячки. Зима в Натре закончилась. * * * Льющееся из окна тепло дневного светила заставило зевнуть принцессу королевства, Фланию Элк Арбалест. Она тут же прикрыла рот ладошкой. Робкий взгляд в сторону учителя — не заметил ли? Но то был Клавдий: он прожил не один десяток лет и обучил немало детей благородных кровей — ничто не скроется от пусть и старческого, но всё ещё зоркого глаза. — Судя по всему, мои уроки Вашему Высочеству наскучили. — Ни в коем случае, — поспешила разубедить его девочка. — Я внимаю каждому вашему слову. Просто, эм-м, не выспалась. Вы же знаете, какой сегодня день. — Вот как? — усомнился старый лис, хитро прищурившись. — Тогда не напомните, на чём мы остановились? — К-конечно! — взволнованно ответила Флания и принялась яростно шуршать страницами учебника. — Вот! Здесь! Мы говорили о Нариавине — родине короля-основателя Натры, Салеме! Клавдий метнул пронзительный взгляд, выуживая признание во вранье. Но та храбро посмотрела в ответ, хотя биение сердца и отдавалось набатом в ушах. Неожиданно уста старика тронула улыбка. — Что ж, похоже, вы слушали внимательно — прошу прощения, Ваше Высочество. — Пустяки. Все мы допускаем ошибки, — тепло улыбнулась Флания, в душе вздыхая с облегчением. Принцесса искренне считала, что со стороны выглядит властно и деловито, однако окружение находило её очаровательным котёнком, который пытался казаться львом. Клавдий гордился успехами своей подопечной. Он с притворным безразличием пролистал учебник до нужного раздела: Нариавин так Нариавин. — Итак, продолжим... Двести лет назад в одном из западных королевств, Нариавине, было два принца: Галий и Салема. Невероятно одарённые, они души друг в друге не чаяли, а прозвали их «двойной клинок Вине». Один из них, Салема, стал первым правителем Натры, а следовательно, и предком Флании. — Но их талант породил проблему. Ваше Высочество, не назовёте ли её? Принцесса задумалась. Вариантов много, и она выбрала самый, как ей казалось, подходящий. — Трудности с выбором наследника? Клавдий кивнул. — Верно. Вокруг них собрались две фракции, которые вскоре стали неуправляемыми. Принцы всегда ладили, и вражда их только тяготила. — Подождите. А что же их оте... король? Разве не он выбирает наследника? — Даже король не смог примирить противоположные стороны. И всё же, судя по записям Салемы, монарха пугало влияние собственных сыновей. Он стравил их, дабы защитить власть. — Защитить власть? — с недоумением спросила Флания. — Он ведь передал бы её рано или поздно. — Вы, несомненно, правы, но такова человеческая натура власть имущих. Боясь за себя, венценосец позабыл о долге и короля, и отца. Ясный лобик девочки нахмурился. Её мир — она, брат и отец. Наряду с приближенными дворянами, они всегда подавали Флании хороший пример. Невозможно представить, чтобы отец, нёсший бремя короны, стравил бы своих детей. — Огонь вражды разгорался, и вот уже соседние государства позарились на Нариавин. Но даже угроза извне не охладила горячие умы — фракции наотрез отказывались объединяться. Видя, как страна катится к краху, Салема принял решение. — Он покинул родину? — предположила девочка, решив, что с этого начинается история Натры. — Нет. Наверное, рискнул быть схваченным и использованным в качестве формального лидера своей фракции. Сбежав, он бы бросил королевство, тонущее во внутренней борьбе, на произвол захватчиков. — И что же Салема сделал? Клавдий выдержал паузу. — Решил сосредоточить власть в одних руках. Это случилось прямо в тронном зале. Сказав, что нужно кое-что обсудить, он подошёл к отцу и убил кинжалом. — Убил?! — всплеснула руками Флания. — Короля?! Своего же отца?! — В летописях других стран приведены те же события чуть ли не слово в слово. Сомневаться не приходится, — продолжал Клавдий, краем глаза любуясь её изумлением. — Салему быстро схватили — он даже не сопротивлялся. Убийство помазанника божьего — страшное преступление, и вскоре фракция распалась. Галий