Со Пэк Хян присоединилась к Школе Дьявола зимой, когда ей было одиннадцать лет.
— Дитя, тебя никто не заставляет что-либо делать.
Место, куда привел её старик, было похоже на рай: утром и вечером раздавали еду, а ещё ей дали теплый футон. Ее не избивали, как ни раз бывало в здании магистрата на родине.
— Ешь сколько хочешь, спи сколько хочешь, игран сколько хочешь. Пэк Хян, ты можешь делать всё, что тебе угодно.
Девочка растерялась. Это место было похоже на Персиковый Источник о котором она слышала из легенд.
— Все взрослые здесь такие хорошие, — её одногодки весело смеялись. — Никто ничего не заставляет делать! Здорово!
— Разве они не хотят сделать нас рабами?
— Дура! Я живу здесь уже год, тут никто таким не занимается!
В этом раю она была не единственной. Помимо нее, тут жило еще много сирот. Очень много, навскидку не менее двух тысяч детей. Видимо, из-за голода сюда приходили десятки людей каждый день. Неужели в мире так много сирот?
— Вы… — Со Пэк Хян открыла рот. — Как вы все попали сюда?
А в ответ — молчание. Дети уставились на нее. Но уже в следующую секунду начали говорить все разом: — У нас не было урожая.
— Мама работала в борделе…
— Не собираюсь я тебе ничего рассказывать! Почему это я должен говорить?
— На нашу деревню ночью напали разбойники с огромными мечами!
— Все люди в деревне умерли от неизвестной болезни.
— Меня всё время били, и я сбежал.
Голод. Рабский труд. Клеймо внебрачного ребенка. Разбойники. Болезни. Насилие.
Каждый раз, когда очередной ребенок открывал рот, он словно испускал ядовитые пары отчаяния.
У Со Пэк Хян закружилась голова от этих ядов. Голод обжигал изнутри. Обида из-за рабского труда казалась трепкой. Бастардское клеймо отдавало горечью. Страх перед вооруженными разбойниками бросал в дрожь. Болезни были гадкими и неприятными. Насилие отдавало гнилью.
— Вы
Эти яды, эти страхи и обиды были такими разношерстными. Горечь, жестокость, равнодушие, слабость и ужасы мира — всё это ощущалось на языке. Но если это так, то разве это место может быть раем?
Вдруг Со Пэк Хян пришел в голову вопрос: — Вы счастливы сейчас?
Истощающие яды были ей ответом.
— Вам сейчас хорошо?
Положите в банку жаб, змей, пауков, многоножек, красных муравьев, шершней и всевозможных ядовитых насекомых. Затем закройте крышку. Змея укусит жабу, жаба съест паука, ядовитые насекомые растерзают друг друга… И так до тех пор, пока не останется только один. Выживет сильнейший. И из последнего выжившего можно получить самый мощный яд.
Дети радостно засмеялись в ответ.
— Тут каждый день можно есть рис.
— Не нужно все время работать на маму.
— У меня все хорошо.
— Здесь нет разбойников! Классно, да?
— Даже если я заболею, лекарь меня вылечит.
— Меня никто не бьет. Отлично!
Жаба. Ядовитая змея. Ядовитый паук. Сороконожка. Красный муравей. Шершень.
Хотя дети весело смеялись, в глазах Со Пэк Хян они были ядовитыми животными и насекомыми. Да. Это место отнюдь не было раем. Эта была бочка с ядовитыми насекомыми2. Идеальное место для культивации в уединении.
Со Пэк Хян тихо положила руку на грудь. Внутри отдавало холодом, настолько сильным, что её не согреют утренняя каша, вечерний суп и теплое одеяло. Лед, что застрял в ее груди, никогда не растает. Теперь этот кусок льда — ее сердце. Мама покинула её в день, когда шел снег. Мама ушла и не обернулась, а снег все не останавливался. И никогда не остановится.
С того дня Со Пэк Хян больше не старалась ладить или общаться со своими сверстниками.
«Ешь сколько хочешь».
Но она ела всё меньше.
«Спи сколько хочешь».
