Том 1 Глава 309

Камень Души Люсиэля. «Разве его не забрала Виера Дюн?» Давным-давно Люсиэль, который не смог стать ни богом, ни демоном, пал в нижний мир с оторванными теми и другими крыльями. Камень Души был создан после его падения. Он случайным образом оказался в руках брата, но Виера Дюн забрала его и исчезла в нижнем мире. Или все так думали. Но сейчас вот он, здесь. «Это тот же самый камень?» Учитывая время, не удивительно, что три брата-циклопа не смогли выполнить задание двести лет назад, и что камень в конце концов оказался в руках его брата. «Но… что-то не сходится». Ён У прищурился. Камень, который он видел в дневнике, по форме и ощущению отличался от того, что был у Бронтеса. В дневнике он казался квадратным и испускал тусклую энергию, а Камень Души в руках Бронтеса был круглым и ярко сиял. Ему действительно подходило слово «огонь». Камень как будто пылал. — Камень Души. Да. Так его называл предыдущий владелец. Но мы зовём его огнём или светом. Светом? Подумав об этом теперь, Ён У понял: другое имя Люсиэля — «Люцифер», что значит «Светоносный». — Мы также называем его «Огнём Изначальным». Люсиэль был словно пылающий маяк… Если забыть легенды, господин Аид отчаянно в нём нуждается. Бронтес собирался рассказать об Аиде и Огне Изначальном. Однако Ён У хотел узнать другое. — Нет. Пожалуйста, расскажи об Огне Изначальном. Бронтес нахмурился. Он не мог долго оставаться в теле духовного следа. Слишком многое он должен рассказать Ён У, например, чего следует опасаться и как осуществить задуманное. Но свет в глазах Ён У пугал его. Словно тот собирался бросить задание, если Бронтес не ответит на его вопросы. Ён У отчаянно нуждался в информации о Камне Души. И явно что-то упускал. В конце концов, Бронтес вздохнул и прислушался к пожеланию Ён У. — Ладно. Но у меня не так много времени, я не могу пускаться в подробности. В божественных сообществах Огонь Изначальный стал легендой, в них всё, что связано с Люсиэлем, под запретом, ибо боги связаны клятвой. Ён У кивнул, с надеждой глядя на собеседника. — В начале времён был огонь, и Люсиэль охранял его. Потом, поглотив Огонь Изначальный, он стал высшим существом, Люцифером. Жалкий хранитель маяка, Люсиэль, стал Люцифером с сотнями крыльев. — Однако сила ему не досталась. Все боги и демоны почитали Огонь Изначальный величайшим сокровищем. Искра порождала легенды и мифы, они не могли позволить Люсиэлю оставить её себе, поэтому объединились, чтобы лишить его крыльев, — продолжал Бронтес, он говорил очень быстро. — А Люсиэль? Смерть Люцифера была нелёгкой. Он не хотел возвращать огонь богам и демонам, и, пав в нижний мир, разделил свою душу на несколько частей. Это и есть Камни Души. Частицы души, заключающие в себе Огонь Изначальный. Ён У вытаращил глаза. — Боги и демоны, словно обезумели, пытаясь вернуть их, но они исчезли, за исключением нескольких фрагментов. Ён У молчал. — Невредимым остался лишь один, Каститас или Целомудрие. В голове Ён У проносились самые разные мысли. «Так Камень Души был не один?» Важные сведения. — А сколько всего было камней? — Всего четырнадцать. Семь добродетелей и семь грехов. Потому что Люсиэль имел сродство и со светом, и с тьмой. В верхнем мире их девять. Пять рассеяны по нижнему миру. А это один из пяти. «Значит с тем, что забрала Виера Дюн, осталось четыре…» Ён У подумал, так всё встаёт на место. С чего он взял, что камень один? Вполне возможно, их несколько. Но он удивился. «Благодаря одному Камню Души Виера Дюн смогла поглотить Мать Землю и подняться в горний мир. А если я соберу остальные?..» Ён У мог бы получить всю необходимую силу. — Странно, что ты этим интересуешься. Ён У навострил уши, услышав слова Бронтеса. — Что ты имеешь в виду? — То, что сказал. У тебя и у меня есть Камни Души, но ты ничего о них не знаешь. Ён У был потрясён. Он даже представить не мог, будто услышит нечто подобное. Его глаза расширились. — Что… — Разве у тебя возле сердца не Камень Души? Ён У вытащил часы из левого нагрудного кармана. Их стрелки дрожали. Бронтес кивнул. — Да. Это. Этот предмет очень хорошо очистил Камень Души. Даже я не смог бы проделать такое. Неужели в нижнем мире есть настолько талантливый кузнец? Жаль, я не могу полюбоваться его талантом. Руки Ён У тряслись. На миг голова опустела. Он очень растерялся. — Его функции по какой-то причине заблокированы, не вижу по какой. Тем не менее, он очень поможет господину Аиду, так что, для меня это большое облегчение. Бронтес решил, будто Ён У принёс карманные часы Аиду. — Я… Поскольку мысли Бронтеса направились в такое русло, Ён У хотел поспрашивать ещё немного, но тот поднял руку, заставив его замолчать. — Нет. Довольно мелких вопросов. Я должен сказать то, что должен. У меня мало времени. Но если ты настаиваешь, я просто исчезну. Его единственный глаз смотрел свирепо, похоже, он был непоколебим. Ён У закусил нижнюю губу. Бронтес пребывал в том же отчаянии, что и он. В конце концов, Ён У кивнул и отступил. Сначала нужно выслушать Бронтеса, вопросы можно