не преминул воспользоваться случаем и прибрать власть к рукам. — Убил отца, чтобы спасти отечество... Девочка вообразила себя на его месте. Подняла бы она меч на своего папу? Короля, которым так восхищалась? Нет, не подняла бы. И тут девичий ум Флании пришёл к осознанию: в её жилах течёт кровь Салемы, того, кому это под силу. — Ваше Высочество, вам нездоровится? — Нет, что вы. Продолжайте. Клавдий засомневался, но сдался под решительным взглядом принцессы. — Галий взошёл на трон и помиловал брата после войны. Салеме грозила виселица, но её заменили на изгнание. Оказавшись в чужих краях, он вместе с горсткой сторонников, которые последовали за ним, основал королевство Натра. — Галий знал, почему Салема так поступил? — Судя по записям, они сговорились заранее. Также правда в том, что Нариавин тайно помогал Натре в час её рождения. — Понятно, — вздохнула Флания. — Что-то у меня смешанные чувства по этому поводу... — Салема явно такого исхода не желал, но быть членом монаршего дома означает готовность встать перед трудным выбором. — Я бы никогда так не смогла. — И как же Ваше Высочество поступили бы? — Я... Принцесса растерялась. Давление фракции, король-отец во врагах, посягательство соседей — что она бы сделала? Есть одна вещь. Всего одна. Очевидное и единственно-верное решение. — Я поговорила бы с Уэйном! — объявила Флания. От внезапности Клавдий даже на миг застыл, а после разразился смехом. — Не могу не отдать должное решимости Вашего Высочества. Держу пари, принц Уэйн непременно обставил бы всё так, как ему заблагорассудится. — Ну конечно. Ведь он мой старший брат. Девчушка гордо выпятила грудь, точно собой хвасталась. Снаружи послышался далёкий шум. — А! Флания бросилась к окну и увидела, как ко дворцу приближалась конная процессия. — Эм-м, Клавдий... — начала она, повернувшись обратно. Старик кивнул. — Чуть раньше, но, пожалуй, на сегодня закончим. — Спасибо! — бросила принцесса на бегу, не дослушав учителя. Подобрав полы платья, она стремглав пронеслась по коридору, оставляя позади себя изумлённых придворных. Они возвращаются сегодня. Потому-то крошка и не выспалась. Тяжело дыша, девочка добралась до входа, где уже стояла группа людей. — Ниним! — окликнула Флания кого-то из них. Ей помахала девушка с белоснежными волосами, водопадом ниспадавшими до талии, и алыми, как рубины, глазами. Ниним Рэлей — личный слуга наследного принца, которая для девочки была сродни старшей сестре. — Ох, какая честь. Ваше Высочество лично вышли встретить меня? Я глубоко польщена, — улыбнулась Ниним, опустившись на колено. — Да будет тебе. Я просто рада, что ты вернулась. А ещё... — Он там, — Девушка указала пальцем. В небольшом окружении чуть поодаль стоял юноша и о чём-то оживлённо беседовал. С виду он ненамного старше Флании, но она всегда готова доверить ему свою жизнь. Наследный принц королевства Натра — Уэйн Салема Арбалест. — Уэйн! — воскликнула девчушка, прыгая тому в объятия. — Опля!

Парень поднял её, покружил вокруг себя и поставил на пол. — Вот я и дома, — улыбнулся он ей. — С возвращением. Рада видеть тебя в добром здравии. От удовольствия, что её гладят, Флания закрыла глаза. * * * — Надо бы Натру объездить за зиму, — вдруг осенила мысль Уэйна в конце лета. — Заложу прочный фундамент, раз в скором времени мне предстоит махать скипетром: заглянем к каждому феодалу в гости да наведём мосты. На церемонии становления регентом он познакомился со всеми видными вассалами королевства, но этого недостаточно, чтобы понять, что у них на уме. Как кронпринцу, Уэйну необходимо заранее объявлять о любых публичных выступлениях. Отправься он в разъезды по стране спонтанно, и роптали бы все: и свита, и принимающая сторона. Вот почему никогда не рано думать о подобных вещах. Но всегда что-нибудь да вставит палку в колесо. — И почему же когда дороги по шею заметёт снегом? — возразила Ниним. Натра — самое северное государство на континенте, и зимы