Но с каждым днем она вставала всё раньше.
«Играй сколько хочешь».
Но она не веселилась.
Дети со смехом носились по округе, но Со Пэк Хян не ладила с ними, поэтому они начали шептаться.
— Пэк Хян странная.
— Постоянно у этих крестьян пропадает…
— Ага, что она там забыла?
— Даже рис она не доедает.
— Зачем ты вообще общаешься с крестьянами?
— Просто, — она проигнорировала вопрос.
«Ты можешь делать все, что тебе угодно».
Время шло. Однажды к ним пришел мужчина — самый старый мастер Школы Дьявола. Именно он привел сюда Со Пэк Хян. Хотя прошло много времени, но с той зимы старик совсем не изменился.
— Давно не виделись, Пэк Хян.
— Да, давно не виделись.
— У меня есть вопрос, — старик ударил посохом по земле. — Я слышал, что ты не ладишь со сверстниками.
— Да.
— Слышал, что ты помогаешь крестьянам, которые выращивают и собирают для вас урожай.
— Да.
— Слышал, что одеяла и всю одежду, что ты носишь, ты сшила сама.
— Да.
— Зачем? — старик наклонил голову. — Может это и не самое роскошное место в мире, но у тебя здесь есть все, что нужно. Это же как деревня Персикового Источника . Взрослые здесь оберегают вас от бедствий, занимаются земледелием и собирают для вас фрукты. Ты ведь просто дитя, зачем ты так усердно работаешь?
Со Пэк Хян открыла рот: — У господина Мо, который занимается сельским хозяйством у подножья горы, двоих дочерей забрал глава Хённён.
— Хм?
— Второго сына господина Чхве, работающего во фруктовом саду, призвали для строительства крепостной стены, и он там умер. Из-за несправедливого обвинения чиновника был приговорен к смерти его старший сын. Господин Чхве и его жена похоронили обоих детей в городе и вернулись сюда.
Со Пэк Хян подробно рассказала истории и других взрослых. Все крестьяне, что делились с сиротами урожаем, тоже пострадали от жестокости этого мира. Не было никого, у кого не было бы грустной истории. А у кого-то была и не одна.
— Это место не рай.
Со Пэк Хян рассказала, что крестьяне все свои просьбы о помощи говорят вполголоса.
— Они не дураки, поэтому кормят и одевают нас не бесплатно.
— Что? — спросил старик. — Почему ты так думаешь?
— Они надеются, что мы отомстим за них. Они чувствуют несправедливость, поэтому не могут простить чиновников Хеннёна за то, что те разрушили их жизни. Я хотела бы отомстить, но у меня недостаточно сил для этого, — сказала Со Пэк Хян. — Я слышала, что достичь высокого уровня мастерства можно, если начать с раннего детства. Те крестьяне, что нас кормят и одевают, уже слишком взрослые. У них не получится освоить боевые искусства в достаточной степени.
Но они могут взрастить детей, которые освоят боевые искусства. Мы едим и спим не бесплатно. Вот оно, истинное лицо этого рая. Эти люди хотят, чтобы я вместо них отомстила миру.
Такова цель Школы Дьявола.
Старик молчал. После долгой паузы он наконец заговорил: — Пэк Хян.
— Да?
— Тебе есть о чем рассказать миру?
Она кивнула: -Да.
О равнодушии. О сильной вьюге в тот день, когда она последовала за мамой через заснеженное поле. О матери, которая так и не услышала ее крик. О себе — брошенном ребенке. О равнодушии. О том, насколько холодным может быть чьё-то сердце.
— Да, есть.
О голодающих детях. О детях, росших в борделях. О детях, рождённых вне брака. О детях, потерявших семью из-за разбойников. О детях, чьи деревни подкосила эпидемия. О детях, которых постоянно избивают. О ядовитом отчаянии, что окружает этих детей.
— О многом.
Мир был широк.
— Об очень многом.
Вещей, о которых нужно рассказать, бесконечно много.
Мастер спокойно закрыл глаза.
— Да… Думаю, так и есть.
Было тихо.
