Том 2 Глава 397 — Твой мир и я II

2. [Формирование ключа завершено] [Локация 99-го этажа зачищена] Цветочный сад распахнулся настежь. [Вы вступили на 100-й этаж]. Что-то поднялось из глубин разошедшегося сада. Колоссальное зеркало. Слишком великое, чтобы отражать только человека. Мифических размеров, способное отразить сразу целую армию. Края зеркала были изрезаны кристаллическими наростами, а поверхность с обеих сторон тускло светилось фиолетовым оттенком. Между мной и Королем Мечей, словно адская преграда, встало зеркало с девятью замочными скважинами для ключей. [Пожалуйста, вставьте ключи] Я поднял голову и неторопливо приблизился к замочным скважинам. Хотя зеркала, в отличие от стекол, не показывают то, что находится за ними, я каким-то образом знал, что Король Мечей отражает мои действия в точности с другой стороны. [Первый ключ от тех, кто дышит в отбрасываемых вами тенях] Я заглянул в первую замочную скважину. + Каким человеком вы были? Были ли вы сильным человеком? Были ли вы хорошим человеком? Добрым человеком? Человеком, достойным сожаления? + Я достал ключ и вставил его в первое отверстие. – Я был тем, кому можно было довериться. С другой стороны раздался голос Короля Мечей. – Меня стоило ждать. Звук вставки ключей в замочную скважину раздался одновременно. Яркость и насыщенность зеркала увеличилась на порядок. Более отчетливое фиолетовое зеркало вызвало следующий вопрос. + [Второй ключ от тех, кто решил следовать за вами] Кем были для вас апостолы? Были ли они инструментами? Любимыми? Семьей? + Я вставил второй ключ. – Мои апостолы были равными мне. Точно так же ответ Короля Мечей последовал с другой стороны. – Мои апостолы были мне как братья. Яркость зеркала снова увеличилась. + [Третий ключ от богов, с которыми вам довелось столкнуться] Кем были для вас боги? + – Существами, проявлявшими беспечность и ошибки, а потому способными к развитию. – Если бы я не встретил своего Учителя, я мог бы стать таким же, как они. Я последовательно вставил четвертый, а за ним пятый ключи. – Честно говоря, остались и некоторые сожаления. Печаль и грусть. Если бы только я был там, если бы только я остался до конца, хотя бы до смерти Черной Вдовы… Может быть, я бы смог сделать что-то большее. – Ну, я так не думаю. Так же, как и Первая волна, Темная жила так, как хотела. Мой ключ с 94-го этажа в этом смысле был таким же. Те, кто не винят других, ходят на своих ногах, и естественно, не ищут поддержки от других. – Мне было приятно слышать, что легенды обо мне так широко распространились. И в то же время мне было страшно. Некоторые люди придали каждой грани моей жизни значение, о котором я сам бы и не подумал. И я говорю не о злонамеренных перевираниях, не о непонимании, а об осознании того, что как мне казалось, я полностью контролировал, но на самом деле нет. – Стать легендой – значит выйти далеко за рамки простой темы для разговора. Люди не спорят, есть ли у доброго дяди по соседству геморрой или грибок. Но, если такой дядя лысый, а сплетникам нравится лысина, то все становится сложнее. Люди воюют как за тех, кем они восхищаются и кого уважают, так и против тех, кого они презирают. Стать причиной войны – дерьмовая штука. Тык, тык. Приходившие на ум фразы и процесс вставления ключей сами собой превратились в диалог между мной и Королем Мечей, разделенный зеркалом. – Я понял, что я не один. Наверное, Хозяйка Башни была со мной все это время. С того самого момента, как я вошел в Башню, и до сих пор. – Да. И она, вероятно, все еще смотрит на нас прямо сейчас. Эй~ Бабуля~ Ты смотришь~? Мы скоро подойдем~ – ...