здесь соответствующие. Конечно, жителям не привыкать к трескучим морозам, но легче от этого путешествовать в пургу не становится. Какая жалость — бог обделил человека крыльями! Впрочем, у Уэйна для поездки свои причины. — За соседями нужен глаз да глаз, а потому обход будущей вотчины я могу совершить только зимой. Империя в упадке — на востоке сущий бардак. А Натре, будучи связующим звеном двух «миров», разделённых хребтом, постоянно приходится держать ухо востро. Как и когда королевство ответит на внешние вызовы зависит от наследного принца — всё держится на его плечах. Ниним понимала, почему он решил путешествовать зимой — дороги буквально покроются льдом. — Да, прорываться сквозь сугробы — то ещё удовольствие, но только личная встреча оставит у феодала хорошее обо мне впечатление. Уэйн одарил её воистину королевской улыбкой, но девушка не поверила ни единому слову. — Ладно, пай-королевич, а чего ради это на самом деле? — Своими глазами увидеть будущих мятежников! «Опять двадцать-пять», — закатила глаза девушка. — Но ни в народе, ни в кулуарах даже слухов нет. — То-то и оно. Ты только вообрази: одна династия правит королевством вот уже двести лет — как раз странно, что сословия чуть пониже не учинили бунт-другой. Монарх дарует человеку дворянский титул и земли, вручает право собирать подати, а тот взамен выставляет по призыву войско и сам за меч берётся — так работает феодальная система. Натра — одна из многочисленных стран, где действовал сей государственный строй. Однако он же таил в себе и опасности. Феодалы запросто могли развернуть против сюзерена армии, которые дозволялось им иметь для обороны рубежей и поддержки порядка на вверенных территориях. Разумеется, по численности армии землевладельцев не под стать королевской — так просто восстание поднять нельзя. К тому же рубить сук, на котором сидишь, себе дороже. Но годы идут, и память, как земли достались предкам, уходит вместе с ними. В час слабости государства и её властителя знать стремится отколоться и примкнуть к касте венценосцев. Королевство Натра славилось долгой историей, и местная аристократия уже многие поколения служила монаршей династии. Болезнь короля и молодой регент у власти, а также война и ослабление армии делает феодалов смелее в своих поступках. — На их месте я бы уже давно что-то да предпринял! — признался Уэйн. Ниним вздохнула. — Но у нас в стране больше нет таких, как ты. Она считала, что принц слишком много думает. Ясное дело, ей известно о вассалах, которые весьма нелестно отзываются о регенте. Став фактическим правителем страны, Уэйн полностью погрузился в дела, и неминуемо полетели головы. Тем не менее он всегда оставался обходителен с по-настоящему влиятельными представителями знатных родов — недовольство выражали лишь мелкие сошки. Особенно его любили служивые: ещё свежа в памяти солдат славная победа над Марденом. Армия по-прежнему не оправилась до конца, но врагов принца едва ли горсть наберётся во всём королевстве. «Ладно бы, если недовольные объединились под флагом влиятельного аристократа, но у нас с ними хорошие отношения. А без поддержки даже самые враждебные дворяне предпочтут склонить головы в знак смирения». Ниним не видела предпосылок для восстания — хоть днём с огнём ищи. Она не против поездки Уэйна, ведь сюзерену важно поддерживать отношения с вассалами. В конце концов, опасаться стоит не только открытого противостояния — из-за неприязни дворянин может просто отказаться выставить войска. Опять же, на старожилов личный визит будущего монарха гарантированно произведёт хорошее впечатление. Однако Уэйн всё гнул свою линию. — Ненавистники наверняка захотят отправить меня на тот свет, значит, нужно продумать план побега. А ещё надо поменьше охраны с собой взять. Если всё сложится, то мы разберёмся с мятежниками. — Так зачем подливать масла в огонь? — Ну же, Ниним. Я стану приманкой и без особых затрат выманю предателей. А когда избавлюсь