Том 1 Глава 252

Ён У без предисловий снял маску. Возможно, всё из-за воздействия алкоголя, но он ни о чём не жалел, впервые показывая им лицо по собственной воле. Эдора кивнула и улыбнулась, а Пант удивлённо посмотрел на Ён У. — Небесное Крыло?.. Ён У начал свой рассказ. Вспоминая былые дни, он чувствовал, как внутри него бушуют эмоции, но не показывал вида. Рассказывал, будто о ком-то другом. Пант первый нарушил спокойствие. Он ударил себя кулаком в грудь, словно пришёл в ярость, и со стуком поставил стакан. Эдора с дрожащим взглядом слушала рассказ, который оказался намного серьёзнее, чем она думала. Но молчала, ничего не говоря. — А отец? Отец знает? Ён У покачал головой. — Я никогда ему не говорил. — Его интересуют только собственные дела. Разве это нормально, что учитель понятия не имеет, через что пришлось пройти его ученику? Пант вскочил со своего места. — Не надо. — Что ты собираешься делать? — Почему ты спрашиваешь?! Ты теперь член нашего племени. Твои дела — дела племени. Ты прошёл через такие ужасы, разве не следует рассказать о них главе племени, которой сидит на своей заднице и попивает чай? Казалось, Пант готов сорваться с места. Но не успел Ён У его остановить, как Эдора крикнула. — Сядь, придурок! — Ч-что? Придурок? Эдора, которая перед Ён У старалась держать себя в руках, на этот раз не справилась с эмоциями. Пант был поражён. Но Эдора, прищурившись, продолжала кричать: — Да! Придурок! Думаешь, отец действительно ничего не знает? Пант закрыл рот. Король Му сосредоточен на деревне и притворяется, что его не интересуют дела мира, однако его глаза и уши всегда открыты. Пант похож на отца, но не мог отрицать, что тот хитёр. К тому же, их мать, Психомедиум, всегда рядом с ним. — Ты до сих пор не знаешь? Отец даёт брату возможность лететь на собственных крыльях. Он защищает его от естественных врагов. Пант потрясённо молчал. Он вдруг почувствовал отрезвление, снова плюхнулся на место и опрокинул стакан. Сестра всегда была рассудительной, а он сам не знал, почему пришёл в такую ярость. — Отец знает, что однажды братец покинет гнездо. Он хочет увидеть, как Ён У завершит свои дела самостоятельно. Пант кивнул. Ён У, которого он знал, определённо, не из тех, кто остаётся в племени. Вдруг Панту стало любопытно, почему он всё это время молчал и внезапно решил рассказать. Он смотрел на Ён У так, словно хотел съесть с потрохами, и ничего не спрашивал. Однако его глаза пристально следили за Ён У, словно желая заставить его сказать правду. Ён У знал, что за вопрос стоит в глазах Панта. Опрокинув стакан, он почувствовал, как что-то потекло по горлу. Напиток оказался крепким, но, как ни странно, Ён У был совершенно трезв. Хлоп! — Я… — Ён У сказал правду, которую долго скрывал. — Хочу, чтобы вы стали моими крыльями. — Крыльями? Пант тупо уставился на Ён У. Однако Ён У видел ожидание, пылающее в глазах Панта, ведь тому нравились авантюры. Ён У сжал кулаки и продолжил: — Да. Крыльями. Как я уже говорил, я собираюсь осуществить безнадёжное. Это битва с самой Башней. Поэтому мне так трудно просить вашей помощи, ребята. Как и помощи вашего племени… — Брат. Перебил Ён У Пант, будто от скуки ковыряя в ухе. — Что? Субстанция с пальца Панта слетела, он с улыбкой высморкался. — В такие моменты тебе нужно сказать лишь одно. Ён У вопросительно посмотрел на него. — «Помогите». Глаза Ён У расширились. — А я-то думал, почему ты такой серьёзный. Ты всегда был таким резким и расстраивал людей. Теперь я вижу, что тебе есть что сказать, да? Хе-хе. Пант хихикнул, его плечи поднялись и опустились. Эдора, посмотрев на Ён У, кивнула. Тот снова услышал в голове её голос: «Я хочу разделить твою ношу», — и молча прикрыл глаза. Он мог сказать этим двоим лишь одно. — Спасибо. Ён У давно испытывал благодарность. Лучшее, что с ним произошло с момента входа в Башню — встреча с ними. Пант почесал нос, покрасневший то ли от смущения, то ли от выпивки. И залпом допил всё, что оставалось в стакане. — Хе! Тебе больше не о чем беспокоиться. Отец позаботится о племени и без нас. И кому какое дело, если кто-то другой займёт место наследника? Могу просто его подарить. Это было так похоже на Панта. Он озорно улыбнулся. — А ещё, если ты родился мужчиной, у тебя должна быть смелость сразиться со всем миром! Киа! Так здорово говорить это! — Но я девушка, — шутливо напомнила Эдора. — Хм? Почему это ты девушка? — Умереть захотел? — Твой драгоценный братец смотрит. — Вернёмся к этому разговору позже… — Ха-ха-ха! А я поговорю с тобой сейчас, сестрёнка! — расхохотался Пант, не обращая внимания на пристальный взгляд Эдоры. Та скрипнула зубами и пообещала себе, что накажет его, когда пройдёт действие спиртного. Потом спокойно повернулась к Ён У. — Братец, но что ты теперь собираешься делать? Разве ты начал разговор не потому, что хотел что-то сказать? Ён У кивнул. — Я собираюсь создать клан. Эдора и Пант посмотрели на него удивлёнными глазами. — Клан? — Вижу, сначала ты хочешь основать организацию. — Потому что это самое главное. Двигаться куда-то можно, только имея прочный фундамент. — Хе-хе-хе. И мы основные члены? — восторженно засмеялся Пант. — Но нас совсем мало. Трудно будет создать что-то прямо сейчас, мы не готовы. Что будем делать с этим? — Хм. Пант поджал губы. — Набираться сил, пока не станем несокрушимыми, кто бы нас ни толкал. — Ты говоришь нам стать сильнее, чтобы тебе не было стыдно. Это несколько ранит мою гордость. Пант снова вскочил с места. Его глаза сияли, словно жаровни. — На самом деле, это хорошо. Я терпеть не могу быть обузой. Ты сказал мне стать твоими крыльями, да? Я стану твоими зубами, а не крыльями, так что тебе тоже придётся потрудиться. Иначе, я могу тебя проглотить. Они покончили с выпивкой. Пант развернулся и ушёл. Эдора поклонилась Ён У и ушла за Пантом. Оставшись один, Ён У допил остатки из стакана. Хлоп. Стук, с которым его стакан звякнул об стол, показался ему очень громким.