Ладно. Гм. В любом случае, у меня был некоторый соблазн спасти их, как например, когда я впервые встретил Хозяйку Башни и услышал о ее идеалах. Но опять же, если подумать обо всем, об альтернативном времени, показанном мне Мутией, то когда кому-то дается шанс, кто-то другой его лишается. – Хм... – Даже если лишенный возможности не осознает, что его чего-то лишили, тот, кто поворачивает время вспять, интуитивно все понимает. И даже если не понимает, всегда есть некоторые сомнения. Действительно ли так будет лучше? Действительно ли так будет лучше для всех? – Зомби, ты слышишь? Крики бесчисленных жертв звучали каждый раз, когда ты поворачивал время вспять. Шаги обреченного мстителя, потерявшего все из-за эффекта бабочки, вызванного твоими действиями, неумолимо приближаются к тебе. – Делать все – то же самое, что и ничего делать. Хозяйка Башни решила вынести все, ничего не делая. С другой стороны, я решил взять на себя всю полноту ответственности за последствия изменения причинно-следственной связи, вызванные моими действиями. Если меня решат в том обвинить, что ж, такое бремя я должен нести. – Звучит слишком высокомерно. Я понимаю, что ты хочешь сказать, но... – А как насчет тебя, Король Мечей? Если бы ты мог повернуть время вспять, ты бы регрессировал? – Поможет ли регрессия предотвратить сожаления? Тук. – Нет. Обычно она приводит к еще большим сожалениям. Ты можешь и их предотвратить, но потом появятся еще большие сожаления. И так по кругу. – И наоборот, можно ли прожить жизнь без регрессии, не сталкиваясь с такими проблемами? Тук. – И правда. Нельзя. – Вот и все. Не важно, регрессируешь ты или нет, все в итоге закончится одинаково. Тук. – Даже если ты отчасти прав, говорить, что все одинаково, как-то слишком... – Тому, кто не умеет бегать, спринтер может показаться человеком с особыми способностями. Тому, кто не может перемещаться во времени, регрессор может показаться монстром, но в конечном итоге все они – просто люди. – Фармацевт говорила что-то подобное, но как по мне, звучит слишком высокомерно. Фармацевт, между прочим, никому бы не уступила в плане высокомерия. – Возможность сделать что-то автоматически включает в себя вероятность умереть. Люди, способные на великие дела, так же подвержены и великим страданиям. В мире есть определенная справедливость. Тук. – Король Мечей… – Допустим, ты все же смог бы спасти своего Учителя, что тогда? ... – Даже если ты скажешь: "Первая волна отправилась туда, куда хотела", даже если ты уверен в своих словах, разве тебе не приходится убеждать себя снова и снова, каждый раз, когда ты просыпаешься. И не говори "нет", я знаю, как ты засыпаешь и просыпаешься. – Ты прав. Я вздохнул. Зеркало к тому времени стало почти прозрачным. Но даже почти прозрачное зеркало отказывалось показывать, что находится за ним, поэтому я не мог видеть Короля Мечей. Я смотрел на свое отражение в зеркале. – Каждое утро, просыпаясь, я размышляю. – Хм... – Всякий раз, когда я чувствую холод в сегодняшнем ветре, когда я вижу пионы в клумбе, когда я иду по улице и ем мороженое со Следователем Еретиком и Ядовитым Змеем, я думаю, как было бы прекрасно, если бы Учитель была жива, если бы я мог вернуть Учителя прямо сейчас. – Я знаю. – В конце концов, я решаю этого не делать. Так будет лучше всего почтить память Учителя. Но на следующий день я просыпаюсь и снова думаю: "Но ведь мертвым не на что надеяться. Неужели я оставляю их мертвыми ради них, ради памяти, а не ради себя, ради собственного спокойствия?" – Я знаю. – Если я оживлю Учителя, Учитель не простит меня, но ведь дело не только в моем страхе? Может ли здесь быть еще кое-что? Если бы она жила, если бы она продолжала существовать, быть может, в конце концов, она обрела бы свое счастье? Перед могилой Учителя... перед красными пионами я размышлял о девяти мирах, склоняясь в поклонах. – ... – Парадокс. Противоречие. Жалко и ужасно. Возможно, такая дилемма никогда не покинет меня, пока я жив. – Со временем она только усилится. Ты ведь уже упоминал, что теперь каждое утро будешь думать о Черной Вдове, не так ли? – Да. – Отстой. Я взглянул в единственную пустую замочную скважину в зеркале. Остался один ключ. Я спокойно на неё смотрел… И тогда. Из замочной скважины