от них, то никто уже не оспорит моё правление. Не вижу причин не делать этого. Девушка снова вздохнула. Принцесса империи, Роуэлльмина Эсвальд, прибыла в Натру с почти той же целью, и в итоге её план с треском провалился. «Одного дуба жёлуди», — Ниним приложила палец к виску. — В общем, сие действие не терпит отлагательств. Подготовка на тебе. — Будь по-твоему, но не реви потом, что ничего не сработало. Договорились? — Да расслабься. Мятежникам обязательно воздастся по заслугам, — заверил Уэйн. * * * По возвращению принц рвал и метал. — Дьявол побери их каменные рожи! — орал он в своём кабинете Уиллеронского дворца на глазах Ниним. После встречи с Фланией Уэйн скинул с себя дорожное платье, смыл пыль и по-быстрому разобрался с делами вельмож. — Сколько раз твердила, а всё как об стену горох, — вставила девушка, со скучающим видом наблюдая за его страданиями. — Какого чёрта?! Где огонь в сердцах?! Сейчас или никогда! Возьмите власть! Пора бы и самим повелевать судьбой! — Зачем? Никто восстание не готовит. — Вздор! — Игра не стоит свеч — всех всё устраивает. — Вздор! — Проще оставить государевы дела на тебя, а самим расслабиться и пожинать плоды. — ВЗДО-О-ОР! — отчаянно закричал парень. Ниним озвучила очевидный вопрос: — Тебе так нужно это восстание? — И даром не упало! Вот бы мне маленький, крохотный мятеж, который дал бы полное право поживиться состоянием зачинщиков и пополнить казну! — Идеальный план, само воплощение эгоизма. — Даже её, знавшую принца с детства, ошеломила его гнилая натура. — Однако мы убедились, что в королевстве нет врагов, как и слухов о заговоре. А если и найдутся недовольные — у них нет сил свергнуть тебя. Девушка была права, их делегацию тепло встречали, куда бы они ни шли. И у каждого феодала имелись свои мотивы поддерживать принца. Впрочем, большинство и так готово встать под его знамёна по первому зову. — Аргх! Мы прошли сквозь мороз и вьюги — и это всё, что я получил взамен?! Чёрта с два я сдамся! У меня всегда припрятан туз в рукаве! План спровоцировать заговорщиков слабой охраной пошёл прахом — придётся идти иным путём. — Сдаётся мне, его настигнет та же судьба. — Неправда! Уж я-то знаю! Верю! Надеюсь... — Парень стих и сокрушённо опустил голову на стол. — Что-то я устал. — Я знала, твоя интрига обречена на провал, но это не отменяет тяжести путешествия зимой. Хвала господу, мы вернулись целыми. — Кому в голову взбрело отправиться зимой? — Тебе. — А, точно... — вяло протянул Уэйн. — Ладно хоть сегодня можно пойти спать пораньше. — Шутишь, что ли? Так, стоп. Дело дрянь. Почему я чувствую умиротворение на рабочем месте? Кажется, я превращаюсь в трудоголика... — Не вижу ничего плохого. — Это ужасно! — закричал он, резко поднявшись. — Такими темпами я стану сумасшедшим, помешанным на работе, и буду искать её, даже когда продам страну! С этого момента лень — моё второе я! — Ясно. — Что ясно? Что это ещё за отношение такое? Как пить дать, думаешь, что опять я взялся за старое. Доношу до вашего сведения: сейчас я серьёзен как никогда! Вот увидишь, я её непременно продам! — Смета и сроки уже известны? Уэйн уронил голову обратно на стол. — Ты только представь, что о тебе напишут в учебниках по истории. — О да, меня запомнят как дьявольски красивого и гениального принца... — Насчёт красивого я бы поспорила. — Никогда не понимал, почему вы, госпожа Ниним, столь со мной суровы... — Это долг всякого слуги. «Определённо не всякого», — тут же подметил Уэйн, как кто-то постучал в дверь. В кабинет заглянула Флания. — Можно войти? — Конечно. Прости, что заставил ждать. Принц менял выражения лица, точно заправский актёр, и сейчас он выглядел, как старший брат, достойный примера для младшей сестрёнки. Ниним кольнула его взглядом: «никчёмный позёр». Но тот отмахнулся. — Как дела, что делала? Что-нибудь случилось? — Всё как обычно: сидела на лекциях Клавдия, играла с Нанаки, ела пироги Холли... — принялась Флания