задать позже. — Итак, — Бронтес кивнул и снова заговорил: — По приказу господина Аида я со своими братьями направлялся в Тартар, неся Камень Целомудрия. По словам лорда в Тартар вторглись силы тьмы. — Что такое тьма? — Не знаю, я просто следовал приказу. Но одно мне известно наверняка. Титаны и Гиганты, запертые в Тартаре, как-то восстановили свои силы и попытались сбежать. Господин Аид хотел предотвратить побег. Титаны и Гиганты считались преступниками, запертыми в Тартаре после войны с богами Олимпа. Тот факт, что они оказали сопротивление, стал большой новостью. Как будто странные происшествия, которые Аид почувствовал в Тартаре, были частью плана осуждённых, пытавшихся сбежать. — Так что помимо Камня Целомудрия господину Аиду потребовались способности наших братьев. Ён У кивнул. Три брата-циклопа, наверняка, в состоянии создать ещё более выдающееся оружие, чтобы держать Титанов и Гигантов под контролем. — В какой-то момент всё перевернулось кверху дном. Я не знаю, как они узнали, ведь продвигались мы крайне осторожно, но нас начали преследовать. Кто-то явно связался с Тартаром снаружи. Так считал Бронтес. — Наверное, это были призрачные монстры. — Да. Мы попытались прорваться через шестые врата. Я остался, чтобы выиграть время, — Бронтес прищурил свой единственный глаз. — Я думал, кто-то придёт на помощь. Ему потребуется проводник, чтобы показать путь. К счастью… оно того стоило… хоть я и утратил свой уровень. Изображение Бронтеса начало угасать. Оставаясь здесь всё это время, он утратил б о льшую часть своей святости. Вскоре он превратится в самую обычную душу и попадёт в цикл перерождения вместо того, чтобы сидеть взаперти в этих вратах. Больше всего боги страшились стать смертными, но Бронтеса это, похоже, ничуть не пугало. — Как бы то ни было, это долгий путь. Так что последний его участок я доверю тебе. Кажется, не смотря на всё это время, тьма не отступила… моим братьям понадобится помощь. Единственное, о чём я жалею… Изображение треснуло из-за помех. — Так это о том, что не могу помочь им, как самый старший. [Неожиданное задание (Давнее желание Персефоны) обновлено.] [Пожалуйста, проверьте окно задания.] Душа Бронтеса быстро исчезала. «Нет!» Ён У, глядя на Бронтеса, ощутил, как его охватывает безумие. Он так ничего и не услышал о карманных часах. Ещё он должен спросить об оружии Чёрного Короля. Почему оно поглотило Астрапе и Трезубец. И тут Ён У вспомнил. Смерть. Души. Его Власти. Он уже привязал к себе Брахама. Если бы перед ним был низкоуровневый бог, переполненный сожалениями… — Бронтес! Ён У посмотрел на циклопа, от которого осталась одна голова. — Что? Хочешь проститься со мной? — Ты сказал, что хотел бы помочь своим братьям, верно? Ты по-прежнему хочешь победить Титанов и Гигантов? — Конечно… они мои враги. Когда Олимпом правили Титаны, они заперли братьев, сказав, что не хотят их видеть. Их спас Зевс. Три брата-циклопа использовали этот шанс и отплатили спасителю, создав Великое оружие. Астрапе, Трезубец и Кунен. А когда Титаны и Гиганты попытались сбежать. Братья-циклопы помогали Аиду из-за обиды на них. — Если так, пожалуйста, будь связан со мной. — Что? — Я помогу тебе избавиться от сожалений. Ён У пытался удержать Бронтеса. Душу такого размера нельзя привязать силой, как призрачного монстра. Нужно убедить её логикой, чтобы Бронтес пожелал создать связь. — Что!.. Бронтес прищурился, не понимая, о чём говорит Ён У. Человек пытается связать душу бога? Это непочтительно. Что изменится, если так и сделать? Но когда Ён У протянул к нему руку… — Это?.. Его глаза расширились. Чёрный браслет и кандалы, которые он посчитал обычными артефактами, дрожали. А вместе с ними дрожали ресницы Бронтеса. Теперь он понял, чьим преемником был Ён У. Преемником того, кого сам циклоп мог называть только «Он», из-за клятвы Стикса… — Будь связан со мной. Исчезающий мир вокруг Бронтеса замер. *** — Не может быть… Бронтес недоверчиво смотрел на руку Ён У. Крейтц тоже удивился. — Не может быть… Он думал то же самое, когда Ён У захватил контроль над десятками тысяч душ, но не мог представить, что тот в состоянии связать душу бога. Он никогда не слышал, чтобы смертный был способен на такое. Глаза Крейтца переполняло недоверие. Тренируясь со своим священным мечом, он больше других Игроков знал о святости, а потому удивился особенно сильно. Какой бы урон ни понёс уровень существа, не может быть, чтобы душу сверхъестественного создания можно было взять просто так. — Нет. Думаю, это ожидаемо. Бронтес мрачно смотрел на Ён У. Он ненавидел Титанов больше всего на свете, сложившаяся ситуация выбила его из колеи. Ён У теперь будет его господином и «Его» преемником. От этого не уйти. Бронтес понял: он поддался лукавым речам смертного. «И всё же, если он поможет встретиться с братьями и остановить врагов… Почему бы нет? Вдруг это судьба?» Ён У увидел глаза Бронтеса? — А я попрошу о том, о чём не мог просить раньше. Ён У вытащил карманные часы. — Говори, господин. — Ты можешь починить эти часы?