— Дядя!
Сеша с громким топотом бросилась в объятия Ён У. Она как будто подросла с момента их последней встречи. Не потому ли, что в её возрасте время пролетает незаметно? Ён У почувствовал прилив нежности, ему захотелось извиниться. Карманные часы не реагировали — уже давно.
Ён У собирался погладить племянницу по спине, как та вдруг схватила его за щёки и потянула в стороны.
— Сеша?
— Ты гад, дядя. Почему тебя так долго не было? Я тебя ненавижу!
— Всякое было.
— Ты сказал, что скоро придёшь! Но всё равно долго не появлялся! Я слышала, ты быстренько вернулся в Башню!
Ён У грустно улыбнулся. Девочка не только стала выше ростом. Она стала настолько сообразительной, что, вероятно, догадалась, чем занимался Ён У. Он должен был смотреть ей в лицо и не оправдываться.
— Ну, как всё прошло?
— Что?
— То, что ты делал. Как всё прошло?
— Хорошо.
— Тогда я тебя прощаю.
Сеша отпустила его щёки и с важным видом опустила руки на бёдра. Да так мило, что Ён У просто обнял её покрепче.
— Почему у господина Панта такое лицо?
Сеша склонила голову к плечу, увидев за спиной Ён У Панта.
Глаза Панта были обведены чёрным и синим. Прикладывая к синякам яйцо, тот мрачно смотрел на Ён У. Ён У услышал, как Пант пробормотал нечто вроде:
— Проклятый характер. Говорят, ученики становятся похожи на своих учителей. Он в точности как отец.
— Он упал.
— Да? Если он упал, тогда что у него с глазами?
— Не знаю. Наверное, он был слишком неосторожен.
— О. Ему надо быть осторожнее.
— Да. Именно.
Панта их разговор поразил, но Ён У притворился, что не заметил и сменил тему.
— Как мама?
— Мы с мамой вместе читали! Я ей читала. Я молодец, правда?
— Сеша уже совсем взрослая! Ты даже читаешь маме книги, когда ей скучно.
— Да! Я уже взрослая! Учиться с мамой весело!
Сеша спрыгнула с рук Ён У и повела его в комнату, где тихо сидела в кресле-качалке Ананта. У неё на коленях лежал плед, а у ног — книга.
— Хи-хи! Мам! Дядя пришёл! Он принёс мне подарок!
Сеша с сияющими глазами скакала вокруг Ананты, показывая подарок, который Ён У отдал ей по дороге. Взгляд Ананты был таким же бессмысленным и мутным, но Сеша продолжала щебетать, словно Ананта ей улыбалась.
Ён У молча смотрел на Ананту.
Наконец карманные часы зашевелились, Ён У опустился на колени, чтобы заглянуть Ананте в глаза.
— Ананта.
Никакой реакции.
— Не знаю, какой сон тебе снится, но, наверное, ты там счастлива с Чон У и Сешей, да?
Брахам как-то упомянул, что Ананте стало лучше, но причина, по которой она ментально не реагирует, в том, что она заперта в сновидении. Наверное, погружаясь в счастливые мечты, о которых так тосковала, она уходила от травм и стресса, наносимых ей внешним миром. И поэтому отказывалась возвращаться в реальность. Она боялась потрясений.
Единственный способ проснуться — вырваться из видений. Из страхов. В этом ей не могли помочь ни отец Брахам, ни дочка Сеша. Ей нужен кто-то ещё, кто обнимет её, успокоит и выведет оттуда. Поэтому Ён У вложил ей в ладонь карманные часы. Крышка с щелчком открылась.
Тик-так.
— Не знаю, как там сейчас Чон У, но он защитит тебя. Так что не бойся.
Ананта по-прежнему молчала, однако Ён У верил, она его слышит. Он оставил карманные часы в её руке и медленно встал.
Сеша вцепилась в его рукав.
— Дядя, дядя! Папа идёт?
— Да. Он скоро придёт.
— Ух ты! Правда? Когда?
— Просто подожди ещё немного. Он сейчас очень далеко, ему понадобится время, чтобы добраться сюда.
Ён У, глядя в сверкающие глаза племянницы, потрепал её по голове, думая о желании брата обнять Ананту и Сешу.
***
— Они так тебе дороги. Ты уверен, что хочешь просто отдать их?
По дороге к дому, где он хотел поиграть с Сешей, Брахам столкнулся с Ён У и несколько озабоченно посмотрел на него. Он знал как важны для Ён У карманные часы. Единственная память о брате.
— Я не отдал их, — улыбнулся, качая головой, Ён У. — Я просто хочу, чтобы эти двое побыли вместе.
Брат хотел увидеть Ананту и Сешу. С запозданием, но Ён У попытался исполнить его желание. Он остановился и оглянулся на домик.
***
Когда Ён У ушёл, карманные часы остались единственным издающим звуки предметом в комнате Ананты.
Тик-так.
Безучастный взгляд Ананты упал на карманные часы. Однако на самом деле она на них не смотрела, под их тиканье у неё в голове проносились события прошлого.
— Ананта, да? Рад встрече.
— Ананта?
— Ананта…
— Спасибо.
— Иди… И больше не появляйся. Никогда.
Она вспоминала первую встречу с Чон У. То, как он разволновался, когда Ананта призналась ему в своих чувствах. Его тревогу, что из-за него она восстала против собственного отца. Потом пришли другие воспоминания: понимание, что ему не хватит духу открыться ей, решение уйти, и смех, заставивший её отказаться от этого решения. Она вспоминала, как Чон У повысил голос, чтобы прогнать её, как она пообещала позаботиться о Сеше.
— Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы защитить её.
Слова, сказанные ему, стали для неё оковами. Сеша — единственное, что осталось от Чон У, и Ананта делала всё, чтобы защитить ребёнка, рождённого из её сердца. Даже если её тело будет уничтожено, она будет заботиться о драгоценной дочери.
Брахам и Ён У ошибались. Ананта не блуждала в сновидениях, представляя, как они счастливы с Чон У и Сешей. Она переживала боль прошлого. Каждый день выматывал её, но она страстно любила Чон У и охотно пожертвовала бы ради него жизнью. Благодаря своей любви она могла иногда улыбаться Сеше. Это были самые счастливые её воспоминания.
Карманные часы в руке не казались холодными, они были тёплыми. От этого чувства видения, кружившиеся у неё в голове, колыхались, как трава. На неё проливался свет, создавая новые видения, которые подходили друг к другу, словно фрагменты пазла, пока не сложились в карманные часы.
В них было что-то знакомое, как будто в ушах тихо зазвучал голос Чон У.
— Это? А, это подарок от моего брата. Подарок на день рождения из дома. Красивые, да?
Он лежал на траве, поглаживая карманные часы, и отвечал с сияющей улыбкой, которую она никогда не забудет.
На карманные часы закапали слёзы, слезинка за слезинкой. Взгляд оставался таким же пустым, но он впервые дрогнул.
— Чон… У…
Карманные часы завибрировали в ответ на её дрожащий голос, словно уверяя, что всегда будут рядом.
— Ур-р-рн-н.
***
— Мы ничего не забыли?
— Не. Хотя я хочу кое-что сделать.
— И что же это?
— Можно разок дать тебе по морде?
— Конечно.
— Правда?! Можно?
— Конечно. Мы обменяемся ударами. Идёт?
— Забудь. Всё в порядке.
Пант надулся, у него больше не было настроения разговаривать. После нескольких ударов Ён У он понял, что его чудовищный брат стал ещё чудовищнее. Тем не менее, Пант вынужденно признавал, что было весело. Но Ён У проиграл Королю Му. Всё-таки отец просто неподражаем.
У края деревенской тропинки стояла Эдора с Божественным Злом в руках. Хотя выглядела она как обычно, Пант ощутил нечто странное. Должно быть, Ён У тоже это почувствовал, потому что посмотрел на неё долгим взглядом и спросил:
— Как дела?
Эдора кивнула.
— Всё прошло хорошо.
— Рад слышать.
— Я думала, это займёт больше времени, но какое облегчение, что всё так быстро закончилось.
Когда Эдора просияла, Пант, наконец, сообразил, что за незнакомая энергия окружала сестру. Он вытаращил глаза.
— Эй, ты…
— Молчи. Ничего не говори.
— М-м. Ладно.
Кивнул Пант под острым взглядом Эдоры. Раньше он бы её подколол, но понял, что Эдора не в духе. Если его догадка верна, она пережила нечто непредставимое.
«Духовное Соединение… Подтвердилось, что Эдора станет следующим Психомедиумом? Видимо, мать приняла решение раньше, чем ожидалось. Что же она видела?»
Она бы в любом случае позаботилась об этом, поскольку всегда была на несколько шагов впереди, но теперь Пант убедился: как он освоил Кровавую Молнию, так и Эдора освоила нечто, которое очень поможет Ён У и Артии.
Панта вдруг разобрало любопытство. По словам Ён У Артия уже действует. Её члены скоро соберутся, и они настолько сильны, что станут существенной силой в Башне.
По каким критериям Ён У оценивает силу? И где на этой шкале стоит Пант? Ему вдруг захотелось узнать. Сколько из них получат право стоять плечом к плечу с Ён У? Пусть он, даже будучи сыном Короля Му, проиграл Ён У, он должен быть по меньшей мере вторым, хотя мозгов у него нет.
Он подумал, что для начала было бы неплохо определиться с иерархией. А пока они этим занимаются, можно испытать Кровавую Молнию. И, кажется, скоро его желание исполнится.
При обычных обстоятельствах его в первую очередь заинтересовал бы парящий замок, затенивший почти весь Внешний район, но Панта отвлёк закипавший у него на глазах бой.
Шумный торговый район погрузился в тишину. Две группы людей, обнажив клинки, стояли друг напротив друга. Царила напряжённая атмосфера. Трудно сказать, что там происходило, ясно лишь, что одна группа союзники, а другая — враги. Похоже, враги прислали солдат помешать тем, кто захочет присоединиться к Артии. Другой вариант: союзники собираются помешать врагам напасть на Лапуту.
У Панта зачесались руки. Потом он заметил Игрока на стороне врагов. Капюшон не давал разглядеть лицо, однако вид у того был угрожающий. На первый взгляд он казался не слишком сильным, но тренированное чутьё Панта подсказывало: парень опасен.
— Бэйлак, — пробормотал себе под нос Ён У.
Он раскрыл Огненные Крылья, чтобы прервать противостояние.
Хотя выглядел тот так же спокойно, как обычно, Пант видел, Ён У едва сдерживает гнев. От излучаемой им ауры покалывало кожу.
— Понятия не имею, что это, — озорно улыбнулся Пант и пошёл за Ён У. — Но, кажется, будет весело с самого начала.
По его коже пробежали искры, с неба начали падать кроваво-красные молнии.
Обновлено: 12.01.2026