расписывать свою ежедневность. Уэйн и Ниним внимательно слушали и время от времени переписывались на бумаге. Со слов девочки они поняли, что принцесса любима всеми во дворце. — Какая отрада слышать, что дома всё хорошо, — заключил парень, поглаживая сестру по волосам. Та довольно улыбнулась. — А как всё прошло у тебя? — Мы встретились со всеми, с кем планировали, и посмотрели состояние каждого феода. Лучше, чем мы думали. — Другого я и не ожидала, — обрадовалась Флания, но тут же надулась. — Мог и пораньше вернуться. — Ну-ну, не будь такой букой. Мы старались закончить как можно быстрее. Верно, Ниним? — Определённо. Однако путешествие зимой чревато долгой дорогой — ускориться ещё сильнее мы были не в силах. — Ну что ты его сторону приняла? — обиделась девочка. — Уэйн, зачем тебе вообще разъезжать по вассалам? Пусть сами едут — ты же регент. — Именно поэтому я к ним и наведываюсь. Тем самым я оказываю высокую честь принимающей стороне. «А ведь правда, наверное», — мысленно согласилась Флания. На самом деле парень думал выманить мятежников, но для сестры это навсегда останется под завесой тайны — иначе рассердится, что он не доверяет подданным. «Она так мила, когда злится», — подумал Уэйн. Брат с сестрой кивнули друг другу, но, судя по взгляду, девчушка приняла ответ неохотно. Для неё вполне нормально, что любовь к брату затмевает голос разума. Уэйн понимал это и улыбался. — Не бойся. Поездка меня изрядно утомила, и я задержусь во дворце на какое-то время. Обещаю наверстать упущенное. Глазки Флании загорелись. — Правда? — Слово наследного принца. Ну всё, уже поздно — маленьким девочкам пора спать. Девочка тут же понурилась. — Ну почему? Солнце ещё не зашло. — Никаких почемучек. Мне сказали, ты вчера не выспалась. Вон как носом клюёшь. Наблюдательность братца обезоружила принцессу. Да и сама она одним глазом уже сон смотрела. — Я тоже пораньше сегодня лягу. Ниним проводит тебя. — Ну что ж, идёмте, Ваше Высочество. — Ладно. Но не забудь, ты обещал. — Конечно. Я никогда тебе не лгу. Не найдя больше возражений, Флания, по-прежнему дуясь, вышла из кабинета в сопровождении Ниним. — Итак... — заговорил Уэйн сам с собой, оставшись один. Весна стучалась в окно. На юге о зиме уже забыли, а значит, на континент вновь возвращалась жизнь, в том числе и политическая. — Вот бы ничего не случилось, — пробубнил принц, надеясь на лучшее. И конечно же его чаяниям не суждено было сбыться. * * * — Посол из Каварина? Стоило им разобраться с делами и вернуть работу в прежнее русло, как неожиданно объявился посол. — Прибыл только что. У него письмо от короля, — добавила Ниним. Уэйн задумчиво скрестил руки. Каварин — с прошлого года их западный сосед. До тех пор с Натрой граничил Марден. Так вышло, что Каварин вмешался в войну, захватил его столицу, Толитук, и почти всю королевскую семью — в итоге Марден прекратила своё существование. Натра и Каварин заключили единственный договор — пакт о ненападении, отчего их отношения и пребывали в подвешенном состоянии, а перспективы оставались туманны. На то есть причины: первые занимались восстановлением рудника и сделкой с империей, а вторые встретили сопротивление остатка марденских войск. Страны оказались в патовой ситуации. — Господи, хоть бы не объявление войны. — Сам пойдёшь или представителя отправишь? — Сам. Не знаю, сколь уполномочен этот посол, но можно будет хоть зацепки поискать. — Как угодно. Я организую встречу. А, к слову о после... И вот настало время переговоров. Поскольку Каварин придерживается западных традиций, на встрече не было ни одного фламийца, даже Ниним. Уэйн в сопровождении стражи вошёл в комнату: его взору предстал худощавый человек, напоминающий старое согбенное дерево. — Для меня честь встретиться с вами, Ваше Высочество, — образцово поприветствовал он принца густым, почти вязким голосом. — Я Голоньех, скромный слуга на службе каваринского короля, и пришёл говорить от имени Его