— Тогда мир должен тебя услышать, — старик резко открыл глаза. — Я один из семи старейшин Школы Дьявола. Имя моё — Дьявольский Будда.
— В аду есть Будда?
— Какой толк от Будды, если его нет в аду?
Со Пэк Хян назвала это место адом, но старик не начал возмущаться. Наоборот, ответил ей коротко и с достоинством. Это убедило Со Пэк Хян, что она на правильном пути.
— Пэк Хян, ты сдала вступительный экзамен. Твой взгляд не одурманило обилие пищи и тёплая постель. Твоя аура чиста. Я стану твоим мастером, поэтому с этих пор обращайся ко мне «Уважаемый наставник».
Уважаемый наставник…
— В будущем твоим мечом станут говорить многие. И это будут бесконечные крики, — старик поднял свой посох и опустил его на плечи молодой Дьявольской Луны.
— Поклонись девять раз. Теперь ты моя ученица.
В этот день Со Пэк Хян поступила в Школу Дьявола. Ей было тринадцать лет.
*****
— Просыпайся, — услышал я шепот на рассвете.
Я открыл глаза и увидел Дьявольскую Луну прямо перед своим лицом.
— Что, не можешь встать?
Она была так близко, что я мог рассмотреть ресницы на ее глазах. Она моргнула. Ресницы опустились, закрывая глаза, как будто кто-то задернул черную занавеску. Я лежал на полу, а Дьявольская Луна продолжала на меня смотреть.
— Прошу прощения, уважаемая Дьявольская Луна.
Во рту было неприятное ощущение. Видимо, потому что я только проснулся.
— Как бы Вам сказать… я могу ещё полежать? Я бы и хотел встать, но не могу. Если сделаю это, то голова пойдет кругом. В ней словно какие-то помехи, хотя тело, по-видимому, в порядке.
Дьявольская Луна выпрямилась.
— Ступай к горячему источнику и прими ванну. Тебе нужно очистить тело и разум.
— Что?
— Я буду ждать у входа в пещеру, — Дьявольская Луна развернулась и ушла.
Я даже не успел ничего возразить, а ее узкая спина уже скрылась на противоположной стороне. В пещере остался только я и мои коллеги-охотники, которые сейчас спали.
— Омням-ням-ням…
— Угх.
— Хр-р-р…
Инструменты уставших Фармацевта и Короля Лекарств были разбросаны повсюду. Они всю ночь посвятили исследованию вируса? Ядовитый Змей во сне скрестил руки на груди и сладко улыбался. Интересно, что ему снилось?
Я активировал сканирование личности и открылись голограммы психического состояния сразу трех моих спутников.
«Да, я права. Почему я должна объяснять такие элементарные вещи? Даже если я это сделаю, Вы меня не поймете. Во всяком случае, я права, поэтому Вам придется делать так, как я скажу… С ума сойти! Я как будто попала в сказку про глупого циклопа! Да нет, я говорю совсем не про это… Пораскиньте мозгами! Используйте свою голову по назначению хотя бы иногда! Ой, простите-простите…» «Ха, вот так я и одержал свою сотую победу, Маркус… В придачу к этому я в миллионный раз победил эту малышку Фармацевта, или как ее там. Да, нет никого, кто бы мог встать на пути великого Шона МакАллистера! Я центр земли! Я воплощение всеобщих идеалов!..» «Мва-ха-ха-ха! Пха-ха-ха-ха!»
Ну, пожалуй, мне не следует их будить. Особенно последнего товарища.
Я тихо принял ванну и вышел из пещеры. Даже Блестяшка и Королевский Меч на время притихли. Был рассвет. Из-за снежного ветра, который смешал все вокруг, казалось, что под ногами у меня белое небо.
*****
Сразу на выходе из пещеры начинался заснеженный мир. Дьявольская Луна стояла посреди белого поля. Она сложила руки на груди и смотрела на меня сверху вниз.
— Ты хорошенько вымылся?
— Да. Я чувствую, что смыл всю грязь со своего сердца.