с грохотом вылез кончик лезвия. – ... Я узнал меч. Слишком массивный, чтобы называться просто мечом, оружие Короля Мечей. Гигантское лезвие, напоминающее рыбу-попугая, слегка закручивалось по диагонали. Тонкое зеркало, словно почувствовав атмосферу, треснуло и рассыпалось, как сахар. Среди падающих фиолетовых стеклянных глаз стоял Король Мечей. Он направил на меня острие своего меча и сказал, – Сидишь тут и лелеешь столь мрачные мысли, как трус, тебе не стыдно? – А может, дело в тебе. Ты слишком равнодушен, как истинный фанатик Пути Чести. – Я всегда был слишком крут, знаешь ли. Настолько крут, что при виде нытика, погрязшего в жалости к себе, мне хочется проломить ему череп. – Думаешь, сможешь? – Сейчас такая возможность появилась. Несмотря на то, что зеркало разбилась, девятая замочная скважина висела на своем месте, и в нее по-прежнему был вставлен меч Короля Мечей. Король Мечей сиял, как распустившийся цветочный сад, лучезарно улыбаясь. – Давай устроим спарринг. – ... Я спросил. – Есть ли в нем необходимость? – Мне это не нужно. Это тебе нужно. ... – Ты произвел на меня впечатление с самого начала. – Ну, мои таланты и правда впечатляют. – Ага, настолько впечатляют, что даже отбеливателем не разгладить морщины. Но несмотря на то, что ты весь в морщинах, кое-что в тебе и правда меня по-настоящему поразило. Король Мечей продолжал улыбаться. – Ты провел обряд успокоения для тех детей. Десятый этаж. Его слова и мои действия промелькнули у меня перед глазами. – С такой точки зрения я никогда так не думал. И пока ты мне не показал свой метод, я бы ни за что не догадался. Знаешь, что я почувствовал, когда увидел то, что ты сделал? – Что ты почувствовал? – [Хм. Так меня видел мой Учитель?] Я наклонил голову, не понимая, но через мгновение от удивления поднял её. На лице Короля Мечей появилось одно хорошо знакомое мне выражение, которого я и представить себе не мог у него. – Было унизительно. Я впервые осознал, что и у этого человека может быть такое лицо. Король Мечей снова широко улыбнулся, но в его улыбке все еще остался след унижения, как послевкусие. – Но если ты можешь нечто подобное, то и я могу. – Король Мечей. – Лучше всего у меня получается орудовать мечом, так что, если уж что-нибудь и делать, то только мечом, не так ли? Король Мечей щелкнул кончиком своего меча. – Идем. Я проведу обряд успокоения для тебя. Не зная, что еще сказать, я просто выпалил: – Но ты призрак. – Больше нет. К тому же от слов в утешение у меня мурашки по коже.... – Что плохого в мурашках... – Гон Джа, теперь я тебя буду утешать... – И-ик! Мурашки по коже!!! – Я предупреждал. – Блять... Подул ветер. Лепестки неизвестных цветов разлетелись в разные стороны. Там, за осыпавшимся зеркалом, напротив девятой замочной скважины, говорил Король Мечей. – Мой титул – Король Мечей. Тот, кто был закален на дне великой пещеры Инь, ученик Мудреца Солнца, наследник Фракции Чести, признан непревзойденным под небом в мире Десяти Тысяч Мечей. Король Мечей. Происхождение: Мир Десяти Тысяч Мечей. Высшее существо. Непревзойденный под небом. Фракция Чести. – Я прошу поединка. Я вспомнил. Вспомнил, какое лицо я видел в зеркале, прежде чем оно осыпалось. Оно выглядело столь жалко, что Королю Мечей захотелось его разбить. Могло бы быть по-другому. Может, и хуже. Честно говоря, я не уверен. Я попытался улыбнуться. Не сработало. У людей льются слезы не только, когда им грустно, но и когда им радостно. – Мой псевдоним – Небеса, вбирающие крики. Будущий правитель загробной жизни Башни, так же мне принадлежат титулы Плача Небес, Луны Иванси, Белого Льва племени гоблинов и защитника асур, молодого главы Демонического Культа, наследующего закон Небесного Демона… Нет, так неправильно. Я поправил себя. – Я глава Демонического культа. Небесный Демон, Вбирающий Крики. Происхождение: Мир Белого льва Непревзойденный под небом. Демонический культ. – Да начнется. Дуэль.