Величества. Имя представителя не вызвало у Уэйна и капельки изумления, ведь Ниним сообщила заранее. — И наша страна тепло приветствует вас, — кивнул юноша, пристально рассматривая гостя. — Но прежде, чем мы перейдём к делу, позвольте задать один вопрос: вы, часом, не служили ранее королю Мардена? Или память меня подводит? — Удивительно, — улыбнулся Голоньех, не выказывая и толики потрясения. — Слухи меркнут перед действительностью. Какой восторг. Да, Ваше Высочество всецело правы — я и правда служил Мардену. Но та страна пала, и мою заблудшую душу принял государь Каварина, Его Величество Ордалас. — И вот вы теперь иностранный посол. Как говорится, свято место пусто не бывает, — съязвил Уэйн. — Всё по милости Его Величества короля. Посол благоговейно поклонился. «Собственно, коли бы его задела шпилька, то мы сейчас бы не разговаривали», — рассудил принц, прощупывая характер человека напротив. Отбросив попытки спровоцировать посла, Уэйн перешёл к сути: — Полагаю, вы здесь с какой-то важной миссией? —Да. Пожалуйста, взгляните. Голоньех протянул письмо с королевской печатью на обороте, внутри которой обнаружилась государева подпись. В подлинности сомневаться не приходилось. Прочтя, принц не поверил своим глазам. — Это правда? — Да, — подтвердил посол. — Также Его Величество Ордалас велел передать, что он приглашает вас в столицу на празднество Духа ради укрепления отношений между королевствами. * * * С момента прибытия посла прошло несколько дней. — Празднество Духа? — протянула Флания, играя с пером. Девочка расстроилась, что братец снова куда-то уезжает, но любопытства не утратила. — Клавдий, вы же с Запада, да? Не расскажете что-нибудь о празднестве Духа? — Почему бы и нет, — согласился старец, сменив курс урока. — Ваше Высочество, вы же знаете об учении Леветии? — Распространённая религия на Западе, кажется. Леветия — монотеистическая вера, зародившаяся несколько сотен лет тому назад, и особенно она преобладает в странах с западной стороны хребта. — Вполне достаточно, — удовлетворённо кивнул Клавдий и продолжил: — Празднество Духа — левитианский праздник, который отмечают ранней весной. Основатель учения, получивший божье благословение, освободил род людской от сонмов демонов. В этот день люди благодарят его за великий подвиг. К слову, в Натре тоже есть левитианцы, и каждый год они празднуют это событие, — Учитель чуть улыбнулся. — Правда, люди больше радуются концу зимы, а отдать должное Леветии — удел истинно верующих. — Получается, Уэйна пригласили на празднество, чтобы подружиться? Старик покачал головой. — К сожалению, я лишь скромный учитель и мне сложно ответить на ваш вопрос. Единственное, хочу заметить, что в этом году празднество Духа совпало со Консисторием. — Консисторием? — переспросила Флания. — Патриарх — глава левитианства; его приближенные слуги — иерархи — входят в Святейший синод, из членов которого он и избирается. — Клавдий набросал на бумаге цепочку: патриарх, Святейший синод, священнослужители, верующие. — Святейший синод в полном составе и патриарх собираются раз в год на Консистории. Девочка какое-то время переваривала новую информацию. — Это важная встреча? — И очень даже, — кивнул старец. — Учение Леветии — преобладающее верование на Западе: в городе соберутся верхушка церкви, правители и влиятельные люди. Это крупнейшее собрание по ту сторону хребта. — А раз оно проходит в Каварине... — Король Ордалас входит в Святейший синод. Каждый год место Консистория поочерёдно меняется и проводится в городах, где властвует член синода. В этом году честь принять столь высоких гостей выпала столице Каварина, совпав с празднеством Духа. — Я видела письмо, но Уэйн ничего не говорил о Консистории. Так вот почему его пригласили... — вздохнула Флания. — И что же такого их король задумал? — Насколько могу судить, у него есть на то свои интересы, особенно учитывая, что Его Высочество, а вернее весь королевский род Натры связан