— Терпеть не могу воришек, — женщина нахмурилась. — А у тебя еще и язык хорошо подвешен. Характер сильного человека и нрав мошенника иногда сложно различить. Поэтому я немного беспокоюсь.
— Ох, правда?
Никогда не думал, что у меня талант говорить красивые речи. Впрочем, даже Ведьма, которая была на втором месте в рейтинге, однажды похвалила меня за красноречие после моего первого публичного выступления. Это что, какой-то талант, о котором я не знал?
Пока я раздумывал над этим, Дьявольская Луна еще больше нахмурилась. Мне это не понравилось, поэтому я активировал сканирование личности.
«Он довольно ловкий, но в спешке нет ничего хорошего. Надеюсь, этот попрошайка лучше себя чувствует».
Какой еще попрошайка?
— Следуй за мной.
Я посмотрел в спину Дьявольской Луне. Она пересекала снежное поле и говорила: — Изначально, чтобы получить форму Школы Дьявола, нужно было пройти многочисленные испытания. Хотя ты уже продемонстрировал уровень боевых искусств, это не значит, что ты сдал экзамен. Первый вступительный экзамен в нашу школу…
— Это испытание комфортом?
Не знаю, возможно, это из-за настроения, но походка Дьявольской Луны слегка изменилась.
— Бесплатные ночлег, одежда и еда. Дети, которые были довольны этим, обосновались в приемных семьях. Их воспитывали как крестьян и ремесленников. Впоследствии они трудились на благо Школы Дьявола. Но все меняется, если ты проходишь испытание комфортом. Меня признали ученицей, и я стала членом клана. Те, кто по-настоящему изучают боевые искусства, — это ученики. В тот момент я наконец-то стала последовательницей Школы Дьявола. Но откуда ты знаешь об этом?
«Когда ты убила меня в прошлый раз, я увидел все в твоей травме».
Я не мог произнести это вслух, поэтому просто рассмеялся.
— Ну, я много чего знаю.
— Ох… Небеса бездушны! Это последнее, что я могу дать Школе Дьявола, и такой попрошайка должен стать моим учеником…
Королевский Меч в стороне кивнул: — Ты кстати и правда на попрошайку похож. Дьявольскую Луну на мякине не проведешь. Её глаза видят самую суть человека.
«О чём ты вообще говоришь?» — Да ничего, бездельник, я просто так сболтнул. Хотя ты все равно не придаешь моим словам значения. Ты такой чудак. То прислушиваешься ко мне, то вовсе теряешь интерес. У тебя скверный характер, знаешь?
Это он меня сейчас похвалил или отругал? Впрочем, когда я не знаю наверняка, лучше воспринимать это как комплимент. Тем более в такие смутные времена, когда люди особенно скупы на похвалу. Разве плохо от врага иногда услышать комплимент? Даже если этот враг сварливый, странный, чудаковатый, отрицательный по всем фронтам…
— Да-да, ты именно такой, птенчик.
Не понимаю, что он несет. Правда.
— Мы пришли.
В месте, куда привела меня Дьявольская Луна, была вырыта яма. Она была просто огромная, похожа на Колизей со своеобразной круглой сценой в центре. Но внизу было темно, будто ночью. Солнечный свет не достигал дна.
— Радуйся, — Дьявольская Луна обернулась и посмотрела на меня. — Ты хочешь, чтобы тебя приняли как ученика. Бог мира Дьявола не отвергнет последователя, если он достаточно хорош.
— Тогда…
— Но я не могу пока что принять тебя как официального ученика.
Эх…
— Нет, уважаемая Дьявольская Луна, это уже слишком! Я пришёл издалека, чтобы стать Вашим учеником. Я доказал, что имею на это право. А Вы говорите, что этого недостаточно, чтобы стать Вашим официальным учеником?
— Для начала, ты кажешься мне крайне подозрительной личностью, — Дьявольская Луна уставилась на меня. — Тот факт, что ты пришел из-за Северной Стены, уже сомнительный, но куда страннее звучат слова о том, что ты давно восхищался учением Школы Дьявола. Я думаю, что все это ложь. По правде, ты не похож на жестокого человека, только поэтому я смотрю на всё сквозь пальцы.