со Святейшим синодом. — О чём вы? — Леветия и его апостолы заложили основу для патриаршества и Святейшего синода. В него разрешено вступать лишь тем, в чьих жилах течет кровь основателя или же апостолов. — Значит, наша семья... — догадалась принцесса. — Основатель Натры, Салема, происходит из древнего королевского рода Нариавинов, который тянется от одного из апостолов Леветии — Галиуса. Иными словами, его потомки — Уэйн и Флания — имеют право претендовать на пост иерарха в Святейшем синоде. Девочка уставилась на свои руки. Она никогда раньше не задумывалась, что её династия на самом деле не просто королевская. — Но дабы стать иерархом, нужно не только родство, но и богатство, власть, сила и ещё целый ворох вещей. Празднество Духа и Консисторий. Каварин явно пригласил Уэйна, вероятного члена синода, с тайными намерениями. Флания даже представляла, с какими, но они определённо таят в себе опасность. — И как же он поступит? Это серьёзный вопрос международной политики, и вмешаться Флания не вправе. В то же время ей бы хотелось, чтобы Уэйн оставался дома как можно дольше. В монаршем кабинете её ненаглядный брат хватался за голову. — АРГХ! НЕ ХОЧУ ИДТИ! НО Я ДОЛЖЕН! ПРОКЛЯТЬЕ! — Так и знала, что рано или поздно это случится, — устало прокомментировала Ниним, облокотившись на плечо принца. — И здесь нет ничего подозрительного — даже наоборот: как раз вовремя. Весна — пора всего нового, так почему бы не пересмотреть отношения с соседом? — А не по мою ли душу это приглашение ради? — Не исключено. Но так Каварин объявит Натре войну. Они всё ещё не добили сопротивление Мардена — дробить армию для них крайне нежелательно. Разве не выгоднее заключить союз? — Твоя правда, — согласился Уэйн. — Дьявол! В любой другой год я бы подумал абсолютно так же! Девушка кивнула. — Ну да, уж больно удачно совпало празднество Духа и Консисторий. — Это не совпадение, и им нужно моё вступление в Святейший синод — то есть хотят лишить нейтралитета. — Учитывая достижения и родословную, в будущем они так и поступят, а сейчас хотят оценить и, возможно, использовать как пешку. Разумеется, это всего лишь догадки. Однако величайшие силы Запада приглашали принца — одними формальностями не отделаться. — Вот пойду и наживу проблем на свою бедную головушку.

— Не сомневаюсь, — кивнула Ниним. — Но жаль упускать шанс поправить отношения. — Справедливо... — со вздохом протянул Уэйн. — Аргх! Ну почему?! — проревел он. — Да, наша экономика повязана на торговле, но отношения с Западом вот уже сотни лет как заморожены. Наладить связи с Каварином — это то, что нужно! Ценность Натры взлетит до небес! Основатель королевства верил: когда-нибудь этот бесплодный кусок земли станет оживлённым местом, связывающим Восток и Запад. Страна и впрямь процветала, пока отношения с последними не испортились. — В таком случае я расцениваю это как согласие? Сам король приглашал Уэйна. Раз он хочет наладить диалог, то иного выбора нет. На мгновение на лице парня отразилась гримаса боли, а после он кивнул. — Так уж и быть. Нет смысла тыкать пальцем в небо, да и вряд ли им захотелось отправить меня к создателю. Я смиренно и покорно принимаю сие приглашение. — Мы только вернулись с рабочей поездки по стране — из огня да в полымя. — И почему я вечно пашу как проклятый? — Потому что ты наследный принц Натры, — кольнула Ниним, взглянув на него исподтишка. — Я подготовлю всё к отъезду. Ты же разберись со всем остальным. — С чем это? А, ответ на письмо. — Оно тоже, но есть кое-что поважнее. — Не напомнишь? — Извиниться перед Фланией. — Ох... Уэйн в отчаянии посмотрел в потолок. И что ему сказать сестре, когда пообещал ей побыть дома подольше? Весть о смерти эсвальдского императора ознаменовала начало эпохи, которую позже назовут Эпохой великих войн королей. Роковая встреча Уэйна Салемы Арбалеста со Святейшим синодом ввергнет земли Запада в хаос. Судьба-мастерица уже сплела новый, ещё неизведанный узор.