Нет, вот интересно, что это за мир такой?
— Откровенно говоря, я думаю, что ты тот ещё чудак. Да, ты действительно очень странный парень. Сложно понять, станешь ли ты частью Школы Дьявола или она станет частью твоей натуры…
— Так что с экзаменом?
— Вон там, — Дьявольская Луна указала на дно ямы. — Я бросила вниз зараженного ученика. После окончания Школы Дьявола на него возлагали большие надежды, так как он достиг уровня мастера. Победи его. Тогда я приму тебя в клан, — Дьявольская Луна скрестила руки на груди и дала мне подсказку: — Только тебе придется драться, как будто ты голоден.
— Вы о чём?
— Именно об этом. Сражаясь с зараженным, почувствуй голод в своём сердце. Сконцентрируйся на муках голода. Тебе запрещено использовать другие эмоции и образы, чтобы повлиять на свое психологическое состояние, — сказала Дьявольская Луна звонко. — Тебе должно быть это по силам.
И тут я понял, она уже видит во мне своего ученика. То, что я еще таковым не являюсь, просто пустые слова. В сердце Дьявольской Луны я уже тот, кто будет посвящён в знания Школы Дьявола. Ведь я смог освоить Умение Бога Дьявола.
— Все твои удары мечом должны быть рождены из чувства голода, — сказала Дьявольская Луна. — Голод должен управлять движениями твоих рук, ног и всего остального. Вспомни это чувство и закрепи его. Это станет твоей волей, что поведёт твой меч. Только тогда Умение Бога Дьявола проявит свою истинную силу.
Я посмотрел в яму.
— Вперёд!
На дне ямы завывал зомби. На нем была черная форма, ветхая и потрёпанная, но это несомненно одеяние ученика Школы Дьявола.
Эта яма словно адская бездна, глубины самой преисподней. Может быть этот зомби -мой собрат, предыдущий ученик.
— А что… — я открыл рот. — Что случится, если только голод будет управлять моим мечом?
— Тогда ты сможешь победить противника, который никогда не голодал, — равнодушно сказала Дьявольская Луна. — Вот почему половина Фракции Чести деградировала до врага, которого можно победить за одну секунду.
Выходит, когти могут разорвать мир.
— Сначала нужно выучить первую форму — «Голодная Смерть». Следующая зовётся «Смерть от Жажды». Ты должен знать, как управлять мечом с помощью жажды. Только после этого ты сможешь побеждать тех, кто никогда не сталкивался с такими мучениями. Следующая форма — «Смерть от Болезни». Ты должен овладеть девятью разновидностями меча. Изучи их, и этого будет достаточно, чтобы покорить мир.
Я держал рукоять клинка.
— Это… — моё сердце бешено колотилось. — Довольно привлекательная перспектива.
Уголки губ Дьявольской Луны приподнялись. Кажется, я впервые увидел ее улыбающейся. Возможно, ей понравился сила моего боевого духа.
— Ну, чего ждешь? Давай живее.
И я прыгнул в яму к зомби.
_______________________
1. Деревня Персикового Источника — это отсылка к произведению Тао Юаньмина «Персиковый источник». По рассказу, однажды рыбак нашел в горах деревню по запаху персиковых цветов, чьи лепестки он заметил в источнике. Деревня располагалась в пещере, но у жителей не было нив чем недостатка. Они одарили рыбака, но повторно найти туда дорогу он не смог. В настоящее время «Персиковый источник» в Китае стал именем нарицательным. Это место, где все в изобилии.
2. Бочка с ядовитыми насекомыми для культивации в уединении — это метод тренировок боевых искусств. Часто используется в китайских ранобэ для описания одной из основополагающих техник медитации — концентрации постоянства. Суть техники — умение сохранять спокойствие и концентрацию при любых обстоятельствах. Ученик садился в бочку с ядовитыми змеями и медитировал. Уровень концентрации должен быть настолько сильным, что гады не отвлекают ученика от медитации. После этого можно было переходить на следующий этап самопознания.
Обновлено: 12.01.2026